ВНЕЗАПНЫЙ РАЗУМ

      Когда Витая остановилась перед дверью, ничем не отличавшейся от тех, что мы уже видели, я еще раз внимательно осмотрелся. Теперь на двери появилась едва заметная резьба — причудливые узоры, напоминающие волны и переплетения ветвей. Я сразу узнал этот орнамент: такие же украшения были на дверях в Атлантиде.       Деревянная дверь с простой, но аккуратно изготовленной ручкой выглядела настолько привычно, что на мгновение я даже забыл, что нахожусь внутри живого космического корабля. Казалось, сейчас мы войдем в обычный атлантийский домик, затерянный где-то в лесах планеты Атлантида, созданной атлантийской детворой. Сходство усиливала и каменная кладка, которой Айя декорировала часть коридора перед дверью.       Я невольно улыбнулся. Претоселен прекрасно понимал толк в уюте и, похоже, помнил, как выглядят человеческие жилища. Она воссоздала этот уголок специально для нас, чтобы мы чувствовали себя как дома.       Витая не стала церемониться. Она легонько, но настойчиво постучала костяшками пальцев по дереву, а затем, не дожидаясь ответа, приоткрыла дверь и заглянула внутрь.       Это было помещение, очень напоминающее гостиную в атлантийском доме. Стены, сложенные из матового материала, отдалённо напоминавшего камень, перемежались с обработанными деревянными брусьями. В углу стояли два деревянных кресла с высокими резными спинками, обитые тканью сине-фиолетовых оттенков — тех самых цветов, какие предпочитали атлантийцы. Между ними расположился низкий столик, на котором лежала раскрытая книга с атлантийскими письменами. «Айя воссоздала даже такие детали…?» — подумал я с восхищением. — Подъем, сони! — весело провозгласила она. — Мы уже на месте, а вы всё ещё досматриваете свои видения.       Я заглянул через её плечо.       Две кровати, застеленные чем-то, напоминающим лёгкое, почти невесомое покрывало, стояли рядом. На одной, свернувшись калачиком, спала Мия, на другой, раскинувшись и уткнувшись лицом в подушку, — Ленара. — Эй, просыпайтесь! — звонко крикнула Витая ещё раз, теперь подскочив к лежанке, и потрясла Мию за плечо. — Мы уже прилетели! — М-м-м?.. — промычала Мия, приоткрывая один глаз. Увидев нас с Витаей, она сладко потянулась и села на кровати. — Уже прилетели? Как быстро… Я будто только на миг глаза закрыла. — Никакой это не миг, — со знанием дела заявила Витая. — Вы проспали всю самую красоту! Пока вы тут спали, Айя такие туманности снаружи показывала, просто дух захватывает!       Ленара, услышав голоса, зашевелилась. Она тоже села на кровати, сонно протирая глаза и с удивлением оглядываясь по сторонам. Было видно, что она на мгновение забыла, где находится, и теперь воспоминания стремительно возвращаются к ней. — Неужели и правда проспала всё? — пробормотала она с ноткой сожаления. — Но вибрации, которые создавала Айя… они были такими убаюкивающими. Я даже не заметила, как заснула. — Ничего страшного, — успокоил я её, опираясь плечом о дверной косяк. — У тебя еще будет множество возможностей полюбоваться космосом. А сейчас нас ждет кое-что не менее интересное. Мы ведь на планете претоселенов.       Девушка огляделась по сторонам и её глаза расширились от удивления. — Где… где мы? Это не моя комната, — произнесла она, всё ещё не до конца проснувшись. — И это не та комната, что была раньше… — А это Айя постаралась, — пояснила Витая, обводя рукой пространство. — Она создала для нас копии домов, чтобы нам было удобно. Помнишь, Ленара, я рассказывала, как это было в прошлый раз, когда мы путешествовали с Виталием? Айя умеет создавать внутри себя целые миры — с мебелью, стенами и даже мелочи не забывает. — Не миры, Витая, — мягко поправила Айя девушку. — Всего лишь комфортные условия для тех, кого я перемещаю, — раздался в наших головах размеренный «голос» Айи. — Я не могу создать живой мир, лишь его подобие из ваших мыслей о нем. — Всё равно это потрясающе… — прошептала Ленара, проведя рукой по покрывалу и коснувшись стены. — Она… она настоящая? Каменная? — Стена лишь выглядит так, будто она каменная, но на самом деле это часть моего тела, — пояснила Айя. — Я могу придавать своему телу любую форму, цвет и твёрдость, какую пожелаю. Внутри я такая же, как и снаружи — живая.       