Салон эротического массажа "3 Racha"

Ближе к концу рабочего дня Феликс проходит в кухню ресторана, в котором он работает, и проверяет наличие и количество продуктов, время от времени переговариваясь с поварами, выслушивая их отзывы по поводу качества. Он составляет список недостающих продуктов и идёт в комнату для персонала. Садится на небольшой мягкий диванчик, открывает ноутбук и делает необходимые заявки у постоянных поставщиков, с которыми их ресторан сотрудничает не первый год. Через несколько часов его смена заканчивается, и Феликс устало смотрит в окно, за которым глухо слышны отдалённые раскаты грома. Темнеет очень быстро, и на тёмном сине-сером небе появляются редкие зарницы отдалённой грозы. Феликс составляет предварительное меню на завтра. Позже они обсудят его со вторым шеф-поваром, смена которого начнётся поздно вечером. Когда рабочий день Феликса закончен, потоки ливня уже вовсю заливают окна ресторана, а частые молнии ослепительно разрывают ночное небо, сопровождаясь оглушительным громом. Порывы ветра срывают листья с деревьев, а немногочисленные прохожие, бегущие по лужам и текущим ручьям, стараются поскорее найти убежище поблизости. И Феликс тоже старается поскорее добежать до машины, чтобы укрыться в ней и наконец-то добраться до дома. Не очень-то хочется наружу, но он достаёт зонт и бежит к машине, вдыхая свежий от грозы воздух. Поскорее забравшись внутрь, он решает позвонить Крису.     Бан Чан подъезжает к зданию фирмы и паркует машину. Небо ясное, и солнечные лучи, ещё не палящие, приятно греют кожу. И Чан немного потягивается, наслаждаясь этим теплом. Он идёт по дорожке вдоль небольшого газона – на траве серебрятся капли росы. Он заходит в здание и идёт к лифту, у которого встречает Чонина. Они обмениваются приветствиями и входят в распахнувшиеся двери лифта. Чонин нажимает кнопку нужного этажа, и лифт плавно поднимается. Парни заходят в кабинет, приветствуют Минхо, который пришёл немного раньше их и сейчас делает себе кофе. -Будете тоже? - спрашивает он обоих парней, наливая себе в кружку с изображением небольшого зайчика свежий ароматный напиток. Минхо пьёт без сахара. -Да, - коротко бросает Чонин и берёт одноразовый стаканчик. Минхо наполняет его и подаёт обратно. Также без сахара. В этом их вкусы совпадают. А Чан отказывается. Он включает компьютер и приступает к работе. -Пока вас не было, заходил Сынмин – он решил на час сократить рабочий день сегодня, - сообщает Минхо, отпивая обжигающий кофе. – Все готовы отдохнуть как следует? -Да, капитан! – смеётся Чан. Феликса он уже предупредил. О корпоративе, устраиваемом директором их фирмы, Сынмин объявил им несколько дней назад. А точнее – в понедельник. Сотрудники их фирмы идут в ресторан после работы. Их зарубежные партнёры тоже будут. Сынмин считает, что вот такие вечеринки сближают сотрудников. -Даже не верится, что мы уйдём пораньше, а не как обычно задержимся, - говорит Чонин. -Это всё ненадолго. Ты, Чан, хоть в отпуск успей сходить, - предлагает Минхо. – Авралы не за горами. И Чан послушно кивает. Он ещё не думал, когда возьмёт отпуск и как его проведёт. И с кем.   В конце дня небо начинает заволакивать тучами. И трое парней, закончивших рабочий день на час раньше, собираются и выходят к такси. Остальные – кто-то уже вышел, а кто-то выходит - тоже рассаживаются по подъехавшим машинам, а некоторые решают ехать на своей, беря в компанию своих коллег. Такси, в котором едут Чан, Минхо и Чонин, едет неторопливо, и водитель в нём – девушка. Чан приоткрывает окно. -Смотрите! «3Racha»! – вдруг оживляется Минхо. Чан поворачивается – да, они проезжают салон массажа. И Чан вспоминает Чанбина… За эти несколько недель он становится постоянным клиентом мастера Чанбина. Каждую неделю регулярно посещает сеансы массажа. И Чан чувствует, что прикосновения рук Чанбина ему всё более приятны и напоминают уже не просто массаж, а прикосновения и ласки нежного любовника… -ВЫХОДИ! – Чан чувствует толчок в бок. Он вздрагивает от этого неожиданного