Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

Утром цифра «семь» на крышке сундука превратилась в «шесть». Петунья поспешила проверить драгоценные запасы, но все было, насколько она могла судить, в порядке. Несколько ягодок, выбранных наугад, выглядели так, будто их только что сорвали. Петунья не стала убирать их обратно и просто положила в рот. Снова поручив Сьюзан полить грядки – посаженные вчера семена уже проклюнулись и радовали глаз крохотными зелеными всходами, – Петунья вскопала вторую грядку и достала пакетики семян, доставшиеся в качества приза на яичном фестивале. Каждый был аккуратно подписан, не пришлось гадать, что же это. В результате ей достался большой пакет картофеля сорта «Красная звезда», клубника «Восходящая звезда» и небольшой пакетик с семенами тюльпана «Звезда Востока». – Подозрительно много звезд, – прокомментировала Петунья. На каждом пакетике и правда было изображение крохотной, восьмилучевой звездочки. Тем не менее, отказываться от семян она вовсе не собиралась. Еда, которая вырастает за неделю, да еще без особых трудозатрат с ее стороны, на дороге точно не валяется. Поэтому она просто посадила семена и дала Сьюзан полить их. Сезон морошки еще продолжался. После огородных работ они снова отправились в лес за ягодой. Завернув в старый курятник, Петунья вновь нашла свежее, еще теплое яйцо. – Почему ты не заберешь эту курицу на ферму? – полюбопытствовала Сьюзан, наблюдая, как ее подруга перелезает через ограду. – Или тебе нравится каждое утро бегать сюда за яйцами? Петунья, отряхивая одежду от приставших к ней соломы и перышек, шумно фыркнула и наградила ее выразительным взглядом, вложив в него все свое мнение по этому вопросу. Сьюзан сняла с ее волос голубое перо и предложила: – Ну, так давай поймаем ее. Что только не хранилось в поясном мешочке нарнийской королевы. Зная об этом, не оставалось сомнений, что все те приключения, о которых она рассказала, были на самом деле. В этот раз она вытащила свернутую в несколько раз мелкоячеистую сеть. Она попросила Петунью срезать несколько веточек, а потом, ловко просунув прутики в отверстия в сети, получила странную конструкцию, похожую на капкан. Сорвав с ближайшего куста несколько ягод, Сьюзан забралась в курятник, а когда через несколько минут вышла, ловчего приспособления при ней уже не было. – Вот и все, – сказала она, отряхивая штаны. Хотя ее платье уже высохло после вчерашней стирки, она продолжала ходить в одежде Петуньи. – Завтра проверим, кто же попался в силок. Петунье было знакомо это слово! Порой, погружаясь в чтение очередной книги, она встречала на страницах короткое замечание, что герою понадобилось добыть еды к ужину, он ставил в лесу силки, и в них довольно скоро кто-то попадался. То кролик, то перепелка, а то и целый фазан. Но сами силки она никогда вживую не видела и почему-то представляла их в виде петли-ловушки, которая, стоит в нее неосторожно вступить, затягивается вокруг добычи и вздергивает ее вниз головой, заставляя болтаться беспомощным и униженным. Услышав это, Сьюзан расхохоталась. Насмеявшись, она утерла слезы и пообещала, что завтра обязательно научит «милую Тунью» этому нехитрому способу охоты. Поскольку вчера они уже собрали всю ягоду по правой стороне от фермы, сегодня они отправились в противоположную сторону. Но здесь кустов с ягодой было меньше, и Петунья по дороге собрала лука и крапивы с щавелем. По пути ей попались на глаза несколько нарциссов, она срезала один цветок и преподнесла его Сьюзан. Дойдя до реки, они немного посидели на берегу, наслаждаясь идущей от воды прохладой. Солнце, чьи отблески от бегущей воды порой слепили их, стояло уже довольно высоко, хотя до полудня было еще время. – Сью, а ты можешь научить меня сражаться? – вдруг спросила она. Блеск солнечных лучей на речных волнах почему-то напомнил ей про слаймов, и идея научиться пользоваться хоть каким-то оружием показалась ей весьма полезной. Сьюзан зачерпнула воды и умыла испачканный соком морошки рот. – Ты про тех забавных зверушек, что живут на ферме? – без особого удивления спросила она. Ей, конечно, довелось столкнуться с ними в самую первую ночь. Но, благодаря расторопности Петуньи, поспешившей окатить ее водой из ведра, сильных ожогов не получила. – Подождем до вечера или пойдем поищем в пещерах? – Когда Петунья не поняла, она