Угроза на Эквусе. Equestria at War

10 декабря, Кантерлот.

Луна беспокойно ходила вперёд-назад по кабинету. Она постоянно что-то бубнила себе под нос, изредка поглядывая на маршала Лунина, который следил за ней глазами. - Луна, успокойтесь – Нестор коротким движением руки высыпал из трубки пепел – присядьте, пожалуйста. - Да как тут успокоится? Враг… – Луну прервал Нестор - Да. Враг в пятидесяти километрах от Кантерлота. Но нервами делу не поможешь. Садитесь, сыграйте со мной в шахматы, отвлекитесь – сказал низким тоном Нестор Лунин. Эти слова, наконец, заставили Луну сесть за стол. Она сцепила пальцы и поджала губы, приготовившись слушать маршала. - Ну вот смотрите. В годы гражданской войны, когда я ещё был комдивом, ситуация была ещё сложнее. – Услышав про гражданскую войну, Луна резко подняла голову. – Да, да, я понимаю. Разговор про гражданскую войну может ощущаться как пощёчина. Тем не менее, в годы революции, против армии обученных, профессиональных гвардейцев Эквестрии, у меня было несколько дивизий рабочего ополчения и менее полка лояльных нам гвардейцев. Как думаете, почему я одерживал победы? – Нестор говорил и постепенно расставлял на шахматном поле фигуры для начала игры. – Ходите. Луна, играя за белых, ходит первой. Она аккуратно пододвинула пешку и спросила: - Почему же? - Ключ к победе – это инициатива. – Лунин взял пальцами чёрного коня и поставил того перед строем пешек. - Инициатива? – переспросила Луна. - Да, именно она. Насколько бы враг не был силён, исход битвы можно решить в первые часы, обладая преимуществом во внезапности. Условно, передовые отряды противника начали наступление на плохо защищённый участок обороны и вскоре его прорвали. Что вы будете делать? - Ну, я так понимаю, подводить к тому участку резервы. – спокойно ответила Луна. - Да, в учебниках по военному делу пишут именно так. Но я вам скажу, как поступил бы я. – немного подумав, Нестор сказал: - вместо того, чтобы усиливать оборону, я бы отдал приказ о переходе в наступление против авангардов наступающих войск противника. Главное – отрезать врага от снабжения и вырвать инициативу, заставить того откатиться на исходные позиции. Конечно, это сложно. Нужно уметь видеть возможность для ударов во фланг, должна быть отлажена связь. Но главное – вовремя перейти от обороны к контрнаступлению.

15 декабря, линия фронта близ Нова Луна.

Морозное утро было, как обычно, тёмным и промозглым. Солдат в карауле, стараясь согреться, прижимал руки к телу, растирая плечи и немного попрыгивая на месте. Тонкая шинель, пусть и красивая, грела плохо. Форму для солдат разрабатывала Рарити, ещё в мирное, предвоенное время. Из полудрёмы караульного вывел тихий рокот моторов, принадлежащий самолётам чейнджлингов. В небе показались десятки чёрных, больших силуэтов бомбардировщиков. Из тёмного неба их выцепили прожекторы ПВО, настолько мощные, что насквозь просвечивали облака. Практически каждый день бомбардировщики королевства Чейнджлингов совершали попытки пробиться к Кантерлоту, разбомбить город, заставить Эквестрию капитулировать без финального штурма. Всего месяц назад казалось, что достаточно одного мощного удара, что ещё рывок и план «Закат Аликорнов» закончится полной победой. Однако теперь чейнджлинги мёрзли в пятидесяти километрах от города, мучаясь от нехватки продовольствия. А в прифронтовой зоне действовали диверсанты.

Воздушное пространство в тылу войск Чейнджлингов, 4 часа утра.

Двухмоторный самолёт "Мейнхеттен" на полной скорости летел над территорией, оккупированной врагом. Серьёзные линии ПВО остались далеко позади, самолёт пролетел их быстро. В транспортнике сидели 15 человек в белых комбинезонах. Вместе с ними в самолёте везли несколько небольших ящиков. Вскоре, в кабине прозвучал троекратный сигнал. Командир десантников командовал: «Первый, пошёл!», «Второй, пошёл!». Один за другим, солдаты выпрыгивали из самолёта. В ночном небе повисли парашюты, вскоре десант приземлился в лесу. Отсюда до линии фронта – 50 километров. В таком глубоком тылу уже не было регулярных войск, только гарнизоны. Взвод эквестрийских пегасов-диверсантов получил задание на минирование дорог в тылу врага. Они были одними из тысяч таких диверсантов. Им не сообщали причины, по которым они должны выполнять такие сложные задачи. Однако было очевидно, что грядёт нечто большое.

