Ток на кончиках пальцев

      Солнце только начало пробиваться сквозь лёгкий тюль, заставляя Августа проснуться. Он открывает глаза и первое, что видит, — сверкающие на рыжей полоске света, белые, растрёпанные волосы. Дима лежит, заграбастав себе всё одеяло, нога почти свисает с кровати, обнажённая спина смотрится совершенно беззащитной.       Просыпаться с ним на мятых простынях кажется несбыточной мечтой. Август иногда думает, что это какой-то сладкий сон, который вскоре закончится. Хочется вечно смотреть на прекрасное лицо, хочется потрогать, провести пальцем по пухлым губам, по небольшим шрамам и неровностям кожи. Он кажется таким нежным, но Хольт видел в действии состоявшегося лейтенанта, цепкий взгляд, отточенные движения, руки, крепко сжимающие пистолет, что вот-вот попадёт в цель. Такие противоречия будоражат кровь, заставляя буквально искриться от возбуждения.       Август протягивает руку, легонько прикасаясь к спине, проводит по позвоночнику вниз, от возбуждения ток играет на кончиках пальцев, посылая легкую дрожь по телу. Уже нет возможности сдержаться, рука уходит ниже, обхватывая упругую ягодицу, скрытую от глаз куском одеяла. Губы касаются шеи, оставляя мокрый след направляются к милому уху.       Дима проснулся от мелкого тока и теплых рук. Тихий вздох разносится в еще сонном пространстве спальни. Голубые глаза чуть приоткрываются, но тут же сладко жмурятся от приятного пробуждения.       —Доброе утро, — мурлыкает в покрасневшее ухо Хольт       —Доброе…       Дима чуть поворачивает голову и втягивает поцелуй, он бы никогда не подумал, что искры на языке могут иметь свой неповторимый вкус. Поцелуй вновь возвращается к бледной шее, зубы чуть прикусывают и оттягивают нежную кожу, оставляя небольшой отпечаток. Он задерживает дыхание, пока довольный миллиардер рассматривает его, наслаждаясь тихими стонами. К спине плотно прижимается крепкий торс, наваливаясь приятной тяжестью.       Одеяло резко пропадает и ягодицы чувствуют горячую плоть, что правильно ложится между половинок. Дубин краснеет, прячет лицо в сгиб локтя, но бесстыдно потирается бёдрами об утренний стояк. Хочется до потных ладоней продолжить эту утреннюю негу, чтобы все искрилось и выбивало дыхание. Руки уверенно располагаются на талии, сжимая, чуть поглаживая, один рывок, и тело опрокинуто на спину.       Август осторожно приподнимается, касается губами живота, мягко лаская руками бёдра, касается губами плеча. Пьянящий и дурманящий поцелуй накрыл рот. Дима судорожно вздохнул и впился ногтями в его плечи. Он чувствует себя тягуче расслабленно, те места, которых касается Август, немного бьет током. Они горят, пылают призрачными следами, кажется, будто останутся навсегда.       Август уже не сдерживается. Целует, ласкает, гладит, кусает. Голова кружится, разум подёрнут дымкой, и стоны громкой музыкой наполняют помещение. Становится на несколько градусов жарче, члены так правильно потираются друг об друга, стоит ладони обхватить их, слегка сжимая и надавливая на головку, ноги сами разъезжаются шире. Дима стонет и толкается бёдрами в неподвижную руку, отчего его член оставляет едва заметные разводы естественной смазки.       —Пожалуйста! — Дима крепче цепляется за чужие плечи, шепчет дрожащим голосом и ловит на себе обжигающий тёмный взгляд.       Рука наконец начинает двигаться, сначала медленно, будто смакуя ощущения, но через секунды начинает набирать бешеный темп. Тяжёлый стон, вторая рука ложится на затылок, и пальцы путаются в белых прядях, чуть сжимая и оттягивая. Зубы продолжают кусать хрупкие ключицы, оставляя на них красные отметины.       Тела содрогаются от пробившего тока. Дима выгибается в спине, теснее прижимается, рот округляется в немом вскрике. Будто тысячи молний, больно покусывая, прыгают от макушки до пяток. Проходясь по всем чувствительным местам, заставляя теряться в ощущениях. Несколько сильных движений, и слышится рык Августа, кончая он падает на чужую грудь, придавливая.       Повисает тишина, сбитая лишь громким дыханием. Август переворачивается, заключая Диму в теплые объятия. Они лежат с лёгкой улыбкой, полностью довольные ранним утром. Поцелуй длится недолго, но он полон нежности и искрящейся любви.       —Ты невероятный… — шепчет Август куда-то в лоб.