Летняя история

Я сидел на кухне с кружкой апельсинового сока и ноутбуком. Сегодня первый официальный день каникул, но летняя погода пришла уже две недели назад и жара в тридцать градусов заставляла искать любой способ охладиться. Моим было – минимум одежды (трусы и футболка Стаса), периодическое умывание ледяной водой и сок из холодильника. Школа закончилась три дня назад, в пятницу 29 мая, и за выходные я успел насидеться в интернете. Сейчас я со скукой пролистывал ролики в ютубе, они все были до жути однообразны. Решение залезть на страницу брата было внезапным, но оно внесло интерес в сегодняшний день, потому, не раздумывая, я открыл вкладку мессенджера, что был закреплён на панели закладок. Через недолгое время загрузки передо мной предстали многочисленные диалоги, три из которых были закреплены. Первым в закреплённых было избранное, что не удивительно, брат, как человек творческий, забывчивый и ленивый кидал туда всё, что мог счесть полезным, или просто не хотел искать в диалогах с другими людьми. Следом шёл его лучший друг – Серёга, с которым они с седьмого класса не расставались дольше чем на три часа, а если расходились, то строчили друг другу малоинформативные сообщения. А вот третий закреплённый был мне не знаком. На аватарке была фотка симпатичного парня с ярко голубыми глазами, тёмными тонкими бровями и волосами, выкрашенными в неяркий красный цвет и чёрными на выбритых висках. Фотографировали его явно не запланировано, так как в камеру он не смотрел, а в зубах была незажжённая сигарета. Записан он был как Евгений Леонов, а последним сообщением от него было: «доброй ночи», написанное в час тринадцать сегодняшнего дня. Это было неожиданно, учитывая, что брат рано уходит на работу, и как следствие, ложиться спать не позже одиннадцати. Желая узнать, о чём же мой брат болтал с этим «Леоновым», я залез в диалог, но ничего прочитать так и не успел, помешало сообщение, что ввергло меня в шок. «Неужели вам удалось выкроить на меня время, о Ваше Величество король флирта?» Я замер. Что делать? Если отвечу, меня убьёт брат, если не отвечу, чувак обидится на брата, и тот всё равно меня убьёт. Затея перестала быть прикольной, и я уже начал придумывать, как из неё выйти, как зазвонил телефон. Не глядя на номер, взял трубку, думая лишь о том, чтобы ответить ждущему ответа парню, но голос Стаса вернул в реальность. ‒ Мелкий, скажи мне пожалуйста, какого фига, ты залез на мою страницу? ‒ голос был хриплый строгий и уставший одновременно, видимо ему действительно не до соцсетей на работе. ‒ Нуу, это случайно вышло, честное слово, и с чего ты вообще решил, что это я? ‒ попытка отвертеться изначально потерпела крах, но русские не сдаются, они идут до конца. ‒ Ты уже спалился, не выкрутишься. А теперь выйди и не лазь больше в моём ноуте. Иди лучше в триста пятую, помоги тёть Лизе с девчонками, вы вроде ладите. На этом он сбросил, это могло означать крайнюю степень его занятости, и нежелания тратить рабочее время на ругань со мной. Надо сказать, что тётя Лиза была нашей соседкой снизу, мать-одиночка с двумя дочками-близняшками. Их отец погиб в автокатастрофе, в первый месяц жизни девочек, вместе с нашими родителями. Потому мы помогаем друг другу чем можем. Тётя Лиза присматривала за мной, пока брат был на ночных сменах после универа, чтоб прокормить меня. Стас чинил что-то в её квартире, а я присматривал за девочками после школы, чтоб их мама могла сходить в магазин или выйти на работу. Сейчас у тёти Лизы появился ухажёр, да и малышкам уже было по шесть лет, они могли спокойно посидеть одни. Сегодня не было никакого желания выходить из квартиры, тем более в окне диалога появилось новое сообщение от Жени. «Мелкий, прости, имени не знаю, найди меня через свой акк, поболтаем» Заинтригованный, я закрыл страницу брата и стал открывать свою, повозившись с входом на чужом устройстве, я нашёл того самого Евгения Леонова и написал первое, что пришло в голову. «Я Богдан, Богдан Орехов» Улыбнувшись тому, что это очень похоже на Малфоя в первой части «Гарри Поттера», которого я пересмотрел буквально месяц назад, я принялся ждать ответ. Наверное, стоит сказать, что