Рехаб

— Брат, это в последний раз, обещаю… Ик, — юноша тяжело выдыхает, прикрывая лицо руками. В нос бьет запах огромного количества выпитого алкоголя. Кирштейн уже не в первый раз видит перед глазами эту картину. Парень жмурится и плотно прижимает ладони к ушам, опуская голову к согнутым коленям. В сознании продолжают бешено крутиться события той ночи, которая стала последней каплей для всех них. Юноша ловит себя на мысли, что даже отчетливо начинает слышать истерический крик Саши, пытающейся привести Конни в чувство. — Кретин, как же меня это все достало! — девушка разворачивается, вытирая нос рукавом, и отходит в сторону, запрокидывая голову, прижимая ладони к глазам. Она громко всхлипывает. Жан шумно и глубоко дышит, все еще закрывая уши, пытаясь вбросить из головы назойливые воспоминания. Эта привычка появилась у него уже много лет назад, он даже и сам не помнит, когда начал так делать. Ему казалось, что закрытые уши — хотя бы какая-то гарантия мимолетной тишины и забытья. В таких тяжелых ситуациях Кирштейн всегда старался уединиться, но в душе не переставал надеяться, что кто-то придет и спасет от этого ужаса, который окутывал с головой. Как и всегда, юноша был один, его окружали лишь темная комната и шум грозы за окном. — Конни, когда ты уже прекратишь? Ты не видишь, что это превращается в алкоголизм? — Какой алкоголизм? Ну перебрал пару раз… — Какие пару?! Это происходит уже четвертую неделю подряд! — Ты мне мамочка что ли? Уже не маленький, разберусь сам! Отвалите оба, достали со своими нравоучениями… Черт, как же страшно… Страшно, что ничем не может помочь, не в этот раз… С еще большей силой прижимая ладони к ушам, Жан тихо выругался. На короткое мгновение ему показалось, что в квартиру кто-то вошел, но ему было так тяжело снова открыть уши, что юноша предпочел просто вновь закрыть глаза и стараться глубоко дышать. Его пальцев коснулась чья-то прохладная рука. Кирштейн поднял голову. Перед ним на кровати присела девушка, ласково и сочувственно заглядывая в глаза, Жан нехотя опустил руки от ушей, пытаясь ответить на ее улыбку. — Ты уже вернулась? — Да, меня подвезли, — ее голос казался таким нежным и умиротворенным, что юноша на мгновение почувствовал облегчение и покой. — Что с тобой? Ты выглядишь таким измотанным, — девушка села чуть ближе, касаясь ладонью его щеки. — Малыш, давай потом. Ты, наверное, голодная? Иди на кухню, я сейчас приду, — натянуто улыбнулся он. Девушка молча кивнула и удалилась из комнаты. «Так, Кирштейн, возьми себя в руки» Продышавшись и попялившись какое-то время в окно, парень зачесал волосы со лба и направился на кухню. Джейн сидела, закутавшись в шелковый платок, читая что-то в телефоне. — Прости. Я тут. Как съездила к маме? — откашлявшись, юноша присел на стул рядом, наливая себе чай. — Я то нормально. Почему ты не сказал, что Конни снова напился? — Джейн подняла на Кирштейна грустный и растерянный взгляд. — Родная, зачем тебе это было? Ты же в гости поехала, я не хотел портить тебе настроение. — Как понять «зачем»? Он и мой друг тоже, — девушка в упор уставилась на Жана. Ее телефон внезапно завибрировал.

«Сашуля💕»

Джейн подняла трубку. — Милая, привет. Ты на громкой связи, Жан тоже здесь. — Привет, ребят, — ее голос звучал гулко и безрадостно, — хорошо, что вы оба там. Короче, я решила отправить Конни в рехаб… Другого выхода нет, — она шмыгнула носом. — Сашуль, ты же понимаешь, что он по своей воле туда не пойдет? — отозвался Кирштейн, наклоняясь к телефону. — Значит, заставим его. У меня уже сдали нервы, либо так, либо я опускаю руки, — Браус тяжело выдохнула, послышалось шипение открытой бутылки. — Ты смотри там сама не пей, — заволновалась Джейн, ерзая на стуле. — Да это минералка… Так бошка болит… — сделав несколько глотков, она с шумом поставила бутылку на стол. — Ребят… Вы можете ко мне приехать, пожалуйста? Мне так страшно и одиноко… — Конечно, милая, — ответила Джейн, поднимая взгляд на юношу. Тот одобрительно кивнул. Не заставляя себя ждать, пара сразу принялась собирать вещи. Закидывая в кошелек документы от машины и права, Жан вдруг почувствовал, как затряслись руки. Юноша не понаслышке знал, что такое алкоголизм. Он понимал, что Конни должен захотеть исправиться по своей воле. А иначе — в этом нет смысла. — Жан, ты в порядке? — к его спине прислонилась девушка, обвивая руками торс. — За руль сможешь сесть? — Да, думаю, да… — неуверенно ответил парень. — Может, лучше я? — Джейн обошла Жана, вставая прямо перед его лицом, заглядывая в глаза. Пару секунд они молча смотрели друг на друга, а затем девушка нежно обняла его, притягивая за шею. Кирштейн, зарываясь носом в ее волосы, крепко обнял в ответ. — Все будет хорошо, — прошептала Джейн.

