Последняя из материй: Каникулы

      Посреди зелёной полянки слегка накрытой тенями редких растущих вокруг хвойных деревьев стоял домик. Современный деревянный домик, если приглядеться, то за просветом между деревьями можно увидеть ещё несколько полянок соединённых между собой дорожками, и на каждой такой же аккуратный домик.       Изредка в небе пролетают стайки птиц, более одинокие и склонные к тоске птицы прячутся среди пышных ветвей, напоминая о своём существовании не своим видом, но звуками пения. Слышно журчание ручья, видимо совсем недалеко, между парой старых деревьев, начинаясь прямо у их корней, берёт своё начало небольшой горный родник. По узкой тропинке, оглядываясь на крошечные домики, идёт мальчик лет четырнадцати держащий в руках баночку из-под воды. Мир, спокойствие и идиллия.       Пока в небе над домиком не открывается портал, громкие крики из которого совсем не привлекают внимание мальчика, но моментально распугивают птиц, те замолкают и шумно хлопая крыльями покидают этот уголок леса. — Это всё из-за тебя! — Что плохого я сделал?!       С шумом и криками из портала вывалились на плоскую крышу четыре сцепленные фигуры. Любовь сидит на Свободе сверху, одной рукой держит его за ворот рубашки, второй же пытается замахнуться, чтобы попасть ударом по лицу. Свобода лежит на полу не показывая признаков сопротивления и громко смеялся, Вера же пытается остановить подругу, усердно оттаскивая ту от лежащего парня, хоть пока это и выглядело безуспешно. А Смерть, едва вывалившись из портала вместе с клубком богов, встал и отошёл на край домика, и теперь оглядывал окружающую местность в попытках понять куда их занесло на этот раз. — Любовь, успокойся, давай поговорим. — Вера в очередной раз попыталась оттащить девушку в момент удара, спасая лицо Свободы. — О чём?! Он не должен был этого делать! — Любовь обернулась и теперь недовольно смотрела на Веру. — Я просто выполнял свою работу. Раздавал метки, делал людей счастливыми. — воспользовавшись моментом Свобода столкнул девушку с себя и отполз подальше. — Ты устроил детям оргию! — Любовь пыталась вырваться из рук Веры, но у неё не вышло. — Они подростки, а не дети! И вообще… — договорить Свободе не дали. — Успокойтесь. — Смерть развернулся от края крыши, и сел. — Свобода знак хаоса, он делает всё что вздумается. А вот ты отвечаешь за соблюдение баланса и ставить метку на семь людей разом было как минимум… — Смерть на секунду замолчал, потёр глаза и наконец подобрал наименее обидное слово. — Неосмотрительно. — По твоему в этом виновата я?! — Любовь смотрела на обидчика не скрывая злобы и готовности снова полезть в драку. — Факт в том, что баланс и так был нарушен, а мы сделали только хуже. — Смерть обернулся на Свободу. — Ему плевать. А у нас осталось три локации, чтобы не завалить практику. Так что давайте не будем использовать свои силы бездумно. — Он дело говорит. — Свобода улыбнулся. — Сначала я ломаю, а уже потом вы чините. Не наоборот.       Внимание богов привлёк проходящий теперь уже в обратную сторону, мимо домика мальчик с бутылкой воды. Нельзя сказать, что он был чем-то примечателен. На вид абсолютно обычный мальчик, но каждого из юных богов словно ударили током когда он появился в поле зрения. Одно его присутствие моментально разрушало всю окружающую идиллию и естественность природы. От мальчика буквально веяло злостью и обидой. Он просто шёл по лесной дорожке и сам того не подозревая нарушал баланс между порядком и хаосом.       Мальчик прошел мимо домика на котором сидели боги, и пошёл дальше своей дорогой. Вся четвёрка моментально переглянулись и практически синхронно кивнула. Они сошлись в своём решении проследить за ним. Спустившись с крыши он уже скрылся за хвоей и теперь богам оставалось лишь уповать, что лесная тропинка по которой он ушёл не будет разделяться. Так и оказалось, спустя пять минут лес внезапно закончился и они оказались перед огромным четырехэтажным корпусом детского лагеря, в стороне от которого стояло необычайно оживленное футбольное поле. Трибуны были заполнены, дети махали флагами поддерживая свои команды и громко кричали, пока по футбольному полю бодро бегали двадцать два избранных игрока.       