Многогранное соцветие

Дотторе в крайней спешке оглядывал весь банкетный зал, но не мог словить взглядом в толпе силуэт Панталоне. Он явно исчез, пропал среди пьянствующих высших чинов под заливной смех королевы, забывшей о манерах. Мэй не находила себе места, болезненно закусив губу, она старалась не выдать, куда ушел Панталоне, и какая компания последовала за ним. Капитано сразу заметил ее обеспокоенность: -Ты выглядишь встревожено. -Я попросила Панталоне принести мне обычный воды, так как не хочу пить алкоголь, но он видимо начал светскую беседу в очередной раз. -Ты плохо лжешь, — низко наклонившись, проговорил Капитано. — Тебя сдает твое беспокойство каждый раз, когда твои глаза заприметят Дотторе. Где эта фурия? -Я правда не знаю, — замешкавшись, ответила Мэй. — Я бы точно не стала скрывать правду, когда доктор ищет его. -Но все же ты что-то знаешь, — Капитано перекрутил аккуратно бокал шампанского, чтобы содержимое не вылилось, и передал его в руки Мэй. — Мне все же интересны планы этой пурпурной фурии. -Он и мне не рассказывает о своих планах, так почему ждете, что расскажет вам? — Мэй надоел допрос, и она отдала бокал обратно в руки мужчины. — Видела только, как он ушел с каким-то мужчиной. -Что? — у Дотторе крайне хорошо получалось внезапно и тихо появляться, девушка икнула в испуге. — С кем Панталоне ушел? Капитано попытался закатить глаз, оставшийся нескрытый повязкой, когда Панталоне коснулся плеча Дотторе, обойдя его с другой стороны, сказав: -Соскучился уже? -А это еще что? — доктор аккуратно подхватил запястье с испачканной вуалью с кровью, его голос стал намного тише: — Мне надоело, что ты постоянно влипаешь в неприятности. -Это моя, у меня пошла кровь с носа, — кисть руки Панталоне никак не сжимали, но произнесенные слова от Дотторе явно пришлись ему не по духу. — Почему ты пытаешься быть моим ангелом спасителем? Я тебя ни о чем не просил. Капитано лишь удивлялся одному — как быстро Панталоне удается вывести Дотторе до сотни разнообразных эмоций, сейчас у Дотторе брови взлетели так, что он грозился остаться без них от накатившего то ли возмущения то ли злости. -Тебе нравится меня злить? — доктор все еще держал его запястье в своей руке. -Чуть-чуть. -Хорошо. Притянув к себе, Дотторе потащил Панталоне вдоль толпы пьющих людей, кинув несколько монет охраннику, и впихнул в первую открытую дверь, какая пала на его взгляд. Лоне запротестовал: -Только не сюда! Дотторе наклонил голову в бок, хмуро рассматривая чиновника с разбитой головой. Его глаза медленно перемещались от окровавленного подсвечника и алой простыни, а после к испачканной вуали Панталоне. -То есть вот так у тебя потекла кровь с носа, что ты в спешке позабыл закрыть даже дверь? Панталоне невинно пожал плечами, дверь он действительно забыл закрыть. Дотторе прощупал пульс на шеи, а после рассмотрел рану на голове, сделав вердикт: -Хорошо, что ты ему череп не проломил, а мог… -Он хотел, чтобы я ему отсосал, — смотря в пол заявил Панталоне. — А я этого не хотел! Я могу согласиться на такое только, если с тобой. -Лоне, это так мило, что я бы в любой другой ситуации разрыдался. -Правда? -Нет! — Дотторе тяжело вздохнул. Панталоне впервые почувствовал какую-то вину за свои поступки и сел на пол, посередине комнаты, спросив со взглядом нашкодившего ребенка: -Что будем делать? -Поднимись, — попросил Дотторе и резко сорвал вуаль, сначала с одной стороны, а потом с другой. — Это нужно сжечь, — он так легко и непринужденно кинул ткань, стоящую целую состояние в тлеющий огонь камина, что у Панталоне отвисла челюсть. — Что не так? Хочешь, чтобы весь дворец увидел следы крови на тебе, а после прознает о новости, что одного чиновника, приглашенного королевой, посреди ее праздники ударили подсвечником? -Ну… — закусив губу, обдумывал Панталоне. — Первоначально все звучит, как абсурд! -У меня от тебя разболелась голова, Лоне, — Дотторе подумал, что ему неплохо было бы уехать в горы и пожить там три недели, чтобы привести свой разум в покой. — Я многое ожидал, но не… — он указал рукой на чиновника. — Не это! -А… — усмехнувшись, протянул Панталоне. — Значит, когда ты убиваешь людей — это вполне адекватно и нормально, а то что я просто его ударил ради своей же безопасности — это плохо? -Я делаю это так, что другие