Стальные Рыцари Его Величества Грейна Первого

      — Как вы могли? О чем вы думали?! Почему вы пошли без нас?! – Витто и Юта распекали товарищей, как только могли. – Мы же один отряд.       Напряженный разговор проходил в беседке-штабе. Снаружи шелестела листва и шумел ветер, но голоса Изгоев были надежно сокрыты от внешней прослушки Покровом тишины.       — В том заведении, куда нам пришлось пойти, нет женщин-посетительниц. Только… кхмм… те, что там работают. Страшное место – алкоголь, наркотики, разврат и жестокость. Мы не хотели вовлекать вас в столь грязное и кровавое дело. Это не для леди. – осторожно начал оправдываться Жан и по реакции собеседниц мигом понял, что сказал что-то не то.       — Не для леди?! – прогрохотала Юта, а Витто нахмурила брови и грозно скрестила руки на груди.       — Значит мы не боевые товарищи, а ЛЕДИ? Изнеженные дамы, а не кадеты? Когда мы вместе сражались против монстров и преодолевали сложности, то вас не смущало, что мы женщины, а как дело посерьезнее, то сразу «это не для девушек»? – черепаха была настроена не менее решительно. – Вы такие же, как все прочие мужчины. Просто маскировались получше.       — Я не это имел ввиду… — растерялся Медоед и выразительно посмотрел на Кота, прося о помощи в столь непростой ситуации. Даже противники на арене страшили Жана куда меньше, чем две разъяренные воительницы из своего же отряда.       — Каллеб сказал не подумав. И ОЧЕНЬ сожалеет. – начал хиллер мягко.       — Он сказал именно то, что думает. И это самое печальное. – хмыкнула Юта.       — Конечно мы считаем вас равными товарищами. Но в одном наш командир прав – в то заведение женщин точно не пускали. И для женской репутации пребывание там было бы куда опаснее, чем для мужской – так устроено наше общество. Не спорю – несправедливо. – крайне логично продолжал Гай, — Идти вчетвером было бы излишне. Слишком большая толпа привлекла бы больше внимания. Выше шанс оказаться узнанными. Жан отправился как боец ближнего боя и участник состязаний на арене. Я подпитывал его и лечил в перерывах между сражениями. Танк и арчер в этой ситуации могли бы оказать только моральную поддержку. Кроме того, кто-то должен был прикрывать наше отсутствие в Школе. Вы с этим прекрасно справились – большое спасибо!       Жан был в восторге – де-Фиро сказал именно то, что требовалось. Находчивость клирика порой поражала.       — Да-да. Присоединяюсь. Это то, что я и имел ввиду! – сообщил медоед.       Юта и Витто переглянулись – крайне выразительно и недоверчиво.       — Вы могли хотя бы честно рассказать, куда идете! – озвучила их общее мнение Юта.       — Могли бы. Простите… — повинился Жан.       — Или вы думали, что мы нежные создания и начали бы рыдать и отговаривать вас? – насмешливо спросила черепашка.       — Нет, я вовсе так не думаю. – де-Лосарк опустил взгляд.       — Ладно. Нам пора на тренировку. Или это тоже не для леди? – вздохнула Ястреб, явно иронизируя на счет недавней фразы командира.       Витто присела в реверансе, а затем изобразила, что держит чашечку, изящно оттопырив пальчик.       — Очень для леди. Еще раз извините. Обещаю больше не идти без вас на рискованные авантюры. – пообещал дамагер.       — Ты не безнадежен! Но мы еще сердимся. Причем на обоих. – заявила Витто первой покидая беседку.              — Вы... Вы все сделали правильно. Спасибо. — в отличие от Витто и Юты Грейн воспринял новость о ночной эскападе де-Лосарка и де-Фиро, а также смерти Гильома положительно.       Вернее — с облегчением. Мучитель юного де-Бланша был мёртв. Теперь он не причинит вреда никому — ни Грейну, ни прочим.       — Ты не осуждаешь меня за убийство? — на всякий случай уточнил Жан.       Третий принц покачал головой: — Нет. Накануне нашей первой встречи я видел вещий сон, посланный богиней Альвой. В нем мой защитник медоед насмерть сокрушал моих врагов, включая Гильома.       Граф удивленно воззрился на собеседника. Фигурировать в вещих снах жреца богини ему еще не доводилось. Да и на счет сокрушать врагов он немного сомневался.       — Ты не веришь, что я могу видеть вещие сны? — уточнил Грейн, видя недоумение на лице Каллеба.       — Верю. После того, что ты успел совершить я готов поверить во что угодно. — сообщил Жан.       — Еще раз спасибо. Я не рад убийствам. Но чувствую себя спокойнее, зная, что моего мучителя больше нет. — признался третий принц.       — Понимаю. Я тоже не рад убийствам. Но считаю данное конкретное необходимым. — отозвался граф, — Надеюсь теперь ты сможешь спать спокойнее.       