The most wanted

Облачные Глубины. Орден Гусу Лань.

ㅤㅤС самого своего подросткового возраста Лань Чжань знал, что кто-то в этой жизни ему будет уготован судьбой. Станет ему или мужем, или женой. Конечно, в конечном итоге он хотел бы иметь мужа. У него сложилось чёткое впечатление о своей натуре и о натуре человека, которого он хотел бы видеть рядом с собой. Такая личность существовала на белом свете, провела с ним несколько лет за обучением в Гусу. Без сомнений он не многое принимал и его считали за самого отстраненного и холодного молодого господина. Однако в душе он всегда был и будет добродушной плюшкой, которому нужен покой, уют и теплое тело родного человека под боком, что будет годами оберегать его и любить. ㅤОн помнит, как в свои восемнадцать сказал Лань Цижэню о том, что никого себе, кроме мужского пола, в мужья (жёны) не хочет. Что никто не будет его достоин, кроме равного ему по силе человека. Он хорошо помнит, как тогда дядя Лань был огорчён его решением, а на лице брата возникла двусмысленная улыбка. В те года на обучение в Гусу было приглашено несколько орденов, в том числе и именитый орден Цзян со своими лучшими учениками. Лань Сичень уже знал, что его брату кое-кто приглянулся, осталось только проверить на практике, действительно ли он его судьба. ㅤДолго ждать не пришлось, Вэй Ин сам напросился, вернее, как всегда, напортачил и попался на горячем. Еще не зная всех правил ордена, где проходил обучение, он по ошибке дёрнул лобную ленту с одного из лучших учеников клана, которая легко развязалась в его руках, полетев мягкой волной вниз, а глаза второго молодого господина Лань в момент округлились. Он принялся отчитывать непутёвого ученика из другого ордена, что нарушил их правило, однако в голове понимал, что встретил человека, с которым должен прожить всю свою жизнь. ㅤВремя тогда пролетело быстро. Его дядя часто наказывал Усяня за его проказы и проделки в ордене Лань. Тот не всегда противился, а иногда просто старался соблюдать приличия и лишний раз, даже если сильно хотелось, рот не открывал, сильно был занят чем-то своим. Отвлекался, но помалкивал, уткнувшись в заклинательную книгу, за которой явно что-то скрывалось. Конечно, прославленный уже на тот момент Ханьгуань-цзюнь и не подозревал, что его любимый, восхваленный из другого ордена, читает запрещенные книги со страстными картинками, изучая самые лучшие позы для взрослой жизни. В тот момент Усянь был раскрепощённым, свободным молодым господином. В их ордене не запрещалось изучать свою натуру, не было строгих правил по отношению, запрещающих познавать свое тело. Адепты ордена ЮйменЦзян жили куда свободнее. ㅤВ Гусу они редко проводили вместе. Лань Чжань, как сам помнит, предпочитал за Вэй Ином наблюдать из отдаления. Любовался его грацией и умениями. Смотрел, как тот совершенствуется на занятиях, изучая всё новые и новые боевые практики, как превосходит самого себя и постигает высоты. Его поражало, что человек может быть таким целеустремлённым, что может легко постигать даже самые трудные умения. А обучение нисколько не было лёгким, преподаватели ордена Лань их не щадили. — Брат, — позвал его как-то Лань Чжань, пока те обедали вместе отдельно ото всех. — Я бы хотел, чтобы в будущем ты позаботился кое о чём. Лань Сичень смотрел на своего младшего брата с немым вопросом, говоря всем своим видом, что тот может продолжить и старший выслушает его с превеликим удовольствием, а потом чем сможет, тем поможет. — Я хочу, чтобы в будущем моим мужем стал Вэй Ин из ордена ЮнменЦзян, — произнес Лань Чжань, выпуская весь воздух из своих лёгких. Ему показалось, но на лице старшего брата на мгновение отразилось облегчение, которое он никак не ожидал увидеть там. Думал, он рассердится. — Ты… Ты не против, брат? — Ван Цзы. Я уже знаю, что господин Вэй стянул с тебя ленту. По всем правилам нашего ордена и даже по гаданиям судьбы, я проверил… — он сделал паузу. — Вэй Ин предназначен тебе судьбой, поэтому в любом случае мы сделаем всё, чтобы ты получил своего любимого. А ведь он уже таким является, да? — усмехнулся Сичень. ㅤВторой нефрит калана Лань застыл, словно его заморозили и пригвоздили к одному месту на этой мягком дзабутоне. Сердце его отбивало бешеный ритм, удары можно было услышать, кажется, в самом Юнмэне. Лань Чжань сглотнул, прислушиваясь к своим ощущениям. Своей душой он осознавал, что его брат прав, тот действительно таковым являлся, а сердцем вовсе был готов ему поклоняться. Его трепещущему сердцу от одного вида Вэй Ина, красоты его и харизмы, хотелось громко выть во всё горло. Кричать о том, как сильно он его любит, как сильно хочет с ним больше времени вместе проводить. Он ничего не мог с собой поделать в этот момент. Цзэу-цзюнь читал его, как открытую книгу, которую любил перелистывать по несколько раз. Да, он без сомнений уже полюбил своего пронырливого, шкодливого, постоянно непоседливого, очень умного и веселого заклинателя, которого судьба свалила буквально ему на плечи. — Да, — опуская голову вниз, выдавил Ван Цзы. — Брат, — позвал его Сичень. — Не стоит быть таким печальным. Я не собираюсь тебя ругать. Не буду отчитывать или наказывать. Наоборот, я хочу, чтобы ты продолжал наслаждаться своей любовью, а ещё тебе придется изучить несколько запрещенных книг, без этого твоя дальнейшая жизнь с Вэй Усянем не будет правильной. Пускай любовь тебя понесет на крыльях, ты познаешь чувствительную ласку в поцелуях, узнаешь, что нравится твоему любимому, как он готов тебя горячо целовать и обнимать. Как ему, или тебе, нравится прикасаться к другому телу. Вам много разных чувств предстоит изучить и это нельзя откладывать. ㅤСначала Лань Чжань не понимал о чём говорит его брат, но потом до него дошёл весь смысл сказанных ранее слов. Им ведь в любом случае придётся провести первую брачную ночь. Им придётся заниматься непотребствами взрослой жизни и делить ложе на двоих. Они будут мужем и женой, или мужем и мужем. А в прочем не важно. Важно было то, что Лань Чжань был к этому совершенно не готов. — Сичень! — воскликнул он. — Прекрати, прошу прекрати говорить на эту тему, — требует он. — Я не могу. Не могу это вынести ещё и от тебя. — Ван Цзы, ты должен принять данный факт и научиться всему, что потребует от тебя взрослая жизнь. Не только мир боевых искусств или путь заклинательства, впереди у тебя совместная жизнь с мужчиной, тут всё совершенно по-другому. Это не то, что наш дядя там читает вам в лекциях о доставлении удовольствия девушкам и ухаживании за ними. ㅤСичень стал неожиданно очень строгим и даже слегка холодным. Лачь Чжань впервые увидел брата в таком состоянии, но его слова на ус намотал. Принял к сведению и не отступиться теперь. Уж если его старший брат так говорит, значит ему определенно стоит этим заняться. Лань Чжань знал, что его старшего брата в своё время тоже обручили с мужчиной, но брак у них так и не случился из-за разногласий между кланами, свадьба так и не состоялась. Они до сих пор были обручёнными супругами, но вместе не жили, и потому страдали от непонимания и разделённости. Себе такой судьбы он не хотел. ㅤㅤБольше он старшему брату ничего не ответил на его слова, молча кивнул и поднялся из-за стола. Время клонилось к закату, солнце скрывалось за высокими горами, опуская яркие лучи в прозрачные воды ручья. В такие моменты Вэй Ин всегда выходил практиковаться, а Лань Чжань любил за ним наблюдать. Сидеть на отвесной скале выше него, смотреть, упиваться любованием, как тот совершенствует свои навыки. Цзян Чэн всегда был недалеко от него и тоже упражнялся, но до уровня лучшего ученика клана явно не дотягивал. Не слишком чётко стрелял из лука, во владении мечом был немощен и слаб. Ходили слухи, что из-за этого глава Цзян отделил его от основной группы и заставлял упражняться одного почти по двенадцать часов подряд, пока тот не валился с ног. ㅤㅤВан Цзы покинул брата, отправившись на отвесный склон, чтобы понаблюдать за своим любимым. Тот уже был там, в этот раз тренировался вместе с кем-то из противников, отрабатывая удары и техники защиты. Лань Чжань же предпочитал в это время играть на своем гуцине. Вэй Ин без сомнений догадывался, что за ним кто-то наблюдает, слышал, как вдалеке играет гуцинь за шумом водопада, узнавал знакомые ему ноты, но только улыбался и ничего не говорил. В голове у молодого господина Вэй полно было своих мыслей. Усянь беспрекословно контролировал себя, сосредотачиваясь на деле, погружаясь в работу. Ноты гуциня помогали ему расслабиться, музыка воспроизводимая во время его тренировок помогала воспрять духом, словно придавала ему сил. Вот Лань Чжань увидел, как тот оступился, видимо глубоко погрузившись в свои мысли, и полетел вниз вдоль водопада, но успел сориентироваться и ухватиться за отвесный выступ, вскарабкавшись на него. Сердце второго нефрита клана Лань рухнуло вниз, пропустило удар, остановилось на мгновение и снова забилось, когда тот осознал, что всё хорошо. Его любимый жив. Он жив. ㅤㅤВечером позднее, после игры на гуцине и просмотром тренировок своего любимого, который у него вызывал самые странные и разные чувства, Лань Чжань зашёл в библиотеку клана, чтобы тайком взять запрещенные книги и изучать устои взрослой жизни в паре с мужчиной. Ван Цзы хотелось быть лучшим для своего любимого. Он предполагал, что Вэй Ин займётся тем же, будет практиковать это сам с собой, кому-то предложит. Будь неладна его распущенность иногда. Однако это были только его мысли. Лань Чжань не всегда мог порядочно сосредоточиться на тексте и картинках в запрещенных книгах. Часто они подкидывали ему красочные фантазии о том, как его любимый целует его кадык, как нежно и ласково проводит по горлу языком, а после слегка прикусывает тоже место. Как прикасается прохладными пальцами к его соскам, забравшись под лёгкие ткани ханьфу. В его цзин ши всегда было немного прохладно, однако в этот раз, даже с приоткрытыми окнами, ему