Многогранное соцветие

Панталоне пару раз огляделся назад, раздумывая вернуться, но строгий и холодный взгляд Дотторе останавливал его помыслы. Назад пути нет. Возвращаться нельзя. Лоне бежал по неизвестным ему улочкам, слыша суровые мужские голоса: -Босс сказал, чтобы мы притащили его к нему любым! Хоть избитым до смерти! Панталоне не успел прихватить с собой теплые вещи, все осталось в чайной лавке, особенно самое ценное — Дотторе. Промерзала не только его кожа, но и душа изнутри, ему хотелось забиться в первый попавшийся взгляду угол и сидеть там, пока какая-нибудь сомнительная удача не подвернется ему. Голоса приближались, а шаг Панталоне ускорялся. Он хрустел еще не растаявшим снегом, оглядывая вывески. Ему попадалось, что угодно, но не банк северного королевства. Крепкой хваткой Панталоне утащили в расщелину между двумя высокими зданиями. Грубый оскал одарил его сразу же, а шершавая ладонь прикрыла рот. -Ах, ты, сука, кусаешься! — наемник не ожидал, что Панталоне укусит его прям за руку. — Я тебя крепко держу! Ты никуда не денешься! Брызг крови оросил все лицо Панталоне. Он быстро достал острую шпильку из своих волос, воткнув ее в пульсирующую вену на шеи. Мужчина успел отреагировать и воткнул в бедро Панталоне карманный нож, а после кривился в жутких гримасах, пока не рухнул, прижимая одной рукой кровоточащую рану. Панталоне, упав к холодной стене, дрожал, и он еще не осознавал от холода ли это или от его решимости. Повернувшись в пол оборота, наконец-то увидел знакомую вывеску и пошел в ее сторону, стерев с лица частично чужую кровь. Появление Панталоне сильно озадачило секретарей, они глазели на него, как на дикого зверька. Фарфоровая кожа с яркими алыми полосами, аметистовые глаза и черные, как смола, волосы, спускающиеся до талии. -Можно ли поговорить с господином Бонье? — Панталоне все же сомневался, что правая рука короля коротает свое свободное время в одном из своих филиалов в городе. -Нужно немного подождать, а как… — девушка явно замешкалась. — Как я могу вас представить ему? Прибывший, как раз кстати, господин Бонье снял шляпу, передав ее своему помощнику, и махнул ладонью, облаченную в кожаную перчатку, чтобы ему поскорее подали в кабинет горячий чай. -Проходи, — тон Бонье не звучал удивленно, он знал, что Панталоне придет, видимо, даже приехал, потому что был осведомлен. Панталоне, прихрамывая, направился к кабинету, терпя боль, осторожно сел на стул, стараясь не испачкать его кровью. Бонье тихо прикрыл дверь и заговорил первый: -Я весьма удивлен проницательности доктора. Он приходил несколько дней назад, заявив, что ты обратишься ко мне и, чтобы я не отказывал тебе в помощи. -Чем он вам заплатил? — Панталоне зажимал рану, бросив взгляд на капли крови, падающие на дорогой ковролин. — Вы не тот человек, который станет разбрасываться помощью ради заслуженной добродетели. Бонье рассмеялся, самостоятельно налив себе кружку горячего чая, все подготовили довольно быстро до его прихода. -Он передал мне информацию. К тому же, ты сам знаешь, кем является этот человек? — мужчина тихо вздохнул. — Впрочем, мне нет дела до того, чтобы читать тебе морали. Мне стоит вызвать для тебя лекаря, но твое появление в столице вызвало переполох среди наемников, — выдержав недолгую паузу, он добавил: — Чудесное выступление, — послышался тихий хлопок в ладони. — Меня всегда удивляло и интересовало на что способны люди ради собственных чувств. Точнее сказать ради любви. Панталоне нахмурился, сдавив кожу на бедре, в его глазах начинало мутнеть, а к горлу подступила тошнота. Он нигде не ощущал себя в безопасности, даже сейчас, не знал, что ему ожидать. -Я подготовил тебе комнату во дворце короля, надеюсь, что придется тебе по вкусу, — Бонье устало сел за рабочий стол, рассматривая оставленные документы на подпись. -Что? — Панталоне ничего не понял, он ни о чем не просил, даже не понимал, почему все же пришел к нему. Ответ приходил почти сразу — он больше ни у кого не мог просить помощи. -Все же я — твой дедушка, хоть и доктор просил меня присмотреть за тобой. Так как я живу во дворце, поэтому и апартаменты могу предоставить лишь там. -Вы забываете, что я принадлежу Акихидэ. Сложно оспорить этот существующий факт. Господин Бонье отмахнул, словно это пустяковая проблема, и проговорил: -Его величество сможет это решить. -Разве король не болен? Он не показывается публике. Королева не станет помогать мне, я знаю о ее родстве с капитаном королевского флота. Она и Астор — вовсе не в дружеских родственных отношениях. -У короля свои планы. -При этом всем — вы, зная обо всем, никогда не решались заговорить