Silent-Hill: "Вороная печать"

От удара дверью Кимико потеряла сознание... Но, довольно быстро придя в себя, девушка уже хотела подняться с пола и попытаться помочь Калебу, но и юноши тоже нигде не было. Кимико только осмотрелась вокруг себя, шипя от боли в грудине, ибо удар пришёлся именно по ней. Но, слава Богу, все кости были целы, хотя и было адски больно... Девушка, осознав что осталась одна, боялась даже громко дышать, не то что звать Калеба и кричать. На то были причины. Двери вокруг были облезлые и вот-вот вывалились бы. Таблички на них, сменив язык букв на японские иероглифы, гласили: "Стыд". "Вой". "Несправедливость". "Уродство". "Предательство". На самих стенах, в некоторых местах, отчётливо виднелись трещины, из которых шёл запах гнилых листьев. Девушке было больно, но, всё же, она поднялась на ноги, крепче сжимая в руках складную лопату Калеба, ибо сейчас это было её единственное оружие. В этот самый момент, за своей спиной, Кимико услышала звук, отдалённо похожий на игру на сякухати. Мелодия была знакома настолько, что у Кимико невольно проступили слёзы. Нет, не из-за музыки. Из-за ужаса. Ибо лишь один человек знал, как играть эту мелодию. — Мама?... — проронила девушка, сделав пару шагов на звук. Ей было страшно, но знакомая мелодия, которую ей играла когда-то мать на сякухати, воздействовала как шёпот, зовущий за собой. Да, мама... Кимико, воспылав надеждой, сделала несколько шагов дальше, во мрак. Эта мелодия... Такая родная, такая далёкая. В душе девушки воспылали обрывки давних воспоминаний, которые та унесла с собой ещё со своей родины. С тех врёмен, когда всё было хорошо. Когда душу Кимико не запятнали метастазы трудной, взрослой, порочной жизни на чужбине. Тех времён, когда она была счастлива. Но в то же время, она осознавала, что этой мелодии здесь звучать не положено! Словно незримый злой дух, зная, как Кимико дороги эти знаки из прошлого, наигрывал знакомые мотивы на своей дьявольской дудке... Разум Кимико трубил об опасности, как только мог. Но ноги несли девушку на звук, как зачарованную. По коридору пронёсся холодный сквозняк, облизнувший кожу на лице Кимико. Всепоглощающий мрак постепенно заполнялся дымом, замутняющим обзор. Или... Это был не дым? Возможно, это у Кимико глаза начали постепенно замыливаться? Неясно. Реальность, подобно смоченной в воде картине, стала расплываться. Контуры предметов, дверей, даже самого коридора, становились более размытыми с каждым шагом девушки. Пройдя по коридору чуть больше десяти метров, одна из дверей за спиной девушки противно заскрипела, открываясь. В то же время звук мелодии впереди стал чуток громче... Кимико уже дышала через два раза от страха, не понимая что делать. Снова задул сквозняк, только на этот раз сильнее. И дул он как раз оттуда, откуда и шёл звук игры на сякухати. Разум уже не трубил об опасности. Разум выл от паники и уже сорвал свой голос в попытках докричаться до Кимико! Нужно было бежать, и бежать быстро! Но... Эта мелодия... Кимико решила, что ей необходимо увидеть своими глазами её источник. Шанс повернуть назад у неё ещё был. Пока что. Но она должна увидеть! Коридор внезапно закончился. Кладка из бетонных блоков сходилась на двойной двери. Табличка рядом с ней гласила: "Правда". Кимико приблизилась к ней, но тут подскочила на месте от испуга, когда услышала, что та самая, открывшаяся со скрипом, дверь захлопнулась с такой силой, что с потолка посыпалась бетонная крошка... Теперь путь только один. Впёред. Кимико не стала ждать. Она толкнула дверь от себя, отворяя проход в озарённое пламенем помещение! Господи, как же здесь было жарко! Свет шёл от многочисленных печей для кремации, заливая красно-жёлтым сиянием довольно крупное помещение, которого в реальном морге быть просто не могло. И звук