Одно лето в Поднебесной

      Домой они вернулись поздно. Назавтра всех снова ожидал ранний подъем, но мысли о нем не приносили никому никакой радости. За Вэй Усянем и Цзян Чэном должен был приехать отец, а Ланям и Не предстоял относительно неблизкий путь домой.       Вэй Ин уже почти упаковал свой рюкзак, когда вдруг вспомнил, что помимо двух подвесок, в сувенирной лавке он приобрел еще четыре одинаковых браслета.       — Ребят, — позвал он негромко, и когда все подошли, развернул ладонь демонстрируя покупку. — Может, это покажется сентиментальным, но мне бы хотелось, чтоб у всех что-то осталось на память.       Каждый, поблагодарив, снял с ладони по браслету и закрепил на собственном запястье.       — Нечестно, Вэй-сюн, — вдруг ткнул его в плечо Не Хуайсан. — Как это так вышло, что ты подумал о подобном, а я нет?       — Просто мой брат посмышленей некоторых, — заступился Цзян Чэн.       — Да уж точно, — зашипел на него в ответ младший Не, явно намекая, что оппонент тоже не блеснул подобной идеей.       — Ай-йя, давайте без этого, — встрял между ними Усянь. — Мне захотелось, я сделал.       — Может еще кровью закрепим? — блеснул глазами а-Чэн.       Усянь с Ванцзи недоверчиво на него уставились, но Хуайсан внезапно поддержал идею.       — Дагэ, а можно один из твоих ножей? — подошел юноша к брату, когда они все спустились вниз. Энтузиазму юного Не стоило позавидовать. — Можно даже маленький.       Минцзюэ сперва согласно кивнул, видимо, не сразу задумавшись над вопросом, но потом все же здравый смысл победил:       — Стоять!       Хуайсан замер над кейсом с ножами, которые старший брат уже любовно сложил, чтоб забрать с собой.       — И зачем вам нож? — он перевел взгляд на стоящих в дверях мальчишек.       Младший Не замялся.       — Мы хотели побрататься, — выступил вперед Цзян Чэн.       — На крови? — судя по виду, у Лань Сичэня чуть не пошел носом чай. Он осмотрел сперва их, а потом перевел взгляд на друга. — Может организуем им братину?       — А может они просто контактами в вичате обменяются? — ответил Минцзюэ, потирая переносицу. — Так, бандиты, никаких ножей и никакого сэлфхарма. Это раз. Два, — он оглядел их уставшим взглядом, — вы знакомы сколько, неделю? Я думаю, рановато для подобных ритуалов.       — Но, дагэ… — начал было Сан-Сан, но тот остановил его, выставив вперед ладонь.       — Давайте договоримся, — он пристально посмотрел всем в глаза, как та Галадриэль из «Властелина колец», — если продержитесь всю старшую школу, а по ее окончании снова сможете собраться тут и по-прежнему останетесь при своем, я сам вам и руки порежу, и молитву зачитаю. Но не сейчас.       Зерно рационального, посеянное старшим в их юные умы, очень быстро дало всходы. Хуайсан подошел к компании, и мальчишки буквально за минуту решили согласиться на условия дагэ. Вэй Ин кивнул:       — Мы согласны.       Кажется, Не Минцзюэ на этих словах выдохнул. Лань Сичэнь как-то очень пристально посмотрел сперва на Ванцзи, а потом на Усяня. Но не мог же он о чем-то догадаться? Хотя Вэй Ина это бы не удивило — хоть он и старался прятать зарождающиеся в нем чувства, он догадывался, что все равно остался слишком прямым и открытым.       — Есть условие, — вдруг выдал Хуайсан, подходя к брату и вытягивая кулак с оттопыренным мизинцем.       — Ты серьезно? Ты не можешь сейчас использовать это против меня, — старший Не, судя по его лицу, еле сдерживал смех. Хуайсан, видимо, тоже, но продолжал упрямо тянуть руку. — А-Сан, это против правил.       — Клянись! — прозвучал звонкий, уверенный голос.       — Да чтоб тебя! — Минцзюэ подцепил его мизинец своим. — Клянусь.       Лицо Не Хуайсана победно просияло.       — А теперь марш в спальню, мелкие говнюки! — судя по возмущенному вскрику, Не Минцзюэ даже успел отвесить младшему брату легкого пинка.       — Сан-Сан, это что сейчас было? — Вэй Ина очень заинтересовало произошедшее на кухне.       — Наш с братом маленький ритуал и последствия точно такой же клятвы на мизинчиках, когда я был еще совсем мелким, — ответил Хуайсан, заворачиваясь в легкое покрывало. — Если один протянул руку, второй не имеет права отказать. Со временем, конечно, научились не размениваться по фигне, но иногда мне нравится его цеплять.       Они все расползлись по своим местам, уставшие и довольные, пожелав друг другу доброй ночи. Завтра предстояло прощаться.       Вэй Усянь старался не уснуть, внимательно прислушиваясь к окружающим звукам. Шелест листвы, чириканье какой-то ночной пичужки, мерное сопение друзей. Старшие товарищи тоже не задержались на кухне надолго. Выждав немного, он выбрался из своей постели и аккуратно коснулся плеча Ванцзи.       — Лань Чжань, — прошептал он еле слышно, на самое ухо. Тот сразу открыл глаза, словно тоже не спал все это время, моментально нахмурив темные брови.       Вэй Ин приложил палец к губам и махнул в сторону двери, призывая за собой, и, не дожидаясь ответа, выскользнул из комнаты. Во дворе было ветрено и прохладно, туч еще не нагнало, но чувствовалось далекое приближение грозы. Ванцзи вышел за ним через несколько минут, держа в руках плед, и сел рядом прям на траву.       — Вэй Ин? — тихо позвал юноша.       — Красиво, правда?       Через весь ночной небосклон среди звёзд мягко растянулся светящийся белый поток — небесная Белая Река — Млечный Путь. Миллиарды и миллиарды слабых звезд сливались своим светом в единое, создавая невероятное впечатление.       — По греческой легенде, — снова заговорил Усянь когда Лань Чжань сел рядом с ним, — оскорбленная Гера отпрянула от поднесенного к ее груди младенца, и ее молоко пролилось на небо. А вот там, — он указал рукой на две особо яркие звезды, расположенные по разные стороны звездного потока, — пастух Нюлан и небесная ткачиха Чжинюй. Владычица Ванму и небесный покровитель узнав об их союзе, разлучили влюбленных и разделили Небесной Рекой. А та, третья звезда…       Вэй Усянь снова начал нести чушь от волнения и желания впечатлить собеседника.       — Мгм. Денеб. В созвездии Лебедя, — неожиданно перебил его Ванцзи.       Усянь удивленно захлопал глазами, а потом звонко рассмеялся.       — Ай-йя, Лань Чжань. Подловил, — он качнулся, сидя обняв колени, а потом завалился на спину, звездочкой распластываясь по траве. — Так удобнее смотреть.       Ванцзи в ответ на это кивнул, но присоединяться не торопился, комкая в руках злосчастный плед и смотря куда-то перед собой.       — Лань Чжань. А ты будешь мне писать?       — Мгм.       — А звонить?       — Мгм.       — Обещаешь? — на самом деле — хоть он и делал вид, что его это забавляет — Усянь отчего-то невероятно переживал.       — Обещаю.       Вэй Ин хихикнул и зажмурился.       — Думаешь, это смешно? — прозвучало почти обижено и ближе, чем до этого.       Усянь открыл глаза и увидел, что Ванцзи практически нависает над ним, опершись на руку и пристально глядя ему в лицо. Дыхание перехватило, он почувствовал, как запылали от смущения щеки. Под ложечкой неожиданно оживилась стая диких бабочек и ринулась куда-то вниз. Мысли разметались по всей черепной коробке, не оставляя даже смутной надежды их собрать. Рука сама собой потянулась прикоснуться к чужой щеке.       — Луна сегодня красивая, — вдруг прошептал Вэй Ин пересохшими губами. Правда, никакой луны он не видел, только прекрасное светлое лицо да янтарного цвета глаза, которые своей красотой вполне затмевали и луну, и Млечный путь.       — Мгм, — коротко кивнул Ванцзи. Но прежде чем склониться окончательно и накрыть его губы своими, все же прошептал. — Такая красивая, что можно и умереть.