Многогранное соцветие

Обычно Панталоне преследовало множество снов, меняющихся друг за другом в непонятном порядке, события редко связывались между собой, чаще несли полную бессмыслицу. Тепло растекалось по всему его телу — от кончиков пальцев на ногах до головы, а еле слышное дыхание рядом согревало кожу сильнее. Панталоне вновь провалился в сон до самого утра, доносился шум, блуждающих прислуг по коридорам, но он не хотел вставать, осознание, что наступило утро — терзало изнутри. Все заканчивается… Дотторе проснется и уйдет, вновь наступят однотипные будни и ощущение неизвестности. Панталоне боялся остаться один в терзавшем одиночестве. Дотошные вечера в компании друзей Акихидэ вызывали тошноту, ощущение веревки, охватившей его шею, сдавливающую крепко до неприятного жжения на коже. Вина за вечер испепеляла изнутри, но он пока не готов принять заботу и ласку после длительного насилия. -Давно проснулся? — сонный хрипловатый голос Дотторе прервал размышления Панталоне, он аккуратно сухими губами поцеловал его плечо сквозь одежду. — Голоден? -Не хочу вставать, — честно признался Панталоне, протянув лениво, и почувствовал, как его прижали к груди за талию. — Мне не по себе. -Переживаешь, что мы вновь не сможем увидеться? — доктор тепло выдохнул в его волосы. -И не только из-за этого… — Панталоне покрылся легкой дрожью, а сердце пропустило пару ударов, когда Дотторе погладил его бедро через ткань одежды под одеялом. — Я устал. Он опять не смог сказать, выговориться близкому человеку о своей тяготе на сердце, проглотив, как огромный комок в горле. Панталоне не может больше переживать насилие, если раньше получалось стерпеть, то сейчас… одна лишь мысль о своем испорченном теле вызывала в нем огромную тону тревоги. -Я знаю, — Дотторе тяжело вздохнул и переместил руку на талию. — Не знаю, как мне поступать. -Иногда я думаю, что единственная наша свобода — это смерть, — с грустной усмешкой проговорил Панталоне. — Только тогда мы сможем быть свободны и вместе. Мертвых никто не преследует. Дотторе перевалился на другую сторону кровати, откинувшись на подушки спиной, и накрыл одной ладонью лицо, помассировав лоб. Панталоне встал с постели, быстрым движением накинув на себя бархатный халат, и неохотно ушел к парфюмерному столику, причесывать волосы. Чаще он делал так из-за внутренних переживаний, лишь бы чем-нибудь занят себя, помимо чтения, ибо большего в запертой клетке ему не оставалось. -Забери меня скорее, — тихий голос Панталоне, полный усталости и обреченности, звучал болезненно для Дотторе. — Акихидэ не оставит все так. Не смирится с тем, что ты провел ночь со мной. Я сам понимал, что будет, если предложу ему такое решение проблемы с твоим отказом. Дотторе поднялся с постели, осматривая комнату в дневном свете, портьеры еще никто не отшторил, чтобы яркие лучи пробрались во внутрь, заполнив все пространство. -Мэй знает, — взгляд Панталоне зациклился на лакированном столе, он сжал ручку расчески, остановившись. — И вряд ли она не захочет рассказать все своему хозяину, когда докладывает практически обо всем. -Даже, если Мэй и рассказала, то по всей видимости ее недалекий хозяин ей не поверил, раз пустил к тебе. -Он изобьет меня, — закусив губу, все же сказал Панталоне. -Лоне… — Дотторе мог лишь видеть его темную макушку в отражении зеркала. -Пять лет назад господин Акихидэ казался мне наилучшем вариантом, у него были деньги, возможности… он выглядел, как человек, кому можно довериться, но я ошибся. Дотторе, я чувствую себя вещью, что меня можно сломать, починить, выкинуть, когда надоем, использовать в личных целях, как угодно, срываться на мне. И я до сих пор не понимаю, как обо всем рассказать тебе, нужно ли тебе все это или лучше оставить все в прошлом и… — Панталоне замолчал. Дотторе подошел ближе и протянул руки, подняв Панталоне со стула, успокаивающе сказав: -Лоне, иди ко мне. Осторожные поглаживания по спине и тихий шепот в действительности сделали свою работу, Панталоне размяк в объятиях, дыша в шею Дотторе. Расставаться вовсе не хотелось, но сердце грела мысль, что они могут увидеться на приеме. Капитано озадаченно наблюдал за блуждающим силуэтом в кабинете доктора, заменяющим ему и спальню. Дотторе складывал записи в невысокие ящики, спешно подписывая каждый из них. -Окончательно решил? — поинтересовался Капитано, они пересекались в последнее время редко и поговорить удавалось не часто, а сейчас представилась хорошая возможность узнать получше планы доктора. -У меня нет иного выбора, — Дотторе махнул ладонью, согнав наглого кота, приютившего в стопке бумаг. — И я намерен поступить так, хочет ли Панталоне или нет. -Украсть? — Капитано усмехнулся, сложив руки на груди. — Мне не состоит труда отвести вас на восток, но… будет ли вас ждать что-то хорошее? -Я накопил достаточно денег, к тому же не думаю, что пропаду со своими навыками в медицине. Капитано резко изменил тон, стал более заинтересованным и походил более на любопытную старуху, караулившую любые события, что происходят не перед ее глазами: -Во мне больше вызывает интерес… что между вами произошло этой ночью. -Ничего, — однотонно ответил Дотторе, разочаровав Капитано до невозможного. -Что значит «ничего»? — Капитано скорчил недовольную гримасу. — Ты слышал о чем шепчут с самого утра? Ты вовлек Хидэна в бешенство. -У меня складывается мнение, что тебе больше нравится собирать сплетни, Капитан, — Дотторе аккуратно похлопал его по плечу. -Сбор информации — тоже работа. Я должен был осведомлен о всем, к тому же мир наемников тесен, каждый знает друг о друге, даже если наши лица скрыты, — взгляд Капитано упал на металлическую маску на столе доктора. -И о чем шепчутся? Капитано радостно хлопнул громко и ладоши и посмеялся: -А сказал, что это бесполезно! — он выдержал недолгую паузу. — Хидэн пытался выяснить о тебе больше информации, но никому неизвестно больше, чем ты захотел, чтобы о тебе знали. Вероятно, к Панталоне у него одержимость… -Скорее злость от того, что не может получить желаемое, — Дотторе нахмурился, сжав ладонь до побеления костяшек. — Он не способен меня контролировать, поэтому не может узнать ничего о том, что происходило за закрытыми дверями. -На самом деле… — Капитано всмотрелся в задумчивого Дотторе. — Вечер вряд ли пройдет спокойно. -Да, я это и сам понимаю. Все же мне удалось забрать некоторые его вещи, — Дотторе утром убедил Панталоне, что самое необходимое, что не смогут заметить сразу, если не проверить его наличие, можно перенести на корабль. — Хочу поскорее закончить, у нас двоих не осталось каких-либо сил. Если признаваться честно, Капитан, я устал. -Хидэн найдет тебе возможность для ответа, что будешь намерен делать? -Когда к моему горлу приставляют нож — я ищу возможность спасти собственную жизнь и защищаюсь. Обращаться с Панталоне, как с вещью, совершенно непростительно, — Дотторе тяжело выдохнул, сама мысль о приеме вызывала в его висках ужасную головную боль, но, исходя из всех обстоятельств, он обязан появится.