Ленара вздрогнула и убрала руку, словно обожглась, а затем смущённо улыбнулась. — Прости, Айя, я не хотела… — Всё в порядке, Ленара, — спокойно ответил претоселен. — Я не ощущаю боли от прикосновений, если, конечно, сама этого не захочу. Ты можешь касаться любых поверхностей внутри меня без опаски.       Затем девушки быстро привели себя в порядок, умывшись в соседней комнате. Я слышал оттуда плеск воды, но почему-то был на сто процентов уверен, что там уж точно не было раковины и водопровода. Как именно Айя предоставила воду девушкам я и понятия не имел, не воссоздала же она в комнате… реку. Но узнать так и не решился. Этот вопрос для меня остался тайной.       Через несколько минут мы уже вышли из «атлантийского дома» и направились к выходу.       Витая шла впереди, а Мия и Ленара следовали за ней, перешёптываясь и иногда тихо посмеиваясь. Я замыкал шествие, наслаждаясь моментом и чувствуя, как внутри меня нарастает предвкушение скорой встречи с Одеей. Хотя кустик, к которому мы направлялись, не был той самой Одеей, что росла когда-то на Новой Атлантиде — та, увы, была удалена мной же, чтобы спасти планету от гибрида. Но я знал, что все кустики Одеи имеют единое сознание, одну личность, и где-то тут, на родной планете претоселенов, меня ждала та же самая Одея, которую я знал и любил, которая помнила меня и все наши приключения, и которая… надеюсь, не слишком обижалась на меня за то, что пришлось сделать. — Виталий, ты чего загрустил? — вдруг спросила Витая, обернувшись и заглянув мне в лицо. — Мы же скоро увидим Одею! Радоваться надо! — Я и радуюсь, — улыбнулся я в ответ. — Просто задумался немного. — О чём? — не отставала любопытная атлантийка. — О том, что некоторые встречи могут быть… не такими, как мы их себе представляем, — уклончиво ответил я, не желая нагнетать тревогу. В конце концов, Витая была права: нужно радоваться, а не предаваться мрачным мыслям.       Наконец, мы добрались до выхода. Я узнал это место — такой же проход в корпусе, какой Айя создавала и раньше, когда мы покидали её пределы. Только теперь он выглядел иначе: вместо привычного небольшого проема, ведущего наружу, перед нами распахнулся широкий проход, размером почти с ворота, за которыми открывался вид на зелёно-жёлтое небо и синюю листву. В этот раз претоселен видимо специально создал весьма широкий проем, чтобы мы смогли вдоволь налюбоваться открывшимися перед всеми нами пейзажами планеты претоселенов.       Витая, не колеблясь ни мгновения, шагнула вперёд первой, начав спуск по ступеням, и я услышал её восхищённый вздох. Следом пошли Мия и Ленара, а затем двинулся я.       Планета встретила нас тишиной, мягкой, живой, наполненной едва уловимыми шорохами и шелестом листвы растений. Я вдохнул полной грудью и ощутил, как воздух — чуть плотнее земного, с каким-то сладковатым привкусом — наполнил мои лёгкие.       Небо здесь действительно было жёлтым, с явным зеленоватым оттенком, и по нему медленно плыли такие же зелёные облака. Два источника света — два солнца, как я понял — висели невысоко, почти у самого горизонта, отчего их лучи казались особенно тёплыми и рассеянными. Свет, падавший на землю, окрашивал всё вокруг в необычные, сказочные тона, и самым поразительным была листва местных растений: она переливалась всеми оттенками синего — от нежно-голубых до насыщенных, почти фиолетовых.       