Летние деньки

Дача В отличие от Ен Нио и Мио, Сан Гуната его опекун, которого мальчик все же называет отцом, отвез на дачу. Ох, а ведь я, оказывается, еще не представляла вам этого опекуна? Его имя — Мид Токи, и он — врач-терапевт в частной клинике. Честно, никто не знает, как связаны эти двое, наверное, даже сам Токи не мог бы с уверенностью об этом заявить, но как-то так вышло, что он стал опекуном Гуната. Правда, этот врач-трудоголик еще ни разу не ощутил благодарности или радости от того, что взял к себе мальчика. Этот парень доставлял ему больше проблем, чем пользы, чего, собственно, и стоило бы ожидать, ведь он все еще был ребенком, но Мид Токи, видать, не понимал или не хотел этого понимать. Среди грозных елей и сосен, растущих в этой местности повсюду, жара ощущалась не так явственно, к тому же неподалеку тут раскинулось огромное озеро, образовавшееся из древнего ледника. Отец и сын приехали в небольшой, деревянный домишко в одинокой, почти заброшенной деревни в какой-то небольшой области, недалеко от столицы. Кроме них тут от силы проживало в летнее время еще три семьи и один мужичек, который всю свою жизнь жил в этой деревне. Участок около этого домика тоже был не особо большим и полным. Единственное, что на нем было — это два столба, на которые вешается гамак, а более: бани и огорода или хотя бы каких плодоносных кустов, деревьев, и в помине не было, как и интернета. Внутри, по разным углам единственной комнаты, называемой избой, стояли две кровати, посреди была печь, а вверху угла расположился красный угол, под которым на столе с кривой ножкой находился старый, квадратный телевизор. К еще большему сожалению подростка, этот ящик показывал только три программы — две новостные и один спортивный, так что развлечь себя его просмотром также не представлялось возможным. — Отец, я не хочу здесь быть, это ужасно! Здесь ничего нет! — Начал ныть Сан Гунат, практически сразу по приезде. Мид Токи проигнорировал его нытье, сказав, чтобы тот разбирал вещи, и сам принялся раскладывать привезенное. — Но я не хочу здесь оставаться. Чем я буду заниматься эти две недели? В этой чертовой деревне нет даже других детей! — Во-первых, другие дети здесь есть. — Не выдержал, в конце концов, отец. — Но они все младше меня. — Не мои проблемы. А во-вторых, если тебе уж так претит мысль о том, чтобы играть с маленькими детками в песочнице, то будешь ездить со мной на рыбалку и за грибами. Ну, или помогать соседям на грядках. — Это уж точно нет! Только не грядки. Я согласен на все, но не на грядки. Вечером, когда все вещи уже были разложены, отец и сын собрались и поехали на рыбалку. Неподалеку от деревни протекала причудливая речка, немного заросшая по бокам. Среди зарослей камышей, тростника и рогоза пели свою песню лягушки и жабки, с места на место перелетали маленькие вертолеты — стрекозы, а на усевшихся около перил на деревянном мосту через речку рыбаков объявили свою охоту комары. За первые минуты после выхода из машины Сан Гунат уже успел убить около пятидесяти кровососов, а на Мид Токи насекомые даже не смотрели. Видимо, даже они ощущали противное нутро этого врача. Пока отец раскладывал снасти и собирал удочки, он попросил сына нанизать на крючок свежевыкопанного червя из зеленой коробочки. Мальчик кое-как взял в руки извивающегося червяка и изобразил на лице выражение истинного отвращения. Он попытался нанизать его на рыболовный крючок, но животное выскочило из его руки, вызвав у мальчика испуганный вскрик. Мид Токи раздраженно взглянул на смущенно поникшего сына, а потом на уползшего от них червя и тяжело вздохнул. — Прости. — Виновато произнес Сан Гунат, сгибая пальцы, отчего те хрустели. — Да черт с тобой. — Махнул на него рукой отец. — Сам все сделаю. Просто ничего не трогай. Через какое-то время, пока Сан Гунат скучающе ковырял в носу и обгрызал ногти на руках, Мид Токи наконец закончил и выдал одну из удочек сыну. — Смотри, вот так ее берешь и забрасываешь. Потом ждешь, пока леска не начнет натягиваться. Понял? — Объяснял мальчику отец, наглядно показав все на примере своей удочки. — Вроде понял. — Ответил все еще чувствовавший себя виноватым в недавнем инциденте с червем Сан Гунат. Они сидели довольно долгое время в тишине, выжидая, когда рыба наконец соизволит клюнуть. Но она, как на зло, все не шла и не шла. Подросток уже начал было зевать, когда леска начала быстро и резво натягиваться. — Отец! — От неожиданности взвизгнул мальчик. Пока удочку все тянуло и тянуло в воду. — Держи ее! — Сказал ему отец, открывая ведро для рыбы. — Быстрее, она вырывается! — Кричал Сан Гунат, и из его руки выскользнула удочка. Мид Токи пытался в последний момент поймать ее, но не успел, и его рука прошла в сантиметре от рыболовной снасти. — Черт возьми! — В сердцах произнес врач, грозно стукнув кулаком по деревяшке моста, отчего его сын невольно вздрогнул. — Прости меня за удочку… Я не знал, что она так будет вырываться. — Извинялся Сан Гунат, виновато поникнув. — Да черт с ней, с удочкой! Такую рыбу огромную упустили, тьфу ты! — Ответил ему Мид Токи. Гунат удивленно взглянул на отца непонимающим взглядом. Он думал, что его разозлила неуклюжесть сына, который сначала не смог нанизать червя на крючок, а теперь еще и удочку профукал. — Я думал, что ты злишься на меня… — Честно признался мальчик, не отрывая взгляда от отца. Мид Токи с грустью посмотрел на него в ответ и застыл с печальным видом. — Прости меня. — Вдруг произнес он, положив руку на плечо сына. — Я был плохим отцом для тебя. — Что? — Оцепенел Сан Гунат. — Что ты? Нет, это не так. — Если бы это не было так, ты бы не стал лазить постоянно по заброшкам, не сдружился бы тогда, два года назад, с плохой компанией. Стал бы ты курить и пить от меня тайком, будь я хорошим отцом? — Мид Токи убрал руку с плеча сына. — Пап… Это ты прости меня, что был плохим сыном. Я знаю, ты вовсе не хотел брать меня к себе, но просто не смог иначе, а я еще и только проблем тебе доставлял. Ты не должен извиняться. — Сан Гунат крепко обнял отца, прикрыв глаза. — Ты тоже не должен извиняться. — Мид Токи приобнял его в ответ. Они молчали так какое-то время, пока не стало медленно темнеть. — Может, домой? — Спросил с улыбкой отец. — Да, давай. — С той же улыбкой отвечал ему сын. Они быстро собрали снасти и вернулись обратно в дачный домишко.