толчка и громкого голоса Минхо. Воспоминания о Чанбине так захватили его, что он даже не заметил, как такси уже подъехало к ресторану. Похоже, на этой неделе он пропустит сеанс. -Не ори мне в ухо, Минхо, - делает замечание Чан, на что Минхо только смеётся, и выходит. Парни направляются к современному ресторану с большими, просто громадными окнами, фасад которого выполнен в шоколадно-коричневом и оранжевом цвете. Огромные шоколадные и оранжевые полосы. Сынмин умеет выбрать, чтоб произвести впечатление. Сотрудники других подразделений тоже выходят из всё подъезжающих машин и направляются внутрь ресторана. Войдя в здание, в огромный зал с множеством столов, парни видят, что Сынмин уже там в окружении нескольких человек из зарубежной фирмы-партнёра. Его отец – директор компании – стоит рядом с лёгкой улыбкой на губах. Сынмин – его гордость. Парни поражаются великолепием здания изнутри. Мебель выполнена в коричневых цветах, а спинки стульев – оранжевые, на столах - белые скатерти, пол выложен светлой плиткой. Высокий потолок с множеством встроенных светильников. Все рассаживаются за столы, и Сынмин произносит торжественную речь о великолепном будущем их фирмы и надеждах на длительное и плодотворное сотрудничество с партнёрами. Звенят бокалы, и все пьют за процветание компаний. По залу начинают сновать официанты. Тарелки в заведении чудесного оранжевого цвета, и вся еда на них выглядит очень привлекательно и аппетитно.   Вскоре за окнами слышатся раскаты грома, а когда темнеет – начинается гроза. Но в кафе Чану хорошо, очень комфортно. Он попивает шампанское и надеется, что стихия закончит бушевать к концу вечеринки. «Интересно, каково это – когда о тебя трутся голыми телами две красотки?» - вспоминает Чан восторженный рассказ Минхо и косится на него взглядом. Комплексы и предрассудки у Минхо отсутствуют совсем. У Чана звонит телефон. -Чанни, привет, - слышит в телефоне низкий бархатистый голос своего парня. -Привет, Ликси. -Можно я сегодня к тебе? -Да конечно, солнышко, я тоже скоро буду.     И Феликс заводит авто и направляется к дому Чана. Потоки заливают лобовое стекло, и «дворники» со скоростью работают.     Феликс входит внутрь квартиры, раздевается. Проходит на кухню и ужинает. А затем идёт в душ. Потоки воды смывают усталость. Он вытирается мягким большим полотенцем и переодевается в пижаму – в квартире есть запас кое-каких его вещей. Снова идёт к на кухню. Налив в бокал вина, Феликс проходит на балкон, прихватив стул. Там он садится и смотрит в ночное небо, на ночной город, на проезжающие машины внизу. А когда гроза заканчивается, Феликс приоткрывает окно - комната наполняется свежестью - и ложится в кровать Криса. Он чувствует его запах, утыкается носом в его подушку. Вдыхает ещё раз. И закрывает глаза.     Закончив смену, Чанбин принимает душ, чтоб смыть с себя окончательно все запахи, масла и прочие средства, а также ощущения от тел клиенток. Переодевается в чёрную футболку, джинсы и джинсовую безрукавку. После он набирает Рюджин, направляясь к выходу из салона, проходя мимо Хана. -Привет, Рюджин, радость моя. Может встретимся? - и он, прощаясь, машет Хану, а тот поднимает ладонь в ответ. -Конечно, Бинни! – слышит он в ответ радостный голос. – Я уже собираюсь. -Отлично. Заеду за тобой. Чанбин выходит, не замечая удивлённого взгляда Хана, смотрящего ему вслед и слышавшему часть разговора. «Ну ты даёшь, Бинни!» - удивляется про себя Джисон, который не пропустил ни одного визита Чана. Он наблюдает в окно, как Чанбин пружинистым бодрым шагом по дорожке, мимо клумбочек идёт к своей машине, буквально запрыгивает в неё и моментально трогается. Взглядом он провожает машину, уносящую мужчину его мечты.   