казалось, что воздух накалился до предела. — За что мне всё это? — только спросил самого себя заклинатель. В голове не укладывалось как такое вообще может быть. Однако может. Он не сразу осознал, что изменилось. Его тело отреагировало неожиданно для Ван Цзы. В штанах стало тесно, жарко, липко. Сидеть с подогнутыми ногами теперь было не комфортно. Вставший колом член упирался в ткань штанов, потираясь чувствительной головкой о них. Лань Чжань сглотнул. Он ещё не знал как ему с таким расправиться и как снять скопившееся в паху напряжение. Рука сама потянулась вниз, коснулась чувствительного органа сквозь ткань. Пальцы огладили головку, цепляясь за завязки, что скрывались под краями нижней рубахи. Лань Чжань тихонько зашипел, выпуская весь воздух из лёгких. Ему становилось жарко, ощущение, что всё тело горело, пылало и желало большего. Желало, чтобы он почувствовал себя в чьей-нибудь власти. Одно движение и вот тонкие завязки на штанах скользнули в его пальцах, развязавшись они полетели тонкими лентами вниз. Аккуратные пальцы скользнули под полотна ткани, нащупывая чувствительный орган. Прошлись по всей длине, что в сознании отразилось истинным наслаждением и яркими красками заиграло сразу. Когда большой палец случайно проехался по головке, истекающей естественной смазкой, Лань Чжань застонал приглушенно, сжимая зубы, чтобы никто не услышал. Никто не должен был застать его тут за непотребствами, иначе моментально накажут. ㅤ«Как же хорошо». «Хочу ещё. Хочу его». «Хочу почувствовать его». На этой мысли глаза Ван Цзы распахнулись, а рука выскользнула из штанов. Он несколько раз похлопал себя по щекам, желая отрезвить себя от непотребных мыслей и действий. Чем он вообще занимался? Это все его брат виноват. На задворках своего сознания он разумно осознавал, что тот был прав и научиться этому просто было необходимо, однако не всё сразу и не так быстро. — Господи, — вздохнул Лань Чжань, закрывая книгу на столе перед ним. Он провёл рукой по своему лицу, запуская пятерню в волосы и стягивая налобную ленту. Здесь, в своём домике, он мог чувствовать себя свободно и ходить в чём ему хотелось в вечернее время. Хоть в нижних одеждах на распашку, и это было такой упоительной картиной. Сознание всё ещё подкидывало ему замечательные картинки о том, как молодой господин Вэй целует его, как прикасается нежно к нему, как спускается вниз поцелуями по его телу, с замысловатым взглядом тянет повязки на его штанах и поясе, распахивая одежду, как тянет руку, чтобы прикоснуться к члену, обхватывает своими пальцами чувствительную головку. — Остановись! — очнулся Лань Чжань от собственных мыслей. Ещё никогда он не чувствовал себя так распутно, как сейчас. ㅤㅤМолодой господин Вэй уже третьи сутки тайком наблюдал за молодым господином Лань. Он приходил к его домику и смотрел на полюбившегося ему человека. В душе лучшего ученика ордена ЮйменЦзян поселились чувства спустя несколько месяцев после обучения в ордене Гусу Лань. Вэй Ин готов был сутками напролёт проводить рядом со вторым господином Лань, или же всячески докучать ему. Усяню омерзительно хотелось к тому прикоснуться. Хотелось снова почувствовать его взгляд на себе, как тот делал это во время его тренировок. А еще Вэй Ин осознал, что хочет того поцеловать. Хочет прикоснуться к красивым, розоватым оттенком губам своими, сминать их в поцелуе, обнимать эту «ледышку», проводить с ним столько времени сколько захочется. — Боги мои, он слишком красив, — отметил сам для себя Вэй Усянь, спрыгивая с дерева. Он заметил то, что не должен был никак увидеть. Лань Чжань, стоящий перед ним, в тот момент абсолютно точно был возбуждён. Его член стоял колом в штанах, те были развязаны, ресницы подрагивали, а сквозь верхнюю рубаху были видны набухшие соски. Во рту скопилась слюна, хотелось всего его испробовать. Прикоснуться к чужому члену, рассмотреть его и даже попробовать на вкус. ㅤОн несколько раз покосился на цзин ши, отмечая про себя, что лучше ему никогда не палиться о том, что он следил за молодым господином Лань. Вэй Ин тихо покинул место слежки, направляясь к их с Цзян Чэном домику. Они жили не далеко от всех остальных учеников и постоянно с ними контактировали. ㅤТе года хорошо помнили оба. Вэй Ин всегда был задиристым, проворным, умелым, смелым, смышлёным и весёлым, а Лань Чжань полной его противоположностью. Обоих свела судьба на их пути, как и развела. После двух лет обучения в Гусу Вэй Ин, вместе со своим сводным братом и шицзе покинули орден, отправляясь в родные края. Орден ЮнменЦзян славился своими красивыми водоёмами, боевой площадкой, подготовкой учеников по стабильной отработанной схеме и конечно же красотой госпожи Юй, которая не уступала даже заклинательницам из ордена Цинь. За два года Вэй Ин вырос в своих навыках, а Цзян Чэн улучшил практику духовных сил, что не могло не порадовать господина Цзян. Госпожа Юй же тихо фыркала, сидя на своем шикарном троне во главе всего ордена. Она постоянно косилась на нерадивого ученика, что умудрился превзойти всех и оправдать надежды ордена на обучение, несмотря на частые наказания, которые получал. ㅤㅤНесколько дней назад дядя Цзянь сообщил Вэй Усяню о том, что хочет выдать его замуж, тот первым делом удивился, вторым возмутился, а в третьим готов был кричать от несправедливости. Конечно, очень вспыльчивый, буквально неукротимый, словно юла неусидчивый на своем месте, но достаточно проворный и умный не был согласен на простой брак. Пытался противостоять наставлениям мадам Юй, которая постоянно подсовывала ему девушек из клана Цзинь, куда ушла его шицзе. Госпожа настаивала на том, что он должен вступить в брак с госпожой, которая сможет держать его в узде, заставить вести себя прилично, а может даже и перевоспитает. Однако в голове этой женщины ни в коем случае не проскакивали мысли о том, что её не родной сын и самый лучший ученик ордена Цзянь может оказаться геем. — Вэй Усянь, поскольку ты стал достаточно взрослым и выносливым, а также развитым, считаю что тебе пора стать порядочным мужем. У меня есть для тебя невеста на примете, она отличная кандидатура для тебя, — выдала незамедлительно мадам Юй, когда все были в сборе. Ученики прибыли из Гусу буквально с месяц назад, уже обустроились в ордене. Она не стала ходить вокруг да около или соблюдать приличия, а уж тем более не верила во все приметы с судьбой или избранными. Ей, мягко говоря, было до фени на всё это. Усянь, как сидел, так и был готов сквозь землю провалиться на своём месте. Цзян Чэн только хихикнул сдавленно в кулак, ведь его сводному брату постоянно со всех сторон доставалось. Мадам Юй бросила на него укоризненный взгляд, что тут же заставило юнца закрыть свой рот. — Моя госпожа, — подал голос Цзян ФэнМянь. — Не спешите ли вы со своими решениями? Наши ученики только вернулись в родной орден, а вы уже хотите устроить одному свадьбу? Не хотите ли поинтересоваться, может он нашёл себе уже пару? Господину Цзян уже доложил Лань Хуань о том, что его лучший ученик является судьбой второго молодого господина Лань и его кандидатура занята для мужа их адепта. Противиться такому заявлению было очень трудно, особенно когда письмо содержало в себе официальную печать и заявление о главы ордена. — Ничего не хочу знать, — сказала, как отрезала мадам Юй. — Девушка прибудет завтра к полудню. Церемония пройдет в нашем ордене. Я уже всё приготовила. ㅤВэй Ин встал со своего места, ноги тряслись, руки немного дрожали, а губы были плотно сжаты в одну линию. Обычно он не пытался резко высказываться в сторону старшей госпожи и хранительницы ордена, который многому его научил, но сейчас это переходило многие границы. — Мадам Юй. Нет, не так. Госпожа Юй, вынужден сказать вам, что я не приму девушку к себе в жены, во время обучения в других орденах я встретил свою судьбу и не хочу противоречить линии своей жизни. В брак я вступлю только с тем человеком, что уготован мне жизнью. Я не хочу слышать ваших резких возражений и противоречий о том, что я себя грубо веду по отношению к вам или поступаю неправильно сейчас. Напротив, мне хочется, чтобы вы знали. Я буду настаивать на своём, и если понадобиться, сорву церемонию бракосочетания, — с этими словами он покинул главный зал ордена ЮйменЦзян, направляясь в сторону стрельбища, по дороге одним чётким движением поправляя полы своего ханьфу. — Бессовестный мальчишка! — кричала вслед ему госпожа. — Ты будешь наказан и проведёшь сутки на коленях перед предками нашего ордена, а завтра вступишь в брак. Я всё сказала. — наверное её рычащий тон слышала вся округа ордена, однако Вэй Усянь так и не обернулся на слова госпожи, не проронил ей в ответ ни слова, покинув главный зал. Глава Цзян и Цзян Чэн молча поклонились и последовали следом за ним, игнорируя слова дамы. Что толку спорить с разъярённой женщиной, если в таком состоянии она не выдвинет ни одной здравой мысли. ㅤㅤВэй Усянь был порядочным и очень смышлёным учеником, хоть и шустрым. Он унаследовал у своего дяди самые лучшие техники, перенял смысл всех правил ордена и смог переплюнуть даже наследника ордена Цзянь, чем поверг в шок мадам Юй. Она тогда долго злилась и возмущалась, что господин мало времени уделяет родному сыну и постоянно совершенствует навыки сына какой-то неотёсанной служанки. Вэй Ин пропускал её слова мимо ушей, как и учил его дядя Цзянь. Старался сосредоточиться на своём деле. Отрабатывал удары мечом, боевые действия и даже умудрялся совершенствовать игру на музыкальном оружие. ㅤНесмотря на то, что большинство в его случае выбрали путь истинного света, наслаждения и даже совершенствовались на нём, Вэй Ин поддался тому, что уместил в своей душе сразу два пути. Он сохранил в себе баланс энергий инь и янь таким образом, что мог управлять обоими, возмещать одной вторую, и даже если темная энергия казалось заполняет всё тело и разум, внутри него теплилась надежда, что золотое ядро придаст