Spider-Wensday: узы

      Уэнсдей пришла в столовую снова. Жрать. Очень сильно.       Нет, всё в порядке, но, голод, не тётка, придётся есть что есть.       Сразу взяв двойную порцию, она решает насладить тишиной, спо… — Привет. — здоровается с ней Йоко, и почти тут же это делает Дивина.       Покоя не будет… чёрт!       Они все пришли с Энид. Неудивительно, что они знают о том, что Уэнсдей стала подругой для Синклер. Но, благо, записывающие жучки показали, что больше светловолосая не растрындела.       Уэнсдей оглядывает столовую. Очевидно много свободного места, однако, они все всё равно прутся к ней. Она подруга только для Синклер, не более.       Поэтому Уэнсдей не отвечает. — Ну, и так сойдёт. — отвечают девушки. — Уэнс, ну, ты чего… — произносит Синклер.       Синклер не оставляет возможности всех подружить с Аддамс, однако, может, ей и не стоит этим заниматься? — Не называй меня Уэнс мы с тобой… — пытается возразить Аддамс…       Однако, Синлкер её пересекает почти сразу же своими словами: — Мы друзья, если ты не забыла, ты сама предложила. — Э… — Аддамс крепко зависла. Действительно. Теперь друзья. — Я не давала тебе на это разрешение! — как хорошо, что она думает быстро. — Однако, в самом начале, ты сделала запрет только на обнимашки.       Точно… твою…       Однако… — Ладно, прости, Уэндсей, не хочу с тобой ссорится из-за сокращения твоего имени.       Сдалась? Фух, потому что у девушки с косичками не было аргументов против сокращения. — Спасибо.       Когда это закончится?       Почему вообще, Синклер идёт на уступки? Всплывает в голове девушки, и почти тут же пропадает, после появившейся сцены признания. Как быть, не совсем ясно. Ну, всмысле, она же действительно её спасла, она идёт ей на уступки, недавно, Аддамс попросила выключить музыку, и светловолосая просто взяла и выключила.       Впрочем, сейчас чуток, не до этого. После падения Тумса, в городе хаос не воцарился, количество наркоты и оружия упало, однако, мелкие преступления вышли на передний план. А ведь, это далеко не всё…       Уэнсдей не любит физкультуру. Нет, с её возможностями, и до укуса и после, она отличница, но, это всё равно глупость. Базовые упражнения, не развивающие ничего конкретного. — Бегите кросс, пять километров мальчики, три километра девочки. — сказал преподаватель.       Бег. Боже, Уэнсдей, после создания паутины забыла про бег. Терпеть его не может, однако, ничего не поделаешь, она Аддамс, надо соответствовать.       Ладно, бежать на легке нормально, даже, впринцепе, не напрягает.       Она и раньше не была фанатом бега, теперь…       Однако, она совсем не заметила, как оторвалась от всех, на довольно приличную дистанцию, при том, что бежит далеко не с крейсерской скоростью. — Ничего себе она Усейн Болт! — сказал один из бегущих. — Ты лучше взгляни на то, какой это потрясающий вид сзади! — Хах, точняк, попец у неё, ух…       Слышала бы это Аддамс, то… не отреагировала бы. А вот Энид…       Ну как она не может отреагировать, когда какие-то упыри обсуждают её девушку подругу.       Меньше мгновения, и оба падают спотыкаясь, а Синклер продолжает смотреть вперёд, на… спину, да, спину Уэнсдей. Она же… не такая же как эти.

***

      Проснутся — есть. Умыться — есть. Переодется в уличную одежду — есть.       Юрико выходит из квартиры, закрывает её на ключ, идёт к машине, и едет до любимой кофейни. Она на середине пути, между домом и работой. — Здравствуйте. — обращается она к бариста. — Здравствуйте, вам как всегда? — Да, пожалуйста. А… что это? — она показывает на странное пирожное, больше похожее на пончик, но без глазури. — Это? Это творожное колечко, положить вам? — А почём оно? — Для вас, капитан, за счёт заведения. Она удивлённо смотрит на бариста, но отвечает лишь: — Спасибо.       Всё-таки, копов в этом городе любят. Впрочем, ничего удивительного в этом нет. — Зачем ты отдал ей творожное колечко? Да ещё и бесплатно? — Босс, она же коп, может, таким образом, она привлечёт сюда ещё больше копов? — И всем им делать скидки… — Зато, экономия на охране. — Хм… а ты прав, никто не захочет грабить кафе полное копов. Премия тебе!       И все довольны.

