Угроза на Эквусе. Equestria at War

Чарльз проснулся от ужасных громких взрывов, совсем неподалёку. Авиация? Артиллерия? Не это сейчас важно. Быстро вскочив с койки, генерал накинул на плечи китель. В это время в казармах дневальные поднимали солдат командой: «Тревога!». Солдаты в спешке оделись, похватали оружие и высыпали на улицу, заняв позиции в окопах и на огневых точках. Генерал находился прямо рядом с ними, чтобы дать понять, что их не бросят, ведь если погибнут солдаты, погибнет и Чарльз. Из оружия у него был автомат и несколько гранат. Когда обстрелы стихли и перестали падать бомбы, солдаты выглянули из окопа и увидели, что на них прёт целая армада: танки, пехота, мотоциклы и бронетранспортёры. Один солдат попытался пересчитать танки, но на двадцатом зажмурился и сел на дно окопа, его лицо показало признаки страха. — Сэр, что делать? Мы не сможем справится с таким количеством солдат. — Взрывайте мосты через реку. — Но сэр… — попытался возразить адъютант, на что получил резкий ответ: — Я знаю, что приказано взрывать мосты только при отступлении. Пропустите несколько танков на мост и подрывайте. Дальше будем действовать по обстоятельствам. Выполняйте! Адъютант отдал честь и пошёл по окопу в поисках сапёров. Генерал встал в полный рост и во всё горло закричал: — Парни, вот он, наш последний бой! Так давайте же с честью примем его! Бейте чейнджлингов! Огонь! Через час, город Хоуп Холлоу, штаб Эквестрийского фронта. — Да. Да, понял. Конец связи Мужчина с сигарой в зубах положил трубку и, глянув на присутствующих генералов, сказал: — Войска чейнджлингов прорвались в западные районы Олеандра. Им удалось форсировать реку, несмотря на взорванные мосты. Связь с генерал полковником Чарльзом пропала. Судьба его неизвестна. Однако, по данным авиаразведки, бои в городе продолжаются. Женщина в тёмно-синей генеральской форме судорожно вздохнула. — Завтра мне выезжать в Кантерлот, а у меня нет точной информации о действиях врага. Мы даже не знаем, где сейчас находятся наши дивизии. Немного подумав, Луна поднялась со стула и повернулась к девушке, которая выделялась из общей массы генералов. Крепкого телосложения, хоть и одета в генеральскую форму, на голове, вместо фуражки, красуется соломенная шляпа. Впрочем, её это никак не смущало. — Эплджек, отдаю тебе танковую дивизию из резерва. Постарайся отбить город, или хотя бы задержать противника. — Будет сделано, мэм Ночь с 22 на 23 ноября, дорога Хоуп Холлоу-Олеандр. По ночной тьме медленно двигалась танковая колонна. Тяжёлые танки Селестия и средние Древесный волк ехали с погашенными фарами, командиры напряжённо всматривались в пустоту, чтобы ненароком не произошло столкновения. Внезапно, в шлемофоне зазвучал голос командира батальона: «Танки, 12 часов!» Откуда? Наши отступают? Но ведь под Олеандром не было наших танков. Неужто чейнджлинги пробились? Впереди показались десять необычных, маленьких танков. Клёпанная броня, по 4 опорных катка на борт, угловатая башня в центре корпуса, пушка примерно 40 миллиметров. Танкисты уже приготовились стрелять, однако совсем скоро прозвучала команда: «Отставить! Это свои!». На башне танков был нарисован символ солнца и луны, это опознавательный знак войск Эквестрии. Танки остановились. Командир дивизии вылез из люка и подошёл к лёгким танкам. — Кто такие? — комбат задал вопрос мужчине в красном берете, который вылез из головного танка. — Подполковник Свифт Хейз, пятый батальон одиннадцатой дивизии королевских ВДВ. — представился мужчина в берете. — Подполковник Хейзл Кларк, первый батальон, пятая танковая дивизия. Десантники, значит? — Так