Spider-Wensday: начало...

— И знаешь что, знаешь, что я тебе скажу? Пошёл ты нахуй Джон, понял меня? Надеюсь мы блять не увидимся.       Эдриан решил уволится с института. Зачем ему этот сраный институт, когда он рубит отличные бабки со своей незаконной деятельности, и параллельно, не напрягаясь, скоро начнёт работать в Неверморе.       Сначала ему было жалко студентов, но потом, он рассмеялся сам себе в лицо, и сказав им заочно идите в жопу, в реальности он бы так говорить не стал, всё-таки их много, а он один.

***

      Так, это туда, точно до грамма. Это сюда. Не перепутать. Три. Два. Один. Не взорвалось. Значит не перепутал.       На самом деле, варить всякую дрянь очень опасно, особенно если она состоит из взрывоопасных веществ. А его рецепт метамфетамина, именно их и подразумевает. Сам он не пробовал, но наркоман, на котором он это испытал, вштыренный был не меньше получаса. А потом слёзно умолял ещё дозу, потому что такого прихода у него в жизни не было.       Эдриан не дурак, он эту дрянь пробовать не будет.       В лаборатории играла музыка. Не слишком громко, чтобы он не прослушал момент закипания, но и не тихо, чтобы не насладится.       Звучало какое-то рок-регги, в таком, приятном наркоманском стиле. Такое обычно вставляют в фильмы, когда показывают, что люди сдолбили косяк. Борьба предполагает отступление Беспокойству приходит конец Зато появилось желание Потрогать виском горячий свинец       За свою достаточно долгую жизнь, Эдриан повидал всякого дерьма. Чёрт, да он же родился в шестидесятых. Времена морального и нравственного разложения в обществе на фоне Въетнаского конфликта. Однако, ему повезло, он родился не в семье хиппи-наркоманов, а в приличной семье. Это всё-таки не помешало ему одним из вечеров летнего дня, прийти на свидание к девушке, прямо домой. Хах, там он впервые «дунул» вместе с ней. Вот вы спросите, кто эта девушка? Почему небо в алмазах, и есть хочется… а он вам ответит. Это была Дорис. В те времена, она кажется любила его, и решила с ним разделить это. Гражданин убийца Ты отличный парень Ты отличный дурень Гражданин убийца       Гражданин убийца… он ведь реально по сути дела своими действиями губит людям здоровье.       Однако, голос разума почти тут же пресёк эту мысль.       «Они сами выбрали эту дорогу. Значит такова их судьба.» — жестоко. Но справедливо. Так появляется первое правило Проблема лишь в том появиться на свет Пока закипит вонючее варево Меня в этой жизни простынет след       Очередное наркоманское варево. Кажется, в песне поют про героин. Но такое он точно делать не будет. Морально-нравственные принципы у него есть.       Хах, хотя, смешно слышать это от человека занимающегося подобным. Принципы…       Впрочем, они у него есть, ведь, он всё-таки в этом деле новенький. Но, он уже зашёл в это. Обратно, как и сказал ему Бык — вперёд ногами. Гражданин убийца Ты отличный парень Ты отличный дурень Гражданин убийца В качестве президента абсурда Я исключение ясности И даже законам природы Должно быть станет дурно От этой каменной непонятности       Каменная непонятность? Законы природы? Плевать Эдриан хотел на законы, человеческие, божьи, природные. От него отвернулись даже самые близкие люди. Впрочем, он уже не чувствует гнев. Но и возвращаться…       Нет.       Исключено. С него хватит. Гражданин убийца Ты отличный парень Ты отличный дурень Гражданин убийца       Да, Тумс отличный парень. Он сумеет пережить всё, что происходит.       Отлично. Нет, ну просто шикарно.       Результат просто выше всех возможных ожиданий. Свари бы что-то подобное какой-нибудь студент… он бы вызвал полицию. Шутка. Он бы поставил ему пять, за качество и эффективность работы.       Взвесив получившийся результат, он пришёл к тому, что невероятным образом — выход получился даже больше планируемого. Не намного, но это была приятная погрешность.       Во время работы, Тумс все свои действия поговаривает на скрытый диктофон, чтобы при получении лучшего результата не забыть порядок действий.

***

      На часах кажется, четыре. Четыре утра. Осторожно, практически еле двигаясь, Уэнсдей открывает окно своей спальни.       Едвали она делает шаг, как слышит звук включающегося ночника.

Тук-тук

      Сердце едва не останавливается.       Мгновение на принятие решения.

