𝑳𝒊𝒗𝒊𝒏’ 𝑳𝒂 𝑽𝒊𝒅𝒂 𝑳𝒐𝒄𝒂

Tres — Я сейчас все объясню, — Сынмин точно не уверен, что может хоть что-то объяснить в этой ситуации. Весь ужас своего поступка он начал ощущать только сейчас, в этот самый момент, как будто весь день был во сне и действовал на автопилоте. Он пытался обмануть и обокрасть человека. О, боже. — Не надо, ты не первый и не последний человек, кто пытался меня ограбить, — вдруг усмехается Хенджин, — я еще в баре начал подозревать, что что-то не так. Прости, но твой флирт слишком неловкий и ужасный. Но на самом деле я хотел в этом убедиться, и мне даже было весело, — не похоже, что его очень беспокоило эта ситуация. Тот просто подходит к столу, где лежит телефон отеля, — Но сейчас уже поздно, так что я просто вызову охрану. — Меня тоже ограбили! — Сынмин решает, что только откровенность ему поможет. Больше нечего терять, — я только вчера приехал, а сегодня уже украли все деньги. А их так давно копил, и… и у меня больше нет ничего, в отличие от тебя, ты бы даже не заметил, если бы я их взял, — у него уже руки начинают трястись, а дышать становится все сложнее. Он реально сейчас обвиняет Хенджина в том, что он богат, вместо того чтобы извиняться? — прости меня, я был не в себе, просто прошу, дай мне уйти, и я точно придумаю другой способ вернуться в Корею, обещаю. Хенджин внимательно смотрит на него несколько минут, и Сынмин чувствует, что тот ему верит, почему-то. Мин мысленно усмехается, хотя бы быть жалким у него получается лучше, чем флиртовать. — Ладно, — наконец-то отвечает Хенджин, положив телефон на место, — но у меня есть к тебе предложение получше, — он подходит и садится на огромную кровать, скрестив красивые длинные ноги и смотрит на Мина с неким огоньком в глазах, — я готов отплатить тебе твой отпуск, если ты согласишься провести его со мной. — Что? Что ты имеешь в виду этим? Хочешь, чтобы я спал с тобой за деньги? — Сынмин ожидал чего угодно, но точно не этого. Из вора превращается в «продажного» в течение нескольких минут. Может ли он упасть еще ниже в глазах этого парня? — Нет, конечно, — смеется Хенджин, качая головой, — поверь, мне уж точно не нужно платить за то, чтобы люди спали со мной. Я просто хочу хорошую компанию, а с тобой мне было, можно сказать, интересно. — Я все еще не понимаю, зачем тебе это, и что ты хочешь взамен? — как он может только что поймать вора в своем номере и предложить такое. — Ничего, я уже сказал, — тот тут же становится серьезным, — я тоже в Испании в первый раз, и мне кажется, было бы интереснее провести время здесь с человеком, который не слишком привык к роскоши и богатству. У меня здесь есть друзья, но я уже устал заниматься одним и тем же в каждом месте. Может быть, с тобой мы можем поближе познакомиться с этой страной? Повторюсь еще раз, взамен я не требую секса или что-то в этом роде. Или конечно может быть, но только по твоему желанию, — Хенджин подмигивает и опять смеется, видя недовольство в глазах парня. Сынмин все еще пытается переварить информацию в своей голове, но понимает, что слишком измотан, чтобы ясно мыслить. — Ты скоро начнешь дымиться, — Хенджин встает и подходит к Сынмину, взяв бумажник с его рук. Сынмин только сейчас понимает, что все еще держит его в своих руках, и хочет провалиться под землю. Хенджин открывает его и достает оттуда визитку, — вот, возьми, видимо тебе нужно время, чтобы все хорошо обдумать. Как только решишься, позвони мне.