точно, сэр. Видите, только, теперь нас в пехоту определили. — Вижу, вижу. Ты мне, десантура, вот что скажи. Что там в Олеандре? — В Олеандре то? Бои там в Олеандре. А вы, я так понимаю, на подмогу? — Ну, на подмогу. — подполковник глянул на часы и сказал — Ладно, бывайте, парни. Некогда нам тут. Удачи вам. — Кларк и Хейз отдали честь и вернулись в свои танки. Десантники и танкисты разъехались. Команда: «Танки, стоп!». Они остановились на городской площади, рядом с отделением полиции. Кларк сразу отправился в штаб дивизии Чарльза. — Подполковник, сэр! — сидящий за бывшей стойкой регистрации парень лет девятнадцати встал со стула, на пол упали несколько бумаг, которые он перебирал. — Вольно. Где генерал-полковник? — Он у себя в кабинете, сэр. Прошу, не надо его беспокоить, он крайне вымотан сегодняшним боем. — Ничего, ради новостей, которые принёс я, побеспокоить его стоит. Где его кабинет? — Я вас провожу, сэр. Паренёк вышел из-за стойки и пошёл по коридору, за ним пошёл Хейзл Кларк. — Подождите здесь, сэр — парень зашёл в кабинет генерала, а через минуту пригласил войти подполковника. Чарльз сидел за столом и пил чай. На его лице виднелись совсем свежие шрамы от осколков, плечо было перевязано, а бинт пропитался кровью. — Здравия желаю, сэр! — Хейзл резко выпрямил спину, встав по стойке смирно. — Присаживайтесь подполковник. — Чарльз жестом руки пригласил Кларка за стол. Когда комбат уселся, генерал-полковник заговорил — я так понимаю, вы те самые танки, которые мне обещали? — Так точно, сэр. — Сколько вас? — спросил приглушённым тоном Чарльз — Почти полнокровный батальон, сэр — Это хорошо. — немного помолчал, генерал-полковник с горечью сказал — эх, где же вы были до этого? Будь у нас хоть танковый взвод… — Генерал-полковник, сэр. Какой план действий на завтра? — На завтра? Постараться выжить и удержать город до подхода новоиспечённых дивизий. — немного подумав, он добавил, уже полушёпотом — это наш план на ближайшие четыре дня. — Сэр, как прикажете распределить танки? — Ах, да. Может, у вас есть идеи? — Ну, раз так, то я предлагаю вкопать некоторые танки на дорогах, чтобы создать таким образом огневые точки. Основные силы сосредоточить около церкви, в порту и на вокзале. Чарльз резко изменился в лице, оно стало более мрачным. — Вокзал и церковь заняли чейнджлинги. С колокольни церкви бьют снайперы, а в кирпичном здании вокзала засели пулемётчики. Они там как в ДОТе, не выкурить. — Генерал-полковник, сэр. Я обещаю, если вы дадите мне пару рот пехоты, то завтра мы отобьём вокзал и церковь. Когда прикажете идти в атаку? — Да дело в том, что взять их нужно вчера. Враг уже закрепился, подвёл противотанковую артиллерию. Так что ваши танкисты просто умоются кровью. Подполковник ухмыльнулся и сказал: — Сэр, вы ещё не видели наши танки — Да вон, десантники пытались отбить вокзал, им все танки пожгли. — Сэр, на вооружении моего батальона стоит 16 танков Селестия. Для противотанковых пушек Чейнджлингов это крепкий орешек. — Селестия, говоришь… — немного помолчав, Чарльз крикнул за спину подполковника — Винг! Когда в кабинет вошёл названный человек, Чарльз сказал: — Вот что, разыщи майора Майлза и приведи сюда. Есть для него задание. Без лишних слов, адъютант развернулся и пошёл на поиски майора, через несколько минут, Майлз зашёл в кабинет и доложил: — Майор Майлз по вашему приказанию прибыл! — сказал он, стоя по стойке смирно. — Присаживайся, майор. Когда рядом с Хайзлом сел Майлз, генерал-полковник сказал: — Майлз, временно ты переходишь в подчинение подполковника. Вам с ним предстоит отбить городской вокзал.

