Скоро кончится лето

      — О, клыки летучей мыши! — юная вампирша металась по комнате.       Первые попавшие наряды летели в старинный чемодан. Мало того, что отец отказался наотрез тратиться на новые шмотки, так ещё и краски брать запретил!       — Марго, доченька, не паникуй! Папа же хочет как лучше… — мягко заметила стоящая у стены женщина.       Виктория, верховная ведьма и многодетная мама, с ужасом наблюдала за творившимся хаосом. Её дочь, в отличие от отца, даже не старалась замедлять нечеловеческие движения. Одежда, обувь и предметы гигиены водили хороводы в воздухе.       — Мама! Ты не понимаешь! Если вдруг нахлынет вдохновение, то отсутствие красок меня не остановит!       Взлохмаченная вампирша резко остановилась. Парящие предметы, как и её чёрные кудряшки, резко опали.       — Папа меня не слышит! — резкий удар кулаком заставил чемодан-артефакт сжаться. Он тихо рыкнул и отполз от разгневанной хозяйки.       — Папа волнуется. Он ещё не отпускал тебя одну далеко, — Виктория тряхнула рыжей гривой и плавно подошла к дочери.       — Так волнуется, что Дара запихнул в один со мной отряд! — надулась дочь.       — Дар будет сам по себе, — пообещала ведьма. «О прыгучий ползунок, дай мне сил!» — взмолилась женщина. Именно она уговаривала своего мужа отправить маленьких вампирчиков в летний лагерь. Кто бы знал, что это вызовет раскол в семье?       Доченька, характером пошедшая в Викторию, совсем не шла на компромисс. Пубертат настиг её в двенадцать лет, и теперь юная графиня взрывалась по каждому пустяку.       Правда, Маргарита или, как её называли близкие, Марго почти всегда слушалась папу. Обожала его. А папа, суровый граф Кристиан ван Эрлис, боготворил свою маленькую принцессу. Внешне она была вылитой копией любимого папочки.       Однако судьба сыграла с семьей графа шутку. Старший сын Дарий унаследовал от матери талант к ведьмовству, несмотря на то, что по своей сути был вампиром. Дочь же обнаружила в себе способности к рисованию. И её картины поначалу пугали родителей.       Марго впадала в астрал, глубоко погружалась в себя и рисовала с закрытыми глазами. Девочка держала в обеих руках по несколько кистей, моментально меняла их местами и воспроизводила картину как из прошлого, так и из будущего.       Так однажды её мама, ведьма Виктория, чуть не упала в обморок, увидев на картине своё тело посреди пожара. Благо это событие уже случилось в начале её замужества.       Пока мама предавалась воспоминаниям, Марго исподтишка втолкнула в мохнатый полуживой чемодан кисти, акварель, мелки пастели. Ловко всунула языки ремня в пазы, щёлкнула замком и повернулась к матери. Изобразила ангельскую мордашку.       Виктория, сделав вид, что ничего не заметила, чмокнула дочку в лоб и выпорхнула из комнаты.       Дарий тоскливо оглядывал скупую обстановку лагеря. Типовые домики-коттеджи, столовая, спорткомплекс, концертный зал — всё это наводило на подростка уныние. Рыжеволосый парень шестнадцати лет тащил не только свою сумку, но и чемодан сестры.       Как только они прошли через портал, который разделил их с графской четой, хитрая сестра всучила Дару свой старомодный монстросаквояж. И где только отец его откопал?! Его жуткий язык, выполнявший роль ручки, обвил кисть вампира. Облизывал её, издавая причмокивающие звуки.       По спартански укомплектованная спальня ввела вампира в апатию. А известие, что её придётся делить с оборотнем, радости не добавило. Налепив на стены плакаты любимой фолк-группы «Злые мавки», мальчик устало опустился на кушетку. Мрачность его настроения подчеркивала исключительно чёрная одежда.       Первые дни вампир только и делал, что наблюдал, как Марго кинулась рисовать стенгазеты для отрядного уголка. Дарий устало отмахивался от любых попыток контакта со стороны ребят. Игры с вожатыми он игнорировал.       