ВНЕЗАПНЫЙ РАЗУМ

      Я шел мимо отдыхающих животных, стараясь не тревожить их покой. Мой взгляд скользил по выжженному краю леса, пока я не почувствовал рывок. Кто-то цепко обхватил мою правую ногу у самой стопы, а за штанину сзади потянули с настойчивостью ребенка.       Замерев, я обернулся. Это была та самая рысь, которую я исцелил первой. Она смотрела на меня снизу вверх, не выпуская штанину из зубов. Как только наши взгляды встретились, она тут же отпустила ткань и села, не сводя с меня пристальных глаз. — Что случилось? — спросил я вслух, присаживаясь перед ней. — Тебе всё ещё больно? Я что-то пропустил?       Рысь молчала, лишь смотрела, заглядывая мне… в самую душу. Я подождал секунду и решил, что она просто хочет внимания, но стоило мне подняться, как зверь оскалился. Короткий, предупреждающий рык, и она снова вплотную прижалась ко мне, демонстративно наступив лапой на мою ступню.       Я вновь замер, пораженный. В её глазах, больших и блестящих, начали скапливаться слезы. Они медленно катились по меху, оставляя на морде темные дорожки. — Да ладно тебе… пожалуйста, не надо… — прошептал я. Вид плачущего зверя вызвал во мне волну необъяснимой нежности. — Пообщайся с ней, Виталий, — я почувствовал легкое касание руки к плечу и мягкий мысленный импульс Витаи. — Она так сильно этого хочет, что её сердце едва выдерживает. Просто побудь с ней немного.       Я оглянулся и заметил, как Витая улыбнулась и потом пошла к реке, оставляя нас наедине. — Ну ладно, пушистая ты моя, и зачем же я тебе понадобился? — я снова помыслил прямо в её сознание.       Рысь напряглась всем телом. Казалось, она собиралась прыгнуть, но вместо этого я услышал «голос». Он не был похож на человеческий — это была серия образов, перемежающихся с титаническим усилием, словно она продиралась сквозь толщу камня. — Научи… — донеслось до меня. — Я слышала… те, кто был до тебя… говорили с нами. Все говорили. Научи нас… говорить с вами. Научи…       После этого ментального крика рысь зашаталась. Её дыхание стало хриплым и частым, она едва держалась на лапах, отдав все силы этим коротким словам. — Всё-всё, успокойся. Я услышал тебя, — я осторожно положил руку ей на спину, чувствуя, как дрожит её тело. — Отдыхай. Я понял.       Я уселся на траву, и рысь, доверчиво, положив голову мне на колени, мгновенно провалилась в глубокий сон. Я смотрел на неё и понимал: мы пришли сюда не просто восстанавливать лес. Мы пришли вернуть здешним малым народам былую речь.       Спустя время рысь открыла глаза. Голубоватый блеск её зрачков стал чище, осознаннее. — Значит, ты хочешь, чтобы я научил общению всю твою стаю? — спокойно помыслил я. — Что ж, тогда давай начнем сначала с тобой.       Я обхватил её голову ладонями, заставляя смотреть прямо на меня. — Не бойся. Просто смотри в мои глаза. Скоро ты всё поймешь.       Мир вокруг начал меркнуть. Очертания берега, шум воды и запах гари исчезли, сменившись бесконечной, бархатистой тёмной пустотой. Я постепенно перестал чувствовать свое тело — теперь я был лишь сгустком света в центре этого пространства темноты.       Где-то вдали вспыхнула золотистая точка. Она приближалась, пульсируя радужными оттенками, пока не превратилась в большой, мерцающий шар. То была истинная сущность рыси, с какой я активировал зрительный контакт. — Приветствую тебя, — мои мысли разошлись серебристыми волнами, проходя сквозь светящуюся сферу. — Здесь нам будет легче говорить.       В ответ от шара потянулись тонкие, разноцветные лучи. Когда они коснулись моих «рук», на меня обрушился океан её чувств: яростный азарт охоты, нежность к котятам, страх перед огнем и безграничная, чистая преданность, которую могут испытывать только животные.       Я ответил ей образом встречи с ней самой — радостью от того, что она жива. В этот момент я каким-то образом узнал её имя — Арра. — Ты понимаешь меня… — её мысли здесь звучали чисто. — Но где были те, другие? Старшие… Они ушли? Почему они покинули нас, когда мы звали?       В её вопросах была такая глубокая тоска, что у меня защемило в груди. — Те, кто был раньше, они… они ушли навсегда, Арра. Причин их ухода я не знаю. Но старшие не забыли о вас. Они оставили зов, и мы его услышали. Мы пришли, чтобы сменить их. Мы останемся с вами, в ваших лесах.       При этих моих мыслях-словах сфера Арры задрожала от удивления и робкой надежды.       Но внезапно я заметил, что мы больше были не одни.       Тьма вокруг постепенно начала заполняться десятками других светящихся точек.       Я догадался. Возможно это была та самая стая. Все животные, что были у реки, теперь наверняка присутствовали здесь своими душами. Они окружали меня, осторожно касаясь своими лучиками моего светящегося тела.       Это было невероятно, чувствовать эмоции, мысли, состояния каждой светящейся сути живого существа. Я «купался» в эмоциях и чувствах душ зверей, словно в океане, но при этом мое ментальное состояние не перегружалось, а обрабатывало все получаемые «данные» словно процессор, работающий на запредельной мощности в режиме одновременной обработки множества задач.       Я сразу воспринимал десятки вопросов и, к своему удивлению, мог отвечать каждому в ту же секунду. Вёл беседу одновременно со всеми сущностями, присутствовавшими в данном «зрительном контакте». Объяснял им, кто мы такие, обещал защиту и чувствовал, как страх в них сменяется доверием.       Позже, по прошествии некоторого времени, постепенно, один за другим, сгустки света начали гаснуть. Животные покидали зрительный контакт, разрывали свои «связи» со мной и возвращались сущностями в свои физические тела.       Когда погас последний лучик Арры, я понял, что и мне пора возвращаться в реальность Хааты.