Стальные Рыцари Его Величества Грейна Первого

      Личная комната новоявленного кадета была небольшой, но чистой. Кровать, стол, стул, сундук для вещей, полка для книг, магический светильник, небольшое окно. Вот и вся обстановка. Одна из дверей вела в коридор. Вторая – в крохотную купальню.       «По крайней мере – не общая казарма.» — сохраняя позитив, оценил граф.       Наскоро вымывшись и переодевшись в предоставленную форму – прямые штаны, мундир с воротником стойкой и двумя рядами пуговиц, высокие начищенные сапоги, де-Лосарк запер комнатку на выданный магический ключ и поспешил на построение.       Поступивших торжественно поздравляли старшие чины школы, уверяя какая честь выпала будущим военным.       — Огромная радость и ответственность – оберегать королевскую семью и границы нашего королевства – достославной Данцинии – от врагов. Вы обязаны обучаться прилежно, служить верно и быть всегда готовыми отдать жизнь за Его Величество. – пафосно вещал Старший рыцарь де-Пров – глава Школы.       «Учитывая сколько «хорошего» мне сделала королевская семейка – на мою преданность они могут не рассчитывать!» — усмехнулся про себя де-Лосарк. – «Я готов оказаться к ним поближе. Но вовсе не для того, чтобы преданно служить.»       Мысли юного кадеты были полны крамолы. Его бесконечно утомляли ложь и бравурность речей высокого начальства. Так что он вздохнул с облегчением, когда построение закончилось. Кадеты направились на ужин – в общий зал трапезной.       Жан без труда отыскал сектор для первогодок. И… уже прикидывал, где бы разместиться, когда мимо него со свистом пролетел некто растрепанный и одетый в кадетскую форму, а затем врезался в стену. Незнакомец поднялся, ругаясь и покряхтывая.       — Коварная стерва! Ты еще за это ответишь. – прошипел «летун», потирая ушибленный бок.       — Не за что мне отвечать – ты первый начал. И не лезь ко мне больше! – объявил звонкий девичий голос – громкий и вполне приятный. Судя по всему, в полет собрата по учебе отправила именно она. И вполне заслуженно.       Жан обернулся, чтобы увидеть силачку. Ей оказалась девушка изрядной стати – рослая, русоволосая – с пшенично-золотыми густыми локонами до плеч, сейчас собранными в хвост. Ясные голубые глаза, крупные черты лица. Фигуристая – именно по женскому типу – узкие плечи, широкие бедра. Знак арчера на форме. Тоже первогодка.       «А она молодец! Надо запомнить.» — сделал мысленную отметку Жан.       Де-Лосарк устроился за дальним столом – подальше от прочих. К нему тотчас поспешили подсесть излишне расчетливые соученики, оценившие перспективы дружбы с самым сильным бойцом потока – «Ты такой одаренный! Отлично бился. Какая впечатляющая мощь. Я в восторге!» и прочее в том же духе – лицемерно, лживо, по-подхалимски. Искренности ни на медную монетку. Медоед, отлично чувствуя их намерения, не стал заводить пространных разговоров, ограничившись парой хмурых фраз – буквально процеженных сквозь зубы и сопровождавшихся мрачным тяжелым взглядом. От него быстро отстали, уловив намек, что идти на контакт воин не намерен.       Внимание де-Лосарка привлекла вторая и последняя девушка-первогодка. Танк, черепаха. Большие золотые глаза, рыжие кудряшки, миловидное округлое личико, веснушки, крохотный рост и субтильное, даже для женщины, телосложение. Весу явно в два с половиной раза меньше, чем в Жане, и едва ли достанет ему даже до середины груди. Но тоже кадет.       «Танк? Черепаха? Это же Витто де-Чару!» — осознал Жан. – «Я фехтовал с ним на первых турнирах. Так это ДЕВИЦА, а не юноша?»       В детстве еще был шанс спутать. Но не сейчас. Даже относительно свободная форма не скрывала особенностей телосложения. И это не говоря о явно не мужских чертах лица.       