Отпуск

      Камень пролетел с десяток метров и упал, а Юго зло фыркнул.       «Проклятье. Ненавижу».       Что ненавидит, сказать было сложно. Всё разом, пожалуй.       Что до сих пор ничего не понятно, что делать с элиатропами.       Что он выглядит огрестовым ребёнком.       Что просто не может заткнуть свои эмоции внутрь.       Что в очередной раз поругались с Адамаем на пустом месте.       Что просто сбежал.       Юго резко выдохнул.       «Нет. Если б остался, ещё б больше дряни друг другу наговорили, — пронеслось у него в голове. — Проходили уже».       Однажды неделю после ругани не говорили. Пока элиатроп от злости не отошёл, чудесное казалось времечко… Просто превосходное! А потом слишком пусто стало.       Сейчас «пусто» ещё не было. Юго раздражённо пнул очередной валун покрупнее. Удар болью отозвался в ноге, и элиатроп поморщился. Тц, неприятно…       Но выход есть.       По крайней мере, сейчас уже мысли в голове более-менее вменяемые появились. В первый час он просто орал и крушил практически всё, до чего дотягивался.       Забавно. Ярость драконам ведь приписывают. Юго считали в паре более спокойным. А вот Ад утверждал, что наоборот.       Ах, господин «да у меня физиономия кирпичом с пелёнок»!!!       И ведь когда-то вместе спокойно играли, веселились, и плевать на всё… Юго опустил руки, тяжело дыша. Сбитые о кору деревьев костяшки болели. И это он ещё после того, как одно дерево вовсе сломал, перестал со всей дури бить…       «Да гори оно всё чёрным огнём».       Безадресная ругань помогала успокоиться.       Что забавно. Близнеца и младших братьев элиатроп всё то время, пока буянил, ни разу ни вслух, ни в мыслях не приложил непосредственно.       «Лицемер недоделаный, что хочет сделать вид, будто в ярости эмоции выплёскивает, но куда больше их контролирует, — желчно подумал Юго. — Как точно выразился Ад. Огрестов эгоист».       Проклятье.       Чтоб всё.       Просто в бездну!!!       Аргх… Элиатроп с силой дёрнул шапку.       Со скоростью сонной черепахи, но до него начинало доходить, когда они с Адамаем разругались. Вернее, перед кем. И как Юго всё «изящно» закончил.       Блеск, ну просто класс!!!       И последнюю фразу, брошенную близнецу, он повторить в мыслях так и не смог. Только в памяти будто застывшей картиной осталось, как от неё лицо Ада переменилось.       Ладно… Элиатроп несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул.       Не помогло. Крушить всё вокруг до боли в руках и ногах хотелось по-прежнему.       Значит, придётся ещё… Адамай отходил медленнее, и «полностью» успокоившимся к нему возвращаться не стоит: слишком быстро растворится мнимый покой. Как бы по второму кругу не началось… Но и совсем на взводе идти нельзя.       Мрачно смотря в никуда, Юго в очередной раз врезал кулаком по шершавой коре.       На руках уже оставалась кровь, но было плевать.              Портал освежил и помог ещё немного вернуть ясность мыслей. Злость — у которой будто были вообще причины, ха… — пока не вполне утихла, но и этого было достаточно.       Свет в домике не горел. Но Юго понял, что ещё никто не спит. С трудом заставив себя открыть дверь, он тихо зашёл внутрь. Адамай, сидящий перед кроватью младших братьев, обернулся.       — А… Явился не запылился. Всего-то несколько часов прошло! — зло прошипел он, но следом выдохнул, будто пытаясь успокоиться, и махнул рукой. — Подходи, пока за шкирку не притащил… Мелкие, успокойтесь уже. Вот он, бедовый…       Младшие братья заворочались, и элиатроп, вздрогнув, понял, что плакали они если не всё время после ссоры, то точно большую часть. И сейчас держались в сознании на чистом упрямстве.       — Эм, Чиби, Гругал… — нерешительно начал Юго, не зная, что именно сказать. Все остатки раздражения растворились, оставив лишь жгучий стыд. Надолго ли? Скоро узнает… — Простите, что так резко ушёл. И что при вас ругаться начали…       — М, Юго… — Чиби нашарил в темноте руку старшего брата и крепко стиснул, но через мгновение разжал, будто уже не мог удержать. — Ты только не уходи больше… И с Адом… И с Адом вы не ругайтесь… Когда близкие ругаются — плохо…       — Ага… — сонно добавил Гругал. Несколько минут Юго лишь смотрел на них, стиснув зубы, пока не понял, что те и правда уснули.       «Пойдём отсюда, — раздался в голове усталый голос Ада. — Если уж дальше ругаться, то хоть не при них. И так праздничек десять из десяти выдался».       Элиатроп с усилием кивнул, и близнецы вышли наружу. Молча закрыли за собой дверь, молча дошли до ставшего привычным уже дерева. Молча сели рядом друг с другом.       — Ад…       — Я «Ад» уже девятнадцать лет, Юго. Из них семь знаком с тобой.       Элиатроп скрипнул зубами… но на большее запала уже не хватило.       