Тук-тук

      Она поворачивается и смотрит на свою соседку.       Энид смотрит своими ясно-голубыми глазами прямо ей в душу.       Как же хорошо, что Уэнсдей не переодевается в комнате. Слишком было бы подозрительно. Она делает это чуть раньше, оставляя портфель на паутине. Вряд-ли кто-то разумно-мыслящий туда полезет. Так что всё в норме.       Впрочем, координально ситуация не меняется. — Ну и где ты была?       Уэнсдей пытается в голове придумать что-нибудь, и выходит: — Я… ну, ходила, вот, ногами. — Прям до четырёх часов ночи?       Ну что-ж ты дожимаешь то… — Ну… далеко ходила.       Уэнсдей опять пошутила от стресса.       Ей гораздо проще справится со своими эмоциями отшучиваясь. При этом, как и было сказано — она не смеётся. Синклер тоже не оценила шутку. Впрочем, может, обстоятельства не те?       ТАК. СТОП. КАКОГО ЧЁРТА. С ЧЕГО ВДРУГ! — А чего это я вообще перед тобой отчитываться должна? Где я была, там меня уже точно нет. — Передо мной можешь не отчитываться, однако, я за тебя волновалась. У нас, знаешь ли, не самый благоприятный город для одиноких девушек гуляющих в ночи. Плюс ко всему, ты же понимаешь, что своей прогулкой, а точнее, я более чем уверена что свиданием, ты нарушила устав академии. В жизни не поверю, что ты его не читала. — в её голосе слышалось волнение и злость.       Синклер… злится? Уэнсдей шутит…? Она переживала? С каких пор? — И с каких пор оборотню за меня переживать. — С таких, что ты моя соседка и… — она не успевает договорить, краснея. — Можешь не договаривать, выключай свет, я ложусь спать. — сказала она, и даже не раздеваясь, демонстративно упала на кровать. — Посмотрите какая королева нашлась. Когда надо будет, тогда и выключу. — сказала она, вырубая свет.       Странная ты, Синклер. Странная.

***

      Последствия всегда настигнут тебя. Делаешь ты хорошее, плохое или ничего. Всегда. Как бы ты ни пытался от этих самых последствий скрыться.       Уэнсдей вроде и делала хорошие дела, а вроде легла спать в четыре утра.       А последствия были тем, что она клевала носом на уроке.       Впрочем, ей определённо везёт, ведь тему она знает. — Мисс Аддамс, скажите, что из этого мы можем понять? — спрашивает её Тумс.       По преподавателю тоже отчётливо видно, что он хочет спать. — В первую очередь, что движение тел в пространстве… — однако, Тумс её не слушает. Точнее, только в пол уха. Она и правда умна. — Да, вы молодец мисс Аддамс, — потирая сонные глаза сказал он.       Продолжив клевать носом и после урока, Уэнсдей не замечает как сталкивается прямо с…       Пока они падали, Уэнсдей успела открыть глаза, проснуться и понять что она сделала. А ещё, мгновение на осознание того, что Синклер, которую она только свалила с ног, ну очень близко. Неприятно близко.       В буквальном смысле она чувствует её запах изо рта. Кстати неплохая зубная паста. Наверняка ветеринар прописал.       А ещё, сладковатый запах вишни, кажется, от её помады.       Тело движется на автомате, Аддамс подскакивает, и следом подаёт руку Энид.       Удивленная таким жестом светловолосая принимает помощь, и встаёт. Однако, черноволосая хлопает её по плечу и говорит: — В следующий раз, смотри в оба глаза и не будь такой рассеяной. — Э… это ты в меня врезалась. — Следи за собой, и будь осторожна.       Уэнсдей уходит.       «Что это было?» — думает Синклер, смотря ей в след.       «Надо умыться, и сегодня лучше не патрулировать а выспаться.»