Рассвет следующего дня

— Ну что, майор, понятен план? — подполковнику приходилось кричать, перекрикивая двигатели танков. — Да, сэр! Постепенно наступаем на вокзал с двух сторон, по пути подавляя огнём противника! А там всё решит рукопашный бой! — Всё, хорошо! И да прибудет с нами Селестия. — последние слова он сказал полушёпотом, закрывая за собой тяжёлый танковый люк. «Танки, вперёд!». Тяжёлые машины войны дрогнули и отправились на запад по узким улочкам старого городка. Танки ехали на низкой скорости, везли пехоту на броне и прикрывали своим корпусом пеших солдат. Ожидание боя было мучительным. Некоторые молодые солдаты настолько сильно сжимали в руках винтовку, что ногтями впивались в собственную ладонь и из-за страха предстоящего не замечали этого. Внезапно, в радиоэфир ворвался один из танковых командиров и закричал: «Четвёртый панзер! На 12 часов!». В ответ на это, комбат быстро скомандовал: «К бою!». Танки начали перестраиваться, но в условиях узких улиц это была сложная задача. Вдоль стен начали летать первые снаряды. Попадание в броню тяжёлых танков отдавалось громким звоном рикошета, а по постоянно меняющему позицию Panzer IV снаряды не попадали. Внезапное сообщение: «Танки! 6 часов!». Чейнджлинги, используя преимущество в скорости, быстро окружили группу танков и начали постепенно затягивать петлю, приближаясь к центру кольца. Приказ: «Держитесь, парни! Прикройте пехоту! Танкам не больно, чейнджлинги нас не пробьют!». Действительно, все попавшие в тяжёлые танки снаряды со звоном отлетали от брони. Уже несколько Panzer IV горели, загораживая узкие улицы. Подполковник постоянно координировал действия группы танков, не забывая отстреливаться от врагов. Что происходит? Неужто, чейнджлинги узнали о планах подполковника? Бред какой-то. Громкий взрыв где-то справа вернул Хайзла с небес на землю. Путь на запад оказался открыт, там все танки чейнджлингов были уничтожены. Приказ: «Парни, выполним свою задачу! Все, на запад!» Танки ринулись в образовавшуюся брешь и оказались рядом с вокзалом, сходу начали наступать, отвечая огнём орудий на любую вспышку из окон здания. Пехота сражалась умело, шла на штурм без страха. Совсем скоро перестрелки в здании превратились в отчаянную рукопашную схватку. В ход шло всё: штыки, карманные ножи, лопаты, кирпичи. В конце концов, здание было отбито. Подполковник сразу попытался связаться с Чарльзом: «Генерал-полковник, сэр, вокзал взяли, потери небольшие. По пути встретили небольшую группу из танков чейнджлингов, отбились от них.». Однако в ответ генерал-полковник скзаал: «Отступайте. Срочно, отступайте!». Через несколько часов началась вторая попытка штурма города со стороны чейнджлингов и тяжёлые танки больше пригодились бы там. Началась она без артиллерийской подготовки, чейнджлинги просто приблизились к позициям эквестрийцев. Это застало солдат врасплох, чейнджлинги давили массой техники и шквалом огня. Эквестрийцы дрались с отчаянием обречённых. Чейнджлинги как обычно старались давить массой техники, но Древесные волки пока позволяли сохранять паритет в огневой мощи. Эквестрийцы постепенно отступали. В один момент солдаты увидели, что на них движется ядовито-зелёное облако. Вероятно, среднестатистический эквестриец ни разу в жизни не слышал про хлор. При вдохе он раздирает лёгкие, глаза начинают сильно зудеть и слезиться. Солдаты болезненно кашляли, не понимая, что происходит. Кашель раздирал лёгкие до крови, танкисты покидали свои машины и становились жертвами снайперов и шальных пуль. Выплёвывая куски лёгких, солдаты стреляли во врага, пока могли держать оружие. Повезло только тем, кто находился на окраине.

Штаб армии, деревня в 134-х километрах от Олеандра.