со мной, — Панталоне бросил смешок. -Понимаешь… — Бонье набрал пером чернила. — В некоторые события нельзя вмешиваться, так как они должны идти своим чередом, пока какая-нибудь внезапная переменная не изменит ход истории. Убийство двух чиновников, израненный Акихидэ в своем же доме. Это все привлекает внимание общественности. -Дотторе убивал из-за меня, — Панталоне побледнел сильнее. — У него все руки в крови, потому что он хотел защитить меня. Если король прикажет его казнить — я лягу там же, осыплю себя сухой травой и подожгу, сгорая не только душой, но и телом по нему. Бонье удивленно вскинул бровями, оставив на листе каллиграфическую подпись и заверив ее королевской печатью. Он всегда ее носил с собой, никогда не оставлял на столе без присмотра, словно это главная драгоценность в его жизни. -Казнить его никто, пока еще, не планировал, — добавил мужчина. — Я знаю, что ты не можешь полностью мне доверять, ибо на твоем месте — поступил бы также. -Я никому стараюсь не доверять, потому что доверие приводит к разочарованию, — Панталоне окинул Бонье усталым взглядом. — Так король просто развлекается? Он расхохотался, вспомнив все амбиции и планы на власть Акихидэ, как он кичился о них на каждом углу своей резиденции, рассказывая, что сделает сразу же, как его титул поднимется на несколько ступень. -Хороший охотник должен уметь незаметно выслеживать свою цель, — подытожил Бонье. Панталоне уже не чувствовал боль, он устал постоянно прятаться и убегать от проблем, поэтому для самого себя не заметил, как в его глазах начало медленно мутнеть, а пространство расплываться по сторонам. Он пришел в себя через несколько часов, ставших для него словно пару минут. Панталоне узнал королевский дворец лишь по внутренней архитектуре комнаты. Убранство отличалось утонченностью и сдержанностью. От благовоний, зажженных подле постели, доносился травяной аромат, какой часто использовал Дотторе. Приподнявшись, Панталоне нащупал перевязанную рану на ноге. В нем трепетала надежда, что Дотторе здесь, ибо он по прежнему желал доверять не только свое сердце, но и здоровье лишь ему. Как огорченно Панталоне вздохнул, когда господин Бонье, предвидев его вопрос, ответил: -Его здесь нет. Если быть точнее, то ближайшие пару месяцев корабль Капитано пробудет в южном порту, — он поставил хрустальную чашу возле Панталоне. — Это обезболивающее лекарство. -Хотите сказать, что Дотторе на его корабле и вы в этом уверены? -Если рассчитывать на информацию представленную моими людьми, то это так. Панталоне протянул руку, взяв аккуратно чашу, и сделал пару маленьких глотков. Он устал ждать и совершенно ничего не предпринимать, но вновь оказался связан в действиях. Закусив губу, Панталоне сильнее сжал чашу, раздумывая, что Дотторе с самого начала, как они жили в хижине, знал об исходе и предпринял все заранее. -Это отдаленная часть королевского дворца, ты можешь проводить время, как пожелаешь, — Бонье прервал поток мыслей Панталоне. — Можешь не беспокоится. Здесь никто не станет ни к чему тебя принуждать… Их умиротворенную атмосферу прервал Астор, ворвавшись в комнату с хрустом зеленого яблока. -Здравствуй, фиолетовая фурия, хотелось бы поскорее знать, где Хидэн прячет книгу об учете средств, заработанных за счёт королевской казны. -Мне откуда знать, — Панталоне одарил мужчину хмурым взглядом и рухнул обратно на мягкие подушки. — Притащили меня сюда, чтобы я вновь вернулся в золотую клетку? Бонье сохранял полное спокойствие и однотонно сказал: -Капитан, боюсь вас расстроить, но книга учет давно у меня на руках. Искать ее уже нет нужды. Вы опоздали на неделю. Панталоне расхохотался, а если бы Астор выронил из рук яблоко, то точно бы заплакал со смеху! Бонье практически вытолкал капитана из комнаты, быстро попрощавшись, а как только дверь захлопнулась, строго родительским тоном проговорил: -Что у тебя за дурная привычка что-то требовать от людей в первую же минуту своего появления? — он недовольно вздохнул. — У меня достаточно информации, чтобы правильно преподнести все королю, — Бонье быстро перевел взгляд на часы. — Мне пора к королеве, попрошу не беспокоить Панталоне без веских причин. -Доктор отдал вам книгу учета? — приподняв бровь, спросил Астор, доедая яблоко. -Очень проницательно, капитан, но слишком поздно отгадано. Разговоры за дверью прекратились, и Панталоне погрузился в тишину. От выпитого лекарства боль быстро прошла, и он смог заново уснуть. Неделя прошла настолько быстро, что Панталоне понял, как ему наскучило пребывание в четырех стенах. Слишком долго он пробыл заключенным в резиденции дома Акихидэ, поэтому пока