Тем временем в замке принцессы

Селестии.

- Сестра, пойми, не будет лучшего момента для атаки, чем сейчас! Встреча двух сестёр продолжалась уже третий час. Три часа продолжался спор о необходимости наступления. - Луна, подожди. Я понимаю твоё желание отбросить чейнджлингов от Кантерлота. Этого желает вся страна. Но с чего вдруг у тебя такая уверенность в успехе? - Пойми, сестра. Наступать нужно сейчас. Пока враг не наладил снабжение, пока не восстановил дороги в тылу, у нас есть тактическое превосходство. В Кантерлоте свежие, обученные и вооружённые дивизии. Сейчас ситуация на фронте напоминает натянутую тетиву лука. Мы должны пустить стрелу сейчас. Селестия тяжело вздохнула и попросила сестру присесть на секунду. После этого принцесса глянула на карту боевых действий и спросила: - Хорошо. Где ты хочешь наступать? На лице Луны проступила улыбка. Она ждала, когда её сестра скажет эти слова. План Луны заключался в том, чтобы нанести мощный удар вдоль железной дороги Понидейл-Олеандр. Промежуточным итогом операции должно стать окружение войск противника севернее непроходимых гор, которые располагаются западнее Кантерлота. Дальше – действовать по обстоятельствам. Либо наступление по всей протяжённости фронта, либо ещё несколько точечных ударов. - Луна, позволь спросить. Почему ты так уверена, что возьмёшь Олеандр? Учитывая то, насколько долго в городе держались несколько наших дивизий, мне страшно представить, сколько продержится армия чейнджлингов. - Штурм Олеандра был сложной задачей для неприятеля из-за того, что центр города от его северных окраин отделяло пересечение двух широких рек, так что было достаточно удерживать мосты и внимательно следить за тем, чтобы не было попыток наведения понтонных переправ. Нам же предстоит штурм города с юга, а там равнина, танки пройдут спокойно. В остальном, главное взломать передовую линию обороны. - Хорошо. Как назовёшь операцию? – спросила Селестия, подписывая план операции. - Операция будет называться «Долгожданное».

Через несколько дней, Сталлионград.

Автомобиль мчал по улицам краснокирпичного города в сопровождении небольшого конвоя из двух полуторок. Небо коптили далёкие трубы заводов. Там выплавляли сталь, а на городских военных заводах она, силами рабочих, превращалась в винтовки, орудия, снаряды и броню для танков. Ежедневно фронт переваривал сотни тысяч патронов. Средний рабочей день в те дни составлял 12 часов. Пока мужчины были на фронте, у станков стояли дети, женщины и старики. Ночью работа заводов не прекращалась. Пока обычные рабочие отсыпались, к станкам вставали люди с длинными клыками и мембранными крыльями за спиной. Когда-то они были непризнанным племенем, а сейчас их труд жизненно необходим. Над проходной многих заводов висела растяжка: «Фестралы – надежда фронта». Не смотря на проблемы с рабочей силой, Сталлионград всё наращивал производство оружия и более того, вводил в производство новые образцы техники. Так, на загородном полигоне сейчас готовились к испытаниям нового оружия, доселе невиданного ни в одной армии мира. Машина проехала через КПП полигона и остановилась на небольшой стоянке. Из неё вышел генеральный секретарь ЦК СПК, Василий Витин. К нему подошёл мужчина в пальто и шляпе. - Здравствуйте, товарищ генеральный секретарь. - К испытаниям всё готово? – коротко спросил Витин. - Всё готово. – подтвердил мужчина в пальто. - Когда вы будете готовы начать, товарищ Блоссом? - Прямо сейчас, нам только нужно пройти в укрытие. Укрытие представляло их себя бетонный бункер, на поверхность выходила небольшая комната, обзор из которой осуществлялся через узкие бронестёкла. Мужчина в пальто, которого Витин назвал товарищем Блоссомом, снял трубку телефона и сказал одно слово: «Залп». Прошло несколько секунд тишины. А после, с ужасающим воем, над бункером пролетело нечто, напоминающее огненные копья, которые взорвались где-то вдалеке. Наблюдатели вышли из бункера и направились к месту взрыва. Выставленные до этого на полигоне танки были полностью уничтожены. Что уж там говорить про грузовики и чучела, представляющие из себя пехоту. Осмотрев результаты обстрела, Витин сказал: - Ну, товарищ Стардаст Блоссом, поздравляю вас. Вам выделены дополнительные средства на исследования. Скажите, оружие готово пойти в серию? Как скоро? - Пожалуй, после небольших доработок, оружие можно будет испытать в боевых условиях.