Да и…       — Сколько уже можно нам с тобой ругаться? И в очередной раз на пустом месте ведь начали… — Элиатроп зарылся руками в волосы. — Прости. Ты был прав, не стоило мне идти. Только Чиби и Гругалу день испортил.       — Надо же, дошло… — саркастично заметил Адамай, но тоже уже без огонька. Будто по инерции. — Зачем ты вообще с нами попёрся?       Издёвки в вопросе не было. Праздного любопытства — тем более. Просто усталое желание узнать ответ.       И тихий шелест волн о берег вот-вот убаюкает.       — Не поверишь. Не хотел их расстраивать… Сам помнишь, как они нас вечно куда-то вытащить пытались, — Юго прикрыл глаза. — Они точно спокойно повеселиться не могли б, останься я, да и ты тоже не особо довольным бы был… Да и если б ты остался, ровно то же самое было б. Я думал, что смогу эмоции сдержать.       — Ты-то, который даты чуть ли не всех праздников наперечёт знаешь и каждый раз чуть ли дымом не исходится?.. — обречённо спросил близнец.       Юго промолчал.       Понадеялся на свои силы. А вышло вот так.       — Хотя я тоже хорош… Знал, что ты на взводе будешь, а сам огрызался не хуже… Я только сейчас понял, что несколько раз сам твой энтузиазм проклюнувшийся втаптывал.       — Ничего, — через силу ответил Юго. — Я не в обиде. Знаю же, какой ты…       — Такой, что себя везде всегда правым считает! — неожиданно зло фыркнул Адамай. — Эй, не подскакивай… Не тебе же одному правоту близнеца признавать… Ты тоже был кое в чём прав. Наверное, у каждого из нас были моменты, когда стоило б просто заткнуться…       — Ещё бы было это так просто… Упрямые же, можем и не смолчать.       — Вот только почему-то уже который год молчим насчёт… А, забей, — махнул рукой дракон. — Я опять начинаю.       — Забили уже… — тихо сказал Юго, напоминая о недавних событиях. Адамай ответил не сразу.       — Юго… Можешь меня лицемером назвать, но не надо. Хватило мне ругаться с тобой на сегодня…       — Мне тоже.       Элиатроп нащупал руку близнеца и осторожно переплёл пальцы. Адамай чуть сжал. Значит, хоть не так уже злится…       На ночном небе сияли , постепенно уходя, звёзды, и холодный свет немного успокаивал. Как мало порой надо.       — Ты б хоть знал, как я их успокоить пытался… — вздохнул белый дракон. — Сам орать хочу, разнести всё вокруг, а у них вот-вот нервный срыв случится… Проклятье, устроили им отдых… Лучше б Альберта с ними всё же в отпуск отправили.       Сказать ничего не получилось. Только лишь кивнуть.       — Мало… Мало того, что поругались при них… Так ещё и я потом сбежал…       — Да там я бы куда-нибудь делся через мгновение, ты только чудом раньше успел… А там… не бросать же мелких было…       Юго сглотнул.       — Прости, что их на тебя оставил… И… насчёт демонов — тоже.       — Да ерунда…       Вот только не было ерундой.       После одержимости он шушу боялся и ненавидел. Его только незадолго до дня рождения отпустило… Керошо позволил страх одолеть… Вот только после его смерти всё равно вернулись и остались злость и раздражение.       И Юго про это прекрасно знал.       — И всё-таки прости. Не понимаю, что на меня нашло… Ад, куда бы я тебя ни посылал, ты всё равно мой брат. Самый близкий, кто у меня есть. Не знаю, сможем ли больше не ругаться, но… — он сжал его руку чуть сильнее. — Давай попытаемся? Хотя бы прислушиваться друг к другу… Или чтобы хоть других не задевало…       — Обещаю, что постараюсь чаще идти навстречу. И поменьше давить, когда оба на нервах, — тихо ответил Адамай.       — Обещаю, что постараюсь быть поспокойнее в целом. И решительнее, когда это надо.       Близнецы слабо улыбнулись, а затем стукнулись кулаками.       Над морем, окрашивая его в оранжево-жёлтый, медленно занималась заря.              — Ну как, Чиби, Гругал, вам отдых? Юго и Адамай хорошо себя вели?       — Пап, они в первую неделю поругались! — без малейших угрызений сдал их Гругал. — Хотя помирились потом… А так отдых хороший вышел, правда. Сколько спанч мобов погонял… — мечтательно протянул дракончик, а вот Альберт перевёл взгляд на старших сыновей.       — Оба повели себя раз как придурки, а я так — вдвойне, — поморщился Юго, не видя смысла скрывать. — Мы через несколько часов уже разобрались, правда. Да и… Прав ты был, нам отдых нужен оказался.       Пусть элиатроп по-прежнему не знал, что на него порой находит… Да и радости рутина дома не вызывала… Такого же чувства обречённости, как раньше, в нём не было. По крайней мере, пока.       — Всё правда хорошо в итоге вышло, пап, — подал голос Чиби и неловко улыбнулся. — Юго, Ади, давайте в следующем году снова куда-нибудь съездим! Или на Вождество!       Белый дракон погладил маленького элиатропа по шапке.       — И как мы у тебя ещё охоту не отбили-то, а?.. — чуть хрипло рассмеялся он. — Если отпустят нас — хорошо.       Уголки губ чуть приподнялись.       В груди у Юго разлилось тепло, и он тайком переглянулся с братом.       «Пусть мы всё-таки сдержим слово», — про себя понадеялся он.