За Гранью Боя

Мадам Бабочка возвращалась в свой кабинет после тщательной проверки здания. Её шаги гулко раздавались в тишине коридора, и, открыв дверь, она остановилась на пороге, почувствовав чьё-то присутствие. В темноте кабинета её ждал незваный гость. Паук — теперь взрослый, скрытый под тёмной одеждой и маской — сидел в её кресле с ногами, нахально поставленными на стол. Мадам Бабочка прищурилась, не сразу узнав его. Паук больше не был тем мальчишкой, которого она помнила. Он изменился: стал выше, сильнее, опаснее. Его холодный взгляд, скрытый за тёмными очками, был полон безразличия. — Кто ты? — строго спросила она, её рука инстинктивно потянулась к оружию, спрятанному под плащом. Паук не ответил сразу. Он на секунду приподнял маску, чуть открыв лицо, и усмехнулся. — Прошло немало времени, мадам, — проговорил он низким, насмешливым голосом. — Забыла меня? Мадам Бабочка всмотрелась в его лицо и, наконец, поняла, кто перед ней. Её сердце на миг сжалось. — Наруто... — прошептала она, осознав, насколько он изменился. = Спустя некоторое время. — Так вот как я оказался здесь, — спокойно заключил парень, осматривая золотые украшения под витриной. — Мне это с трудом верится, но я тебе верю... — женщина встала рядом с ним, слегка напрягаясь. — Хм... ты стал выше меня, теперь мне приходится смотреть на тебя снизу вверх. — Тебя это смущает? — шёпотом произнёс Паук. — Н-нет, просто... говори, что хотел, — ответила Мадам Бабочка, всё ещё осознавая его трансформацию. — Что произошло в Ненсе после ограбления банка? Женщина отвернулась, её движения стали осторожными, будто она искала подходящие слова. Медленно, как бы продумывая каждую деталь, она начала говорить: — Из-за того ограбления Ненсе стал ещё более несвободным. Оказалось, что лысый — старший брат бывшего правителя. Его изгнали, и он ушёл в подполье. Они заключили сделку, и теперь нынешний правитель докладывает о каждом шаге Хокаге. Этот город стал частью Страны Огня, и благодаря этому заявлению он душит Страну Железа налогами и пошлинами. — А что с Енотом? — спросил Паук, не отрываясь от своих мыслей. — Не знаю, он залёг на дно, — коротко ответила она. — Аюми? — Она в тюрьме. Не знаю, где точно, но уверена, что жива. Если хочешь, я могу узнать через свои связи, — предложила Мадам Бабочка, пристально глядя на него. — Хорошо, я вернусь через два дня. Если информация будет верной — я заплачу. — Я бы хотела кое-что другое в обмен, — внезапно добавила она. — Ого, даже так? — с усмешкой произнёс Паук. — Перестань, — она недовольно вздохнула. — Я хочу увидеть свою дочь. Ей скоро исполнится 13, и я не видела её уже несколько лет. Хочу, чтобы ты передал ей письмо... и передай привет Ханаби, но так, чтобы Хиаши ничего не узнал. — Хорошо, договорились. Жду новостей через два дня... не возражаешь, если я временно поживу в подвале? Женщина отрицательно покачала головой. Паук кивнул и направился к знакомой лестнице. Его шаги были уверенными, но внутри него нарастало странное чувство — смесь ностальгии и разочарования. Город изменился, но он по-прежнему помнил каждый его угол, как будто прошло всего несколько дней, а не годы. Когда он, наконец, добрался до своего старого убежища, всё выглядело заброшенным и разрушенным. Открыв ржавую металлическую дверь, Паук осмотрел своё бывшее логово. Пыль покрывала пол, стены были затянуты плесенью, а старые вещи, которые он оставил, выглядели бессмысленными и забытыми. Его старая кровать, в углу комнаты, теперь казалась слишком маленькой для него. На стенах всё ещё висели детские рисунки, напоминания о том, кем он когда-то был. Паук медленно прошёл по комнате, касаясь пальцами пыльных книг и инструментов. Он вспоминал, как в юности строил здесь планы, мечтал о свободе и могуществе. Теперь он был другим — холодным, расчётливым, но часть его души всё ещё оставалась в прошлом. — Не думал, что когда-нибудь вернусь, — пробормотал он, усмехнувшись, и сел на старый скрипучий стул. Два дня спустя. Мадам Бабочка осторожно спустилась в подвал, где царила полная тишина. Паук сидел на полу, погружённый в медитацию. Вокруг него клубилась густая тьма, будто живая субстанция, медленно впитывающаяся в его тело. Но стоило ей сделать ещё один шаг, как тьма внезапно исчезла, будто никогда не существовала. Паук открыл глаза и, не поворачивая головы, произнёс: — Ты слишком рано вернулась. — У меня новости, которые ты захочешь услышать, — ответила она, сдерживая тревогу. Её голос был тихим, но она не могла скрыть дрожи в нём: — Я узнала, где держат Аюми. Она в тюрьме Амару, глубоко под землёй. Оттуда невозможно сбежать… Паук медленно встал, его движения были гибкими и плавными, как у хищника, готового напасть. Его лицо, скрытое маской, оставалось непроницаемым, но в воздухе повисла его решимость. — Амару... — задумчиво повторил он, — хорошо. Я заберу её.