***

      Горячо. Горячо. Блять!       Паучиха уворачивается от горящей балки, и продолжает идти на звук.       Пожар для неё, конечно, что-то новенькое. Но, она ведь герой, значит, должна спасать не только от преступников.       Ей удалось вывести уже троих, остался четвёртый. Она выбивает дверь, кашляя от углекислого газа.       «Создать фильтр» — думает она про себя, выводя ещё одного человека.       Она не ждёт аплодисменты, она улетает раньше.       Однако, почти тут же происходит вызов. Полицейская частота сообщает об ограблении магазина.       Она на месте меньше чем через несколько минут. Снаружи стоят двое, в масках. Не боятся что-ли?       Прыжок, и она оказывается у витрины магазина, чуть позади стоящих на «шухере», паутина в обоих, боевая, прям в голову, шаг, второй, третий, и вот она выбивает витрину магазина одним бандитом, снося с ног другого. Однако, на ногах ещё двое. Благо, паутина есть, выстрел, второй, и она остановила преступление. — Руки в верх! — говорит ей женский голос сзади.       Уэнсдей поднимает руки, совсем не понимая, как она могла пропустить угрозу.       Однако, паучье чутьё молчит. Что это значит, не совсем понятно. — Медленно повернись. — приказывают ей.       Аддамс поворачивается, и видит перед собой человека из новостей, капитана Ватанабе. — Можешь опустить руки. Я капитан Юрико Ватанабе. Поговорим? — Э… ладно, давай.       Офицер опускает пистолет, они с паучихой садятся в машину. — Итак, ты, у нас, местный супергерой. Да? — спрашивает Юрико. — Ну, судя по всему так. — Отлично, слушай, паучок, я, честно говоря не против тебя и твоих действий. — Но?       Девушка-паук хоть и расслаблена, но, всё равно очень напряжена, ведь, сидит в машине полицейского. В случае агрессии водителя, может случится что-то не доброе. — Тут без но. Я не против этого. Но, думаю, ты одна тоже не сможешь со всем справится. У нас… скажем так, бывают опасные задания. Что я хочу… тебе восемнадцать есть?       Линзы направляются в сторону капитана в удивлении от вопроса — Зачем это тебе?       Однако, Ватанабе следователь от бога, как говорится, и не таких колола. Так что, всё просто. — Значит нет. По хорошему, задержать бы тебя, но… ничего противозаконного ты не делаешь. Я предлагаю тебе сотрудничество. — Сотрудничество? — Да, я буду помогать тебе, ты будешь помогать мне.       Уэнсдей прикинув все перспективы такого сотрудничества, а также возможности для борьбы с преступность говорит: — Звучит… перспективно. — Естественно, вот мой номер, протягивает она бумажку, — а теперь, — Юрико останавливает машину, — вали из моей тачки. — Грубовато, для нового партнёра. — Прости, на работу опаздываю.

***

      Синклер. Синклер. Синклер. Да сколько можно о ней думать вообще?       Она небось, уже умерла от икоты, от такого количества дум о ней.       Уэнсдей думает. Думает всю дорогу, однако, она знает, что Энид знает о её тайне.       Нет. Мало ли что, не стоит рисковать. Уэнсдей убирает костюм в портфель, портфель прячет на крыше.       Она открывает окно, заходит, закрывает окно, и почти тут же слышит кашель. — Уэнсдей, какого чёрт от тебя несёт дымом?       Аддамс принюхивается к себе, и понимает, что, ну, не так уж и сильно пахнет. — Да не сильно пахнет. — Я блин оборотень! — говорит она, продолжая кашлять.       Ой… не ловко получается.       Впрочем, теперь, не придётся скрывать от неё причину. — Прости, я… ну, была на пожаре.       Осознание приходит в голову светловолосой, слишком очевидно, почему её соседка пахнет дымом.       Теперь неловко становится уже Энид. Она поднимает глаза на возлюбленную соседку и смотрит на неё. — Я… наверное пойду помоюсь, — говорит Аддамс. — Да, это, хорошее решение.       Синклер не скажет заветное: можно с тобой.       Аддамс не скажет, что против.       Горячая вода, шампунь, гель, она мылится очень сильно, это нужно для того, чтобы не пахнуть дымом. Должно помочь.       Она ловит себя на мысли, что пошла на уступку светловолосой. Кто виноват, что у неё острый нюх. Ладно, чёрт с ней.       Аддамс всё-таки не шашлык, чтобы быть с ароматом дыма.