Под ногами у нас росла мягкая трава — тоже синеватая, но с каким-то сероватым отливом. Деревья, окружавшие поляну, на которой мы оказались, имели прямые и высокие центральные стволы, но вот их ветви изгибались причудливыми дугами, даже местами свисая до земли, едва её касаясь, и на них росли синие листья, где-то крупные, где-то помельче. — Невероятно… — прошептала Ленара, оглядываясь по сторонам. — Никогда не видела ничего подобного. Это так красиво… — Да, здесь красиво, — согласилась Мия, уже знакомая с этой планетой. — Но самое интересное ещё впереди. — А где другие претоселены, ведь не все же они разом покинули планету? — спросил я у Айи, которая, как я чувствовал, находилась рядом, хотя сейчас она вновь была в своем основном теле огромного биокосмолета, возвышавшегося за нашими спинами. — Ты говорила, что здесь собираются претоселены. — Они уже скоро появятся, — ответила Айя. — Многие почувствовали моё прибытие и теперь идут поприветствовать вас.       Я прищурился, всматриваясь в даль, и действительно заметил несколько движущихся фигур — они приближались к нам со стороны леса, то и дело мелькая между стволами синих деревьев. Но по мере того, как они подходили ближе, я с удивлением понял, что это… люди. По крайней мере, они выглядели как люди — мужчины и женщины, облачённые в одежды разных фасонов, от простых туник до длинных платьев. — Айя, они что… — начал я. — Они приняли человеческий облик, как и в прошлый раз, чтобы вам было удобнее общаться, — подтвердила мою догадку Айя. После ее слов моё волнение успокоилось.       Первым к нам вышел высокий мужчина с длинными русыми волосами, забранными в хвост. Его одежда напоминала скорее какой-то футуристический костюм, чем привычные наряды — облегающая туника тёмно-синего цвета и широкие штаны. У него было открытое, приветливое лицо и глаза необычного цвета — они отливали синевой, словно в них отражалась листва этих мест. — Витая! Мия! — воскликнул он, широко улыбаясь. — Как я рад вас видеть! — его взгляд скользнул по мне, и в глазах вспыхнуло легкое удивление. — И даже Виталий! И ты пришел! — Ага, пришел. Вот мы и встретились, снова, приветствую тебя, Норто. — радостно ответил я, протягивая руку для рукопожатия, но мужчина, вместо того чтобы пожать её, просто положил свою ладонь на мою и едва заметно кивнул. Я взглянул на его своеобразный жест приветствия и просто стал улыбаться. — Но я не один. Ту со мной еще кое-кто пришел… — он обернулся и жестом подозвал остальных.       После его слов ближе к нам подошли ещё несколько претоселенов в человеческом обличье: одна женщина — одна постарше, с длинными струящимися тёмными волосами, одетая в простое длинное платье, и другая, совсем юная девочка, на вид не старше пятнадцати лет, с короткой стрижкой, курносым носиком и веснушками на лице; а следом за ними — ещё двое мужчин, один из которых выглядел настоящим великаном, а другой — худощавым и подвижным, с живыми, постоянно бегающими глазами. — Это Ора, И Рея, — Норто указал на женщин. — Я догадываюсь, что ты их уже знаешь, Виталий.       Рея — тот самый юный претоселен, "рождение" которого я наблюдал своими собственными глазами, улыбнулась мне и помахала рукой. В её лазурных глазах, я узнал тот самый живой, искрящийся ум, который отличал её и раньше.       Улыбнувшись и помахав рукой в ответ Рее, затем я слегка кивнул Оре. — А это, — Норто указал на великана и его подвижного товарища, — Сенер и Тер. Они… ну, они ещё не совсем привыкли к человеческой форме, но стараются.       Великан (Сенер, как я понял) неуклюже поклонился, чуть не задев ветку ближайшего дерева, а Тер, наоборот, грациозно изогнулся в приветственном жесте, который выглядел почти танцевальным. — Рад с вами познакомиться, — сказал я, чувствуя себя немного неловко от такого внимания. — А это Ленара, — я подвинулся, пропуская вперёд девушку из народа Росов. — Она тоже захотела попасть к вам и познакомиться, и мы не смогли отказать ей.       