***

— Может, заедем, купим какой-то еды? Бургеров там, или пиццу? — слегка повышая голос из-за открытого окна, поинтересовалась девушка. Ее волосы развевались на ветру, она ненадолго отвлеклась от дороги, поворачивая голову вправо. Жан, развалившись в кресле, отвернулся к окну, подпирая подбородок рукой. На вопрос Джейн юноша не ответил. В его глазах отражались огни ночного города, лицо обдувал прохладный ветерок. Воспользовавшись красным сигналом светофора, девушка слегка наклонилась к Кирштейну, кладя руку на его коленку. Он повернул голову. — Ты что-то спросила? — парень развернул корпус, вглядываясь в окрестности. — Да, — мягко улыбнулась девушка. — Давай купим еды. — А, да, конечно, — немного оживился Жан, ответив на ее улыбку. — Я только «за». Не ужинал сегодня. Сашин дом был примерно в десяти минутах езды на машине. В соседнем дворе располагался отличный круглосуточный ресторанчик, где можно было взять еду на любой вкус. На улице пахло только что прошедшим дождем, вокруг не было ни души, дул теплый ветерок. В окне Сашиной квартиры горел свет. Дверь девушка открыла почти сразу, как только Джейн нажала на звонок. Вперед хозяйки из квартиры вылетела Мэш — маленький джек рассел, приветственно тявкая. — Иди сюда! — рявкнула на нее девушка, распахивая друзьям дверь. Саша выглядела измученной, часть коротких волос была собрана в хвостик на затылке, под глазами очерчивались темные круги. Увидев пару, Браус шмыгнула носом и грустно улыбнулась, с трудом сдерживая слезы. — Сашуль… — нежно обратился к ней Жан, перешагивая через порог. Подойдя ближе, юноша крепко прижал девушку к себе, поглаживая по голове. Саша обняла друга в ответ, сильнее начав плакать. Джейн, закрывая за собой дверь, почувствовала, как в носу защипало от подступающих слез. Она вытерла глаза и подошла к Браус, обнимая ее с другой стороны. Ей пришлось отвернуть лицо, чтобы Саша не заметила мокрых дорожек на щеках. Освободив одну руку, Жан коснулся ей спины Джейн, также заключая в объятия. — Саша, ты не одна. Мы всегда рядом, — тихо произнесла девушка. — Спасибо вам… — отозвалась Браус, отпуская Жана, вытирая рукавами щеки. — Что-то я совсем расклеилась… Будете чай? Кирштейн одобрительно кивнул, поднимая с пола пакет с едой, который Мэш уже успела обнюхать. Заметив, что Джейн подозрительно долго копается со шнурками, закрываясь волосами, юноша присел рядом, касаясь плеча девушки. Увидев ее покрасневший нос и заплаканные глаза, парень сочувственно коснулся ее щеки, вытирая мокрые дорожки. — Ты из-за Саши так расстроилась? — тихо спросил Жан, на что девушка вяло кивнула. Остальные вопросы были излишни, поэтому юноша лишь ласково поцеловал ее в щеку и провел рукой по волосам. — Я рядом. Квартира Саши представляла собой небольшую однушку со светлым дизайном в обычной многоэтажке на четырнадцатом этаже. По полу были разбросаны игрушки Мэш, а на полках стояли совместные с Конни и Жаном фотографии. На стене в прихожей висела картина, которую Саша и Джейн вместе нарисовали на мастер-классе. Это был тот самый день, когда Браус призналась, что в этой мужской компании ей всегда не хватало женской родственной души, которую она наконец обрела в лице Джейн. Закончив с едой, компания переместилась в спальню, где Саша заранее постелила матрас, чтобы дать возможность друзьям остаться на ночь. — Я включу что-нибудь глупое на фон, — оповестила Браус, ложась на живот, переключая что-то в телевизоре. По матрасу на полу радостно скакала Мэш, играя с Джейн. Жан не смог сдержать улыбку. Телефон Саши завибрировал, она бросила взгляд на экран и внезапно подскочила на кровати. — Это Конни… — растерянно произнесла она, застыв, молча смотря в экран. — Сейчас два часа ночи, что-то точно случилось… — Саш, не паникуй. Давай, я поговорю. — Нет, подожди. Он не просто так звонит именно мне, — остановила его девушка и нерешительно подняла трубку, нажимая на громкую связь, прикладывая палец к губам, давая друзьям понять, что Конни не должен узнать, что они здесь. — Я слушаю, — холодно ответила Браус. — Саша! Прости, я тебя не разбудил, надеюсь… Я просто увидел, что ты была в сети минуту назад… И… вот… — голос Конни звучал неуверенно и сбивчиво. — Зачем звонишь? — решительно продолжала девушка, однако было видно, как дрожали ее руки. Джейн села рядом, кладя ладонь на кисть подруги. — Я понимаю, что очень виноват и… Я, то есть… То есть ты была права… Черт, — было заметно, как сложно ему связывать слова. Саша терпеливо молчала. — В общем, я решил, что лягу в больницу… — Что?.. — Браус не поверила в то, что услышала. Глаза Жана округлились, он сдвинул брови. — Ну, в этот… Рехаб. Я понимаю, что так дальше нельзя. Пожалуйста, прости меня… И ребятам тоже передай, что… Мне очень жаль… Я херовый друг… Конни замолчал, лишь изредка тяжело выдыхая в трубку. По щекам Саши струились слезы. — Я пойму, если ты сейчас не хочешь со мной разговаривать. Я тебя люблю и, пожалуйста, прости меня, если сможешь… С этими словами звонок был завершен, в трубке послышались короткие гудки.