Дойдя до поля боги вновь почувствовали себя нехорошо. Источник злой энергии сидел прямо в первом ряду с бутылочкой родниковой воды и смотрел на разворачивающийся матч. Боги подошли к нему, переглянулись и положили руки на его голову, и все как один услышали слова: — Я тоже хочу бегать по полю. Какой идиот это придумал? — мальчик сидел с закрытым ртом и крутил головой вслед за катающимся мячом. — Почему одна игра на полтора часа? Неужели нельзя было сделать три матча по полчаса? Кто вообще хочет смотреть как другие играют, разве это весело. Никто не хочет. И я не хочу. Хочу бегать по полю и чтобы люди на трибунах кричали моё имя.       Мысли мальчика зациклились, проигрались ещё раз, а затем перестали звучать. Боги убрали руки с его головы, а за их спинами продолжалась напряженная игра в футбол. — Что думаете? — Смерть оглядел ребят. — Тип нарушения искажение, направленность порядок, причина несоответствие. — Свобода озвучил свою версию первым, и вся оставшаяся троица удивленно смотрела на него. — Ты всегда проваливал диагностику. — Вера говорила недовольно. — Как направленностью может быть порядок, если проблема в его желаниях? — Согласна. Как по мне тип внутренний, направленность хаос, причина обида или зависть. — Любовь оглянулась на Смерть, ожидая последнего предположения. — Понятия не имею. Может просто убью его и дело с концом? — Очень сме… Эй, стой! — прокричала Любовь.       Но было уже поздно. Свобода сложил пальцы в пистолет, и навёл на затылок мальчика. — Бах.       На шее мальчика медленно начала вырисовываться метка сигареты. И в глазах появился блеск. Странный фиолетовый блеск. Боги положили руки ему на голову, чтобы понять чего ждать дальше, кроме Свободы. Он с блаженным лицом прикуривал сигарету. И вновь они услышали голос. — Я хочу бегать по полю. Хочу, чтобы люди смотрели и кричали моё имя. То что я должен сидеть и смотреть нечестно. Я буду бегать.       Мальчик встал, обернулся к кому-то на поле и прокричал сложив руки у рта. — Пить хочешь? — увидев кивок, мальчик бросил игроку бутылку с водой, и побежал.       Побежал вокруг поля, куда-то к корпусу. Боги же остались на трибунах в непонимании. Спустя минуту мальчик выбежал из корпуса гремя кучей металлических стаканов, половником и кастрюлей. Обхватывая двумя руками всю набранную кучу посуды, он с шумом и металлическим лязгом побежал в лес.       Спустя пять минут, на горизонте вновь показалась его фигура. Она тяжело перебирала ногами и кастрюля с водой залитая доверху ходила ходуном в такт с телом, постоянно обрызгивая мальчика холодной родниковой водой. Стаканы и половник, зажатые в руках, продолжали греметь. В полном обмундировании мальчик вбежал прямо на поле, мешая футболистам играть, те упирались в него, отскакивали, вода из кастрюли расплёскивалась, а дети на трибунах наблюдающие за этим, смеялись. Не смеялись вожатые, те же видя, что всё идёт не по плану кричали. — Матвей! Матвей! Уйди с поля!       А Матвей продолжал бежать. Оказавшись в самом центре поля, он поставил кастрюлю на землю. Это было вынужденным тайм-аутом. Футболисты вытирая пот подходили к нему, брали стаканы, набирали воду и пили.       Уже уходя с игровой площадки мальчик дал триумфальный круг вокруг поля, вновь обнимая кастрюлю и гремя стаканами. И все было как он и хотел. Он бежал, а люди на трибунах смеялись и кричали его имя. — Говорил же, искажение по порядку, причина несправедливость. — Свобода уставился на тлеющий в пальцах окурок и легонько улыбался. — Мой вариант был проще. Но спасибо. — Смерть похлопал его по плечу. — Ты хочешь сказать это восстановит бала…       Договорить Вера не успела. Баланс действительно был восстановлен, и боги испарились, появившись вновь уже на другом конце земного шара.