Сынмин добирается до отеля на ватных ногах. Для человека, у которого жизнь почти всегда была скучной и монотонной, все это оказывается слишком. Ему весь день приходится срочно принимать важные решения, хотя он привык все всегда хорошо обдумывать. Прежде чем он запустит механизм и даст своим мыслям поглощать его, надо позвонить Джисону и дать ему знать, что он хотя бы жив. И хотя бы не в тюрьме. Джисон отвечает с первого гудка, хотя в Корее уже слишком поздно. Сынмину так хочется сейчас оказаться там, рядом с другом. Он даже дал бы Джи обнять себя и часами болтать о своих песнях. Все что угодно, только не это все. Мин вкратце рассказывает все Джисону, потому что сил на слова даже не хватает. Он эмоционально измотан. Но у друга совсем другие планы. — Сейчас посмотрим, что Гугл расскажет нам об этом Хван Хенджине. Если он настолько богат, то хоть что-то о нем должно быть известно. Корея любит говорить о богачах, — Сынмин даже слышит, как агрессивно и быстро тот печатает на клавиатуре, и вздыхает. Все же он должен был позвонить ему завтра. Сейчас уже никак не остановить это расследование. — Джисон, ты думаешь, я соглашусь на это? Тебе все это совсем не кажется сомнительным? — все же он пытается быть голосом разума обоих. — О боже, вот это красавчик. Твой Хван тоже красивый, я правильно нашел его, да? — жаль, что Джи живет один и так свободно кричит в такой час, — Он обладает крупным бизнесом, организует мероприятия для богачей, известных людей и даже для политиков. Очень много статей о нем, но видимо, часть богатства еще и от родителей. Сейчас и тебе отправлю. Он кстати одинок. Короче, ты сорвал куш, соглашайся. — Это дает надежду. Раз уж он красивый и богатый, то я должен, как попрошайка, тусоваться с ним? Может быть, у него какие-то там странные наклонности? — возмущается Сынмин. Джисон так просто готов дать ему этому Хенджину, что уже смешно. — Да ладно тебе, все мы странные, а он просто богат и хочет развлечь себя. Это же как взять ребенка и показать ему мир. Ты же так мечтал об Испании. Соглашайся, если ты мне каждый час не напишешь, то обещаю, что позвоню в испанское посольство и найду тебя. Еще и хорошо, если ты подружишься с ним, спроси, не хочет ли он спонсировать ме-, — Сынмин бросает вызов, прежде чем Джисон попросит организовать коллаб с Шакирой. Как много иногда мог его друг болтать. Без остановки. Еще опаснее то, что в их дружбе разумный Сынмин, но почему-то слова Джи всегда действуют на него плохо. Надо собрать все силы и принять душ. Он конечно не чувствует себя пьяным, но все же выпитые коктейли и стресс не дают сейчас нормально размышлять. Хотя в голове все крутятся и крутятся слова Хенджина. Только от одного воспоминания, как его поймали с деньгами в руках, хочется содрать с себя кожу. Срочно надо лечь в постель и уснуть.