игры на сякухати шёл именно отсюда, не иначе! Кимико видела перед собой лишь решётку, уходящую влево и вправо, тем самым ограждая проход к другим камерам для хранения трупов. А за самой решёткой было треугольное помещение с конвейером, к которому в печь ехали мерзкие фигуры, сшитые из человеческих тел! Но было кое-что другое, что увидела Кимико, когда заглянула в проход и увидела нечто ещё более пугающее... На самой печи сидела человекоподобная фигура, облачённая в белое, окровавленное кимоно. Оно сидело спиной к Кимико и играло на сякухати, словно находилось не в инфернальном, безумном аду, а в публичном доме где-то в японии. У существа были длинные волосы, полностью скрывшие за собой голову. Пальцы у существа были не человеческие... Это вообще не были "пальцы"! Это были длинные стальные штыри, длиной в два железнодорожных костыля. Ноги существа тоже были Кимико видны... Это были стальные шипы, оканчивавшиеся окровавленными пятнами. Существо играло на большом сякухати, усеянном лезвиями и иглами... И об эти самые лезвия с иглами существо искололо себе все ладони. Было отчётливо видно, как с самих ладоней, которые были из плоти, стекала кровь и срезалось мясо, пока стальные "иглы-пальцы" перебирали отверстия на флейте, играя ту самую мелодию, которую слышала лишь Кимико... Но тут картина резко сменилась! Камеры для трупов начали одна за одной открываться, а из них, размахивая своими мерзкими конечностями, стали вылезать монстры "Многорукие"! Завидев Кимико, эти твари начали быстро сходиться к ней. А сама девушка, намереваясь сбежать обратно в коридор, откуда и пришла, наткнулась лишь на заваренную, ржавую дверь. — Нет! Нет!!! — завопила девушка, наблюдая как к ней продираются несколько уродливых монстров. Большая их часть была по ту сторону стальной решетки и сходилась к существу, игравшему на флейте. Но несколько монстров-таки смогли миновать эту преграду, и их целью стала сама Кимико. Но девушка и не желала сдаваться просто так! Она перехватила оружие крепче и врезала одному из монстров по голове. Плоть урода разрезалась как масло о прочный инструмент. Второй монстр свалился замертво следом за первым. Третий, четвёртый! А тех меньше не становилось... Зарубив ещё одного урода, Кимико ринулась бежать в единственном доступном направлении... Сражаться было бесполезно. Убегая что было сил, Кимико даже не обратила внимания, что мелодия игры на сякухати больше не звучит, а то самое существо в белом кимоно и с длинными волосами, пропало со своего места... Впереди оказался перекрёсток путей, огороженных теми же решётками. Кимико даже не останавливалась, дабы подумать куда свернуть, а продолжала бежать впёред. Так она и бежала, пока не упёрлась в глухой тупик из всё тех же решеток! И не просто в тупик... По ту сторону стальных конструкций стояло оно... То самое существо, чья голова была всё так же скрыта за чёрными волосами... В руках оно сжимало длинную сякухати, которая своими лезвиями и иглами впилось в плоть существа едва ли не по самые кости. Да, это был образ женщины с длинными стальными пальцами и высокими пиками вместо ног. Кимоно на монстре было испачкано кровью, открытые плечи выдавали мертвецки бледную кожу с редкими прожилками лопнувших вен, откуда вытекала кровь. Даже слегка приоткрытая шея, на которой отчётливо было видно след от удушения, не иначе как колючей проволокой, выдавала в этом существе демона Онрё, страшилками о которых Кимико в раннем детстве пугала мама... Увидев это существо на бегу, Кимико вскрикнула и, не удержавшись на ногах, упала на спину от испуга. Существо смотрело на девушку, не шевелясь и не издавая звуков... И Кимико была готова поклясться, что она ощущала на себе взор не одной, не двух, и даже не трёх пар глаз! А, как минимум, восьми! Чудовища