Ленара, которая до этого момента стояла чуть позади и с любопытством разглядывала претоселенов, сделала шаг вперёд и слегка поклонилась. — Здравствуйте, — произнесла она несколько робко, но с достоинством. — Я рада познакомиться с вами. Айя много рассказывала о вашем народе. — Айя рассказывала и о тебе, — вдруг произнесла Ора, и в её голосе, хотя то был больше не голос, а скорее мысли, которые она передала всем нам одновременно, прозвучала доброжелательная нотка. — Ты из того мира, где люди живут в гармонии с природой, не так ли? Это… вдохновляет нас, хоть мы и не часто встречаем подобные цивилизации.       Ленара удивлённо вскинула брови — она явно не ожидала, что о ней уже что-то известно. — Я… да, — кивнула она. — Наш народ старается жить в согласии с Землёй и всеми существами, что её населяют. — Это похвально, — Ора мягко улыбнулась. — Многие расы, достигнув определённого уровня развития, начинали эксплуатировать свои планеты, а не заботиться о них. Вы же выбрали иной путь.       В этот момент я заметил, что Рея внимательно разглядывает Ленару — не с любопытством, а с каким-то особым интересом, словно пытаясь заглянуть в самую суть девушки. Ленара, почувствовав этот взгляд, слегка напряглась. — Не бойся, — мысленно произнесла Рея, и Ленара вздрогнула, потому что голос претоселена раздался прямо в её голове. — Я просто учусь различать оттенки человеческих сущностей. Вы все такие… разные. Даже те, кто внешне почти похож, как Мия и Витая, отличаются друг от друга совершенно. — Как ты… — Ленара не договорила, но я понял её смятение. — Это наша речь, — пояснила Айя, обращаясь к Ленаре. — Мы общаемся не звуками и не словами, а волнами, вибрациями. Мы создаём образы, превращаем их в волны, а затем отправляем их другим, кто так же, как и мы, способен их принять и перевести обратно в образы и ощущения. — Но я не… не чувствую никаких волн, — растерянно произнесла Ленара. — Ты не чувствуешь их в том виде, в каком их ощущаем мы, — поправила её Айя. — Но твой разум, твоё сознание способно их интерпретировать. Это происходит на уровне, который вы, люди, называете подсознанием. Именно поэтому ты вдруг понимаешь нашу мысль, хотя и не слышала ни слова. — А когда вы говорите на наших языках, — добавила Рея, — мы просто имитируем вашу речь, переводя образы в звуки. Это тоже требует усилий, но мы привыкли. — Но между собой вы так не делаете, верно? — спросил я, вспоминая свой первый опыт общения с Айей на её родном языке. — Вы общаетесь именно волнами, вибрациями, как ты и сказала. — Да, — подтвердила Айя. — Между собой мы используем образно-волновое общение. Это удобнее. быстрее, точнее и… глубже, чем простая речь со звуками. Мы передаём не только информацию, но и эмоции, ощущения, весь контекст. Так мы понимаем друг друга полностью, без искажений. — Потрясающе… — выдохнула Ленара, и в её глазах загорелся тот самый огонёк исследователя, который я уже видел в ней не раз. — А можно… можно мне тоже научиться так общаться? — Разум человека способен на многое, — ответила Ора, — но образно-волновое общение требует времени и особого состояния. Не каждый и не сразу может его освоить. Но если ты действительно хочешь… — Она хочет, — за всех троих (меня, Ленару и даже Айю) ответила Витая. — Ленара очень способная, она быстро учится. Я уверена, у неё получится! — Тогда, возможно, в следующий раз, — мягко сказал вслух Сенер, говоривший до этого "молча". Его прозвучавший голос был низким и густым, словно шум далёкого водопада. — К общению нашей речью с иными сущностями, нужно готовиться, так как это не всегда происходит легко и без дискомфорта.       После слов Сенера я вспомнил о том, что рассказывала мне Айя при первой нашей встрече, какая применением своей речи едва не лишила жизни существа расы морфов, и мне отказ претоселена был абсолютно ясен. Осторожность в данном моменте излишней совсем не была.