В избу, которая временно выполняла роль штаба, с безумными глазами ввалился мужчина с погонами генерал-полковника. Оборванец, по другому его не назвать, смотрел в глаза Эплджек и молчал. — Генерал-полковник, почему покинули город? — строгим тоном спросила Эплджек. — Где ваши солдаты, чёрт возьми? Вы что, бросили своих солдат? А я то думала, что вы не шкурник, что вы подаёте достойный пример солдатам. А вы… трус! Генерал-полковник несколько секунд помолчал, а после резко заговорил: — Вы думаете, я покинул своих солдат. — Чарльз уже не выдержал, сорвавшись на крик — Вы понятия не имеете, что происходит в городе! Посмотрите на улицу! Там всё, что осталось от танкового батальона и пехотной дивизии! Эплджек неторопливо подошла к окну и глянула туда. Ну улице стояли 10 солдат в порванной форме. Среди них был подполковник Хайзл Кларк. — Вы должны срочно эвакуироваться, чейнджлинги перешли в наступление. Спустя неделю, кабинет генерального секретаря, Дворец Советов. Василий Витин был явно недоволен, рассматривая актуальную карту боевых действий и читая отчёты о боях. — Ну, Лунин, что скажешь? — генсек оторвал взгляд от карты и снял очки. — Танки чейнджлингов вновь начали приобретать скорость молниеносной войны. Армия Эквестрии не успевает подвести к фронту новые дивизии. Витин постучал ручкой по столу и сказал: — Значит так. Лунин, я откомандировываю тебя в штаб Кантерлотского фронта. Луна, конечно, генерал талантливый, но опыта боевых действий у неё не хватает. Будешь помогать ей руководить войсками. Лунин и Витин — давние друзья и соратники по партии, они всегда были вместе, почти братья, если не по крови, то по духу точно. Нестор из-за уважения к другу и его чину, всегда выполнял его поручения никогда не перечил. Но сейчас, он возразил: — Товарищ генеральный секретарь, а кто будет руководить войсками в моё отсутствие? И сколько эта командировка продлится? — Эта командировка закончится, когда будет остановлен бросок на Кантерлот. А смену мы тебе найдём, не волнуйся. Нестор был крайне ревнив к своей должности, врятли кто-то мог тягаться с его умениями и опытом. Он боялся, что без него всё развалится, что без него Красная армия не сможет воевать. — Товарищ генсек, вы понимаете, что… — Нестор! — резко прервал своего друга Витин — послушай. Я понимаю твоё отношение к своему посту. Понимаю, что у тебя проблемы с доверием. Но и ты пойми, что от судьбы Эквестрии зависит судьба и всего мира. Как бы то цинично не звучало, но пока гибнут жители Эквестрии, на земли Сталлионграда война не придёт. Витин глянул прямо в глаза Нестора. В них он увидел сложные размышления: глаза маршала быстро бегали из стороны в сторону. Наконец, Лунин поднял голову и ответил: — Ты прав, Василий. Одним нам против королевства Чейнджлингов не выстоять. Немного помолчав, маршал резко встал по стойке смирно и сказал: — Разрешите идти? — Иди, Нестор, иди. — спокойно ответил генеральный секретарь, а после добавил — послезавтра самолётом вылетаешь в Хоуп Холлоу. Понял? Нестор остановился в дверях и ответил: — Так точно, товарищ генеральный секретарь, понял. — немного поразмыслив, он добавил — Слушай, Вась… Разреши мне самому назначить своего заместителя. — У тебя есть кандидаты? — поинтересовался заискивающим тоном генеральный секретарь. — Так точно. — Ну, тогда, перед отлётом передашь свои полномочия ему. — Ей, товарищ генеральный секретарь — поправил друга Лунин.

Первое октября, аэродром близ Лошадска.