загнали Кимико в ловушку... Те твари, "Многорукие", что гнались за ней по коридору, уже были рядом. А бежать больше было некуда... Демон в обличие девы внезапно пришёл в движение. Она положила на решётки обе свои руки, в одной из которых всё еще сжимала сякухати, и начала медленно раздвигать стальные прутья, с которых посыпалась ржавая крошка. Сталь поддавалась усилиям монстра. Ещё немного раздвинув одни прутья, оно взялось за другие. Кимико просто парализовало на месте от страха, и она уже не могла встать на ноги обратно и хоть как-то попытаться спастись! С одной стороны, её вот-вот накроет бесконечный поток монстров, а с другой - самый настоящий демон, чьей целью стала сама Кимико. Справившись с помехой в виде решёток, тварь молниеносно вскинула свободную руку впёред, ухватив Кимико за ногу. Девушка пыталась вырваться, даже несколько раз смогла ударить монстра по руке острой гранью складной лопатки, но инструмент отскакивал от тела монстра, как от стальной арматуры, не причинив тому и малейшего вреда. Девушка даже не успела отползти назад и сантиметра, настолько быстр был монстр! Демон, едва не переломав Кимико все кости, вытянул её на свою сторону. Вырываясь, стараясь бороться изо всех сил, Кимико ничего не могла сделать с тварью, которая будто вся состояла из железа! Онрё, не взирая на отчаянные попытки девушки спастись, как ожившая стальная статуя, медленно, вальяжно, неторопливо, взяло девушку за горло и поднесло к её голове сякухати, словно намереваясь срезать с Кимико лицо... Тут бы Кимико и ждала смерть. Девушка уже была на грани того, чтобы умереть от разрыва сердца прежде, чем эта страшная тварь успеет сделать нечто ужасное с её телом. Но... Случилось нечто, что спасло Кимико жизнь. Сквозь шум в ушах и рёв монстров, Кимико отчётливо услышала громкое "Кар-р-р! Кар-р-р!", и в то же мгновенье на демона, откуда-то сверху, вылетела гигантская чёрная ворона! Почти такая же, какую они с Калебом видели в лечебнице, прежде чем угодить сюда. Чёрная птица, каркая так громко и яростно, что Кимико едва не оглохла, накинулась на монстра, впившись когтями в его голову, как раз туда, где у чудовища должны были быть глаза. Мерзкий звук разрываемой плоти и ухающие звуки, которые издавал демон, стали для Кимико спасительным знаком. Хватка демона ослабла. Онрё взмахнул сякухати как мечом, пытаясь отогнать от себя птицу, которая на вид была больше самой Кимико... Но ворона, облетев демона полукругом, снова атаковала монстра, вцепившись в его голову острыми, как бритва, когтями. Своим клювом птица пару раз умудрилась попасть демону "в лицо", откуда тут же хлынула кровь, вперемешку с мерзкой бледно-зелёной слизью. Рухнув камнем на горячий от огня пол, Кимико не стала щёлкать клювом по примеру ворона-спасителя. Пока за её спиной разыгралась настоящая бойня одного монстра против гигантской птицы, девушка снова бросилась бежать. Едва не ломая ноги о выступающие стальные обломки и прорываясь сквозь языки пламени, вырывающиеся из камер трупохранилищ, девушка бежала куда глядят глаза. Первая попавшаяся на пути дверь была выбита на бегу плечом, благо, оказавшись незапертой. К собственному ужасу, Кимико заметила, что оказалась точно в таком же коридоре, котором была. Расположение дверей, бетонный коридор, простирающийся в бесконечный мрак в одну и другую стороны... Близкая к тому, чтобы сойти с ума от страха, девушка услышала в далеке звук, который был тремя последовательными выстрелами из пистолета. Определив, с какой стороны он доносился, Кимико бросилась бежать, не обращая внимания на зверскую усталость. Адреналин выделялся просто в бешеных объёмах, едва не капая из ушей, тело не слушалось мозга, который от ужаса просто отключился от туловища, предоставляя выживание в распоряжение низших инстинктов.