вряд ли догадаются о моем причастии, — он сделал долгую паузу, смотря, как сгорает вуаль. — Ты едешь со мной. -Мой ответ остается тем же — я не могу. Дело не в том, что не хочу я, а совершенно в другом, — Панталоне понимал весь вес последствий, какой будет их ожидать. — Все вокруг признают Акихидэ правым, если он заявит, что имеет на меня все права. Дотторе нахмурился и подошел ближе: -Чем он тебя запугал? Мне он не способен никак навредить. -Тебе нет, — Панталоне натянуто улыбнулся. — Ты и половины не знаешь. -Так расскажи, — зрачки Дотторе сузились. -Не хочу. -Ладно, — он аккуратно обнял, позволив положить голову себе на плечо. Панталоне почувствовал неприятный укол от тонкой иглы в зоне затылка, его сознание медленно проваливалось в сон. Он успел лишь сжать рукав одеяния Дотторе. -Прости, малыш. Доктор не пожалел, что заранее просмотрел с Капитано, как расположены входы и выходы во дворце, поэтому беспрепятственно и незаметно для общей массы посетителей перенес Панталоне в ожидающий несколько часов экипаж. Мэй было совсем неловко оставаться наедине с Капитано, присластившемся к ликеру. -Почему ты все еще работаешь на Акихидэ? — вдруг поинтересовался Кэп. -Он платит достаточно хорошо, чтобы я могла помочь своим родителям с оплачиванием жилья, да, и условия весьма неплохи, — она взглядом все еще пыталась найти Панталоне, но видимо он пропал надолго. — Вы хотите, чтобы я поработала у вас? Капитано рассмеялся, облокотившись сильнее о стол с бокалами, Мэй за край ткани ухватилась за него, произнеся: -Будьте осторожнее. -Я просто еще не видел женщины, какая отказала бы работать в моем доме. -А… — она почесала матушку. — Это было предложение поработать у вас? — послышалось громкое цоканье. — Вы совершенно не умеете выражать свои предложения! -Не совсем, но да. -Вы капитан королевской гавани, думаю, что многие желают работать на вас. -В этом и проблема, — Капитано тяжело вздохнул. — Не хочу, чтобы на меня работали только из-за высокого титула. -Думаете, что на других работают иначе? — Мэй рассмеялась. — Чем выше статус — тем лучше жалование. Все довольно просто. -Никогда об этом не задумывался, — непринужденно заявил Капитано. -И зря. Дотторе, на мнение Капитано, вернулся чересчур быстро и без компании надоедливой персоны, поэтому сразу спросил: -А где твоя Джульетта? Ответ прозвучал так тихо возле уха, отчего Мэй ничего не расслышала. Брови Капитано недолго нахмурились, а после он, посмеявшись, взял девушку за плечо и сказал: -Сама судьба велит, чтобы ты осталась в моем доме еще раз. -Что? — не понимая ничего, Мэй огляделась по сторонам. — Я не могу уйти без Панталоне. -Не переживай, он уже в экипаже, — Капитано, посмотрев на нахмуренного Дотторе, опять прыснул в смехе. — Док… я теперь под сомнением — кто в вашей парочке больше психованный. -Давай быстрее, пока не очнулся, — то ли Дотторе говорил о Панталоне, то ли о чиновнике, ставшей жертвой встречи с подсвечником. Панталоне медленно поднялся с постели, чувствуя, как его голова раскалывается на несколько частей, а в затылке все еще ощущается тонкий прокол. Он недовольно сморщился, сжав ладони, думая: -Да, как он посмел использовать на мне подобные трюки! Я не закончил все свои дела, а был нужден покинуть банкет королевы! Его взгляд быстро переместился на наблюдающего Дотторе, он совсем недавно закончил принимать ванную и вытирал волосы полотенцем. -Как ты смеешь так поступать! — Панталоне выглядел хмурее тучи. — И куда ты меня привел! -Ты вроде нигде головой не ударился по пути, чтобы не узнать мою комнату. -Где Астор?! — глаза Панталоне бешено бегали из стороны в сторону. — Я тебя спрашиваю, где он! -Откуда мне знать? И прекрати так кричать, — голос Дотторе оставался, как всегда спокойным и однотонным. — Я лишь хотел, чтобы ты побыл сегодня со мной, потому что скучал. Панталоне поднялся с кровати и посмеялся, сказав: -Не ври мне. Думаешь, что я поверю во всю чушь? -А ты считаешь, что я не могу соскучится по тебе? — Дотторе оставил небольшое полотенце у себя на плече, от него исходил приятный травяной запах. — Астора нет, он вряд ли приедет сегодня. -Я слышал его разговор с Акихидэ, — Панталоне подошел ближе, его зрачки сузились до маленькой точки от злости. — Астор рассказал обо всем в мельчайших подробностях, а