ему столько светлой энергии, сколько потребуется. — Глава Цзянь, вы правда думаете, что я достоин выйти замуж? Вы действительно хотите устроить мне церемонию? — поинтересовался Вэй Усянь, стоя на боевом стрельбище вместе с луком в руках. Он только что выстрелил более десятка раз чётко в мишень и ни разу не промазал, как и всегда. — Конечно, Вэй Ин. Ты уже достаточно взрослый. Я считаю, что ты готов. Ты достаточно развит не только умом, но и телом. Вторая половина со стороны тоже согласна принять тебя, как суженного. Их человек, которого они отдают в брак, также не уступает тебе. ㅤЗа всю свою сознательную жизнь Вэй Ин знал только одного заклинателя, который достиг немалых успехов в совершенствовании на пути света. Его считали ледяным принцем, господином, у которого только одна железная маска. Все говорили об этом человеке, что он не поддается никаким любезностям и эмоциональным состоянием кроме упоительного спокойствия. ㅤВторой молодой господин Лань. — Глава, если вторая сторона выдвигает такую сильную кандидатуру, то выгодная ли я партия? — снова задал вопрос Вэй Ин, выпуская одновременно с этим стрелу чётко в цель. Она прорезала воздух около Цзян Чэна, впиваясь острым наконечником прямо в твёрдо сплетённую мишень. — Мне было доложено, что ни за кого более, как тебя, та сторона не отдаст свою кандидатуру, — сообщил ему в ответ глава Цзянь. Вэй Ин замер на месте. Выронил стрелу из рук. В глазах его застыл неподдельный интерес. Никто и никогда не сообщал таких вестей их главе. Если вторая сторона выдвигала такие требования, значит у них определенно были веские причины. — Дядя, это кто-то из ордена Лань? — тут же спросил его Вэй Усянь. — Я не могу тебе раскрыть личность второй стороны, — тут же запротестовал господин Цзян. — Ты узнаешь обо всём уже на самой церемонии. А пока скажи, ты согласен вступить в брачный союз? — А у меня есть выбор? — хмыкнул Вэй Усянь. — Лучше уж невесть за кого, чем за какую-нибудь паршивку расфуфыренную. ㅤГлаву Цзян прошиб разряд тока. Его негласные догадки, которые он давно хранил в своём уме подтвердились. Его жена, Мадам Юй, совершала попытки выдать Вэй Ина в другой клан в качестве супруга. Ему срочно нужно было ускориться. Ранее он успевал пресечь любые её попытки выдать лучшего ученика их ордена в мужья малознакомым ему девушкам, иногда даже не заклинательницам, что несомненно могло пошатнуть саму личность Вэй Ина, поэтому глава Цзян старался помешать ей любым способом. — Ты станешь мужем только для человека, избранного тебе самой судьбой, — строго отметил Цзян ФэнМянь, разворачиваясь на пятках прочь. Он ни за что не позволит выдать его девице, если есть более достойный человек. Не отдаст своего сына кому попало в руки. Хоть и не родной, но он был ему дороже Цзян Чэна. ㅤㅤЛань Хуань узнал что всё плохо и полностью вышел из-под контроля, когда глава Цзян отправил ему ответное письмо о том, как обстоят дела, касающиеся молодого господина Вэй. Сказать, что Лань Сичень был рассержен, значит ничего не сказать. Ему пришлось отправиться в орден ЮйменЦзян «по делам», чтобы решить данный вопрос, так как видимо без его вмешательства, как главы Гусу Лань, ничего не устаканится. — Глава ордена Гусу Лань, что привело вас к нам в орден? — удивилась следующим днём мадам Юй. — Вы что-то хотели? — Госпожа Юй, — Сичень поклонился и сразу перешёл к делу. — Я пришёл сюда только за одним. Сообщить вам, что свадьбы молодого господина Вэй с кем-то другим быть не может. Орден Гусу Лань забирает его для своего адепта. ㅤТеперь пришла очередь мадам Юй удивляться. Она конечно не выказала ярко своих эмоций, но внутренне трепетала, злилась, норовила взорваться вулканическим пеплом, ведь никогда бы не подумала, что кому-то из их учеников достанется адепт такого сильного ордена. — Вы уверена, что это Вэй Усянь? Может где-то произошла ошибка? У господина Вэй уже есть избранница, — настояла на своём госпожа. Ей казалось, что перехитрить этого ничего не смыслящего и очень добродушного адепта ордена Гусу Лань она способна. Это были её мысли. Всего-лишь мысли, потому что ни её словам, ни уговорам, ни протестам о том, что свадьбы никак не может быть, ведь пара лучшему ученика их ордена уже выбрана, Лань Сичень не поверил. — Вполне уверен. И если вы продолжите нам противостоять, мы примем свои меры, которые будут совсем не по душе вам, — угрожающе произнес Лань Сичень, взмахнув рукавами своего ханьфу. За спинами чуть по одаль как раз прошёл господин Вэй. Молодой заклинатель явно направлялся на тренировку с другими адептами, но заметив старшего брата Ван Цзы поклонился ему, выказав своё уважение. — Глава Лань, рад вас видеть в добром здравии. ㅤЛань Сичень поклонился в ответ, сложив руки в уважительном жесте. Он бросил непроницаемый взгляд на мадам Юй, а после тут же развернулся, удаляясь прочь. ㅤПристань Лотоса ещё увидит, что может клан Гусу Лань. ㅤㅤДля Вэй Ина время тянулось словно жгут. Он не мог ничего с ним поделать и поэтому старался отвлекать себя тренировками по самосовершенствованию, хотя куда ещё больше — он не знал. В ордене явно творились какие-то странные дела. После того, как дядя Цзян сказал ему, что он будет мужем для кого-то из адептов сильнейшего ордена, в голове промелькнуло много разных мыслей, даже классических. Ответ ему никто не скажет до самой церемонии, а до неё было уже совсем не далеко. Во всяком случае, так ему казалось. Утром он видел главу ордена Гусу Лань и мадам Юй на территории ордена, и те явно беседовали совсем не на отвлечённую тему, а по делам. Дядя Цзян в этот день пропадал где-то с Цзян Чэном, поэтому ему ничего не оставалось, как тренироваться. Ближе к полудню того дня, как и обещала мадам Юй, а она своих слов на ветер не бросает, прибыла молодая дева из другого ордена. Все адепты клана тут же кинулись её встречать и восхвалять красоту девушки, только Вэй Ин стоял в стороне, скрестив руки на груди. Девушка не была ему по нраву совсем, да что уж говорить, он был по мальчикам, вернее мужчинам, да и был у него любимый. Классическая внешность заклинательницы не вызывала никакого интереса. Он бросил всего единый взгляд на неё и испарился с пристани, даже не выказав никакого уважения гостям. ㅤЦзян Чэн поймал его на пол пути к собственным покоям и попросил отправиться в другую часть пристани, сказав, что его ожидает его отец. Усянь удивился. Целый день он не видел дядю и тут неожиданные вести, даже вызов к себе на диалог. Кивнув сводному брату, он направился в указанную сторону, думая о своём. Дядя Цзян правда был в другой части пристани, он смотрел на водную гладь, заложив руки за спину. В голове у Вэй Ина мелькнула мысль, что так любили делать адепты ордена Гусу Лань. Глава ордена размышлял на тему свадебной церемонии, просчитывал некоторые важные аспекты. Необходимо было организовать всё самым лучшим образом. ЮнменЦзян славился почитанием традиций, поэтому свадебную церемонию Цзян Фенмянь хотел провести со всеми положенными почестями. — Господин Цзян, вы меня искали, — осведомился о своём приходе Усянь. — Конечно. Мне нужно срочно с тобой поговорить, — решительно заявил тот. — Ты не должен жениться на этой девушке. Тебе действительно выбрали избранника из сильнейшего ордена, и завтра он будет тут. Ваша свадьба через несколько дней. Я не знаю почему госпожа так решительно хочет отдать тебя в другой орден, но не вздумай жениться, — приказ он. Усянь нахмурился, но кивнул. Его мужа привезут в пристань Лотоса уже завтра, а он совершенно не готов к этому, зато Ван Цзы, что уже обо всём знал, был готов к встрече со своим будущем мужем. Вэй Ин был очень удивлён просьбой дяди Цзяна, но сопротивляться такому он не мог. Душа затрепетала только от одной мысли, что скоро он станет кому-то супругом, а с другой стороны в сердце удушливо кольнуло горьким страхом. А если всё пойдёт не так, как надо? А что если, он не понравится своему супругу? А что если их свадьба окажется полным провалом? Что если его никогда не будут любить и судьба сыграла злую шутку с ними? Вопросов было больше, чем ответов. Наверняка в такое время у каждого человека есть поддержка, которую ему выказывает близкий и дорогой человек. Усянь же лучше всего общался со своей шицзе, которая стала невестой и отличной женой для молодого главы ордена Ланьлин Цзинь. — «Вот уж никогда не подумал бы, что господин Цзян будет идти против воли своей жены», — усмехнулся мысленно сам себе Усянь. Он поклонился главе ордена и ушёл прочь. Сейчас ему не хотелось ни с кем сталкиваться. Заклинатель направился прямиком к своим покоям, где копошилось много людей. Одного только взгляда хватило, чтобы те испарились прочь из его комнаты, не мешали и дали отдохнуть. Вся эта суета, которую старалась навести госпожа Юй Цзыюань раздражала его. — Аж тошно, — почти выплюнул он. — Противные назойливые людишки. ㅤЗакрывшись в комнате, так чтобы его никто не побеспокоил, Вэй Ин позволил себе расслабиться и закрыть глаза. Откинувшись на чистой постели, он погрузился в мысли, которые витали вокруг молодого господина Лань. Тот всё чаще посещал его мысли. Картинки с разными сценами подкидывались сознанием, при этом многие были довольно откровенны и горячи, хотелось выть от увиденного. Усянь сразу вспомнил тот момент, когда увидел второго нефрита Лань полураздетым в его покоях в Облачных Глубинах. — Господи, дай мне сил, — вздохнул Вэй Ин. — Я хочу его видеть, трогать, целовать. Хочу проводить с ним столько времени, сколько позволит нам эта жизнь. Хочу, чтобы он был рядом и никуда не уходил, держал меня за руку, гладил по волосам. Просто хочу. Ресницы затрепетали, а сознание снова красочно обрисовала образ второго молодого господина Лань, показывая во всех красках его подкаченное тело, вставшие от возбуждения соски. Со всех сторон повертело перед Усянем тем, что тот был необычайно сильно возбуждён и даже прикасался к своему вставшему колом члену. Неожиданно Усянь