В двадцати шести километрах от Кантерлота

«...Мы отступаем. Опять. Пусть чейнджлинги и сильно истощились, но они до сих пор превосходят нас по количеству. Но я уверен, скоро мы погоним их от Кантерлота. С каждым днём положение стабилизируется. Ещё немного и наступление. Не волнуйся за меня, броня наша крепка и чейнджлингам её не пробить. Чует моё сердце, скоро мы с тобой увидимся. С любовью, твой Яник.» Сержант Шиллер тихо вздохнул и сложил письмо в планшет. Его танк, изрядно потрёпанный в боях, с кучей сколов и вмятин на броне, двигался в колонне таких же танков. Их танковая рота сейчас отводится в тыл для ремонта техники и пополнения боезапаса. Небольшой отдых в тылу пойдёт на пользу и экипажам. Хоть немного отвлечься от грохота орудий и фронтовой суеты, нормально поспать полезно для ментального здоровья. Однако этому было не суждено случится.

Следующий день, Кантерлот, Кантерлотский замок.

Нестор Лунин и принцесса Луна находились в кабинете Селестии. Очередное совещание между двумя сёстрами затянулось настолько, что для разрешения споров прибыл лично сталлионградский советник. - Послушайте, вы полторы недели назад показывали мне план операции «Долгожданное», который мы окончательно утвердили. И теперь вы в последний момент хотите полностью изменить свои планы? - Но сестра… - Луну за руку взял Нестор и глянул ей в глаза, дав понять, что он сам всё объяснит. - Госпожа Селестия – мысленно Нестор даже немного ухмыльнулся, с непривычки, давно он уже так ни к кому не обращался. – Конечно, с точки зрения классической войны это идея плохая. Однако, как показал опыт войны современной, ни один план не выдерживает первой встречи с противником. – Нестор сделал паузу, чтобы подойти к карте боевых действий – ситуация на фронте резко переменилась. Чейнджлинги, похоже, разгадали наши планы раньше, чем мы могли себе это представить. Согласно данным нашей фронтовой разведки, к воротам между горами, чейнджлинги подвели крупные силы, наглухо их закупорив. Стоит начать там наступление, как нам тут же пожгут все танки. - Ну хорошо, а откуда у чейнджлингов взялись свежие силы? – резонно подметила Селестия. - Вот, это самое интересное. Согласно данным, полученным от диверсантов и партизан, чейнджлинги увели значительные резервы с Кантерлотского направления. Очевидно, прознав про наши планы, они не ожидают быстрой их смены. Вероятно, по мнению Триммеля, мы откажемся от наступления вообще. Селестия приподняла бровь и с удивлением спросила: - А разве у вас уже готов новый план? - Да, сестра. – Луна протянула Селестии бежевую папку со штампом «Совершенно секретно». В папке было всё необходимое: описание самого плана, аэрофотосъёмка вражеских позиций, данные от различных разведчиков и описание возможного противодействия противника. Селестия молча подошла к окну и глянула на город. Кантерлот был тщательно подготовлен к обороне: сотни аэростатов, орудия ПВО на крышах зданий, мешки с песком, фанерные щиты, заклеенные полосками бумаги окна, страшно дребезжащие во время бомбардировок. По городу постоянно двигались недавно сформированные