мой ник не соответствует сведениям в паспорте, зато соответствует действительности. «Ходячая Проблема». Так меня шутливо звали родители, и я решил, что будет прикольно использовать это в качестве ника. Потом родители погибли, а кличка осталась, хоть никто так меня и не звал. Брат обращался либо по имени, либо «мелкий», друзья ‒ «братан», тётя Лиза ‒ «Богданчик», её девочки ‒ «Дан». Пока я погружался в себя, Женя успел настрочить несколько сообщений. «Хах, мог бы и не представляться, твой ник гораздо информативнее» «Но приятно наконец-то с тобой познакомиться, мелкий» «Мне представляться, думаю, не нужно» Я улыбнулся его словам, а потом, отодвинув чашку с уже тёплым соком в сторону, принялся печатать. «Представляться не нужно, но может расскажешь, о каком короле флирта шла речь и почему ты в закреплённых у Стаса?» Спрашивать напрямую было неловко, но я уже в это влез, тем более он сам хотел со мной поговорить. Я приводил себе ещё множество аргументов в пользу того, что я сделал всё правильно, спросив всё сразу, но нервничать от этого не перестал. Всё-таки первый раз так знакомлюсь с другом Стаса. Вернее, вообще первый раз, если не считать Серёгу, который мне уже как второй старший брат. «А ты не промах» ‒ пришло спустя минуту ожидания. «Умеешь сразу в угол зажать» «Король флирта он со вчерашнего вечера, до сих пор гадаю, выпил он, или реально подкатывать пытался. А про закреп я только сейчас узнал, так что, это уже не ко мне» «Он не пил вчера» ‒ ответил я раньше, чем осознал смысл сообщения, а после осознания замер в ступоре глядя в экран. Мой брат не гей! Это я точно знаю! Он флиртует с девчонками, вечно им комплименты отвешивает, за ручки ходит то с одной, то с другой, мечтает о семье, сам мне говорил. О парнях у нас даже речи никогда не заходило, я даже в бисексуальность его ни за что не поверю! Из шока меня вывело новое сообщение разрушителя моей спокойной жизни. «Ты в этом уверен?» ‒ судя по разрыву во времени, Женя тоже был в шоке. «Абсолютно» ‒ ответил я, даже кивнув в подтверждение своих слов, забыв, что меня не видят. «Тогда» ‒ это сообщение было начато и переписано множество раз, пугая меня каждым новым «печатает...». «Можешь рассказать, что ему нравится?» Ожидая предположения о том, в каком состоянии мой брат мог флиртовать с парнем, я точно не готов был увидеть этот вопрос, потому немного выпал из реальности, но затем, подумав, что Стас мало чего позволяет себе из-за меня, я выложил все предпочтения брата. «Ну, из еды ‒ шашлыки на даче, или запеканку тёти Лизы, ещё горький шоколад любит, хотя не понимаю, как эту гадость любить можно» «Кошек обожает, обещал через пару лет, когда по специальности устроится, кота завести» ««Ведьмака» обожает, и игры, и книги, и фильмы, разве что одежду с ним не покупает. Ещё властелина колец любит, может ещё что, но у нас с ним только здесь вкусы совпали» «Из музыки рок слушает, но исполнителей не знаю, не обсуждали как-то» Следующие часы до обеда мы болтали о своих вкусах в разных сферах, и на удивление, во многом сошлись. Но в итоге нам пришлось прерваться ‒ Жене нужно было идти по делам, но он обещал написать, как освободится. С чистой совестью отпустив нового знакомого, я принялся собирать себе обед. В холодильнике стояла сковородка с вермишелью, а рядом ‒ упаковка сосисок. Соорудив себе порцию, я отправил её в микроволновку, а кружку с соком сунул рядом с коробкой из-под него же. Дальнейший день прошёл по привычному сценарию: еда, интернет, перемещение в комнату, интернет уже с телефона, приход брата с работы. Я вышел встречать его, ожидая нотаций по поводу футболки и страницы, лекций о неописуемой наглости, но вместо этого получил тихую просьбу забрать пакет с продуктами. Выглядел Стас вымотанным до предела. Он с трудом стянул с себя уличную одежду, и медленно пошёл в ванную, попросив разобрать всё и приготовить ему что-нибудь перекусить, чтоб не готовить на голодный желудок. ‒ Ты опять не брал с собой обед?! ‒ моему возмущению не было предела, мало того, что неделю назад, Стас чуть не загнал себя в могилу готовясь к сессии, чтоб сдать всё с первого раза и раньше пойти работать, так теперь он ещё и