На этой неделе Чан ни разу не позвонил, не выслал сообщение и не спросил как обычно, когда Чанбин может его принять. Как обычно? Да они знакомы всего несколько недель. Кажется, семь. Да, точно. С того, первого сеанса массажа. «Может что-то случилось?» - и Чанбин мысленно проклинает себя за то, что опять думает о клиенте с великолепным телом, которому так приятно делать массаж. Чанбин уже ловил себя на мысли, что ему нравится делать массаж Чану. И нравится доставлять ему удовольствие. «Это просто клиент», - уговаривает себя Чанбин. «И это его дело – ходить на массаж или нет». Не переставая думать о том, что же случилось с Чаном и появится ли он ещё, он подъезжает к дому Рюджин, и та уже ждёт его у подъезда. Они не виделись неделю. И Рюджин соскучилась. Как же он её понимает… Рюджин прыгает в машину и целует своего парня. А он обнимает в ответ. На ней – лёгкий короткий голубой сарафанчик. И небольшая коричневая сумочка в руках. -Бинни, я так скучала… - шепчет Рюджин. -По мне или по сексу? – цинично спрашивает Чанбин, гладя её по распущенным волосам, и она молча толкает его в ответ.   Они едут в квартиру Чанбина. -Раздевайся, - просто предлагает ей Чанбин, когда они входят внутрь и он падает на кровать и похлопывает рядом с собой. -Бинни, ты что… - она округляет глаза. – У тебя как-то неуютно. Спортзал, а не квартира. Не романтично совсем… Ей и правда тут не очень нравится. Но Чанбин берёт её за руку и роняет на себя, почти сразу переворачивая и оказываясь сверху, расстёгивает ширинку. -Тогда в одежде…     А на следующий день Чан и Феликс выбирают время и идут гулять в парк. Они собираются на Колесо Обозрения. По пути они идут к лоточку с мороженым. -Давай я куплю нам мороженое, - предлагает Феликс. -Тогда я заплачу за билеты, - обнимает его Крис. И Феликс покупает мороженое им обоим.   Они сидят в кабинке и едят мороженое. Феликс – фисташковое, а Чан – эскимо. Феликс щурится от солнца и опускает тёмные очки на глаза. -Как красиво! – по-детски восторгается он, когда их кабинка поднимается на самый верх. Он оглядывает сверху окрестности. Макушки деревьев внизу. Сколько раз они уже были на Колесе Обозрения, а Феликсу всё не надоедает. Ему очень нравится. И Крис улыбается, глядя на своего парня…     Звонок раздаётся посреди недели. Вечером. И сердце Чанбина замирает от радости. И дыхание перехватывает. -Чанбин, привет. Когда ты можешь меня принять? И его сердце вновь запускается. С бешеной скоростью. -Привет, Чан. Завтра вечером устроит? – невозмутимым голосом произносит Чанбин. Он знает уже, что Чан обычно на работе до вечера. -Тогда до завтра, -прощается Чан. А Чанбин делает глубокий вдох. Он скучал. И делает пометку в своём расписании.     К приходу Чана Чанбин заранее старательно подготавливает комнату, наполняет ванну – всё как обычно. Свечи. Аромалампы. Тёмно-синий ханбок. Дверь открывается, и появляется его постоянный клиент. Чан с улыбкой здоровается: -Привет, Чанбин, - за несколько недель они уже отошли от официальных приветствий. -Привет, - Чанбин смотрит на ямочки на щеках Чана и улыбается ему тоже. Как обычно Чан принимает ванну с шипучим шариком. Чанбин моет его, гладит пальцами по всему телу, что доставляет удовольствие им обоим, и вытирает его. Он растирает, поглаживает тело Чана, блестящее от масла, который расположился на массажном столе. И вдруг Чан просит: -Сделай мне массаж своим телом. Грудью и всё такое… Хотя, конечно, грудей у тебя нет… Ну, ты, наверное, знаешь о таком… Конечно, Чанбин знает. Теоретически. «Да ты вообще извращенец конкретный», - думает Чанбин, поражаясь вкусам и пожеланиям клиента. -Так там другое масло используется. Это смыть придётся. И после того, как Чан вновь принимает водную процедуру, он располагается на массажном столе. Чанбин достаёт ещё один пузырёк с прозрачной жидкостью и наносит её на всё тело Чана. А затем снимает свой ханбок, под которым, оказывается, ничего из одежды нет, чтоб нанести гель и на себя. И Чан присвистывает от удивления. -Вау! Ого! Вот это бицепсы! Можно потрогать? – Чан и подумать не мог, что под ханбоком скрывается такое накачанное тело, и такие сильные руки могут делать массаж настолько нежно и так уметь возбуждать. И Чанбин с гордостью улыбается и кивает - можно. Чан с восторгом гладит мускулистые плечи и руки массажиста. -Часто