Марго же отдалась творчеству. Их уголок получил первое место, что сделало сестру героиней отряда и всеобщей любимицей. Девочка очень стеснялась и постоянно краснела пятнами.       Ужасно раздражал назойливый сосед-оборотень. Тед носил разноцветные дреды, а в первый день достал Дара вопросами, почему у вампира рыжие волосы.       Сидя на потолке в месте отрядного сбора в виде паука (Дарий обожал сливаться с пространством), юноша наблюдал, как этот несносный волчонок ластился к его сестре. Кажется, он пытался развести её на медленный танец на дискотеке.       Самое страшное для Дария случилось на десятый день их пребывания в летнем лагере. Однажды вечером Марго как обычно пришла к их творческому уголку, чтобы отдохнуть и порисовать. Сестрёнка сильно огорчилась, узнав, что вожатая (ящероподобная суккуба), унесла на склад не только общие художественные принадлежности, но и личные вещи Маргариты. Там ведь были её дорогущие и столь ценные расходники! Вампиршу накрыл сильный приступ ломки. Ей постоянно требовалось выплескивать свои переживания в творчество.       Посреди тишины раздался крик. Дар подскочил на кровати. Парень смотрел ролики в интернете. Вместо с Тедом худощавый вампир ринулся на источник шума.       Перед мальчиками предстала холодящая жилы картина: Марго, покрывшись угольной чешуей, рвала собственные стенгазеты. Клочки висели в воздухе. Удлинившиеся когти ездили по основе стенда. Царапали и впивались в стонущее дерево.       — Марго! — окликнул сестру вампир.       Фатальная ошибка. Сколько раз отец пересказывал сыну историю о первом припадке сестры. Дарий, кивая как болванчик, упускал самое главное: рядом с разъярённой фурией, не контролирующей себя, важно действовать тихо.       Вампирша обернулась. На её миловидном лице играла зловещая улыбка. Выглядело пугающе. Оторвавшись от разрушения уголка, девочка мгновенно очутилась на брате. Повиснув на его плечах, она заверещала ультразвуком.       Напомнивший о себе Тед зажал уши лапами. От волнения его руки покрылись шерстью.       Округлив глаза, оборотень, яркий как попугай, перекрикивая ор, обратился к Дарию:       — ЧТО ОНА ЛЮБИТ?!       — А?!       — ЛЮ-БИТ? — мальчик смешно открывал рот.       — НЕ ПОНЯЛ!       — НУ МУЗЫКУ ОНА ХОТЬ СЛУШАЕТ?!       Вампир, мучаясь от пульсирующей боли в висках, заорал в ответ:       — «ВЕДЬМОЧКИ»!       На лице оборотня появилось выражение омерзения. Это была любимая группа многих младшеклассников. Короткие юбочки, чулочки, смешные колдовские шляпы и писклявые голоса — вот чем оборотню запомнился этот ансамбль. Смирившись с единственным возможным выходом из ситуации, парнишка побежал за музыкофоном. Небольшая установка в виде колонки исторгала из себя любую существующую мелодию.       Тед отдал приказ. Полилась слащавая девчачья песенка. Скривившись, оборотень показал Дарию большой палец вверх. Вдруг поможет?       Воющая вампирша остановилась в своём диком крике. Услышав знакомые ноты, монстрик задумался. Кивая шипастой головой в такт песне, Маргарита отлепилась от брата. Чешуйки постепенно втягивались куда-то вглубь кожи.       Не веря своим глазам, брат смотрел на танцующую под неприятную для него музыку. Тед, желая поддержать жертву невроза, упал на пол и изображал из себя подобие брейкданса.       Испуганные соотрядники выглядывали из своих комнат. С округлившимися глазами они наблюдали за забавным дуэтом. Выписывая неловкие пируэты, Тед крутил Марго в подобие вальса.       Дарий облегченно рассмеялся. Впервые искренне с тех пор, как попал в эту безумную лагерную жизнь.       — Она ведь мне медляк обещала! — подмигнул вампиру Тед.