Девушки-аристократки обычно не участвовали в мужских состязаниях, соревнуясь между собой – на куда менее многолюдных и престижных турнирах. Девушки почти никогда не шли на военную службу и тренировать их как воительниц считалось неправильным и вульгарным. Чиновница? Да. Лекарка? Вполне возможно. Исследовательница? Допустимо. Магичка поддержки? Неплохо. Боевая магесса? С трудом, но приемлемо. Но точно не боец-мечник.       «Теперь понятно, куда делся с состязаний малыш Витто. Хитрая девочка сумела выступать под видом мальчишки. Но как только подросла это стало проблематично и пришлось уйти с мужских турниров. Хорошо хоть не случилось скандала. Смелый поступок! И ведь отлично выступал… выступала. Несмотря на субтильность – физические параметры выше моих. И для того, чтобы пройти жесткий отбор девушке явно надо быть намного сильнее конкурентов.» — осознал юноша, одобрительно глядя на юную Черепаху.       А вот среди Хиллеров девушек не наблюдалось. Все девять отобранных на экзамене кадетов оказались юношами. Именно Хиллерам, единственным из всех Рыцарей, требовалось иметь хороший запас маны. И магию Света. Их лечение и благословения основывались на Святых чарах, усиленных Стальными големами.       Первая трапеза на новом месте выдалась сытной, полезной, вполне съедобной и довольно-таки одинокой. Не считать же за общение беседы со всякими подхалимами? Жан ощутил, что отчаянно скучает по дяде Альберту и наставнику Кристофу. Он еще ни разу за десять лет не разлучался с ними так надолго.              — Так что в данный момент на континенте есть пять Школ Стальных големов. Самая лучшая – Стальные рыцари в нашей достославной Данцинии. – вещал наставник, — Кроме того – Стальные палладины в Святом Зельде – у них особенно много мощных Хиллеров и Святых арчеров – мастеров дальнего боя при помощи чар Света. Есть также Металлические берсерки в Хатлонии. Берсерки сочетают в себе свойства танка и ближнего дамагера. Крайне свирепы – тамошние големы крупнее наших. Следующие – Стальные Крылья Витрадии. Их големы меньше, легче и способны к полету. Последние – Стальные лучники Лестельи. Как ясно из названия – почти все их бойцы – арчеры. Именно наши Стальные големы самые разнообразные и гармонично сочетающие в себе оптимальный размер и функциональность. Никакие другие не сравнятся с ними.       — Святые отцы говорят, что Стальные палладины мощнее и быстрее, Кроме того – отменно колдуют, наставник. – осторожно сообщил один из хиллеров.       — Нет-нет, големы Данцинии явно лучше. – патриотично заверил Старший рыцарь, — У вас будет шанс убедиться в этом во время международных состязаний.       — Стальной турнир уже через полгода, учитель? – с интересом уточнил Жан.       — Да, совсем скоро. Вас ждет незабываемое зрелище – бои опытных рыцарей Данцинии против иноземных чемпионов. – кивнул наставник, — А теперь давайте повторим схему внутреннего устройства голема.       Класс погрузился в обучение. Откровенно говоря, о внутреннем устройстве Стальных големов было известно не так и много. Нынешнее поколение просто пользовалось дарами Древних, не особо понимая, как все работает. Так что даже Стальные рыцари изучали свои боевые машины в весьма общих чертах.       Единственные, кто знал немного больше, были фиксеры – ремонтники, занимающиеся починкой големов. Но и они работали в основном при помощи ремонтной магии, а не знания технологий.       «Мы используем такие продвинутые механизмы. А сами не способны с нуля изготовить ничего сложнее кареты!» — с толикой досады думал Жан. Но все равно с большим нетерпением ждал начала создания своего персонального голема.       