Грейн внезапно порывисто обнял медоеда. В нос ударил аромат жасмина. Жан на миг забыл, как дышать – так упоителен был этот запах. В тот момент юноша был счастлив. Ради его высочества он был готов перевернуть небо и землю.                     Густав злился. А еще был несказанно огорчён. Его ближайший сподвижник был мёртв. Глупо погиб на одной из своих дурацких и бессмысленных вылазок в запретные заведения.       В очередной раз сунулся на арену со смертельными боями и нарвался на клинок противника посильнее себя. Второй принц знал о развлечениях соратника и не одобрял их. Хоть и не запрещал. Густав считал глупым так рисковать. Он много раз отговаривал Гильома. Тот не слушал. И вот итог — Густав остался без верного соратника и свидетеля в деле с репутацией Грейна. А все потому, что самоуверенный Коршун любил дергать смерть за усы.       Но Густав решил все же навестить ту обитель порока, что стала местом смерти Гильома. Само собой, инкогнито.       Там второй принц, выдав себя за обычного посетителя, тщательно просканировал "Темную чашу" на предмет остаточных эманаций прошедших событий. Он четко увидел того неизвестного, что отнял жизнь Гильома. Ауру было не распознать — хорошо замаскирована. Но одно принц приметил точно. Гильом успел нанести врагу несколько мелких порезов своим отравленным оружием. Но воздействия яда не было – организм не был отравлен.       "Противоядие? Особые зелья? Амулет защиты от отравы? Или Дар?!" — думал Густав. Он знал лишь одного человека, заинтересованного в смерти Гильома и имеющего дар с иммунитетом к яду...       Слишком уж вовремя умер верный соратник. Аккурат тогда, когда Густав решил шантажировать Грейна с помощью Гильома. Это было не простым совпадением. Наверняка. И Густав имел намерение разобраться. Слишком часто Де-Лосарк переходил ему дорогу. Слишком часто с ним были связаны всяческие странности.                     — Я думаю, что это вполне допустимо. Мы повредим их големов. Это все ради того, чтобы богомерзкий еретик не мог больше участвовать в Хаднали. – убедительно вещал Ритард.       — Хорошо. Как скажете. — Клайв сдержано кивнул.       В последнее время он постоянно ощущал апатию. Все решалось за него. А принц осознавал себя всего лишь лишённой собственной воли марионеткой. Не отказать, не взбрыкнуть. Святой престол крепко держал его за горло.       — Раз прежний фиксер не справился — направим другого. Более хитрого и ловкого. Он не будет пытаться стать частью команды, а проберется под защиту. — повествовал о своих планах кардинал.       — Пробраться под энергозащиту големов? Разве такое возможно? — удивился Клайв.       — Да, вполне. У церкви есть для этого особые артефакты. И сейчас мы не станем осторожничать. Поломки должны быть фатальными. Сразу серьёзными. Хоть и незаметными до первого боя. — ответил зельдец.       — Как скажете. Склоняюсь перед вашей мудростью. — печально сообщил первый принц.       Кардинал мягко улыбнулся ему и ободряюще произнёс: — Всё будет хорошо, дитя моё. Вы преданы церкви и праведны. Это окупится. Вы обязательно взойдете на трон.       — Благодарю. — отозвался Клайв, не ощущая радости.              Наймит церкви — фиксер Товран — крался к ангару. Вокруг царила тёмная ночь. Сад школы наполняли шорохи трав. Добравшись до ангара фиксер применил артефакт, чтобы вскрыть прочную дверь. Злоумышленник использовал магический светильник, чтобы ориентироваться внутри. Наконец в полутьме замаячили массивные контуры големов отряда Изгоев. Над каждым — защитный энергокупол. Фиксер применил артефакт, чтобы снять защиту. Злодей вооружился артефактной отвёрткой и умением, чтобы добраться до железных внутренностей и нанести вред. Спустя полчаса, когда дело было завершено, он затер следы своего присутствия и вмешательства, вернул энерго защиту на место и, уходя, запер дверь ангара. Ничто не говорило о том, что здесь кто-то побывал. С утра отряду Жана предстояло отправиться на опасную миссию...              Будь у Звезды изгоев обычный фиксер, все могло бы закончится фатально. Но Элоизу сложно было назвать обычной. Девушка встала рано утром, чтобы навестить своих подопечных перед отправкой в путь. Еще на подходе к ангару фиксерша ощутила смутное чувство тревоги – что-то было сильно не так. Ощущение усилилось, когда Элоиза отпирала дверь. Замок как будто щелкнул немного необычно – когда запирала сама фиксерша он отпирался легче. В самом ангаре пара вещей лежала не на своих местах…       А потом сознания девушки коснулся тревожный и полный боли шепот големов. Они наперебой рассказывали о ночном гостей – злом человеке, который пробрался сюда и причинил им всем вред.       