Cuatro Сынмин уже пятнадцать минут шагает в своем маленьком номере с телефоном в руках. Несмотря на усталость, он все же не мог нормально поспать и рано проснулся. Живот с утра урчит, ведь в последний раз он покушал в той кофейне, а сейчас денег нет и на это. Надо было заранее оплатить завтрак в отеле, но тогда он думал, что может попробовать нормальную еду в нормальном месте. Смешно. Сынмин очень много думает над предложением Хенджина, но каждый раз, когда принимает решение, появляется новый аргумент, и он начинает все сначала. Если он не согласится на это, то должен решать, как вернуться домой. Вариант Джисона не сработал, и он никогда бы не сделал что-то подобное еще раз. Взять такие большие деньги у кого-то тоже сложнее, чем кажется. А еще в глубине души он понимает, что очень не хочет вернуться назад. Он бы мог просто весь день бродить по улицам этой прекрасной страны, если бы банально были деньги хотя бы на еду. Тогда почему бы не позвонить Хенджину сейчас же и согласиться? Что самое ужасное, что может случиться с ним? Если Хенджин и правда плохой человек, то он просто так не отпустил бы его вчера. И Сынмин не признался бы Джисону, но утром тоже прочитал все, что было написано о нем в интернете. Да, немного своеволен, немного самоуверенный, судя по его ответам на вопросы и тому, как он держится на людях, но в то же время ничего такого плохого. Обычный богатый человек. Он же не в заложниках будет его держать, или отнимать паспорт, если Сынмин заподозрит что-то неладное, то может же просто уйти. Сынмин разблокировывает телефон, где уже набран номер Хенджина из карточки. Надо позвонить, пока он опять не передумал. Хенджин не отвечает сразу, но, к счастью, быстрее, чем Сынмин успевает бросить вызов. — Слушаю, — голос звучит так, как будто он только проснулся. Сынмин опять проверяет время. Двенадцать часов дня — ведь не так уж и рано. — Прости, я тебя разбудил? — неловко спрашивает Сынмин. — Сынмин? Нет, хорошо, что ты позвонил, а то я бы проспал весь день. Я предполагаю, что этот звонок я могу принять за положительный ответ. — Да, — окончательное решение принято. — Тогда говори, в каком ты отеле. Я буду там через час. Сынмин решает, что все же будет лучше, пока он будет держать свой отель в секрете, и поэтому предлагает забрать его с плазы Каталонии. Так будет гораздо безопаснее. Сынмин начинает уже собираться, ведь ему еще надо дойти до плазы пешком. Выбор одежды не велик и сейчас почему-то стыдно надевать хоть что-то из того, что у него есть, вспоминая наряды Хенджина, которые были разбросаны в отеле, но ничего не поделаешь. Сегодня кажется даже жарче, чем вчера, и Мин рад, что забрал с собой бутылку холодной воды. Но это все еще не мешает восхищаться всем, что попадается на пути. Даже простая прогулка ощущается как в музее, смотря на эту архитектуру. Сынмин прибыл на место и ждал там только несколько минут, когда Хенджин снова позвонил. — Я уже на месте, найди черный Мерседес. Сынмин осматривается и видит несколько машин вокруг. Три из них черного цвета. — Я вижу тебя, ты что, не отличаешь марки машин? — Сынмин закатывает глаза на усмешку, хотя внутри немного стыдится этого. Богатый или нет, но многие хотя бы отличают машины, хотя бы самые популярные, но не он. Сынмин видит, как окно первой машины спускается, и Хенджин машет ему рукой. Он бросает вызов и направляется туда. Как только он забирается внутрь, то облегченно вздыхает. Как же внутри приятно прохладно из-за кондиционера. Еще и прекрасно пахнет. — Вот, сегодня узнали, что это Мерседес, вот то, что спереди, это Ауди, а вот там, автобус, — все еще продолжает издеваться Хван, а Сынмин недовольно смотрит на него. Вот идиот. Хотя сложно отрицать, что выглядел он превосходно в солнцезащитных очках и в хлопковой рубашке. — Если ты просто будешь шутить о том, что я не знаю все, что знают люди при деньгах, то я уйду сейчас же. Мне не нужно слушать о том, что я неправильно ем лобстер или что-то вроде этого. И у тебя что, в каждом городе есть машина? — О, ты ожидаешь, что я угощу тебя лобстером? Как мило. И нет, это взято в аренду, — улыбается парень. Сынмин очень хочет сказать, что на