открыл глаза, осознавая, что он не знает кому достанется роль ведущего в их паре. Он пошарил по прикроватному столику, что находился не очень далеко, обнаруживая там бутылёк с маслом. Оставалось только заняться само изучением себя с весьма особенной стороны. Именно этому процессу Вэй Ин уделил весь остаток вечера, скрашивая своё время препровождения на кровати, лицом в подушку. Он тихо постанывал, пока толкался в себя пальцами. Сначала медленно одним, ощупывая территории своего ануса и его стенок, постепенно добавил второй. Разводил их в стороны, как видел на картинках в книге, сгибал, когда чувствовал что нужно, старался задеть заветную простату, которая как назло ускользала из-под его мягких подушечек, но когда коснулся, дрожь пробила его тело. Электрический заряд прошёлся от пяток до макушки, срывая громкий стон, утонувший в подушке. За своим негласным занятием Усянь провёл почти всю ночь. Ему было хорошо. Он наслаждался своим практическим занятием. Изучение помогло ему многое освоить и понять, хотя для большей конкретики одного раза с пальцами было весьма мало, ему хотелось больше. Ему хотелось ещё. ㅤㅤСегодня в орден пребывала процессия с его будущим мужем. Без сомнений, как представитель ордена, его лучший ученик и будущий супруг, он должен присутствовать на встрече, чтобы сопроводить своего суженого в его временные покои. За окном уже расцвело во всей своей красе солнце, слышался плеск волн о пристань, где-то чуть поодаль на боевом поле кричали заклинатели, а Вэй Ин не хотел вставать с кровати, стараясь укрыться от назойливых лучей. Именно сейчас ему больше всего хотелось поспать. Желанию было не суждено сбыться. Настойчивый стук в дверь разбудил его окончательно. Усянь соскользнул с постели, открывая дверь. Это оказался Цзян Чэн. — Мой отец уже ждёт тебя на пристани, через пятнадцать минут прибудет процессия с твоим супругом. Почему ты не одет и выглядишь так, будто прошлую ночь провёл в заклинательском борделе? — вскинув свою бровь, выдавил Цзян Чэн. ㅤВэй Усянь застонал после сказанных им словом, направляясь обратно внутрь своих покоев. Он скинул с себя грязные вещи, убрал всё с кровати одним коротким движением, скидывая грязное постельное прочь. Пузырьки с маслом оказались на прикроватном столике, подушка у изголовья снова, а на нём, спустя всего пару минут, чистая и свежая одежда. Никто бы и не подумал, что несколько минут назад он выглядел так, будто вернулся из борделя. — Идём, — коротко сказал Цзян Чэн. Усянь кивнул, на ходу поправляя длинный хвост из своих волос. Он как и всегда повязал на резинке красную ленту, украшенную неброскими чёрными бусинами, а на поясе висел колокольчик чистого сердца. ㅤㅤНа пристани они оказались вовремя. Процессия только показалась около пристани Лотоса, когда Усянь остановился около дяди Цзяна и мадам Юй. Та явно выглядела недовольной, ведь он не явился на церемонию своей собственной свадьбы, которую она ему устроила, зато с превеликим удовольствием сейчас стоял тут и торжественно встречал свою будущую пару. — Бессовестный, — зашипела женщина, бросив на него короткий взгляд. Усянь проигнорировал её, вовремя склонившись в приветственном поклоне, выражая своё почтение прибывшему ордену. — Орден ЮнменЦзян приветствует вас, — произнес господин Цзян, открывая путь прибывшим людям. — Просим вас проследовать за нами в пристань Лотоса. Наш ученик проводит вас до необходимых покоев. — Прошу за мной, — без лишних возражений попросил Усянь, а скрытый за палантинами Лань Чжань вздрогнул, узнав до боли знакомый голос его любимого. С того момента, как они виделись последний раз прошло несколько месяцев. Вэй Ин учился с ним целых два года, потом совершенствовался в родном ордене и сейчас наверняка был неузнаваем во много, но голос остался неизменным. С определенными нотками мягкости и утонченности, которые были различимы лишь Ван Цзы. За ним они проследовали не более, чем пять минут. Адепт ордена и Вэй Ин привели их в большие покои, где, поклонившись, оставили располагаться на месте. ㅤСамому Вэй Ину тоже следовало бы приготовиться. Орден Лань мог попросить сыграть назначенную церемонию раньше положенного срока. Им ничего не мешало это сделать. Все ближайшие дни были благоприятными для свадьбы двух молодых сильнейших адептов, поэтому кланы легко могли заключить родство. Хотя мадам Юй, а с другой стороны старик Цижэнь, были абсолютно против подобного брака, две свахи Цзян и Сичень уже всё решили за остальных. У них давно сложилось определенное мнение о двух учениках своих кланов. Что один, что второй подмечали, как оба реагируют друг на друга, если находятся рядом, как смотрят, как негласно заботятся друг о друге. Конечно, чаще несвойственную ему заботу проявлял Лань Чжань. Старался помогать Вэй Ину, если того наказывали в Облачных глубинах, тайком приносил ему снадобье или же лекарственные сыворотки. Один раз Сичень заметил, как тот забрался ночью в домик к ордену Цзян, видимо из добрых побуждений, молодой глава всего мельком глянул, что задумал его младший брат, а тот уже сидел около постели Вэй Усяня, лёгкими касаниями втирая снадобье ему в повреждённые участки тела. Каратели глубин тогда довольно жестоко обошлись с молодым господином Вэй. — Лань Чжань, я отойду, ты можешь отдохнуть, рядом с домом есть пристань, она окружена вуалями, тебя тут никто не тронет, — обратился к младшему брату Сичень. В ответ послышалось тихое «угу». Ван Цзы погрузился в свои раздумья ещё в тот момент, когда прибыл в орден ЮйменЦзян. Размышлял о том, что скоро увидит Вэй Усяня. Сможет взять его официально за руку, переплести с ним пальцы, прикоснуться к его губам, почувствовать их вкус. Ханьгуан-цзюнь желал получить больше, всем телом желал, а головой ещё до конца не осознал. В голове всплывали отрывки воспоминаний из его домика в цзин ши, когда он читал запрещенные книги, а сознание раз за разом подкидывало ему интересные фрагменты с его любимым. ㅤДа, Лань Чжань любил Вэй Ина, любит его до сих пор. Лучшего адепта клана Лань мало волновало, что о нём подумают остальные, больше всего его заботил человек, который похитил сердце, забрал душу и ушёл, покинул Облачные глубины, когда обучение было окончено. Это было ничем по сравнению с остальным. Его ожидало самое интересное, подкреплённое чувствами и эмоциями, ощущения, которые никто кроме него ему не сможет подарить. Лань Чжань не признавался никому, но несколько месяцев после обучения других орденов у них в клане, он видел сны с Усянем. Ему снилось, как тот нависает над ним сверху, как бледные розовые губы целуют сначала мягко в лоб, потом в скулы, спускаются аккуратно вниз, оставляя поцелуй на подбородке, переходя к шее. Как он проводит языком по его кадыку, прикусывает слегка. Ван Цзы никому не признается, но он наслаждался. Тихо постанывал во сне, хотел, чтобы подобное творилось в реальности. Всем своим нутром желал, чтобы Вэй Ин ласкал его и нежно любил. ㅤㅤЛань Сичень нашёл необходимого ему человека на пристани с другой стороны. Господин Вэй смотрел вдаль, глаза его были закрыты, руки опущены, голова запрокинута, а тело держалось, наверное, только из-за силы ветра, иногда колыхаясь на ветру. Расслабленный и спокойный, он выглядел как кукла, которую оставили в покое и дали расслабиться. — Господин Вэй, — позвал его не громко Сичень, чтобы ненароком не испугать. Не хотелось лишний раз беспокоить молодого заклинателя, но сейчас им необходимо было поговорить. Вэй Ин обернулся, бросив быстрый взгляд на главу клана Лань. Тело тут же встрепенулось, Вэй Усянь тут же сложил руки в приветственном жесте, поклонившись. — Приветствую, глава Лань. Чем могу вам быть полезен? — поинтересовался он. Теперь он смотрел на Лань Сиченя в пол оборота, сложив руки за спиной, плечи чуть напряглись, но тело оставалось спокойным и расслабленным. — Господин Вэй, мне бы хотелось с вами поговорить. Есть некоторые вопросы, которые я хотел бы обсудить только с вами, — начал Сичень. Он обвёл взглядом фигуру перед ним и отметил, что тело Вэй Ина напряглось после его слов. — Не беспокойтесь, тема будет касаться вашего будущего с нашим адептом. Я не собираюсь раскрывать его личность, вы узнаете кто он позже, однако другие моменты требуют моего вмешательства немедленного, — Лань Сичень перевёл дух, Вэй Усянь услышал, как тот снова вдохнул и выдохнул глубоко, а затем продолжил. — Наш адепт очень щепетильный человек, очень чувствительный и трогательный. Без сомнений вы уже с ним встречались, находитесь в простых, но довольно чувственных отношениях. ㅤВэй Усянь вздёрнул бровь, в голове промелькнула мысль, что ранее его предположения были оправданы и он уже знает, кто его жених на самом деле. Все указывало на то, что второй господин Лань будет его женихом. Конечно, местами он всё ещё сомневался в своих мыслях. — Господин Лань, я вас внимательно слушаю, — улыбнулся Вэй Ин, — расскажите, что вас так беспокоит. — Извините меня за бестактность, но вы уже возымели опыт постельной жизни? — Лань Сичень нисколько не покраснел после своих слов, даже не изменился в лице, что очень удивило Усяня. Конечно, перед ним стоял взрослый человек, замужний и потому мог спокойно говорить на подобные темы с ним. — Меня беспокоит эта тема, поскольку она коснется нашего адепта, а нам известны некоторые тайны и деяния с его стороны. Могу сказать, что он мало опытен и может быть не готов к подобным утехам. — Господин Лань, первая брачная ночь после свадьбы у молодоженов – это самый важный момент в их совместной жизни, как и дальнейшее построение устоев, поэтому если моему мужу понадобиться помочь в чём-то, что касается доставления удовольствия мне, показать, как лучше и как мне нравится, я окажу ему полную поддержку в этом. — Вэй Усянь был так серьёзен в этот момент, что Сиченю показалось, будто в мире произошла катастрофа, и он читает молитву для усопших, однако эта серьёзность показалась ему достаточно милой