Предполётная подготовка подходила к концу. На взлётно-посадочную полосу вырулил транспортный самолёт Ли-2. Лучи рассветного солнца отражались от его блестящего алюминиевого корпуса, на котором выделялись большие красные звёзды. — Товарищ маршал! Самолёт к вылету готов! — к Лунину подбежал юноша в синей спецовке и такого же цвета пилотке. Синяя форма ему была явно не по размеру, подобно мешку висела на нём, и из-за создаваемого от пропеллеров ветра, немного колыхалась. Лунин молча глянул на лицо механика и пошёл к самолёту, придерживая папаху, чтобы ту не сдуло. Вслед за ним шли некоторые Сталлионградские генералы. Когда все поднялись по трапу и заняли свои места в самолёте, пилот дал отмашку, что означает: «От винта!». На взлётной полосе не осталось людей и был разрешён взлёт, Ли-2 начал разгоняться и скоро оторвался от земли, начав набирать высоту. — Товарищ маршал, с вами всё в порядке? — спросила Вероника Краснова, глянув на Лунина. — Да, да, всё нормально. Просто летать не привык. Лунин, конечно, переживал не по поводу перелёта. Он волновался, что Луна окажется хуже Блюблада и вообще не станет слушать его советы. Однако, его опасения развеялись, стоило ему только сойти с трапа на аэродроме Хоуп Холлоу. Луна лично приехала встретить группу атташе, на её лице виднелась лёгкая улыбка, в глазах легко читалась радость с нотками надежды. «Похоже, нас ждёт продуктивная работа» — с облегчением подумал маршал Лунин.

8 декабря, Кантерлот.

С самого утра в воздухе царила странная атмосфера. Центральные улицы города были перекрыты, стадион, гостиницы и некоторые парки были закрыты на неопределённый срок. Однако, без учёта этих фактов, это было самое обычное морозное утро в Кантерлоте. Город понемногу просыпался. Почтальоны разносили почту и газеты Equestria Daily. На первой странице красовалась большая фотография с марширующими солдатами Эквестрии и заголовок: «Большой парад». На улицах столпились зеваки. Каменная дорога задрожала от громкого стука кожаных сапог. Заговорили громкоговорители на столбах: «Внимание, внимание! Начинается военный парад вооружённых сил объединённого всеэквестрийского фронта!» Этот парад — козырь, который разыграли Селестия и Витин. В момент, когда веры в победу осталось меньше всего, когда войска чейнджлингов, после взятия Хоуп Холлоу, имеют прямой выход на Кантерлот, было решено продемонстрировать не только союзникам, но и противникам намерение бороться до конца. Радиостанции в Эквестрии и Сталлионграде разносили трансляцию с парада: «Внимание, говорит Сталлионград. Ведём прямую трансляцию парада из Кантерлота». Первыми на улицах города появились три королевских гвардейца в блестящих доспехах. Они шли клином и солдат в острие этого клина нёс знамя Эквестрии, два остальных солдата несли знамёна Сталлионграда и Кристальной империи. Вслед за ними, под незамысловатый мотивчик марша гренадёров, на улицах появилась пехота Эквестрии. Комментатор объявляет: «Во главе парадного расчёта генерал-полковник Чарльз. Герой битвы за Олеандр и Ванхувер. Он до последнего находился на передовой и был готов умереть за Эквестрию, но смерть от него отказалась». Чарльз был одет в парадную форму, с орденами и аксельбантом, на его лице всё ещё хорошо читались шрамы прошедших боёв. Вслед за пехотой уходит и марш гренадёров, на площади появляются пилоты ВВС Эквестрии, а вместе с ними специальный марш авиаторов. В парадном расчёте шагают истребители, которые доблестно вступали в битву с врагом, превосходящим по количеству и качеству. Несмотря на все тяготы и лишения, они не давали чейнджлингам чувствовать себя хозяевами положения, заставляя считаться с силами эквестрийских истребителей. Сменился марш и на улицах, лязгая гусеницами и с рёвом моторов показались танки Древесный волк. Как и авиация, танки не были многочисленны, но храбрости танкистам было не занимать. Вслед за средними танками, мчались маленькие, юркие танки Тетрарх. Из головного танка по пояс выглядывает мужчина в красном берете и с маленькими наушниками на шее. Это танковое