дивизии территориальной обороны: простые рабочие, которых в срочном порядке призвали под ружьё, дети, которые во время бомбардировок дежурили на крышах зданий и тушили зажигательные бомбы. Сейчас они отрабатывают различные сценарии обороны города. Их учат стрелять, кидать гранаты, жечь танки. Некоторые улицы были перекопаны, перегорожены противотанковыми ежами. На ближних подступах были вырыты километры противотанковых рвов и окопов. Установлены десятки минных полей. Город был готов к обороне. Однако, настроения в столице были удручёнными. Было похоже, что люди исчерпали свои возможности полностью и теперь до последнего тянут своё бессмысленное бремя. - Вы правы. Наступление должно начаться в ближайшее время. Мы должны отбросить врага от Кантерлота. Как назовёте новый план? Нестор лишь улыбнулся кончиками губ и ответил: - А разве нужно что-то менять? Через два дня, тыл Кантерлотского фронта. Было очевидно, что что-то заваривается. Эшелоны, которые до этого двигались на запад, в сторону Понидейла, в срочном порядке начали разворачивать и отправлять под Кантерлот. Однако чейнджлинги до последнего не хотели верить в то, что Луна решилась сменить планы так резко. Более того, вся эта заварушка – наверняка попытка дезинформации. Да, точно. Дезинформация. Не могут же эквестрийцы так быстро осознать свою ошибку. Они ведь и не подозревают, что большинство резервов второй армии Роланда было перекинуто в Понидейлские ворота. Победа вновь будет за Чейнджлингами. Из тыла на фронт так же отправили и роту, в которой служил Яник Шиллер. Не успев закончить с ремонтом, они сразу маршем двинулись на фронт. По официальным сообщениям: «подстраховать обороняющиеся части». Однако было понятно, зачем танковые соединения подводят к Кантерлоту. Помимо танков, на дорогах так что скопилось большое количество грузовиков. В длинных пробках, Яник писал письма Эшли. Однако ни одно из них он так и не отправил. Хотелось написать всё и сразу. Хотелось, но не получалось. Впрочем, пробки не могут быть вечными. На развилках дорога разгружалась и дальше можно было двигаться с нормальной скоростью. Обгоняя колонны пехоты, ехала военная техника. Мимо проезжали и сталлионградские грузовики, в кузове которых была установлена странная металлическая конструкция, накрытая брезентом. За ними ехали крытые грузовики, набитые ящиками. К вечеру следующего дня, рота Яника прибыла к фронту. Танки замаскировали в перелеске за холмом. После долгой дороги, танкисты наконец могли отдохнуть. Нестор Лунин и принцесса Луна тоже прибыли на передовую, на наблюдательный пункт артиллерии. Они были тут, чтобы контролировать подготовку к наступлению. Луна и Нестор сидели за столом и пили чай. - Я так понимаю, план изменениям уже не подлежит? – спросил Лунин, отхлебнув чаю из стакана с подстаканником. - А что, есть предложения? - Ну мы по пути сюда встретили несколько полуторок, накрытых брезентом. Вы знаете, что это? - Ну что? Нестор наклонился к уху Луны, его белые локоны упали на её плечо. Он шёпотом сказал: - Это новое оружие Сталлионграда. Мы хотим испытать его в бою.