и такой необходимой в этот момент. ㅤЛань Сичень кивнул в ответ, подарив мягкую улыбку. Момент между ними тут же стал более расслабленным, напряжение спало, на лицах обоих расцвели морщинки, побежали от глаз в стороны, губы дрогнули в чувствительных улыбках. Лучи солнца наполнившие пруд отразились в глазах Сиченя, что показалось Вэй Ину очень красивым. Мысленно он отметил данный момент, поклонился главе Лань и направился вглубь ордена. Сейчас ему предстояло потренироваться, а уже вечером подготовиться к завтрашней свадебной церемонии. Некоторыми минутами ранее к нему приходил дядя Цзян, который принёс серьёзные известия. Люди ордена Лань, как они и ожидали, чуть сдвинули сроки свадьбы и поэтому прибыли на день раньше. ㅤㅤПока Вэй Усянь и Лань Сичень позволили себе мирно побеседовать на пирсе, расслабиться и обменяться вежливыми улыбками, Лань Чжань никак не мог отделаться от своего дяди Цижэня. Старик ни в какую не хотел, чтобы тот женился на молодом господине Вэй, всячески отговаривал Лань Чжаня, протестовал и даже приводил строгие доводы о том, что такой брак просто не позволителен, ведь Вэй Усянь преследует сразу два пути, такие адепты бессознательно разрушают этот мир. — Извините, но ни я, ни мой брат не будем менять своего решения, ещё в свои восемнадцать лет я сказал вам и своему брату, что никого другого не хочу себе в мужья, не допущу, чтобы и его женой или супругом стал кто-то другой, — серьёзно ответил Ван Цзы. — Почему вы так против этого брака, дядя? ㅤЦижэнь не то чтобы был в полном шоке, на лице мужчины отразился ужас. Тогда он подумал, что его лучший ученик шутит, однако теперь, в такой ответственный момент, услышать его серьёзный тон было ударом для него. — Я хочу, чтобы себе в пару ты выбрал достойного человека, а не не ясно кого. Этот Вэй Усянь абсолютно не подходит тебе. Пускай ты выберешь мужчину, но только не он, я не приму этого противного юнца в орден. Никогда. — Лань Цижэнь рассчитывал выдать своего лучшего ученика в любой другой клан, или же забрать из другого клана невесту (ну никак не жениха) для него, подобрал уже даже кандидатуру, как и мадам Юй для Усяня, но в точности опоздал. Адепты ордена ЮйменЦзян тщательно следили за происходящим в пристани Лотоса, просто так отсюда не уехать, господин Цзян Фэнмянь установил барьер вокруг, пересечь который можно было только с его разрешения. Мужчина покачал головой, продолжая отрицать, складывающуюся ситуацию, а Ван Цзы отвернулся, вернувшись к своей медитации на завуалированной пристани. ㅤЭтот вечер, несмотря на серьёзно складывающиеся обстоятельства, заканчивался великолепно. Вэй Ин закончил тренировку и отправился к себе в покои, где всё уже было приготовлено для завтрашнего дня. Его красное одеяние с золотыми вышивками весело расправленным, сверкая в последних лучах солнца. Красная мантия и лента покоились рядом. Вэй Ин неосознанно засмотрелся на свой наряд, проведя по тонкой шелковистой ткани лёгким касанием. Прикрыв глаза, он представил себя в нём завтра, чуть не задохнувшись от накатившего ощущения прекрасного. Никаких сомнений, они будут самой красивой парой в этом наряде. В душе сохранялись разные сомнительные чувства, трепетали нервы, напрягаясь от каждого неприятного момента, создаваемого близкими им людьми. Вэй Усянь всё равно старался держаться, закрывал на всё глаза, скрывал свои чувства. Он не ходил к гостям, чтобы не беспокоить их, проводя вечер в своих покоях, изучая свадебный наряд и его тонкости. Он не представлял в своём сознании наряд своего мужа, но был уверен, тот будет краше всех. ㅤㅤНа следующее утро Усяня разбудили Цзян Чэн и прибывшая очень рано в родной орден Цзян Яньли. Шицзе прибыла почти на рассвете. Узнав о свадьбе своего не кровного родственника, она помчалась в пристань Лотоса, чтобы помочь шиди со сборами. Цзян Яньли уже несколько лет была женой известного адепта клана Ланьлин Цзинь, принесла ему наследника, а также продолжала радовать своего мужа красотой и необычными талантами. Тот не переставал восхвалять её перед другими кланами. — Усянь, — мягко позвала она братика. Именно так Яньли любила к нему обращаться, всегда холила и лелеяла, словно он был её родным дитя. — Вставай, Усянь, у тебя сегодня важный день. ㅤВэй Ин заворочался в кровати, потирая заспанное лицо руками. Вчера он очень поздно лёг в кровать, долго не мог уснуть и постоянно крутился, так что даже простыни под себя смял. Весь в своих мыслях и холодном поту, он ни раз бегал освежиться под прохладным душем, старался сконцентрироваться и только под утро, когда тело устало от сумасбродства головы, когда руки и ноги уже не слушались, он уснул, привалившись на прохладную подушку. — Вставай, соня, ты свою свадьбу проспишь, — серьёзно заявил Цзян Чэн, сложив руки на груди. — Отец приказал нам помочь тебе со сборами и одеждами, чтобы ты никого не испугал. — А-Чэн, прекрати, — заявила Яньли. — Не стоит так говорить. У твоего брата сегодня важный день, а ты так себя ведёшь. ㅤУсянь вымученно улыбнулся им обоим, усаживаясь на кровати. Руки взметнулись, запутавшись в волосах. С прошлого вечера он не распускал свой хвост, так что сейчас он выглядел весьма смешно. Яньли не стала ждать, он сдёрнула с волос брата его красно-черную ленту, положив аккуратно на столик рядом. Схватила со стола гребень, принимаясь наводить порядок на голове младшего. — А-Сянь, я соберу тебе новый красивый хвост и подкрашу немного после того, как ты умоешь лицо, а А-Чэн поможет тебе с одеждами. Церемония будет уже через несколько часов. Мой отец говорил, что торжественная часть начнется ровно в полдень, поэтому нам стоит поторопиться, — сообщила девушка. ㅤУсяню ничего не оставалось, кроме как постараться собраться с мыслями и чувствами поскорее, привести себя в порядок с помощью брата и сестры. Вэй Ин не мог оплошать в такой важный день. Молодой господин был уверен, что клан Лань приведёт своего адепта с ног сшибающий восторгающий образ. Был уверен, что клан Лань сделает из него конфетку, красивый и вкусный круассанчик, который определенно захочется вкусить. Ему нужно было выглядеть подобающим образом, ничуть не хуже, чем его муж. Любимый муж. ㅤАдепт ордена Цзян никогда не говорил этого вслух, но на свадьбе, давая клятву своему мужу и кланяясь в ответ, собирался произнести самые важные слова в жизни, сказать об этом вслух, чтобы слышали все гости, пришедшие на торжество. Соберутся представители разных орденов, крупные и мелкие, они будут восхвалять пару, поклоняться им, обсыпать лепестками роз, кричать пожелания о долгой жизни, восхвалять их счастливый брак. Детей они конечно им не пожелают, но об этом два адепта могли подумать и самостоятельно. ㅤЯньли собрала хвост быстро, девушка уложила красиво некоторые пряди волос, начесала челку, а сам хвост зацепила чёрной резинкой. Скрывшейся в таких же тёмных, словно ночное небо, волосах, красная почетная лента закралась совсем незаметно, но весьма изящно в прическу. Дева Цзян сделала несколько основных оборотов, затянула её и спустила концы в волосы, что смотрелось необычайно красиво. — А-Сянь приведи себя пока в порядок, а я и брат посмотрим, как обстоят дела у наших гостей и твоего мужа, — Яньли подхватила Цзян Чэна под локоть, уволакивая прочь из покоев брата. Прическа была собрана, накрасит она его позже, сейчас тому надо было побыть одному и прийти в себя. ㅤСтаршие зашагали в другую сторону по пристани, впереди показались расположенные домики для гостей, там слышался шум, кто-то негромко возмущался, а другой в ответ противоречил. Орден Лань суетился внутри. Краем уха они услышали голос Лань Чжаня, который разговаривал с Лань Сиченем. Два брата приводили себя в порядок, один определенно помогал другому. Чуть дальше располагались домики с другими адептами, там тоже жили некоторые из ордена Лань, прибыл и орден Ланьлин Цзинь, даже почитаемый глава Не вместе с Хуайсаном явились к назначенному времени. — А-Чэн, думаю твой брат очень переживает и сегодня всю ночь провёл в беспокойствах. Поговори с ним пока будешь одевать, уверена лишняя поддержка ему сегодня не помешает. Мадам Юй в такой день чуть ли не боготворила меня, поэтому пожалуйста, сделай его улыбку ещё ярче, пускай он сразит своего мужа на церемонии, — Цзян Чэн улыбнулся, понимая, что сестра права, их брату требовалась поддержка. Усянь так переживал, что руки его тряслись, губы синели неестественно, а ноги подкашивались. — Я пойду к нему, помогу ему одеться, а ты проводи гостей в зал вместе с отцом, думаю там уже всё готово, — согласился Цзян Чэн, отпуская сестру, чтобы вернуться обратно. — Мы будем ждать тебя чуть позже. ㅤЯньли кивнула, направляясь вперёд. По пути ей повстречались ещё несколько адептов из других кланов, однако она решила вернуться к ордену Лань, постучав в ложе жениха. Яньли разрешили войти, за дверью прекратились любые звуки и даже затих шум между двумя спорящими до сих пор адептами. Девушка отворила дверь и вошла в домик, где находились Лань Цижэнь, Лань Сичень и Лань Чжань. Старик явно всё ещё возмущенно пыхтел по поводу предстоящего события, а два брата спорили с ним из-за этого. — Господа, — обратилась к ним Яньли. — Вижу у вас всё хорошо, я пришла посмотреть не нужна ли вам какая-нибудь помощь, — девушка улыбнулась, подарив Лань Чжаню самую искреннюю свою улыбку, и у того в сердце что-то екнуло, отзываясь новыми лучами света, заиграло яркими красками. Адепт клана Лань тут же легонько улыбнулся в ответ, поклонившись деве Цзян. — Дева Цзян, благодарим за визит. Пока у нас всё хорошо, мы справимся сами, — улыбнулся Сичень, — просим вас проводить нашего дядю в зал для гостей. — Конечно, — согласилась она. — Прошу, — дева Цзян сделала свободный жест рукой, поклонилась гостям и покинула помещение следом за Цижэнем. ㅤㅤЦзян Чэн же собрал Вэй Усяня. Будущий жених выглядел очень красиво. Красная, расшитая золотыми нитями одежда, красная лента и лёгкая вуаль