***

Пули прошили тело монстра навылет. Калеб только и заметил, как в свете вспышек тварь отбросило от него на метр назад и, судя по звуку падения, оно рухнуло замертво. Не теряя времени выигранного за счёт последних патронов в магазине, Калеб поднялся с места и бросился обратно в коридор, едва не запнувшись о тела копий Кассандры. Парень на ходу заменил пустой магазин новым, готовый встретить очередную тварь свинцовыми пилюлями, и едва не спустил курок снова, когда в его спину врезалась фигурка запыхавшейся и измученной Кимико! — Кимико! — с облегчением выдохнул Калеб, чуть ли не хрипя от страха, но откровенно радостный от того, что его единственная спутница оказалась живой. — Калеб! — обхватив дрожащими руками юношу за торс, воскликнула радостная Кимико, не сдержав слёз радости. Одной рукой приобняв свою спутницу, в попытке успокоить её и самому прийти в себя, Калеб услышал посторонние шаги, раздавшиеся в глубине коридоров. Похоже, от кого бы Кимико не убегала, их было много, и они нагоняли... — Цела? Нужно бежать... — сам будучи на последнем издыхании, обратился Калеб к Кимико. Девушка лишь коротко кивнула, со страхом оборачиваясь, — Бежим скорее! Давай руку... Для верности, Калеб взял ладошку девушки в свою и рванул в противоположную сторону от звука нагоняющей погони. Силы оставляли и его, и Кимико стремительно... Вездесущий запах гари и угарный газ, проникающий снаружи даже сюда, никто не отменял. Более того, окружающая атмосфера давила на них ничуть не хуже, чем недостаток воздуха, отчего силы покидали Калеба с Кимико гораздо быстрее положенного. Но и тут Сайлент Хилл решил поставить в их потугах решительную точку! Тупик. На этот раз, коридор оканчивался дверью, запертой с обратной стороны на цепи. Калеб попытался выбить её, но всё, чего он смог добиться, это выломать замок на самой двери, а цепи, держащие её закрытой с обратной стороны, он не мог ни прострелить, ни сломать. — Твою мать! Паскуда! — ругался Калеб, со всей силы продолжая лупить дверь. Но та не поддавалась, а из мрака коридора уже показались десятки "Медсестёр"... Калеб выпустил в приближающуюся орду монстров весь магазин! За ним ещё один, за тем третий магазин... Патроны таяли, монстры прибывали, а дверь была всё так же закрыта. И никаких шансов. Пребывая в истерике, Кимико колотила по двери лопаткой, пыталась хоть как-то разбить преграду, пока Калеб отстреливался от монстров, и тут случилось нечто... Девушка бросила беглый взгляд на зазор в дверях, через который с той стороны показался ствол пистолета-пулемёта Томпсона и, поняв, что это такое, Кимико только и успела во весь голос выкрикнуть: — Калеб, ложись!!! В ту же секунду бетонный коридор озарили мощные вспышки автоматной очереди, а грохот от стрельбы, отражаясь от бетонных стен замкнутого коридора, казался громче раскатов молнии. Эти вспышки выхватили из тени, по ту сторону дверей, белую маску в виде птичьего клюва и чёрный балахон с перьями. Монстры, подвергнутые расстрелу в упор, обратились в зловонный фарш. Некоторые из них, при попадании пуль из Томпсона, в буквальном смысле "сгорели" за секунду, оставив после себя лишь пепел. Однако же, это помогло лишь частично... Монстров было очень много. И, положив наповал первую волну, последовала вторая. Гораздо более "густая"! Культист, оказавшийся по ту сторону дверей, начал свои попытки снять цепи. Пришедший в себя Калеб, который ничком дополз до двери, сунул в проём свою титановую монтировку и культист молча принял её, став отдирать цепи одну за другой. А у Калеба оставался лишь один магазин с патронами, который юноша тут же вставил в пистолет и принялся нещадно отстреливать наступающую нежить. Культист же постепенно отрывал цепи, время от времени выпуская короткие очереди из Томпсона, чем притормаживал наступающих монстров. Благо, монтировка оказалась надёжной, а цепи ржавыми, и, спустя считанные минуты, Калеб с Кимико услышали спасительный лязг стали о бетонный пол, знаменующий спавшие с дверей цепи. Культист-ворон выбил дверь ногой и щедро окатил монстров новой порцией свинцового урагана, высадив в них целый рожок! Под его прикрытием, Калеб и Кимико вбежали в помещение, а следом за ними, меняя пустой диск с патронами на новый, забежал и культист. Он указал пальцем на дверной проём, рядом с которым был знак: "Вниз" и рисунок лестницы. За неимением иного пути, все побежали туда. Спустившись на пролёт ниже, Калеб первым вбежал в кабинет, где, судя по всему, проводили вскрытие трупов. Здесь было тихо и спокойно, за вычетом звуков боя наверху... Пропустив в помещение Кимико, Калеб выбежал на лестничный пролёт, намереваясь помочь их спасителю. Но по лестнице, едва ли не кубарем, вниз ломился и сам культист, сшибая Калеба с дороги и чуть ли не за шиворот затащившего его внутрь помещения обратно. Рывком ворон-культист захлопнул стальную дверь, ведущую на лестницу, и запер её на ржавый, но всё ещё работающий, ручной засов. Кем был этот культист Калеб понял сразу... Тот самый, который по одному лишь кивку "Белой вороны", первым покинул её. Неужели, его специально отправили вместе с ними? Если так, то с какой целью?