Рассвет следующего дня.

Рано утром, сталлионградские комиссары собрали солдат в окопах. Говорили они примерно одно и то же: «Товарищи. Как правильно сказал товарищ генеральный секретарь, непобедимых армий не существует. Всё это время, мы показывали врагу свою слабость. Мы, хоть и не преднамеренно, усыпили его бдительность. Чейнджлинги готовят последний штурм Кантерлота. Но мы нанесём удар, пока враг замахивается…» В это время с наблюдательного пункта артиллерии, наводчик задавал координаты для стрельбы артиллерии. Тут было три таких наводчика: эквестриец и два сталлионградца. По телефонным линиям постоянно звучало: «Ориентир одинокая берёза, справа три, огневая точка», «Ориентир ель, слева один, окопанный танк». Единственное, один сталлионградский наводчик как-то странно давал координаты. Не точные, а примерные. Эквестриец глянул на наручные часы. 7:33. Пришло время. «Первая батарея по цели один, бегло, осколочным. Вторая батарея, по цели три, осколочным». Дав всем цели, наконец прозвучала команда: «Выстрел!» Громыхнул первый залп. За ним второй. И третий. К обстрелу подключились сталлионградские орудия особой мощности, 203-мм гаубицы Б-4. Тем временем с тех самых полуторок снимали брезент. Под ним оказалась металлическая ферма с закреплёнными на ней ракетами. По телефону дали команду: «Залп». Ракеты, одна за другой, начали улетать вдаль. Страшный вой зазвучал над окопами, а за ним последовала череда взрывов. Обстрел затих, солдаты по обе стороны притаились. Никто не решался хоть что-то предпринять. Как будто замер весь мир. В эту секунду решается судьба не Кантерлота. Решается судьба мира. Оцепенение спало. Из окопа поднялся сталлионградский политрук, встал на бруствер, направил пистолет в небо и закричал: «Товарищи, в атаку!» Солдаты Сталлионграда, а вслед за ними и эквестрийцы, поднялись из окопов и начали плотной массой наступать на окопы врага. Чейнджлинги, которые до сих пор были в ужасе от того воя ракет, даже не решались поднять голову из окопа. Новое оружие Сталлионграда показало себя наилучшим образом. Пулемётные точки, позиции противотанковых пушек, на первых линиях окопов всё это было уничтожено. Но окончательно чейнджлингов добило то, что после такого ужасающего воя, по ту сторону окопов потянулись строчки: Если завтра война, Если враг нападёт, Если тёмная сила на грянет. Как один человек, Северянский народ За свободную родину встанет! А после боевой клич «Ура» грянул настолько громко, что на какое-то время заглушили шум танковых двигателей. Танковые батальоны, вздымая снежные вихри, вступали в бой с танками чейнджлингов. Встречный танковый бой превратился в ожесточённую схватку. Бело-голубое декабрьское небо было затянуто густым чёрным дымом от сгоревшей техники. В небе завязался бой за превосходство в воздухе. Витинские соколы и асы Люфтваффе, будучи непримиримыми врагами, становились друг для друга настоящей костью в горле. Они садились друг другу на хвост, шли в лобовые, в радио только и звучали фразы: «Мессер, сверху! Уходи вправо!» «Прикрой, атакую!». В какой-то момент смешались радиоволны: «Внимание, Як-9 на хвосте!», «Группа Харрикейнов, три часа!» Тем временем в штабе кипела работа. Первый бой ещё не закончился, но корректировки уже были необходимы. Пока Нестор отдавал приказы и принимал доклады, Луна рисовала тактическую карту. Используя преимущество в инициативе, войска Эквестрии по ходу продвижения создавали небольшие окружения. На исходе первого дня, передовые позиции чейнджлингов были сметены огнём артиллерии полностью. Несмотря на потери, Эквестрия продолжала наступление. Почти четверть танков подорвались на минах. Но к концу недели был освобождён город Луна Нова и Чейнджлинги окончательно потеряли возможность для броска на Кантерлот. Тогда радиоприёмники по всему Сталлионграду издали особый сигнал, который привлёк внимание всех, кто был рядом. Из динамиков послышался голос Синистра Серова: «Внимание, говорит Сталлионград. Передаём важное сообщение северянского правительства. Неделю назад, 23 декабря, на рассвете, войска Эквестрии и Сталлионграда перешли в контрнаступление против передовых войск Чейнджлингов! Освобождён город Нова Луна и множество маленьких городов и сёл. Под ударами нашей доблестной армии, враг бросает свои позиции и в панике отступает! Эквестрия официально заявила о снятии статуса города на осадном положении с Кантерлота! Сражение за столицу Эквестрии окончилось полной победой Объединённого всеэквестрийского фронта!». Народ ликовал. Сейчас армию чейнджлингов членят на отдельные очаги сопротивления. Под Луна Нова были окружены более пятидесяти тысяч чейнджлингов. Казавшийся неизбежным разгром Эквестрии, превратился в их громкую победу. Попытка переброски войск из Понидейлских ворот для попытки остановки наступления войск Эквестрии привела к только к большим потерям от нового Сталлионградского оружия, реактивной системы залпового огня, БМ-13 по прозвищу «Катюша». Тем не менее, даже добравшиеся до фронта дивизии не смогли остановить наступающий Кантерлотский фронт. А ослабление Понидейлских ворот позволило Луне реализовать и первую версию плана «Долгожданное», хоть и в меньшем масштабе. Позднее, Луна напишет в мемуарах: «Ни с чем не сравнить те дни. Появилось в стране воодушевление, которого, кажется, никогда до этого не видели. Газеты состязались в хвалебных статьях, Equestria Daily хвалила Красную армию, а Правда поздравляла королевскую армию с первой победой. Даже в официальные сводки просачивалась эта радость. Настолько она была сильной, что мне пришлось постоянно останавливать части, которые, вопреки приказам, шли в наступление. Но это и не удивительно. Ведь это была безоговорочная победа. Первая победа Эквестрии в годы Великой войны»