смотрелись на нём великолепно. Ханьфу подпоясывалось атласным поясом с золотыми узорами, шёлковые рукава чуть ли не летали на лёгком ветерке, поступающем в комнату. У А-Чэна даже дыхание перехватило, когда полностью готовый брат предстал перед ним в своём наряде. Сейчас он выглядел изящно, элегантно, нежно и красиво. Каждый бы захотел такого жениха возыметь для себя. ㅤА-Ли присоединилась к ним спустя мгновение после. Дева Цзян выглядела превосходно. Она успела сменить наряд, показавшись в комнате сводного брата в красивом ультрамариновом ханьфу, на голове у девушки сверкали яркие шпильки, макияж соответствовал празднику. Никто бы не подумал, что когда-то она была неприметной и скрытной. Теперь же перед всеми красавица раскрылась во всей красе. Муж её восхвалял, маленький сын обожал, да и другие адепты не могли оторвать взгляд от жены известного заклинателя. — А-Сянь, ты выглядишь превосходно, — восхитилась она. — Честно признаюсь, я видела твоего будущего супруга. Молодой господин выглядит в своём красном наряде невероятно. Словно небесное божество. Его осанка статная, глаза широко раскрыты, золотая лобная лента, с вышитыми облаками на ней, смотрится восхитительно. Я не смогла отвести взгляд и от его ханьфу. Орден Лань, соблюдая все традиции, привнесли в его наряд изящество, красоту, минимализм и шарм. У тебя будет красивый муж, — в это время она подкрашивала ему глаза, делая лёгкий макияж. В конце дева накинула на него вуаль, скрывая полностью лицо. Ткань почти не просвечивала, поэтому было очень сложно смотреть куда идти. — А-Чэн, помоги ему дойти, время пришло, — и ведь действительно, уже по всей пристани Лотоса прошли громкие возгласы о том, что церемония начинается, всех попросили собраться в большом главном зале. Цзян Чэн же подхватил Усяня под локоть одной рукой, а второй чуть выше кисти и направил сводного брата к выходу из покоев. — Не нервничай, я чувствую, как тебя всего трясёт, — прошептал ему Цзян Чэн. — Все пройдет хорошо. ㅤДа, хорошо. Конечно, хорошо. По-другому быть не может. Усянь тяжело вздохнул, прикрыл глаза, стараясь сосредоточиться на своей дороге к главному залу. Туда было не очень далеко идти от его покоев, но всё равно стоило быть осторожным. Вуаль полностью скрывала его лицо. Когда он появился на пороге главного зала, второй человек уже находился там. Цзян Чэн аккуратно передал руку брата в чужую ладонь. Вэй Ин моментально почувствовал тёплые пальцы, что переплелись с его. Рука человека рядом с ним была тёплой, пальцы чуть длинными, а кожа на руках невероятно нежной. — Идём, — подал голос Лань Чжань. Он чуть потянул за собой Вэй Ина, которого пригвоздило к полу. Услышав голос рядом, в голове всё перевернулось. Пазл сложился в единую мозаику. Те мысли, которые мучили его несколько дней подряд, сразу же испарились, уступая другим. Его мужем станет Лань Чжань. Его любимый Лань Чжань. В одно мгновение в голове, пока они шли, промелькнули моменты времён обучения в Гусу. Вэй Ин вспомнил, как наблюдал тогда за ним, как отрабатывал иногда наказания, как тот ругал его за сорванную ленту. Всё встало на свои места. Усянь сделал уверенный шаг вперёд, гордо поднимая голову. Он покрепче перехватил чужую ладонь, погладил своим большим пальцем её слегка, заставляя Лань Чжаня вздрогнуть. Табун мурашек пробежал по коже второго молодого господина Лань. — Веди себя прилично, — шёпотом попросил Лань Чжань. — Не шали раньше времени. ㅤВэй Усянь сглотнул, бросив мимолетный взгляд на него. Под вуалью не было видно, что он смотрит, однако хорошо чувствовалось, как его испепеляют взглядом, желая скорее сорвать ткань с чужой головы. ㅤПо всем правилам церемонии пришедшие к главам кланов заклинатели опустились на колени, тут же почтительно поклонившись старшим, потом сделали ещё один поклон предкам, а затем небу и земле. Усянь еле дышал, чувствуя, как нарастает паника. В его жизни приближался самый ответственный момент. Первая брачная ночь. Усянь старался сохранять спокойствие, он не знал какие эмоции сейчас испытывает Ван Цзы рядом с ним, не представлял какой ритм отбивает его сердце, как быстро то колотится. Лань Чжань совершал всё те же ритуалы, что и он, стоял рядом с ним, держал его за руку, даже дарил ему улыбку. — Поклонитесь друг другу, — попросил проводящий, Лань Чжань и Вэй Ин встали, придерживаясь друг за друга, аккуратно повернулись, отодвигая в сторону ханьфу, и поклонились. Вэй Ин наклонился чуть ниже, выражая тем самым безмерную благодарность своему супругу, показывая, как сильно он его любит и как дорожит им. На губах промелькнула улыбка, заставляя морщинки в уголках глаз рассыпаться лучиками. — Молодой господин, вы можете снять вуаль, — в этот же момент лёгкая ткань слетела с головы Вэй Ина, оставаясь в руках Лань Чжаня. Слуга перехватил предмет одеяния, скрываясь, чтобы не мешать. — Вэй Ин, — обратился к нему Лань Чжань. На губах играла легкая улыбка, глаза сверкали счастьем. Усянь заметил, что к нему была обращена чужая рука. Ладонь, немного скрытая рукавом ханьфу, обращалась чётко к нему. Вэй Ин не раздумывая вложил свою ладонь в чужую, переплетая пальцы. — Лань Чжань, — выдохнул Усянь. Сердце его билось с сумасшедшей скоростью. Хотелось кричать во все услышания о своём счастье. О своей прекрасной любви. Вэй Ину хотелось рассыпаться в постоянных комплиментах и признаниях любви к своему мужу. — Люблю тебя, — тихо добавил он, сделав шаг по направлению к Ван Цзы, чтобы смог услышать только его муж. Глаза Лань Чжаня в миг сверкнули. Кажется, улыбка молодого господина Лань стала ещё шире, он так счастлив был услышать эти слова, так долго хотел осязать их в голове. — Просим наших дорогих новобрачных восхвалять друг друга, любить друг друга, уважать и почитать. Желаем вам светлой любви и долгих лет процветания, — обратился к Усяню и Лань Чжаню Цзян Фенмянь. Молодые господа поклонились главе ордена, сложив руки в уважительном жесте, а после снова переплели пальцы, не смотря на укоризненные взгляды со стороны мадам Юй и старика Цижэня. Эти двое до сих пор были настроены против брака между двумя лучшими адептами, однако не могли ничего сделать. Развести брак может только глава ордена, где он был заключён. ㅤЛань Чжань подхватил своего супруга под локоть, положив вторую ладонь сверху и направился прочь из главного зала под крики и аплодисменты гостей, что собрались тут сегодня ради них. Все поздравляли, кричали пожелания, выражали своё уважение к заклинателям, а кто-то и вовсе был в шоке, никак не ожидая подобного брака. Усянь улыбался, чуть махал свободной рукой, а вторую крепко прижимал к своему поясу. Скоро они окажутся наедине. Скоро они будут предоставлены друг другу. ㅤВторой молодой господин Лань оказался очень обходительным, вежливым и даже слегка настойчивым. Во всяком случае так показалось Усяню. Он прислушивался и присматривался к каждому его движению, старался угодить, чтобы супруг сразу не расстроился, чтобы не огорчился и не сбежал. Они вошли в совместные покои, когда солнце опустилось ниже к горизонту, но всё ещё находилось на пике. Вэй Ин почувствовал, что хватка на руке чуть ослабла и движения стали свободнее. Молодой господин Вэй двинулся вперед, заметив, что в комнате для них оставили чай и специальное вино. Вэй Усянь мог выпить и то и другое, однако он знал, что в Облачных глубинах алкоголь под строжайшим запретом, поэтому первым делом аккуратно налил своему супругу в небольшую фиалку чай, накрывая крохотной крышечкой. — Мой супруг, не хотите ли вы отведать чаю? — обратился Усянь. Он стоял на коленях около небольшого столика, пока Ван Цзы рассматривал обширные покои, предоставленные только им двоим. Адепт клана Лань повернул голову на обращение, тут же улыбаясь. — Благодарю, дорогой супруг, — ласково отозвался Лань Чжань. Глаза его чуть прищурились, а между бровей залегла складка, которую пальцы так и чесались разгладить. В голосе не звучали привычные ему нотки стали и горечи, не было сухости, которую он проявлял по отношению к другим. Не слышались и злость с гневом. Лань Чжань выглядел таким смиренным и красивым одновременно, что у Вэй Ина перехватило дыхание. Господин Лань пристроился совсем рядом с ним, подложив дзабутоне. — Позволь мне налить тебе? Чего бы ты хотел? ㅤВторой вопрос звучал весьма двусмысленно. Вэй Ин сглотнул, обращая свой взгляд на второго молодого господина Лань. Конечно, он очень хотел прикоснуться к нему и ощутить жар тела напротив. Однако сейчас нужно было ответить на другой вопрос. — Я бы выпил вина. Позволишь мне попробовать его? — в голосе послышались нотки заигрывания, Усянь старался заигрывать в ответ, понимая, что так они раззадорят друг друга. — Дорогой супруг, ты заигрываешь со мной? — улыбнулся Ван Цзы, подавая ему полную фиалку вина. Это конечно не «Улыбка Императора» в Облачных глубинах, но вкус все равно отменный. — А что, если да? — усмехнулся Вэй Ин. Он опустил на стол свою фиалу, наклонившись ближе к мужу. На губах сверкала не сдержанная улыбка, так сильно он был доволен собой сейчас. Уткнувшись носом в область шеи, Усянь вдохнул прекрасный аромат чужого тела, его руки всё ещё покоились на своих местах, не решаясь сразу прикоснуться к супругу, он вдыхал его яркий аромат, наслаждаясь приятным запахом сандала. — Лань Чжань, ты так прекрасно пахнешь, — зашептал он. В его собственной груди сердце отбивало сумасшедший ритм, плясало, билось в истерики просто. Ему в одно мгновение показалось, что Лань Чжань не дышал, как будто замер на месте, пригвожденный к мягкому. Вэй Ин провёл носом чуть выше, слегка прикоснулся губами, к шее за мочкой уха, прикрывая веки. — Чудесно. — Вэй Ин, — выдохнул Ван Цзы, опустив тому руку на плечо, сжимая его пальцами. — Вэй Ин, пожалуйста, — взмолился Лань Чжань. — Что такое? — обеспокоился Вэй Ин. — Мне прекратить? Тебе не нравится? ㅤНапротив, молодому господину Лань очень нравилось, он боялся, что не