тренируешься? -Каждый день. Стараюсь не пропускать, - отвечает Чанбин. Он наносит масло и на себя. А затем Чанбин достаёт специальный матрас, располагает его на полу. Чан наблюдает за его действиями – ему нравится наблюдать за этим симпатичным парнем, за его работой. -Готово, - говорит Чанбин, показывая на матрас, и Чан переходит на него, ложась на живот. Чанбин начинает массаж руками, поглаживая тело Чана. Но затем он решает подключить к массажу и всё своё тело. Он скользит всем телом по телу Чана, вверх и вниз, извивается. Его грудь касается икр клиента, переходит на ягодицы, между которых Чанбин запускает палец, вызывая у Чана лёгкий стон наслаждения, на спину. Гладит руками бёдра и плечи. И вот уже член Чанбина проводит по упругой заднице Чана, от чего моментально встаёт, а грудь его трётся о спину клиента. И Чанбин решает использовать для массажа и свои губы тоже. Он спускается медленно всем телом вниз по телу Чана, скользит, а губами немного пощипывает его спину, вбирает кожу. Чан чувствует сильное возбуждение, а когда пенис Чанбина проводит по его заднице, стояк Чана упирается в матрас. Дрожь пробегает по его телу, сердце учащённо бьётся, когда губы Чанбина начинают ласкать его тело. И он переворачивается на спину. И Чанбин видя, что член клиента встал полностью, продолжает этот необычный массаж. Он скользит телом по груди и прессу Чана, а потом обратно. Губами поочерёдно втягивает его соски. И наконец его возбуждённый член встречается с членом его клиента. Чанбин смущается. И, как ему кажется, краснеет даже. Ему очень неловко. Он, приподнимаясь, немного отодвигается от бёдер Чана, замирает. И встречается с ним взглядом. -Ты в первый раз что-ли? – тихо спрашивает Чан. И Чанбин смущённо молча кивает, отводя взгляд. А Чана ситуация не смущает. Он обхватывает рукой Чанбина за шею и приближает его лицо к себе. И Чанбин ощущает тёплый и нежный поцелуй на своих губах. Чан медленно вбирает губами его нижнюю губу, проводя языком, проникает внутрь. И Чанбин отвечает ему на поцелуй. И чувствует, как Чан заводит руку между их телами и ловко берёт в неё оба члена, удобно обхватывая, двигает слегка бёдрами, трётся о член Чанбина, ласкает рукой оба, отпускает. И, обхватив Чанбина за бёдра, опускает их к своим. Чанбин трётся о живот, о член Чана, и вот его собственный член скользит уже в естественной смазке: его или Чана – уже не понятно.   А у Чана окончательно сносит крышу. -Трахни меня, - просит Чан. И целует вновь. – Трахни меня, - шепчет снова. И снова целует. Он возбуждён до предела. «Да пошёл ты!». Сказал бы Чанбин раньше. И размазал бы эту симпатичную физиономию кулаком. Скорее всего так. Но сейчас он молча тянется к тумбочке и раскатывает презерватив по возбуждённому члену. А Чан переворачивается так, как обычно встаёт для урологического массажа, до которого дело так и не дошло сегодня. Чанбин льёт смазку ему на анус и входит медленно, аккуратно и сразу до конца, прижимаясь к его бёдрам, которые придерживает руками. Он двигается ритмично, ускоряется, насаживая Чана на свой член. Чан закусывает губу, пытаясь сдержать крики и стоны наслаждения от ощущения Чанбина внутри себя, но это не помогает. Он стонет, и стоны его переходят в крики, и наоборот. И кажется, что финал близок… Но Чанбин финиширует первым – он слишком возбуждён. Однако, он не спешит выйти из Чана. Немного отдышавшись, он приподнимает Чана и прижимает его к себе спиной, чувствуя под рукой бьющееся со скоростью света чужое сердце. Второй рукой Чанбин помогает завершить и Чану: всего несколько движений по члену стонущего Чана – и в руке Чанбина растекается сперма его парня. Его парня? Его парня? Но теперь это не вызывает у Чанбина ужаса и отвращения: он нежно поглаживает пенис Чана, используя его сперму как смазку или масло для массажа. Целует его в шею и выходит из него полностью. Целует в губы. Сам. И понимает, что это – не просто секс.     И Джисон тоже понимает, что это - не просто секс. И острые уколы ревности пронзают его сердце.