особенно, что мы давно знакомы. -Я давно привык, что нам что-то или кто-то мешает быть вместе, так почему ты продолжаешь удивляться? — Дотторе аккуратно поправил его растрепанные волосы от сна. — Голоден? -И как давно ты изучил иглоукалывание? -Старик рассказал мне о всех акупунктурных точках и научил иглоукалыванию, это основа медицины. -Я хочу переодеться, — Панталоне проигнорировал вопрос об еде, есть ему совершенно не хотелось, но от бутылка вина не отказался бы точно. — Мэй тоже здесь? -Да. Панталоне развернулся на носках, ища взглядом свою обувь и не застегивая до конца, собирался выйти. Внешний вид его выглядел крайне потрепано: макияж размазался, половина шпилек с волос была снята, остались тонкие зажимы и заколки, какие Дотторе не смог распутать. -И куда ты? -Хочу составить компанию Мэй. Панталоне не собирался идти к ней, в его памяти еще четко сохранялось расположение кухни и навесных шкафов со спиртным. Обувь на высокой танкетке громко шлепала при каждом сделанном шаге по лестнице. Прямо сейчас Панталоне было крайне необходимо выпить что-то покрепче вина, чтобы привести свою голову в порядок и мыслить здраво. Он не хотел ссорится с Дотторе, каждая ссора в конце разбивала его сердце, но иначе никак не выходило. И сейчас они словно отдалились и не понимали друг друга. Панталоне налил виски в стакан, сделав пару глотков, прежде, чем к его клубу анонимного алкоголика не присоединился Капитано. -И мне налей. -Сам справишься, — Панталоне пихнул бутылку в его сторону по столу. — Я так долго ждал маскарада, чтобы так нелепо его закончить. -Ты сейчас похож на дешевую шлюху, — Капитано посмеялся, а после умолк, поняв, что шутка совсем неуместна. -Не забывай, что я могу что-нибудь еще вспомнить про твою мать. И зачем я здесь? Твой отец опять что-то придумал, чтобы заставить Дотторе выполнять его прихоти? -Нет, — Капитано ненадолго сморщился от крепости и удивился, что Панталоне выпил, словно это обычная вода. — Ты во всем видишь подвох — это твоя проблема. Ведешь себя, как настороженное дикое животное, готов укусил даже руку человека, кто добр к тебе. -Будь ты на моем месте — то вел бы себя также. -Ты чуть не прибил чиновника, — Капитано проговорил так, будто сам ни разу в жизни никого не убивал. — Многие видели, как он ушел в компании с тобой. Несложно догадаться на кого упадут подозрения. Дотторе решил сразу увести тебя, а ты еще и недовольный остался. -Ты знаешь, что будет, когда Акихидэ узнает, где я провел ночь? Твой отец рассказал ему все, о чем знает, а вы продолжаете слепо доверять и выполнять поручения. -Дотторе после твоего уезда жаловался на плохой сон, говорил, что не может заснуть больше без тебя, — хоть Капитано и раздражали отношения между Дотторе и Панталоне, он считал их слепой привязанностью, но решил сказать. — Маскарад часто идет до раннего утра и вряд ли бы Акихидэ заподозрил что-то. -Он узнает. -Мне жаль, что Док любит тебя, у вас безумно больные чувства, ты притащил его на дно, он даже занимается тем, чем никогда не хотел, — Капитано сделал пару глотков виски. — А ты хочешь лишь одного — поскорее умереть, чтобы больше не мучаться. Я говорю, как есть, можешь обижаться, если пожелаешь. Отец считает, что для шлюхи, какую поимело половина чиновников, в тебе еще слишком много высокомерия. Мне лишь обидно за друга, он за все три года, что прожил в моем доме, ни разу не позволил себе ни одного взгляд ни на кого. Панталоне сначала не ответил ничего, только посмеялся, забрав бутылку виски с собой, но недолго зависнув на ступеньки лестницы, повернулся, сказав: -Я не всегда был таким. Он вернулся к Дотторе, поставив практически пустую бутылку на стол, снял обувь. Сейчас ему хотелось напиться до беспамятства, чтобы забыть о всех проблемах, но алые глаза слишком обеспокоенно смотрели на него. -Наберешь мне ванную? -Не думал, что Мэй стала бутылкой виски. -Капитано прочитал мне морали, — Панталоне устало вздохнул. -И ты даже послушал его? — Дотторе удивленно приподнял бровь. -Нет, конечно. У тебя бессонница? -Это тебе Капитано рассказал? -Да, — Панталоне медленно снимал с волос оставшиеся украшения. — Не думай, если я молчу, что мне нечего тебе сказать, - он подошел ближе, оставив легкий поцелуй на губах. -Как ты пил этот виски? — Дотторе сморщился. — Он же горький.