Первые дни прошли в тренировках с мечами и изучении теории. Кроме того, большое внимание уделялось физической подготовке – бег, лазанье, полоса препятствий.       Полосу препятствий большинство курсантов не любило особо. Пробежаться, преодолеть забор из крупных бревен, пройтись по установленной на сваях досочке, миновать качающийся меж двух опор подвесной мост, воспользоваться канатом, чтобы перебраться через ров – ухватиться, оттолкнуться и перелететь на ту сторону. Забраться на деревянную башенку по то появляющимся, то исчезающим выступам. После – раскачивающиеся бочки – курсантам приходилось пробегать так, чтобы ни одна из них не успела коснуться и сбить с узкой тропки. За бочками – деревянные молоты. За молотами – деревянные «кочки» — постоянно норовящие уйти из-под ног вертикальные столбы, по которым предстояло прыгать, чтобы добраться до цели. Затем – карабканье по сети. Всего препятствий было несколько десятков.       Обычно, у большинства курсов, лучше всех справлялись дамагеры. Несколько хуже – арчеры. Танки шли третьими и замыкали список не особо развитые физически хиллеры.       Но только не среди этого набора курсантов. Арчер Юта де-Ройва – Высшая с даром Ястреба – та самая крупная русоволосая девица и арчер-Хорек Лука де-Кои – подвижный паренек с длинными белыми волосами – уверенно шли вровень с лидером – Жаном. Юта имела преимущество огромных силы и выносливости – она фактически не уставала. А Лука был на диво ловким.       «Придется постараться, чтобы не ударить в грязь лицом!» — думал граф де-Лосарк.              Пока Жан держался в стороне от прочих кадетов. Общался ровно, но не с кем не сближался. Впрочем, как и большинство других учеников. Пока аристократы осторожничали и присматривались, решая, с кем выгоднее иметь дело. Коалиции сформируются позднее, когда станет понятна расстановка сил. А де-Лосарк, чуждый подобной расчетливости, просто ещё не видел подходящих.       Впрочем, он не мог не заметить трёх парий — изгоев их небольшого общества. Ожидаемо в изоляции оказались девушки. Мужчины не желали видеть в своих рядах женщин и максимально осложняли пребывание в Школе для Ястреба и Черепахи.       Ещё одной нежеланной персоной был Гай де-Фиро — хиллер с Даром Кота. Длинные немного вьющиеся волосы — бело-золотые, словно свет, волосы до плеч. Тонкие черты бледного лица. Не слишком красив. Но определённо запоминающийся и колоритный. Острый подбородок, острые скулы, длинноватый нос, вдохновенный и немного насмешливый взгляд глубоко посаженных карих глаз. Изящный изгиб бледных губ. Подобные лица принято именовать «породистыми» и утонченными. Тонкие, чуткие руки с длинными пальцами. Высокий рост и хрупкое телосложение.       "С такого только портреты святых писать. Типичный священник." — решил про себя Жан.       Вопреки Высшему дару, Гай не пользовался популярностью. Причиной было то, что де-Фиро родился не в законном браке. Бастард. По крайней мере, так говорили соученики, бурно обсуждая происхождение Хиллера между занятиями и в трапезной.       У отца Гая имелись жена и двое законных отпрысков. А матерью Гая была простолюдинка. Пусть маркиз де-Фиро признал незаконнорождённого, тем самым сделав его знатным, отношение окружающих происхождение юноши портило изрядно.       — Отброс. Вышел из черни. Нам не ровня. Низкорожденный. Позор семьи... — шептались за спиной.       Гай держался особняком и делал вид, что не слышит оскорблений. Де-Лосарк мысленно восхищался его стойкостью и выдержкой. Не каждый бы так смог.       "И это они ещё не знают, что я вообще полностью простолюдин. Хотя меня за то, что я натворил будут не бранить, а сразу вздернут. " — невесело думал Жан.       