не осмеливался покидать стены королевской комнаты. Периодически его одиночество скрашивали дружелюбные служанки и господин Бонье, играющем с ним в шашки. За очередной игрой Панталоне задал повторяющийся вопрос из раза в раз их встреч: -Нет никакой информации, когда приплывает корабль Капитано? -Пока нет. Не желаешь посмотреть, как король будет общаться с теми, кто готовил заговор против короны? — поинтересовался Бонье, переложив шашку. -Нет, — Панталоне его обыграл на шаг. — Что за наказание для них приготовил король? -Казнь, — в голосе Бонье не было ни ноты сочувствия. — А я думал, что ты захочешь посмотреть в глаза Акихидэ. -Предпочту больше никогда его не видеть. Все же Панталоне нашел в себе мимолетные силы, чтобы издалека насладиться унижениями человека, мучавшего его несколько последних лет, но сладкое послевкусие мести еще не поступало к нему. Он оперся ладонями о холодные перила лестницы, наблюдая, как король величественно спускается по ступенькам, взмахнув рукой, чтобы возгласы звучали еще громче. Господин Бонье ожидал его величество с несколькими журналами, неудачно оставленных Акихидэ в резиденции. Все его владения перевернули вверх дном, сняв даже пол из дорогой древесины. Панталоне быстро наскучило, и он вернулся в комнату, ставшую для него новой открытой клеткой без заточения. Безумное чувство в груди, сжимающее внутри, заставило Панталоне бросить взгляд на тонко скрученные сигареты. Ненадолго скривившись в лице, он вспомнил все нравоучения Дотторе и обиженный тон голоса, стоило бы его взгляду заприметить пепельную дымку. Панталоне уселся на подоконник, подтянув к себе поближе незатушенную свечу, зажал сигарету между губами, поджигая ее. -Прости, — едва слышно, проговорил Лоне, резко развернувшись, когда в его комнату без стука зашел Астор. -Прощаю, — с хитрой улыбкой ответил мужчина. — Решил не наслаждаться местью или посчитал, что ты выше? Не похоже на пурпурную фурию. -"Зайчик», где твой сын? — выдохнув дым через ноздри, поинтересовался Панталоне. -Наскучило жить в королевском дворце? — пожав плечами, сказал Астор. — На Юге. Я уже отвечал тебе на этот вопрос. -Боюсь, что вам наскучило, раз приходите так часто. Вы мне уже надоели. Вас слишком много на одну комнату, — Панталоне скривился в лице, будто ему в рот попал кислый лимон. — Так, что, «Зайчик», знаешь, где выход. Астор выглядел странно, будто старался сдержать смех, он приоткрыл дверь, опершись ладонью о косяк. Тяжело вздохнул и, словно пытался сказать тайну всего Севера, но его прервали, произнес: -Жаль. Дверь все же открылась, но под весом другого человека. Панталоне не поднял и глаз, продолжая выкуривать табак, перелистывал книгу, подобрав под себя одну ногу. -Я же просил тебя не курить! -Пап, он все испортил, — Капитано закатил глаза, сложив руки на груди. Панталоне вскочил с подоконника, выронив сигарету, и практически свалил Дотторе, попутно выпнув Астора из комнаты, громко захлопнув дверь. Все же доктор свалился на пол, не почувствовав длинных прядей волос Панталоне на своем лице. -Где твои волосы? — выступившая кровь окрасила прожилки на губах от сухости в алый оттенок. -Отрезал, — Панталоне без лишних раздумий лизнул его губы, оставив легкий поцелуй на них. — Я думал, что ты меня поймаешь. -Зачем? — голос Дотторе звучал устало и болезненно, а когда-то яркие алые глаза потеряли всю свою насыщенность. -Ты задаешь мне глупые вопросы, которые сейчас совсем не уместны, — Панталоне достал шпильку, положив ее подле головы Дотторе. Длинные пряди темного оттенка рухнули возле щек доктора, едва касаясь их. -Тебя правда сейчас интересуют только почему я срезал часть передних волос? — Панталоне недовольно вскинул бровями. — Больше никаких тайн за моей спиной. Это, конечно, мило, что ты позаботился обо мне в период своего отсутствия, но я больше не хочу расставаться с тобой. Дотторе подозрительно молчал. Панталоне не выдержал игры в молчанку и распахнул дверь, уличив двух подслушивающих разговор. -Здравствуй, Мэй, — он выдержал недолгую паузу. — Или вы сейчас объясните мне все с самого начала или я решу, что у меня двинулся рассудок. -Я сам тебе все объясню, — присев на пол, проговорил Дотторе, хорошо прокашлявшись кровью. Панталоне резко вновь захлопнул дверь и, наклонив голову, посмотрел сверху вниз. -Я слушаю. Ты больше не любишь меня? Или злишься, потому что я снова курю? — Панталоне глубоко вздохнул, прикрыв глаза. -Что за глупости? Дотторе впервые за долгое время улыбнулся, медленно замечая, как силуэт Панталоне расплывается в его глазах, а после в ушах едва звучал голос Лоне, безумно выкрикивающего его имя.