не ест сутками. ‒ Самоубийца! Себя не жалеешь, обо мне подумай! Я тепличный ребёнок, привык к комфорту, мне не выжить в детдоме, ‒ ворчать на брата было бесполезно, но приятно. А ещё это не мешало, накладывать ему остатки вермишели, ставить в микроволновку, мыть сковородку и разогревать вторую, чтоб быстро пожарить на ней котлеты, купленные братом. На кухню Стас пришёл с влажными волосами и в домашней рваной футболке с любимыми шортами. К плите я его не пустил, отправив отдыхать, не маленький, сам разберусь, однако у него были другие планы. Он обвил мои плечи со спины, опустил подбородок на мою макушку и повис, лишая возможности нормально двигаться. ‒ Устал? ‒ спросил я очевидное, начиная наш обычный вечерний диалог. ‒ Очень, ‒ тихо выдохнули со спины. ‒ А тебе видимо скучно тут одному, почему к Лизе не пошёл? ‒ Да не то чтобы, ‒ протянул я, переворачивая первую котлету. ‒ Не хотелось, девчонки уже не маленькие, сами справляются, ещё одеваться лень было. Брат издал невнятное мычание, после чего квартира погрузилась в тишину, нарушаемую только шкворчанием сковородки. Когда наконец все котлеты были перевёрнуты, я продолжил разговор. ‒ Кстати, я общался сегодня с Женей, неплохой парень, можно брать, ‒ на последних словах я усмехнулся и чуть повернул голову влево, пытаясь понять реакцию брата. ‒ Ты о чём? ‒ сонным голосом спросил тот. ‒ О твоём флирте, и его расспросах о том, что тебе нравится, ‒ сдал я Женю с потрохами. В самом деле, он ведь не ждал, что, выдав всё о брате, я сохраню в тайне наш разговор. ‒ А он спрашивал? ‒ голос стал добрее, будто эта информация заставила Стаса проснуться. ‒ И что ты рассказал? ‒ Да много чего, в выходные узнаешь, он обещал заехать и забрать тебя с вечера пятницы до вечера воскресенья, ‒ сообщил я брату хорошие новости. ‒ Чудовища, ‒ простонал брат, ещё сильнее повисая на мне и начиная ныть, что мы жестокие люди, не оставившие ему и шанса отдохнуть после целой рабочей недели. Слушая его нытьё, я преспокойно закончил с готовкой и усадил брата за стол, приступив к нарезанию салата, всё ещё пропуская все обвинения в свой адрес. Тут телефон, лежавший на подоконнике, издал звук входящего уведомления. Отложив нож, я ввёл пароль и вошёл в мессенджер, глянул на экран и улыбнулся. Писал Женя, сообщая, что закончил с делами и может продолжить диалог. ‒ Стас? ‒ позвал я, отвлекая брата от созерцания стены в коридоре. ‒ Мм? ‒ Он тебе нравится? ‒ Угу, ‒ всё ещё не до конца вынырнул из мыслей брат. ‒ Сильно? ‒ Ага, ‒ он даже кивнул в подтверждение. ‒ И ты хочешь с ним встречаться? ‒ продолжал я спрашивать, хотя сам уже не знал зачем. ‒ Хочу, мелкий, ‒ повернул ко мне голову брат и посмотрел грустными глазами. ‒ А ты против? Задумавшись на секунду, мотнул головой и, отложив телефон, вернулся к салату. ‒ Нет, не против, он вроде классный, но сначала пусть пройдёт папину проверку, а потом посмотрим. Краем глаза я заметил лёгкую улыбку, что отразилась даже в ореховых глазах брата. После смерти родителей мы оба редко искренне улыбались, могли посмеяться с друзьями, подкалывать друг друга, но на дне глаз всегда была тоска. Тяжело смириться с потерей родителей, особенно, если всё вокруг напоминает о них. Даже эта папина проверка. Она была предназначена для наших друзей, проверяла на верность, выявляла истинную суть человека. Договорившись с родителями наших друзей, папа вывозил нас на природу, потом под каким-нибудь предлогом уезжал, оставляя нас одних. Конечно, отъезжал он недалеко и присматривал за нами, но не зная этого, многие пугались и проявляли истинный характер. Мама знала об этом и как-то пошутила, что когда мы выберем себе девушек, надо будет папе сделать так же, только вывезти не нас, а её с избранницами и посмотреть на то, как они справятся. Именно это я и предлагал. Только вместо мамы буду я. Лучше, конечно, было бы Стаса, но у меня прав нет, хотя, можно Серёжу попросить, он не откажет. Относительную тишину, захватившую квартиру на несколько минут, прервал звонок телефона Стаса. Он удивлённо глянул на экран, но вызов принял. ‒ Да, Жень, чего звонишь? Я чуть не выронил солонку, неужели не дождался моего ответа и решил брату