сдержится, сорвётся, перейдёт границы дозволенного слишком неожиданно, испугает своего мужа. В последние месяцы он практиковался, читал много книг на эту тему и даже пробовал в тайне что-то на себе. Никогда не решался к себе прикоснуться там, подозревая, что и вовсе эта роль не будет принадлежать ему. Ему было и невдомёк, что Вэй Ин совсем не против, если тот будет напирать, окажет чуть больше давления, позволит прикасаться или прикоснётся сам. — Нет, совсем нет, я просто… Просто подумал, что могу испугать тебя или же тебе будет некомфортно, — вздохнул Лань Чжань. — Прости, — но Вэй Ин перебил его, приложив палец к покрасневшим губам. Только сейчас он заметил, что всё это время его супруг кусал губы. Усянь рыкнул утробно, поддался вперёд, захватывая в плен желанные губы. Такие желанные, необходимые, чувствительные. Ван Цзы почувствовал, как Усянь застонал в поцелуе. Неумело отвечая ему, он всё ещё старался удержать себя в узде и не сорваться. Усянь целовал его кратко, проводил языком по раскрасневшимся губам, дразнил Лань Чжаня, хотел, чтобы он отпустил свои тормоза. — Лань Чжань, пожалуйста, — зашептал он в чужие губы. — Пожалуйста… — Вэй Ин желал его, хотел всей душой и телом. Молодой господин Вэй перестал себя контролировать, сорвался. Того же хотел и от своего мужа. Поцелуй в одночасье перестал быть нежным, в нём возникли нотки страсти, горячего необузданного желания. Крохотные крупицы сознания ещё оставались разумными, но всё остальное заволокло дымкой желания, нарастающего во всем теле, накапливающегося в каждой его клеточке. Вэй Ин не сдержал улыбки, отрываясь от губ и перемещаясь к шее. Ван Цзы пробила дрожь, по всему телу побежали мурашки, когда Усянь коснулся губами его адамового яблока, прикусил слегка, а потом снова вылизал языком. Супруг не переставал покрывать его шею поцелуями, даже задержался чуть дольше, оставляя небольшое покраснение. ㅤЕго пальцы запутались в одеждах мужа, отчего Вэй Ин одёрнул себя, остановился, поймав на себя на мысли, что мог сильно поторопиться, но Лань Чжань был совсем не против, кажется тот полностью расслабился, прикрыл глаза и получал удовольствие от процесса. Ханьгуан-цзюнь удивлял его всё больше и больше. Никогда Вэй Ин не видел, чтобы тот выглядел так расслабленно и спокойно. Тихонько постанывая, он получал удовольствие от ласк своего супруга, чуть поддёргивал бёдрами и не сопротивлялся прикосновениям. Господин Вэй, поняв, что никакого сопротивления ему нет, продолжил действия руками, постепенно одно за другим развязывая ханьфу своего супруга. ㅤСупруга. Никого-то другого. ㅤВэй Усянь не сдержал улыбки, наблюдая за собственными пальцами, развязывающими узел. Этот дался легче, второй слой ткани присоединился к уже лежащему на полу. Вэй Ин выдохнул, окинув взглядом фигуру перед собой. Лань Чжань чуть откинулся назад, закрыл глаза, приоткрыл губы, весь его вид кричал о том, чего хочет тело. Стройная фигура Ван Цзы становилась всё более видимой с каждым снимаемым слоем ткани. Последний слой ткани, затем нижние одежды — белые, как полагалось адепту Лань. Красные одежды разметались по всей комнате, Вэй Усянь не стесняясь застонал в голос, осмотрев своего мужа. Невероятно красивого, эстетичного, стройного, подтянутого. Лань Чжань выглядел, как бог. — Раздень меня, — попросил Усянь, прерывая тихие мгновения между ними. Лань Чжань распахнул глаза, поддавшись вперёд. Взгляд его не выражал ничего конкретного в данный момент. Поддетые дымкой чрезмерного желания, они светились в приглушённом свете комнаты. — Раздень меня, я хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне. Хочу, чтобы ты поцеловал меня тут, — Вэй Ин показал на свою грудь. — Хочу, чтобы ты поцеловал меня там, — ладонь с нажимом провела по ширинке простых штанов. — Хочу, чтобы ты сорвался, исследовал всё моё тело. Показал мне всего себя. ㅤТомный шёпот прямо в губы заставил Лань Чжаня сорваться. Спустить свои тормоза. Отпустить все моральные устои, которым его долгое время обучали в ордене, забыть о своих принципах. Сейчас существовал только он и его муж, который просил его, умолял к нему прикоснуться, умолял, чтобы Лань Чжань сделал ему приятно. У Ван Цзы сорвало крышу в тот момент, когда Вэй Ин облизал свои губы юрким язычком, закусил нижнюю губу, а потом принялся медленно развязывать полы своего ханьфу, который моментально полетел вниз. Руки его орудовали ловко, Лань Чжань рыкнул, не сдержался, тут же протянув руки и самостоятельно стягивая с того его свадебный наряд, просто отшвыривая куда-то в сторону. Ткань мягко приземлилась где-то в стороне от кровати, но обоим было не до этого. Чужие губы оказались довольно близко. Лань Чжань накрыл любимые уста неумелым поцелуем, уверенный в том, что ему точно помогут и направят. Руки действовали словно на автомате, развязывали узел за узлом, потом стянули нижние одежды и вот перед ним был Вэй Ин обнаженный по пояс, как и он сам. И пускай всё это было непристойно, не правильно между ними, законы клана Лань и вовсе запрещали подобное деяние, обоим было всё равно, они желали лишь друг друга. — Лань Чжань, ты… — Но Лань Чжань просто поцеловал его снова. Вэй Усянь обнаружил, что тает в его объятиях, ладонями ища тепла и заботы под любимыми руками. Каждое прикосновение к Ван Цзы, к его мягкой словно шёлк коже, доставляло ему величайшее удовольствие. Вэй Усянь подумал, что вполне мог бы стать зависимым от него. В этот же миг время словно замерло, остановилось и снова пошло куда быстрее. Усянь не успевал следить, но Ван Цзы словно потерял контроль, бессовестному Вэй Ину такое нравилось, тот беспорядочно сдирал с него одежду, быстрым движением расшнуровал завязки на штанах, потянув прочь. Лань Чжань явно потерял всё терпение, растерял напрочь любое самообладание, превратившись в хищного зверя. — Лань Чжань… — прежде чем Вэй Ин успел сказать или что-то сделать тот опустился ниже, нежно коснулся его члена и вобрал его в рот. Проклятье. Это было чудесно. Восхитительно. Лань Чжань умело двигал своим юрким языком. Усянь и предположить не мог, что у его супруга имеется такой опыт. Чёрт возьми, он и подумать об этом не мог, ведь всегда считал его чистым и невинным одуванчиком. Усянь вскрикнул и громко застонал, когда язык коснулся чувствительной головки и прошёлся по уретре. Естественная смазка давно начала выделяться. Ван Цзы облизнулся словно кот, отстранившись всего на мгновение, а после снова припал к чужому члену, обхватив его своими губами. Молодой господин Лань старался двигать как можно быстрее головой, втягивал свои щёки, а в памяти освежал картинки, увиденные в запрещенных книгах. Постепенно наращивая темп вместе с рукой, Лань Чжань двигал своей головой, иногда задерживаясь чуть дольше у основания, создавая давление на чужой член, так что головка упиралась ему в заднюю стенку гортани. Такое только сильнее его возбуждало. Его возбуждали громкие стоны мужа, который не мог сдержаться, метаясь прямо на полу, Усянь не находил места, сжимал его волосы, забыв совсем о лобной ленте. — Ещё… быстрее, пожалуйста. ах, — воздуха перестало хватать в одночасье, Ван Цзы был прекрасен, он словно ураган прошёлся по его члену. Насаживался своей головой так, как будто сверху оказывали большое давление. — Я сейчас… — Усянь не смог бы долго сдерживаться, он не практиковался в дрочке несколько месяцев, не затрагивал свою дырочку после той самой ночи, поэтому был таким чувствительным. Муж никак не отреагировал на его слова, кажется только на губах мелькнула ухмылка, а после тот замер, уперев чужую головку себе в заднюю стенку горла, втянул щеки и почти сразу почувствовал, как побежала чуть солоноватая белесая жидкость. Горло саднило, но Лань Чжань всё равно проглотил всё до единой капли, ничего не обронив. — Ты такой вкусный, — высказался Лань Чжань, облизнувшись на манере кота, который объелся вкусной сметаны. Вэй Ин, завидев перед собой такую картину, не смог сдержать очередного громкого стона. Дыхание давно сбилось, сердце вовсе взяло отгул на несколько дней или месяцев, голова решила пьянствовать. Всё было против него, как и безупречно восхитительный муж. ㅤВзгляд Лань Ван Цзы пригвоздил его к полу. По телу пробежали мурашки. Вэй Усянь рухнул обратно на пол и застонал, когда его супруг без лишних слов снова взял член в рот. До чего же хорошо. Сильно, горячо, влажно. Лань Чжань не мелочился, не исследовал языком его возбужденный орган, который только буквально испытал чудесный оргазм, а сразу приступил к делу, уделял внимание каждой мелочи, прислушивался к стонам супруга и стонал сам, посылая вибрация по чувствительному члену, и так возбуждённому до предела. На этот раз много времени не понадобилось. Усянь кончил глубоко в горло, поднимаясь сразу со своего места и плевать, что голова шла кругом, а сознание почти покинуло его, он припал к чужим губам, пробуя себя на вкус, чем вызвал стон Лань Чжаня. Тот был довольным, удивительным образом придерживая на губах ухмылку. — Идём в кровать, дорогой, — только и произнес Ван Цзы. Он хотел своего мужа, хотел и точно осознавал это. — Пожалуйста, — ответил он голосом смущающе хриплым. Можем мы...? — Вэй Ина спрашивать не надо, он откинул покрывало на постели, похлопал около себя в приглашающем жесте. Лань Чжаню дважды повторять не нужно, он почти сразу оказался рядом, нависая сверху. Окончательно стянул штаны с Усяня и скинул свои, отбросив вещи в сторону. Напряжение между ними не спадало. Вэй Ин опустил свою руку ниже, проведя ладонью по чужой груди. Он прикоснулся к болезненно стоящему члену супруга, совершая несколько свободных движений рукой по всей его длине. Ван Цзы застонал ему в губы, опустившись ниже и двинул бедрами на манере фрикций. — Ты ведь знаешь, что возбуждённого мужчину лучше не дразнить? — Вэй Ин усмехнулся, и эта улыбка не сулила ничего хорошего. Он поцеловал Лань Чжаня, запустив руку тому в волосы, вместе с ними путались нити лобной