Река скорби

Боль бьёт по ней с силой, переворачивая оставшиеся крохи самообладания и желания бороться. Ляля голову к обивки дивана прижимает, сидя на прохладном полу. Слёзы льются нескончаемым потоком, умывая девичье лицо. Она слышит, как он ходит по кухни туда-сюда, опасаясь, что скоро заявится и к ней. Оля утирает слёзы ладонями, начиная думать, как ей выбраться из темницы Кащеевой. Был бы жив Лёша, он обязательно вытащил бы её отсюда, рискуя всем. Но его нет, и уже никогда не будет, а парень всегда учил Олю быть сильной и бороться до талого. И она спасет себя ради мести за него, у неё должно это получится. На кухне гаснет свет, полностью погружая квартиру в тьму. И Ляля выдыхает, надеясь, что сейчас он уснет у себя в комнате, а она сможет спокойно подумать и окончательно успокоиться. Но её надежда разбивается, когда шаги его прекращаются у её двери, от чего девушка поджимает ноги ближе к себя, а глаза начинают искать то, чем можно защититься. — Ляль, — тихо зовёт Кащей, медленно оседая на полу у её двери. — Спишь? — спрашивает он, хотя прекрасно знает ответ на этот вопрос. Конечно, не спит. Большакова лишь тяжело дышит, но не отвечает ему, пытаясь претвориться спящей, но Никита, словно чувствует её. Кащей сидит на полу, облокотившись на стену возле двери, за которой сидит Оля, окольцованная животным ужасом. В одной руке он держит бутылку, из который моментами отпивает. — Знаешь, я же тебя, когда впервые увидел, словно с ума сошёл. — начал Кащеев, вспоминая школьные годы, где они все ещё были невинными детьми. Кто же знал, что так все сложится. — Ты к нам в шестом классе перевелась, такая яркая, звонкая, — рассказывал Кащей, а сам всё глубже утопает в приятных воспоминаниях, что помогли ему не сойти с ума в тюрьме. — Познакомьтесь, это наша новая ученица Оля Большакова. — представила учительница, указав на свободное место рядом с Таней Смольяковой. — У нас очень дружный класс, так что ты со всеми подружишься. Никита обмер, увидев её впервые. Хорошенькая брюнетка тут же притянула его внимание своими зелёными, как у ведьмы, глазами. Хотел подступиться к ней, а не знал правильно как, ведь она была какой-то особенной, волшебной в его глаза. — Ляля, значит. — произнёс Никита, сидя позади Оли. Девочка быстро на него повернулся, сверкнув зелёными глазами. Что-то сжалось внутри у парня от её взгляда, переворачивая всё с ног на голову. — Я же всё для тебя, Ляль. — отчаянно протянул он, выпив остатки алкоголя из бутылки. — Хоть ты в это и не веришь. — шёпотом добавил Никита, но она всё услышала, сжавшись в комок ещё сильнее. — А помнишь, как Вовку с куревом поймали, а мы бегали его прикрывать, а? Оля лишь глотает слёзы, кивая самой себе. Конечно, она всё помнит, и никогда не сможет забыть, даже если очень захочет. Это и станет её наказанием, от которого нельзя сбежать, и невозможно скрыться. И он открывает дверь, чтобы она слышала лучше, по крайне мере, Кащей себе это так объясняет. А Ляля ловит этот звук, хватаясь, как за спасательный круг в надежде выплыть отсюда. Оля одежду на себе поправляет, усаживаясь на мягкий диван. — Ты же никогда мне шанса не давала, Ляль. — вновь начинает он, глаза протирая, что слипаются уже. — Всё Вова да Вова, а я только с тобой тогда успел попрощаться, не с матерью даже, а с тобой. — говорил Никита, а в груди начало щемить у обоих. У неё от горя пережитого, а у него от болезненных воспоминаний. — Умерла она, пока я своё отсиживал. Большакова знает об этом, так как сама была на её похоронах. Тоже лила слёзы от осознания того, что нет никого больше у Никиты из родственников. Помнит, как писала ему об этом в течение недели, не зная, какие слова нужные подобрать. И так не подобрав, кинула листок в мусорку. Узнал о смерти родительницы он через начальника, что смотрел с явным сочувствием. — До сих пор перед глазами её лицо заплаканное.— с печалью произнёс Кащей, сжав переносицу пальцами. — Сыночек, как же так? — спрашивала женщина, садясь перед Никитой на колени. — Как же так, я не понимаю. — продолжала говорить мама, всё сильнее плача. — Прости, мам. — коротко обронил парень перед тем, как его окончательно увели. Он отвернулся, сам ели сдерживая слёзы, слыша, как громко кричит мать. Предавшись воспоминаниям, Кащей и не заметил, как заснул сам, постепенно проваливаясь всё глубже в сон. Водоворот детских и юношеских моментов слишком сильно затягивал мужчину, не давая возможности выбраться из него. Оля быстро это осознало, почему и начала мигом соображать, как ей проскользнуть мимо него, не разбудив. Дверь, к её счастью, он открыл, а значит дело осталось за малым. Ляля вновь вытерла мокрые ладошки об одежду и принялась идти вперёд, затаив дыхание. У неё была только одна попытка на побег, больше такого шанса Кащей не предоставит. Большакова медленно приоткрыла дверь, каждый раз сжимаясь, когда она поскрипывала, наводя страх на девушку, что Никита сейчас проснётся. Но этого не происходило, позволяя Ляле спокойно переступить порог комнаты. Девушка кинула последний взгляд на спящего Кащея, и двинулась ко входной двери, что всегда была открытой. Дверь легко поддалась, наконец выпуская Ольгу на свободу. Она сбивчиво дышит, но не позволяет себе и малейшего перерыва, понимая, что её судьба висит на волоске. Быстро сбегая по лестнице вниз, девушка впервые за долгое время молится, надеясь быть услышанной. Из его дома Оля выбегает на трясущихся на ногах, направляясь к себе. Большакова позволяет себе выдохнуть только тогда, когда за ней захлопывается дверь уже её квартиры. Девушка тут же забегает к себе в комнату, принимаясь скидывать все вещи, попавшиеся на глаза, в потрёпанную сумку. Быть может она и поступает, как трусиха, сейчас, сбегая и оставляя всех близких людей в этом городе, но он не оставил ей иного выбора. Ляля головой понимает, что если останется, то навсегда станет его пленницей. Собрав все необходимое, она садится на кровать, начиная тихо рыдать от жалости к себе. Ведь уехав, бросит: бабушку, Марину, Ирину Григорьевну и месть за Лёшу. Оля уже плачет навзрыд от осознания того, что ей никуда не спрятаться и не сбежать. Если останется, то обезопасит близких людей, и однажды отомстит за Алексея. А если сбежит, то будет всю оставшуюся жизнь жить в страхе, боясь быть пойманной Кащеем. Ольга тяжело вздыхает, понимая, что теперь ей одной предстоит бороться за собственное существование. Она больше не маленькая девочка, ждущая бабушку, которая обязательно спасет её от ночных кошмаров. Теперь кошмары реальны, они осязаемы. И теперь ей самой нужно себя спастись, не погубив близких.