позвонить? Поднял глаза на брата, а тот отстранил телефон от уха, и включил громкую связь. ‒ Мелкий, мне вот интересно, ты случайно в свахи не собираешься? ‒ Чего? ‒ одновременно спросили мы со Стасом. ‒ Как чего, сам же отправил мне голосовое с интереснейшим диалогом. ‒ Не отправлял я ничего, ‒ проговорил я, хватая телефон, добираясь до диалога и в шоке смотря на последнее сообщение. Смотрю в глаза брату, а потом включив звук, запускаю воспроизведение. С первых слов понимаю о чём речь, и наблюдаю, как медленно бледнеет Стас. ‒ «Стас?» ‒ «Мм?» ‒ «Он тебе нравится?» Дальше мы уже не слушали. Все трое молчали. Не знаю о чём думал Женя, но по тому, как брат прятал лицо в ладонях, было ясно: признаваться в чувствах самому Жене, он не собирался. Я же пытался понять, что делать, как всё исправить, как расхлёбывать всё то, что я заварил. Долго мне раздумывать вновь не дали, такой вот день сегодня выдался. ‒ Стас? ‒ протянули в трубке, привлекая внимание. ‒ Я занят, ‒ не отнимая рук от лица пробурчал брат. ‒ Если ты строишь планы по избеганию меня или мечтаешь о верёвке с мылом, то прекрати сейчас же, ‒ строго произнёс Женя, проявляя невероятную осведомлённость о привычках моего старшего. ‒ Не прекращу, дай хотя бы помечтать, раз сделать не выйдет. ‒ Богдан, будь другом, тресни ему, а? Стас, слушай сюда, я сейчас еду к вам, и мы нормально поговорим. И даже не пытайся сбегать, сиди и жди меня, как послушный любящий парень, понял? ‒ Мм, ‒ промычали в ответ, не желая вылезать из самоуничижительных мыслей. Не знаю откуда у Жени наш адрес, но приехал он через пятнадцать минут и, выгнав меня с кухни, долго о чём-то втолковывал Стасу. Подслушивать я не стал, не хотелось лезть слишком глубоко в их отношения, всё-таки это их дело. Мне даже удалось задремать, играя в игру на телефоне под любимые треки, когда дверь в комнату приоткрылась и зашёл Женя. ‒ Слушай, Стас уснул, расправишь ему постель? Я потом перенесу его, и пойду, закрой за мной, ладно? ‒ Ага, ‒ кивнул я, поднимаясь с дивана и направляясь в другую комнату, чтоб расстелить постель брата и подготовить ему одежду на завтра. Пока брат работает, вся домашняя работа ложится на меня или тётю Лизу, если она не сильно занята. На следующий день, я проснулся уже после ухода Стаса, потому решил отложить расспросы о результате вчерашнего разговора на вечер, ведь у Жени я не смог выведать даже когда он был ещё у нас. Но ни вечером, и в следующие дни, ни один из них так и не сказал мне, встречаются они или нет. Лишь в пятницу вечером я получил ответ на свой вопрос. Стас проверял хватит ли мне еды в холодильнике и мельтешил по дому, волнуясь, что оставляет бедного меня на двое суток в одиночестве. Я же сидел на кухне на подоконнике и не отсвечивал, позволяя ему делать, что вздумается. Остановить этот ураган из переживаний и наставлений смогли крепкие руки Жени, перехватившие брата в коридоре за талию и прижавшие к себе. Дверь в квартиру была не заперта, потому он смог зайти незамеченным, но вот долго оставаться без внимания ему явно не хотелось. ‒ Привет, ‒ улыбнулись мне после того, как оставили поцелуй на плече Стаса и переключили его внимание на себя. ‒Привет, наконец-то ты здесь, забери его уже, а то уже полчаса носится и покоя не даёт, ‒ не скрывая облегчения в голосе, спрыгнул я с насиженного места и подошёл к парням. ‒ И не забывай, ты обещал вернуть его, это раз, не раньше десяти вечера, это два. У меня генеральная уборка запланирована, после шикарной тусовки, так что, если привезёшь раньше не прощу. Стас был явно против того, что его игнорируют, но Женя отвлекал брата, подавая ему то куртку, то обувь, то сумку с вещами, то ключи. ‒ Я понял, кэп, будет исполнено, верну в воскресенье пол-одиннадцатого, ‒ выходя вслед за Стасом в подъезд, отсалютовал его парень и дверь закрылась. Эти каникулы явно будут интереснее всех предыдущих, думал я, уже набирая на телефоне номер своего самого дорогого человека на свете, того, кто спасал в первые месяцы после смерти родителей и меня и брата, того, кто был рядом если это нужно, давал советы и подкидывал самые необычные идеи. ‒ Алло, Серёг? Да, они уехали, можешь заходить.