ленты, которую они так и не сняли, вторая же рука хозяйничала на чужом члене, двигаясь по нему. В мыслях проскользнула, что им нужно немного влаги. Усянь потянулся за маслом, что стояло не так уж и далеко, мастерски налил себе на вторую ладонь не отрываясь от процесса, возвращаясь к своему занятию. Ван Цзы застонал, разряд удовольствия прошёлся сквозь его тело. — Перевернись, — попросил его Лань Чжань, разорвав поцелуй. Вэй Ин повиновался, разворачиваясь к нему спиной и принимая удобную позу. Его упругая попка оказалась в свободном доступе, открываясь в прекрасном виде. Усянь услышал тихое копошение и тяжелый вздох за своей спиной, почувствовал, как к его попке нежно прикасаются чужие руки. Лань Чжань медленно огладил чужие половинки, стараясь более удобно устроиться между его ног. Ему не требовалось разрешение, чтобы прикоснуться к своему любимому супругу там. Он всем своим нутром желал сделать ему приятно. — Я собираюсь попробовать тебя на вкус, — известил он. Усянь застонал. Как горячо, сладко и до невозможности возбуждающе было слышать такие слова от любимого. Никто и никогда не говорил ему такого. Лань Чжань отодвинулся немного, своим коленом раздвигая чужие ноги шире, и прижался языком к чужой дырочке. Мгновение и движение продолжились, а Вэй Ину показалось, словно прошла целая вечность в этот момент. Уткнувшись в подушку, Усянь стонал, сжимая руками шёлковую простынь. Ван Цзы вылизывал его, ласкал своим языком. Невероятное просто чувство. Чуть шершавый язык легко проникал в растянутое от пальцев отверстие, Лань Чжань смягчал напряжение проталкивая его глубже, вылизывая скрупулёзно каждую стеночку, сжимая чужие ягодицы, оставляя красные следы на чувствительной коже. — Ахх. Лань Чжань, — не выдержал Усянь. — Хочу тебя всего, хочу тебя в себе, пожалуйста… Пожалуйста.       ㅤВэй Усянь буквально растекался по кровати, раздвигая ноги всё шире, наслаждаясь беспрестанными ласками. Ван Цзы удерживал чужие бёдра. Чем крепче становилась его хватка, тем твёрже становился член Усяня, который изо всех сил старался не касаться его, чтобы снова не кончить слишком быстро. Он тяжело дышал, сорванные стоны вырывались у него из груди. — Лань Чжань… Лань Чжань… Ван Цзы-ы-ы, — растянул он последние буквы, когда язык задел особо чувствительное место, а проворные пальцы коснулись напряжённых яичек. Казалось, время снова переменило свой ход. Всё это было невозможно. Усяню чудилось, он бы и получаса не выдержал, так сильно он был возбуждён. А что касалось его мужа, он и вовсе не имел представление, только был уверен что у того стоит, несомненно стоит. Всё это время он терялся в удовольствии, хотел, чтобы его супруг никогда не отстранялся, так прекрасны были его ласки языком, такие нежные и чувствительные, они разжигали страсть во всем его теле. Лань Чжань отстранился спустя время и весьма неохотно. ㅤУсянь бросил на него короткий взгляд из-под ресниц, испуская стон разочарования. Его супруг нашёл баночку с маслом, о которой они забыли на какое-то время, вылил себе на руку из бутылька, размазывая по большим ладоням, что смотрелись так эстетично. Вэй Ин почувствовал, как сначала один палец скользнул в него, начиная исследовать «территорию», ощупывать мягкие стенки, что сейчас были расслаблены. Не прошло много времени, как добавился второй. Лань Чжань разводил их на манере ножниц, растягивал стенки его ануса, целовал легко вдоль позвоночника, посылая мурашки по всему телу. Вэй Ин отвлёкся, расслабился и снова застонал, подаваясь назад, больше насаживаясь на находящиеся внутри пальцы. Лань Чжань быстро добавил третий, начиная двигать ими быстрее, опускать руку глубже, задевая чувствительный комок нервов. Усянь стонал, изворачивался, срывался на крик, пока Лань Чжань продолжал свои манипуляции. И где он только этому научился? — Хорошо, — кивнул он сам себе. — Ты готов? — пальцы покинули Усяня слишком неожиданно, он почувствовал некую пустоту, своего рода разочарование. Но, впрочем, ему не о чем было переживать. То, что испытывал несколько минут назад, трудно было назвать разочарованием. — Вэй Ин… — Сейчас, сделай это, возьми меня… пожалуйста…        ㅤЛань Чжань склонился ниже к Вэй Усяню, поцеловал того в загривок, очертив руками фигуру своего любимого. Сейчас Усянь ощущал себя, как рыба в воде, которую лишили всякого воздуха. Исподтишка он наблюдал за своим любимым, тот божественно взял в свои руки баночку с маслом, снова немного вылил себе на руки и сам процесс растирания по члену выглядел так развратно, так непристойно. У Вэй Ина перехватило дыхание. Лань Ван Цзы смазывал свой член дрожащими руками, и зрелище это завораживало. Вэй Усянь отчасти отчаянно хотел ощутить этот член во рту, но гораздо больше он хотел ощутить его в себе, так что развёл ноги, чувствуя себя бесконечно распутным, пылая от смущения. Лань Чжань посмотрел на него, и Вэй Усяню показалось, будто взгляд этот, тяжёлый, пригвоздил его к кровати, повелевал им, приказывал, заставлял подчиняться ему. ㅤКакой же властный супруг ему достался. ㅤㅤСледующий момент не требовал никаких слов. Лань Чжань подхватил Усяня под ягодицы, удобно устроив прямо перед собой, поправил одним движением под головой у него подушку, снова очертил влажными от масла ладонями любимое тело, слегка шлёпнул по ягодицы, заставив того вскрикнуть от неожиданности и опустил руки себе на член, проводя по нему ладонями. Тот уже изнывал от желания, болезненно подрагивая от каждого раза наплывающих новых ощущений и чувств. Ван Цзы потёрся всего лишь головой о сжатое колечко мышц, а потом ещё раз, выдохнул и толкнулся вперёд, войдя всего немного. В Усяне очутилась всего лишь головка, а ему уже не хватало воздуха. — Лань Чжань…– судорожно выдохнул он. Ван Цзы снова толкнулся, на этот раз продвигаясь ещё больше, заставляя сдавленное колечко мышц растянуться под его размеры. Вэй Ин закричал, в глазах скопились капельки слёз, это было неожиданно, приятно и больно, тело наполнялось истомой. — Продолжай, — попросил он. — Пожалуйста, продолжай, — закусывая губу, попросил Усянь. Ван Цзы послушался, наклоняясь вперёд и тем самым входя до самого основания. Губы супруга коснулись сначала щеки, а потом и уголка глаз, собирая скопившуюся там влагу. — Расслабься, — как опытный попросил Лань Чжань. — Супруг мой, — прохрипел он. — Милый. Пожалуйста. Прошу...        ㅤВан Цзы прикрыл глаза, прислушиваясь к своим ощущениям. Он продолжал целовать своего милого, чувствуя, как тот подрагивает всем своим телом под ним. Определенно тот старался расслабиться, успокоиться и всё ещё не мог сосредоточиться, чтобы полностью отдаться ощущениям. Лань Чжань на пробу толкнулся в него снова, всего на мгновение покинул тело. Хотелось слышать, как любимый будет стонать под ним, как будет умолять его, просить. Когда не последовало никакой отрицательной реакции, лишь только тихий стон, что утонул в красной ткани подушки, Лань Чжань приподнялся, опуская руки на чужие бедра и снова двинулся, медленно наращивая темп. С каждым разом толчки становились быстрее, угол сместился, когда Ван Цзы приподнял свою ногу, проезжаясь при очередном точке прямо по простате Усяня. Немедленный громкий стон сорвался с приоткрытых уст. Так горячо, так страстно и так желанно Усянь себя ещё никогда не чувствовал. Ван Цзы, Лань Ван Цзы, входил в него в страстной агонии, вдалбливал в него свой член, загонял так, что кричать уже было нереально. Вэй Ин боялся опустить взгляд на свой собственный член. Внизу чувствовалось отчётливое напряжение, оно накопилось за всё прошедшее время и требовало немедленной разрядки. Долго он не продержится. — Я... скоро… не выдержу…– прошептал Лань Чжань, делая очередной толчок и задевая простату. Каким же он был метким, как ему нравились эти чувственные, громкие стоны его любимого. Они были самыми желанными. Ван Цзы стонал вместе с ним, создавая симфонию звуков, сочетающихся с гортанными рыками. — Всё в порядке, милый, просто трахай меня. Трахай так долго, как сможешь, мы повторим…– и эта фраза показалась Лань Чжань до того непристойной и такой сексуальной, что он напрочь обо всем забыл, кажется, ещё больше набирая скорость. Его член набух, растягивая внутри чувствительные стенки, и без того явно не ожидавшие такого напора. Да что уж говорить, Вэй Ин явно не ожидал такого напора. Он был, мягко говоря, в ахуе. ㅤОчередная фрикция, толчок — стон, толчок– громкий крик. Усянь всего на секунду задержал дыхание, когда его пригвоздили к кровати всем телом, вдалбливая в простыни, а после почувствовал горячее семя в себе. Оно растекалось медленно, заполняя его всего изнутри. Усянь кончил почти следом, простонав куда-то в подушку, сжимая руками простыни по бокам от себя. Всё тело дрожало от накатившего оргазма, узел внизу наконец ослаб, позволяя успокоиться и расслабиться.        — Я всё… — Лань Чжань отпустил его, заваливаясь рядом, тут же притягивая к себе Вэй Усяня. Тот мало хотел двигаться, поэтому позволил управлять собой снова. Влажное и вспотевшее тело прижали ближе, опустив на талию по-хозяйски ладонь, начиная ею медленно поглаживать от талии к плечу и обратно. Лань Ван Цзы был измотан не меньше самого Вэй Ина, кажется даже его голова шла кругом сейчас, а тело слушаться не хотело. Конечности онемели, долго находясь в одной позе, они требовали расслабиться, вытянуться, окунуться во что-то теплое или горячее. — Должны ли мы… — вдруг опомнился Лань Чжань, приподнимая свою голову. Вэй Ин лежал у него на плече, прикрыв глаза. Муж еле видимо помотал головой, глаза его были прикрыты, кажется, больше всего на свете он желал сейчас отдохнуть. Их вечер удался. ㅤㅤПослышался тихий смешок, что всего на секунду заставило Усяня приоткрыть глаза, а после он придвинулся ближе, обнимая мужа в ответ, и погружаясь в крепкий сон вместе с ним. Больше им двоим ничего не надо было. Ведь у них было все, что требовала душа. и самое главное... Любимый человек.