объяснила: – Раз это ночные жители, должно быть место, где они могут пережидать день. Здравый смысл подсказывает, что, скорее всего, это пещеры. Те самые, что мы вчера в телескоп видели. – Тут она вспомнила про змею и выставила в верх указательный палец: – Точно! Еще и следы той змеи поищем. Пошли в пещеры, – и она вскочила на ноги. Петунья содрогнулась, припомнив размеры змеи. Она, кажется, даже больше гигантской анаконды, что, по слухам, водится в джунглях Амазонки! Но Сьюзан уже пошла к лесу, и ничего не оставалось, кроме как поторопиться следом. Сперва они заглянули на ферму и опустошили свои сумки. Всю морошку, что удалось им собрать сегодня, на вид – килограмм пять, Петунья сложила в ящик для продаж. А затем, подумав, добавила туда и один мешок пшеницы. – А ты не можешь таким образом купить чего-нибудь нужного? – полюбопытствовала Сьюзан, после того как узнала, что это за ящик. Петунья расстроилась, что ей это и в голову не пришло, вырвала из тетради лист, быстро накарябала на нем просьбу прислать ей в счет денег мыла и шампуня и бросила его к ягоде. Собираясь на исследование пещеры, Петунья вновь влюбилась в свою обновленную сумку. Магически зачарованная, она вмещала в себя практически что угодно. Даже кирка и тяпка влезли в нее без особых проблем! Поднявшись по северной тропе, девушки прошли по небольшому плато, откуда открывался вид на шоссе, посмотрели на окрестности, Петунья показала дилижанс, который привез ее сюда, а потом пошли дальше по тропе. Та привела их в небольшую долину, зажатую среди скал. Слева виднелись следы обвала, забаррикадировавшего проход к железнодорожной станции, в небольшой рощице прямо впереди виднелись остатки шалаша, а по правую руку стихийно возникшая лесенка вела к заброшенному дому. Наверное, то была сторожка лесника или, может, горного егеря. Справа стоял верстак с наполовину обтесанной деревянной чуркой; у кровати на полу лежала медвежья шкура, а по стенам были развешаны охотничьи трофеи и разнообразное оружие. Вот только все оно было в таком ужасном состоянии, что, когда Сьюзан, любопытствуя, сняла с крючка лук, тетива сразу же осыпалась трухой, а дерево треснуло сразу в нескольких местах. – Ты заметила, что только в городе вещи в порядке? А здесь, или там, в лесу, сплошное запустение. Петунья пожала плечами и вскользь заметила, что, наверное, это потому, что в городе жили эльфы. Сьюзан оживилась и потребовала у нее историю. Петунья мало что могла рассказать, но предложила почитать книги. Хроники королевской семьи подругу не заинтересовали, в отличие от приключений бравого хоббита в компании тринадцати гномов. Тропинка от домика егеря вела их мимо поросших мелкими и кривыми сосенками скал, пока они не вышли к озеру – оно лежало перед ними круглое, как тарелка, с водной гладью спокойной и гладкой, как поверхность зеркала. Девушки подошли к нему, чтобы полюбоваться на него поближе, но, наклонившись, отчего-то не увидели своих отражений: водная гладь оставалась синей и пустой. Петунья собралась уже отойти, но Сьюзан взяла ее за руку и попросила остаться. Постепенно перед ними проступили перевернутые очертания окружающих их гор, проплыли белыми перьями облака. В озерной глубине отразилось небо перевернутой чашей и в нем, словно упавшие в глубину драгоценные камни, сверкнули звезды. Вопреки тому, что над их головами ярко и весело сияло солнце. Они подождали еще немного, но их отражений в воде так и не появилось. – Ты тоже это видела? – шепотом, боясь спугнуть невесть кого, спросила Петунья, и Сьюзан без слов крепко сжала ее ладонь. Не говоря больше ничего, они вернулись на тропу, перешли по полуразрушенному мосту, в котором еще проглядывали следы былой красоты, и, поднявшись на гору, оказались перед входом в пещеру. Прежде его закрывали каменные ворота, но теперь одна его створка лежала рядом, разбитая на множество осколков, а вторая, слетев с петель, застряла в проеме. На ее отполированной каменной поверхности можно было различить вязь геометрических узоров, не до конца стертых дождем и ветром, но никаких надписей. Пригнувшись, девушки заглянули внутрь. Изнутри пещеры несло затхлой сыростью и студеным холодом. Петунья поежилась. – Что-то мне уже не хочется туда идти. – Тогда пойдем поищем змею, – тут же предложила Сьюзан, и Петунья застонала. Она совсем не это имела в виду!