Фиксерша была в ужасе, ярости и замешательстве. Впрочем, замешательство быстро прошло. Элоиза знала, что делать. Она уведомила охрану Школы, послала слугу как можно скорее пригласить сюда Изгоев, а сама принялась помогать пострадавшим.              — Так что проведено расследование. По всему выходит, что у злоумышленника был пропуск на территорию. Несанкционированных проникновений в Школу не было. – сообщил новости Жан.       Медоед был бледен и взволнован. Он очень боялся за Аустри.       — Сволочь! Негодяй! Подлец. Убью этого гада если встречу. – отчаянно ругалась Элоиза.       — Ты ведь сможешь помочь нашим големам? – с тревогой спросила обеспокоенная Витто.       — Повреждения серьезные. Я сумела устранить первичные неполадки. Ходить и бегать големы смогут. Но в бой на них пока вступать нельзя… — начала фиксерша.       Изгои испуганно выдохнули. Боги с ними – с заданиями от Школы и учебой – их надежные напарники оказались покалеченными.       — Неужели ничего нельзя сделать, чтобы полностью восстановить их? – де-Лосарк от волнения закусил губу.       — Можно. Но мне потребуются лаборатории моей семьи. Кое-что из недавно открытого Схрона Древних и помощь родни. – отозвалась Элоиза, — Вам четверым и вашим големам нужно отправиться со мной в обитель клана де-Цайдо.              — Расследование еще ведется. Мы найдем злоумышленника. – пообещал де-Шаган, — И… руководство Школы дает вам неделю на то, чтобы вернуть големов в строй. Я просил предоставить больше времени, но…       Учитель виновато развел руками.       — Все в порядке. Вы и так много для нас сделали. Постараемся через неделю вернуться в полностью исправных големах. – пообещал Жан.              — Конечно. Используйте все, что хотите. Мы же вместе нашли Схрон. – сообщил Грейн в ответ на просьбу использовать добытое в Схроне для ремонта.       — И… я бы хотел отправиться с вами. – смущенно добавил принц.       — Я был бы рад. Но это небезопасно. – начал медоед, — Семейство де-Цайдо весьма лояльно, но там у вас из защиты будем только мы – Изгои…       — С вами мне везде и всегда безопасно. – улыбнулся его высочество. – Мне не надо иной защиты!       На это сложно было что-то возразить.              Теперь отряду изгоев и их подзащитному предстоял путь к обители клана Цайдо. Едва оказавшись в Аустри Жан ощутил, как тому больно и плохо. Словно человеку с высокой температурой.       "Потерпи, бедный! Скоро тебе помогут. Тебя обидел плохой человек. Но хорошие люди починят." — мысленно успокаивал юноша своего металлического напарника.       — Я зря напросился. Я, наверное, мешаю... — мигом смутился Грейн, почувствовав то, как страдает голем.       — Нет, наоборот хорошо, что ты с нами. Аустри так спокойнее. — заверил медоед.       Он не врал. Кажется, от тёплой ауры принца и дивного аромата жасмина голем и правда чувствовал себя лучше. Во время привала Грейн нежно гладил стальные грани голема и шептал тому что-то доброе и ободряющее.       На рассвете второго дня отряд прибыл в Фиваль — обитель клана фиксиров де-Цайдо. Серая мрачноватая крепость выглядела суровой. Но внутри больше напоминала лабораторию. Длинные коридоры, комнаты без излишеств, магические светильники в обрешетке под потолком. Никаких декоративных элементов и роскоши – все строго и функционально. А еще повсюду много приспособлений Древних.       Изгоев встретили с волнением и теплотой. Клан точно помнил, кому обязан возможностью исследовать схрон Древних. И про ситуацию с поломкой големов они были в курсе.       Матушка Элоизы — Эдита — небольшого роста, такая же хрупкая и беловолосая, как дочь — выскочила навстречу и мигом принялась сканировать пострадавших: — Ох, вы мои хорошие. Кто посмел так с вами поступить? Сейчас мы вам поможем.       На гостей из плоти и крови женщина не обратила внимания.       — Ведите их в главный ангар. Там у нас Купель регенерации. — сообщила леди де-Цойду, впервые обратившись к прибывшим.       Големов доставили в большой полусферический ангар во дворе крепости. Внутри обнаружилось примерно с дюжину полусфер, напоминающих Купели созидания. Но не золотистые, а зеленоватые. Они служили для ремонта големов.       — Заходите внутрь, вместе с големами. — распорядилась Эдита.       