самом деле он очень голоден и не отказался бы даже от обычного куска хлеба, но все еще молчит. Надо хоть как-то сохранить ту каплю достоинства, что осталась у него. Но Мин все же немного удивляется тому, как легко они с этим парнем общаются, как будто это не он только вчера пытался его обокрасть. Может быть, все же им будет весело вместе. — Не волнуйся, я просто шучу, — продолжает Хенджин, заводя машину, — но не могу сдержать в себе то, что мне совсем не нравится, во что ты одет. Может быть, мы пойдем и купим тебе что-нибудь поинтереснее? — Легче просто написать у меня на лбу "шугар бейби". Зачем мне новая одежда? — несмотря на колкость, Сынмину все же немного неудобно от всего этого. — Не хочу тебе огорчать, но ты в этом больше похож на того, кто бы тусил со мной ради денег. А если ты будешь одет так же, как и я, все будут думать, что мы просто два богатых парня, проводящих время вместе. Надеюсь, у тебя хотя бы есть нормальная одежда для моря? — Нет. — Ты что, приехал в Испанию, и даже не планировал сходить на море? Что ты вообще собирался здесь делать? — Хенджин гладко водит машину, но при этом успевает бросить на Мина осуждающие взгляды. — Просто изучать город, сходить в музеи и попробовать еду. И я планировал просто прогуляться рядом с водой, а не купаться, — Сынмин опять надувает губы. Может быть, они все же слишком разные? Хотя, что за вопрос, конечно, да, если сравнивать их жизни. — Чепуха, мы обязательно должны искупаться, но все это потом, сейчас я умираю от голода. Ну, слава богу. Всю оставшуюся дорогу до ресторана они молчат, слушая песни. Хенджин включает латино музыку, совсем негромко подпевая песням, а Сынмин смотрит на город из окна. Какая-то невероятная атмосфера. Только сейчас он вспоминает, что не взял камеру с собой. Джисон его точно убьет. Придется делать хотя бы несколько снимков на телефоне. Машина вдруг останавливается перед роскошным рестораном. Сынмин знает это место, ведь он старательно выбирал заранее даже места, где можно было хорошо и вкусно покушать. — Ты же сказал, что устал от всего банального, что делал со своими знакомыми в других местах, и все же выбрал такой ресторан. Ведь есть так много хороших мест, где можно познакомиться с их кухней и культурой. А это место не очень-то отличается от других дорогих ресторанов мира. — Так ты еще и ресторанный критик? — опять шутит Хенджин, но все же не спешит выйти из машины. — Я просто много чего читал прежде, чем приехать сюда, и думаю, что мы могли бы найти место поинтереснее, но выбор за тобой, — пожимает плечами Мин. Может быть ему лучше помолчать и принять все, что дают, а не жаловаться еще. — Интересно, ладно, доверюсь тебе, если можешь вбить адрес в GPS. Надеюсь, ты действительно знаешь хорошие места, и это не какие-то рекомендации от блогера с сто подписчиками. Я очень привередлив в еде. Сынмин опять закатывает глаза. Ну, узнал он об этих местах от блогеров, и что? К слову, там было больше миллиона просмотров. Он все же выбирает самое дорогое место из своего списка. Ресторан довольно красивый, и там четко ощущается дух Испании и в декорациях, и в атмосфере. Хенджин тоже не жалуется пока, что хорошо. Официант приносит меню и ярко улыбаясь приветствует их. — Ты, наверное, и меню заранее изучил и знаешь, что можно заказать, потому что я сейчас совсем не могу решаться. Сынмин настолько голоден, что даже не хочет спорить с ним, или ждать еще подольше, поэтому решает сделать заказ за двоих. Официант опять подходит, и Сынмин перечисляет блюда и еще просит холодной воды на испанском. — А твой испанский звучит довольно сексуально. Ты даже язык потрудился выучить? — усмехается Хенджин, наклонившись вперед и внимательно изучая его. Сынмин немного смущается из-за этих слов, но в ответ только цокает. — Мне просто нравится все: и язык, и люди, и страна, их история. Я мечтал об этом так долго, хотел, чтобы мое пребывание здесь было незабываемым. Оно таким и стало, просто совсем по другим причинам, — горько усмехается Ким. — Еще не все потеряно, думаю, мы сможем это исправить, — уверяет его Хван. — Так чем мы будем заниматься потом? — Думаю, все же надо купить нормальную одежду.