***

      Всё надоело.       Нет, не так. Заебало. Курт смотрит вниз. Этажей сорок под ним, не меньше.       Пора закончить. Он слишком устал от этих провалов.       Шаг.       Он открывает глаза, понимая, что это последнее, что он видит.       Совсем внезапно его перехватывает другое что-то, он уже не чувствует свободного падения.       Девушка-паук как раз вовремя. Она спасла его от смерти. Быстрая.       Приземляет на землю.       Осматривает. — Боже мой, доктор Коннорс… — говорит она восхищенным голосом. — Вы… знаете меня?       Аддамс смотрит на него с восхищением, понимая, кто перед ней. — Я… я читала все ваши работы! Вы… вы же гений черт возьми! Боже, что сподвигло вас туда вообще залезть?       Учёный отводит взгляд, краснеет. Никогда ещё не было так стыдно. — Ох… ну… — Доктор Коннорс, пожалуйста, не пытайтесь себя убить. Не нужно. Мир не должен лишиться вашего гения.       Коннорс смотрит на неё удивленными глазами. Неужели, в него верит герой?       Он, всё ещё стесняясь произошедшего говорит: — Э… ну… хорошо, спасибо, что-ли…       Не веря, что она спасла легенду, Уэнсдей забирается на крышу, чтобы найти в интернете какую-нибудь кофейню. Из тех, что работают с раннего утра только… а, не далеко кстати.       Аддамс открывает дверь, совсем не стесняясь заходит в заведение.       Бариста смотрит на неё удивленными глазами.       Он знает, что делает девушка-паук. Она — герой. — З-здрасьте.       Он волнуется. Может, это шанс получить автограф?       Или, здесь произойдёт что-то плохое? — Здравствуйте, вы же, уже открыты? — Н-ну да. — Отлично. Мне, наверное, американо. — Х-хорошо, сейчас будет.       Что вы знаете о том, чтобы попытаться сделать что-то так хорошо, как не делал этого никогда?       А этот бариста знает.       Но, не успевает он отдать заказ, как в кофейню словно по заказу заходит капитан Ватанабе. — Вау, не может быть, и вы здесь, кэп! — говорит паучиха.       Ватанабе внимательно и удивлённо смотрит на паучиху.       Что это значит? — Вообще-то это моя любимая кофейня, а что, здесь делаешь ты? — Эта была ближе всего, и открывается рано. — Ваш Американо! — говорит бариста. — Спасибо, — говорит девушка, и достаёт наличку.       Она же не дура, чтобы расплачиваться в паучьем костюме своей карточкой. Было бы слишком подозрительно. — А у вас, есть творожные колечки? — спрашивает Ватанабе. — Колечки? — спрашивает Аддамс. — Есть, — отвечает бариста. — Тогда… — капитан смотрит на новую союзницу, — дайте два, пожалуйста, и кофе как обычно. — Хорошо.       Паук не уходит, она ждёт реакцию капитана. — Присаживайся.       Уэнсдей садится. Не стоит ссорится с полицейским, готовым к сотрудничеству. — Колечко? — протягивает ей Юрико. — Не откажусь. — принимает угощение она.       Сейчас не время показывать характер. — Что привело тебя на этот путь? — спрашивает полицейский.       Девушка с красно-синим костюмом задумывается, но, не слишком надолго. — В первую очередь, это возможность помогать. Не имей я силу, вряд-ли бы рискнула на это. Ну, а ещё чувство справедливости. — Не боишься мести? — Не боюсь. Но, ношу маску именно из-за этого. — Что-же, яс… — её прерывает телефонный звонок. Такой звонок стоит, только на одном человеке. — Да, Сэр. — Капитан, одна из машин с уликами по делу «Стервятника» подверглась нападению. Срочно прошу подъехать ко второй машине для защиты!       Твою мать…       Тумс, конечно, вряд-ли вернётся в преступный мир, после такого поражения, однако, по этому делу проходит не только он.       Всё это заставило бывших стервятников действовать. И, судя по всему, сделали они всё эффективно.       Если они потеряют вторую машину, то, придётся отпустить всех бандитов. А это — точно вызовет коллапс преступной системы. Нельзя этого допустить. — Значит так, лети, беги, скачи, делай что хочешь, но защити грузовик, что у Эмпайер Стейт Билдинг. Это очень важно. Вот фото. — Хорошо, босс, — говорит девушка поднимаясь из-за стола, — сделаю всё что в моих силах. — Сделай, прошу тебя!