Мясорубка

Кира очнулся от того, что ему на голову вылили ведро холодной воды. Он вздрогнул всем телом и панически огляделся вокруг. Библиотекарь лежал на кухонном столе, привязанный за запястья и за щиколотки к ножкам стола. Он дёрнул руками, проверяя путы на прочность и тут же получил звонкую пощечину. — Лежи и не рыпайся. велел Михаил Сергеевич. — Или я отрежу тебе все пальцы. Я связал тебя строительными стяжками, ты их не снимешь. — Отпустите меня, пожалуйста! — взмолился Кирилл. — Я отдам вам долг, обещаю! Михаил Сергеевич зло цыкнул — Да что ты все никак не уймешься? Конечно ты отдашь мне долг, у тебя просто выбора нет, но это не помешает мне убить тебя сейчас. — Не надо, умоляю! Михаил Сергеевич закатил глаза. Он схватил Киру за щеки, заставляя его разомкнуть зубы и засунул ему в рот скомканный платок. Затем мужчина включил газовую плиту и нагрел охотничий нож на огоньке. — Может у тебя есть ножик получше, а, Кирюша? Ах, точно, ты же не можешь мне ответить! Я и забыл! — маньяк повернулся к своей жертве и рассмеялся. Кирилл отвернулся, стараясь сдержать слёзы. Михаил Сергеевич подошёл к нему и задрал белый свитер по самое горло. — Ознакомлю тебя со своими планами, я собирался выпустить тебе кишки, а затем продать на органы, тогда бы сумма долга будет бы компенсирована, и я получу даже больше… Могу по настроению изнасиловать тебя. Маньяк нагнулся к лицу Киры. Тот протестующе замычал, на его глазах выступили слезы. Мужчина вытащил кляп изо рта жертвы. — Не надо меня насиловать! Я боюсь! Я не хочу! Мне страшно! Это больно! — испуганно закричал Кира, пытаясь оттолкнуть ногой маньяка от себя. — Не надо! — по щекам Кирилла потекли слёзы. Один его глаз был подбит и плохо открывался, из носа текла кровь, на щеке остался красный отпечаток ладони, волосы мокрые, всклокоченные, видок что надо. По сравнению с Михаилом Сергеевичем, которому происходящее явно доставляет удовольствие, он выглядел очень несчастным. — Ладно, а сейчас тебе снова нужно будет заткнуть ротик, а то соседи нас услышат. — Не надо, пожалуйста, умоляю, я могу заплатить вам сейчас! — воскликнул Кира, яростно мотая головой. — Сейчас? Откуда у тебя деньги? — воодушевился маньяк. — Неважно! В прихожей лежит зелёная сумка, принесите ее, пожалуйста. — с надеждой затараторил Кирилл. — Смотри у меня. Мужчина покачал головой и положил свой ещё теплый нож Кире на живот. Затем он скрылся в коридоре, но вскоре вернулся, положил сумку на разделочную плоскость, звякнул молнией. — Здесь половина от суммы твоего долга. — Да! Я верну остальное потом! — истерически воскликнул Кирилл, вздрагивая. Маньяк покачал головой и огладил небритый подбородок. — Я даю тебе срок три дня. Три дня чтобы внести ещё сколько же. Если ты не успеешь, я изнасилую тебя, а затем убью и продам на органы. — Ладно! — как можно скорее согласился Кира. — Вы ведь отпустите меня теперь, правда? Отпустите? — Да, отпущу. — Михаил Сергеевич улыбнулся и взял нож с чужого живота. Мужчина аккуратно перерезал стяжки на щиколотках и запястьях вора, но когда тот уже хотел сесть на столе, остановил его, положив ладонь на грудь. — Подожди, Кирюша, кое что забыл. — Чт-аааа…ох — Кира тихо застонал, когда кредитор c размаху всадил повторно нагретый на огне нож ему под ребро. — Тихо, тихо, помалквай. — Михаил Сергеевич закрыл жертве рот ладонью и вытащил нож обратно. — Давай не будем шуметь, хорошо? Кирилл в ответ только заскулил, зажимая рукой кровоточащую рану. Дальше все было как в тумане, он помнил только колющую боль под рёбрами, тёплые большие руки Михаила Сергеевича на талии, исходящий от него запах сигарет и холодные, серо голубые глаза близко близко к своим глазам.