***

      Нет, ну это уже определённо точно наглость. Мало того, что её «пробивает на хавчик», так она ещё и не скрывает свои красные глазища. Чёртова наркоманка. Если её родители об этом узнают…       Однако, поделать ничего нельзя. Только насыпать еду. Впрочем, стоит просто обратиться к директрисе.       А Уэнсдей безумно хочет есть и спать. Ну, как в той песне: жрать и спать, жрать и спать, хочу каждый момент.       Она совсем не замечает, как к ней кто-то подходит. Однако, кто-то слегка дёрнул её за плечо. Слишком нежно чтобы она резко проснулась, слишком сильно чтобы она не заметила. — Привет. — говорит парень.       Уэнсдей открывает глаза, и видит перед собой Ксавье Торпа, стоящего с двумя стаканчиками кофе. — Я подсяду?       Надо же. Хоть кто-то здесь соблюдает личные границы. Такой друг пригодился бы. Впрочем, вряд-ли они станут друзьями. — Присаживайся. Всё равно я скоро уйду. — Постой, вот тебе кофе и… я хочу извиниться за тот случай. Не правильно мы начали знакомство. — произносит он виновато. — За кофе спасибо. И что же ты предлагаешь? — её голос не выражает эмоции, но вот глаза.       Глаза вообще многое могут сказать о человеке. — Предлагаю познакомится вновь. — Не думаю, что кто-то решит ещё раз сбросить на меня гаргулью. А даже если и попытается, то ничего не выйдет.       Уэнсдей пошутила. Теперь не от стресса. Отчего? Черт знает. — Хах, нет, я про то, что я предлагаю просто познакомится. Ничего лишнего. Я не настаиваю.       Посмеялся с шутки? Не настаивает? Кажется, вот он, первый нормальный человек Невермора. Ну, после неё конечно.       Уэнсдей отхлёбывает из стаканчика кофе и понимает что… кофе такой себе. Впрочем он наверное делал для себя, и не знал, что ей нужно что-то помощнее. — Ну, представься тогда, странный незнакомец угостивший меня посредственным кофе. — Что, настолько ужасно? Слишком горько? — Слишком слабо. В следующий раз, добавляй больше кофе и меньше сахара.       Молодой человек улыбнулся. В следующий раз. Звучит обнадёживающе. — Меня зовут Ксавье Торп, а тебя, позволь мне угадать. — Ну, угадывай. — Хм… Меллиса!       Странную игру он затеял, однако, Уэнсдей всё равно нужно проснутся. — Мимо. — М-м-м Лариса! — Вообще далеко. — Ах, ну конечно, конечно, м-м-м, точно, как же я мог сразу не догадаться! Тебя зовут Уэнсдей! — Вау, какая проницательность. - её голос не издал никаких эмоций. — А то, позволь показать ещё один фокус.       Он тянет к ней руку, чтобы достать монетку…       Однако, его хватает за руку чужая рука… Энид, и очень серьёзным голосом говорит: — Шёл бы ты фокусы своей девушке показывать. — Энид? — спрашивает Ксавье. — Я серьёзно говорю.       Он посмотрел в её глаза… волчьи. — Ладно… пока, Уэнс. — Мы с тобой не друзья, никаких Уэнс. — Прости…       Он действительно ушёл.       Что это было?       Энид улыбнулась, когда Аддамс не позволила ему тоже, что она непозволила ей. — Я конечно благодарна, что ты избавила меня от компании данного гражданина, однако, не потрудишься ли объяснить, что сейчас произошло? — говорит Уэнсдей. — Ты серьёзно не поняла? Он же подкатывал к тебе!       Подкатывал…? Что за мерзость. — Разве? — Ты совсем не социализирована. Конечно он подкатывал к тебе. А ведь у него есть девушка. Я конечно с ней не подружка, но это не значит, что я могу терпеть, как люди пытаются изменить. — У него бы не вышло. Мне он не интересен. — А с кем ты тогда ходишь на свидания, м? — спрашивает светловолосая девушка. — Я не хожу на свидания, мне не интересны отношения, а любовь, это просто химическая реакция головного мозга. — Значит ты никогда не любила! — Ох, ну да, зато ты в этом эксперт.

***

      Тишина. Боже, какая же потрясающая тишина.       Сопоставить все факты не трудно. Труднее понять зачем и для чего, но…       Уэнсдей сидя в пчелинном доме поняла одну важную вещь. Да, Ксавье к ней подкатывал. А ещё, это делала Синклер.       Зачем? А чёрт этих альтернативно одарённых знает. — Спасибо тебе Юджин. — О, да пожалуйста, я толком и не сделал ничего. — Ты дал мне то, чего не может дать академия, но то, что было у меня в избытке. Ты дал мне тишину, спасибо.       Конечно у Уэнсдей есть ещё одна просьба к нему, и связана она напрямую с её паучьей деятельностью, но… пока что рановато просить у него разместить в пчелинном доме производство паутины. Капсулы есть, пока что, их в целом, если учесть выходной, хватит на дней пять, но, чем раньше она начнёт, тем лучше.       Проблема лишь в том, как объяснить ему, что она делает это для благого дела, а не потому, что она ушла во все тяжкие…