подразделение королевских парашютистов. Как гласит голос комментатора: «Парашютисты, что с парашютом, что без, показывают свою высокую выучку. Они задержали вражеское наступление на Олеандр и позволили выиграть ещё несколько дней в боях за город. Парашютисты — элита войск Эквестрии.» Ещё много различных подразделений маршировало по улицам, когда наконец музыка окончательно сменила жанр. Зазвучали более воинственные марши и характерный топот множества кирзовых сапог заполонил улицы. Каждый шаг левой ноги солдат в шинелях и ушанках с красной звездой был в такт строчкам: А для тебя, родная, Есть почта полевая. Прощай, труба зовёт Солдата в поход. Песню транслировали ретрансляторы на столбах и заглушалась она словами комментатора: «Войска Сталлионграда, не смотря на все прошлые столкновения с Эквестрией, встали на защиту независимости, не только своей страны, но и всего мира. Они сковали главные силы королевства Чейнджлингов и дали армии Эквестрии восстановится после первых поражений.». Музыка плавно сменилась и на улицы вышли солдаты в шинелях с синими петлицами под песню: Мы рождены, чтоб сказки сделать былью, Преодолеть пространство и простор, Нам разум дал стальные руки-крылья, А вместо сердца пламенный мотор. Все солдаты стягивались на площадь перед Кантерлотским замком. На балконе дворца стояли несколько людей: принцесса Селестия в шикарной белой шубке, здесь явно виднелась работа профессиональной руки Рарити, рядом с ней стояла принцесса Луна в тёмно-синей шинели. А вот кого тут не ожидали увидеть, так это Василия Витина. Нигде не сообщалось, что он прибудет в Кантерлот, чтобы принять парад. Рядом с ним стоял маршал Лунин в своей красивой парадной форме и папахе. Селестия подняла руку ладонью вперёд. Собравшиеся на площади люди затихли, заглушили двигатели танков. Начала Селестия, кажется, немного робко: «Здравствуйте, солдаты Эквестрии. Вам всем хорошо известно, что наша мирная родина находится в страшной опасности.». Однако скоро, её голос обрёл твёрдость, жестикуляция стала более выразительной: «Горький опыт войны показал, что именно наш пацифизм привёл к нападению на нас. Враг увидел, что мы не представляем угрозы. Но солдаты, которые погибли, встав первыми на защиту родины полегли не напрасно. Мы осознали, что добро должно быть с кулаками! Первые павшие солдаты позволили нам укрепить последующие рубежи обороны! Я повторю вам, добро должно быть с кулаками! Причём с кулаками такими, чтобы ни один враг не посмел к нам сунутся! Чтобы враг знал, что получит жёсткий отпор, подняв меч на нашу страну!». Пожалуй, если бы Селестия сказала такие слова года два назад, её просто сочли бы сумасшедшей. Но почувствовав жестокие удары от чейнджлингов, Эквестрия сделала правильные выводы. Закончила свою речь принцесса Селестия так: «Солдаты! Я призываю вас встать на защиту родины! Пора поднять свой меч возмездия и отрубить голову гидре! Добро должно быть с кулаками!». Переждав овации толпы, к микрофону подошёл Василий Витин. Выглядел он уверенным, видно, что для него подобные выступления — дело обычное. Окинув быстрым взглядом строй солдат, он начал говорить спокойным, но твёрдым, поставленным голосом: «Товарищи. История показывает, что непобедимых армий не существует. Любая армия может быть побеждена упорной обороной и военной хитростью. Красная армия Сталлионграда и королевская армия Эквестрии, только совместными действиями мы с вами сможем отбросить чейнджлингов от Кантерлота и выгнать их с территории Эквестрии, обеспечить безопасность Сталлионграда. И я обещаю, что следующий парад мы с вами встретим уже в Весилиполисе! Товарищи, помните, наше дело правое, ведь мы боремся за свою свободу! Нами движет желание уничтожить тиранию! За уничтожение тирании! Ура!» Громогласное троекратное «ура» раскатом грома облетело площадь. Военный оркестр начал исполнять марш «Священная война», парад продолжился. Мимо дворца в аккуратныэ шеренгах маршировали солдаты, лязгая гусеницами проезжали танки и артиллерийские тягачи. Они отправлялись на защиту Кантерлота.