Он не вмешивался, покуда о Гае лишь злословили за спиной. Но один раз окружающие решили перейти черту…       Это случилось в саду – вечером, после боевой тренировки. Жан устроился на траве, задумчиво жуя сочный зеленый стебель Златника полуденного. Горький привкус целебного растения помогал думать. Скан сообщил, что неподалеку – но вне пределов видимости — расположился Гай. Кот читал книгу в беседке. Де-Лосарк не хотел его тревожить. Но покидать уютное место было лень.       В этот момент на «сцене» появились новые действующие лица – по дорожке к беседке приближались трое. И настроены они были враждебно.       — Эй, бастард, ты полное ничтожество. Бегаешь плохо. Физической силы никакой. Да еще и уродился вне законного брака. Только позоришь де-Фиро одним фактом своего существования. Тебе лучше бы перестать быть. – именно с этими словами уединившегося с учебником Гая окружили курсанты второго года обучения.       — Я здесь просто читаю, господа. Оставьте меня в покое. – начал хиллер миролюбиво.       — Просто читаешь? – хмыкнул главарь бузотеров. Он вырвал книгу из рук Гая и отправил в кусты. Двое его подручных рывком подняли хиллера со скамьи. Главарь ударил жертву – сперва в челюсть, а потом в живот.       «Что за бесчинства? Трое боевых бьют лекаря! И ни одного учителя поблизости.» — пронеслось в голове Жана. Он подскочил и кинулся к беседке, особо не думая, точно ли справится.       Де-Лосарк обошелся без театрального появления и пафосных фраз. Ситуация и так была предельно ясна. Юноша просто ворвался в беседку, словно злой вихрь. Ему немало помог эффект неожиданности – напасть со спины не особо честно. Но и расклад трое на одного не самый справедливый. Важно было и то, что кадеты второго года сражались в основном в големах даже на тренировках. И порядком отвыкли от обычной рукопашной. Вскоре все трое улепетывали от разъяренного Медоеда.       — Живой? – уточнил Жан у Гая, помогая тому подняться.       — Эмм… Да. Спасибо. – из уголка рта хиллера текла кровь. Но держался он отлично.       — Ты ранен. – заметил дамагер с тревогой.       — Сейчас подлечусь. – заверил Гай. Его озарило золотистое сияние. Завершив само помощь, юноша коснулся плеча Жана. Сияние перешло на де-Лосарка, подарив приятное тепло. Один за другим пропали синяки и ссадины, полученные во время короткой потасовки.       — Спасибо. – поблагодарил Жан. — Напишешь жалобу на этих негодяев?       Гай отмахнулся: — Бесполезно. Учителя вмешиваются только в те конфликты, которыми стали свидетелями. А в остальном кадеты должны справляться сами.       Де-Лосарк вздохнул. Такая позиция казалась ему несправедливой. Он и Гай добрались до главного корпуса.       — Еще раз спасибо! – улыбнулся на прощание де-Фиро.       С того дня активно общаться юноши не начали, но вежливо здоровались и взаимно улыбались при встрече.                            — Сегодня важный день. Вы начнёте формирование личных големов. От того, насколько удачными они получатся и насколько велико будет ваше с ними сродство, будет зависеть ваша будущая карьера. — вещал Старший рыцарь Бертран де-Шаган. Он стал основным наставником группы.       — У меня будет самый лучший голем! — самоуверенно выкрикнул де-Урдо — деятельный рыжий.       — Не хвалитесь раньше времени. — осадил его учитель.       Вся группа спустилась в подвал. По пути они миновали как минимум пять постов охраны, множество тяжёлых рунических дверей. Учитель по пути отключал ловушки и силовые поля. Купели созидания, в которых формировались големы, были важнейшей ценностью — достоянием королевства. Купели берегли как зеницу ока.       И вот наконец отряд у цели. Полутемный зал — сухой и гулкий. Запах металла, светильники под высоким сводчатым потолком. Массивные колонны, и ниши, в которых ждали готовые големы. Жан едва не ахнул, увидев их впервые. По три метра высотой, блестящие полированной сталью. Они напоминали фигуры рыцарей в доспехах. Шлема, перчатки, яркие нагрудники...       — Невероятно! — выдохнул Жан восхищённо.       Ему было всё равно, что прочие кадеты старались сохранить лицо и не проявляли эмоций. Де-Лосарк был поражен совершенством металлических линий.       — Скоро и у вас будут такие. — усмехнулся де-Шаган, видя восторг новичка. Рыцарь и сам обожал големов. Так что вполне понимал и разделял чувства кадета. Увы – задерживаться и любоваться было некогда.       Впереди ждали сверкающие полусферы — ровно по количеству кадетов. Под каждым куполом можно было разглядеть только сверкающий свет. Ученики выстроились напротив полусфер и одновременно шагнули внутрь — каждый в свою.       Жан даже на миг задержал дыхание и зажмурился. А потом, сделав важный шаг – навстречу своему будущему – сделал глубокий вдох и распахнул глаза. Ничего не было видно — слишком ярко. Сплошной слепящий свет со всех сторон. Но тепло, легко и уютно. Словно паришь, не чувствуя веса тела, в полной безопасности.       Кадетов заранее проинструктировали, что нужно делать — расслабиться и думать о големах.       Для Жана это было непросто, что касалось первого пункта — сердце колотилось как бешеное. И легко касательно пункта второго — только о големах юноша сейчас и мог думать. Он представлял плавные и исполненные мощи линии доспехов — чёрных с серебром. Массивный шлем, добротные перчатки, литые наколенники...       Неожиданно юноша ощутил отклик. Он почувствовал его — своего будущего голема. Словно они уже были частью единого целого.       "Я жду тебя. Я так хочу работать вместе!" — с горячностью заявил Жан мысленно. И знал, что был услышан. Его голем хотел того же.       «Я буду приходить. Каждый день. Все семь дней. И мы окончательно встретимся через неделю.» — пообещал Жан. Он знал, что срок созидания голема именно неделя. И кадет должен каждый день по два часа проводить в купели, где формируется его голем – чтобы упрочнить контакт.       Никто не говорил, что со своим големом надо общаться. Но де-Лосарк чувствовал – так правильно. И его будущий напарник откликается и все понимает. Словно живой.       «Это творение Древних. Они знали и умели неизмеримо много. Может даже создавать механическую жизнь!» — подумалось Жану.       Он осознал, что с этого момента и до конца жизни не сможет относиться к своему голему, как к куску металла. Для него Аустри – так назвал про себя напарника юноша – навсегда друг и соратник – нечто наделенное душой и сознанием.       Свет погас. Первый сеанс завершился. Жан сумел разглядеть прямо перед собой полупрозрачный объемный образ своего голема – еще не вполне плотный, но крайне детальный.       «До завтра, Аустри!» — думал кадет, с сожалением покидая полусферу-Купель.       Почти сразу Жан осознал, что чувство единства и сокровенности произошедшего ощутили далеко не все ученики.       Луи-де-Эвер, маркиз Ганкарский – Медведь – громко ворчал: — Так долго и так скучно. Стоишь посреди яркого света. И всё на этом. Я ничего особенного не почувствовал.       Грубоватый, крепкий, неотесанный. И совершенно не чувствительный тип.       — Да еще и приходить сюда каждый день на протяжении недели. – поддержал его Вильмарро де-Прай – Дикобраз, — Поскорее бы все было готово. Эта подготовка изматывает.       Де-Шаган закатил глаза, но ничего не сказал. Хоть на его лице легко читалась нехитрая мысль – «Дай мне, Боже, терпения с такими-то глупыми и нечувствительными учениками! Ничего не понимают в таинстве первого контакта с големом.»       Жан и наставник в какой-то момент встретились взглядами и крайне солидарно вздохнули, поняв друг друга без слов.