Четыре голема с пилотами разошлись по полусферам — каждая пара человек-голем в отдельную. Элоиза и Грейн, прибывшие в Аустри и Мироу, ожидали снаружи.       Две фиксерши принялись активно нажимать какие-то кнопки на панели управления купелями регенерации. Они что-то бурно обсуждали, но Грейн понимал хорошо, если через слово.       Принц осторожно приблизился и тихо произнёс: — Я могу усилить ваше сродство с Древними технологиями. Это поможет големам?       Как ни странно, при словосочетании "помочь големам" и "усилить сродство к технике Древних" мать и дочь, увлечённые не на шутку и, казалось бы, не воспринимавшие реальность, мигом отвлеклись и уставились на Грейна.       — Делайте, раз можете. — кивнула Эдита.       Грейн сосредоточился и принялся усердно молиться Альве. Он не был уверен, что воздействие распространится еще и на Эдиту, ибо она не была частью свиты, но старался, как мог. Богиня звездного света откликнулась. Да, в большей степени она одарила Элоизу. Но досталось и ее матери. Фиксерши, оценив перемены, благодарно кивнули и дружно принялись вносить коррективы в настройки купелей — еще быстрее и интенсивнее, чем раньше.       — Вот так, мама, получается! Выравнивай поток и постепенно повышай мощность. Да, отлично. — взволнованно говорила Элоиза.       Грейн просто оставался рядом, молился и надеялся на лучшее – големы были для него куда больше, чем защитой от злобных братьев. Они были товарищами – верными и надежными...                     Жан стоял в потоке зеленоватого света подле Аустри и прислушивался к своим ощущениям. А также ощущениям голема. Верному соратнику постепенно становилось лучше. Волнение, терзавшее медоеда всю дорогу сюда, медленно отступало.       "Все будет хорошо. Я с тобой. Тебя обязательно спасут!" — говорил Жан мысленно, обращаясь к Аустри. Он не сомневался, что тот слышит его. Юноша верил — кризис миновал. Теперь все обойдется. В какой-то момент Жан услышал в коммуникаторе распоряжение Элоизы занять место в кабине. Де-Лосарк послушался. Еще пару часов он оставался на месте пилота.       И наконец из динамика донеслось: — Все. Можете выходить. На ночь големы останутся в Купелях. С завтра возьмемся за ремонт при помощи деталей из схрона. Но самое тяжелое позади.       Жан с волнением оставлял товарища. Но юноша понимал — для голема сейчас нет места полезнее и безопаснее. Здесь с ним точно не случится ничего плохого.       — Мы все хорошо потрудились. Сейчас вас проводят по комнатам — можно будет освежиться и переодеться перед ужином. — сообщила Элоиза.       Это было весьма кстати. Путники отправились в ангар сразу с дороги. И сейчас нуждались в еде и отдыхе.       Только за ужином гостям довелось познакомиться как положено с семьей Элоизы — ее матерью, отцом и двумя братьями — Сэвом и Дитри.       — Большое спасибо. Мы так признательны за возможность работать с артефактами древних. Это потрясающе! — воодушевленно говорил Сэв. Он тоже был "пушистым" и беловолосым, худеньким и миниатюрным – как сестра. На два года младше Элоизы. Юноша с восторгом смотрел на Грейна и изгоев.       — Это мы благодарны за помощь с големами. — отозвался Жан.       — Какой негодяй посмел покалечить големов? Это чудовищно! Помочь вам — меньшее, что мы можем сделать. Можете рассчитывать на нас. — присоединился отец семейства – Ронас де-Цайдо – молодо выглядящий фиксер с белоснежной «пушистой» шевелюрой и тонкими чертами лица.       — Мы здесь терпеть не можем принцев Клайва и Густава. Так что наш клан надеется на ваше воцарение, принц Грейн. — заверила матушка.       — Спасибо... — третий принц был сильно смущён.       Но его приняли с такими теплотой и радушием, что он постепенно "оттаивал". Дальше разговоры за столом в основном шли о технологиях Древних. В крепости проживало три дюжины семейств обширного клана Цайдо. Как оказалось, имелось еще две подобные лаборатории крепости, принадлежащие ещё двум ветвям клана. Сплошь фиксеры. Подобное тесное проживание – десятки де-Цайдо вместе — стало давней традицией. Купели, лаборатории и ангары проще возводить сразу на несколько семейств. Равно как и помогать друг другу в исследованиях. Так специалисты несколько разных областей оказывались под одной крышей и могли подсобить при необходимости.       "Замечательная у Элоизы семья. Чудесная. Нам повезло, что они нам помогают!" — с теплотой думал Жан.       После ужина изгои и принц разошлись по отведенным покоям. После трудного дня требовался отдых.