Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

Сьюзан вовсе не преувеличивала, когда сказала, что в телескоп видно все. Чуть поправив положение телескопа с помощью ручек и рычажков, Петунья сразу увидела свой домик и грядки. Из трубы шел едва заметный дым, а на дереве сохло платье Сьюзан. Она поежилась. От мысли, что кто-то вот так запросто может наблюдать за ее жизнью, стало не по себе. Чуть резче, чем следовало, потянув рукоятку, она заставила телескоп передвинуться вправо, и перед нею появился белый город. С высоты можно было рассмотреть больше подробностей, чем с земли, и Петунья надолго зависла, разглядывая белоснежные дворцы, сады и фонтаны. Насладившись картиной прекрасного города, она снова передвинула телескоп, наведя его на горы над городом, и там, среди валунов, увидела темный зев пещеры. И озеро пониже, которое небольшим протоком соединялось с рекой, текущей по дну ущелья. Справа от озера стоял добротный дом, а с левой – еще один, поменьше и явно запущенный. За этим небольшим домом угадывался проход в горах, но из-за обвала он был заблокирован. Воспользовавшись телескопом, Петунья заглянула за него и удивленно округлила рот: завал преграждал путь к железнодорожной станции! А ведь она знала, что тут есть станция. Видела на карте в самый первый день, в прогнозе погоды. Вспомнив про карту, Петунья дернула рычаг и медленно повела телескоп в противоположную сторону, собираясь проверить, правда ли тут еще и океан есть. Но отвлеклась, заметив толстую золотую трубу среди камней. Петунья присмотрелась, ей показалось, что труба – двигается. И правда, двигалась. А еще она была покрыта множеством овальных пластинок, чуть заходящих друг на друга и складывающихся в узнаваемый узор «змеиной шкуры»… Испуганная, она отпрянула от окуляра. Лестница, не выдержав резких движений, возмущенно заскрипела, ее повело в сторону, и Петунья в панике крепко вцепилась в ветхие перила. – Там… там, в горах… огромная змея, – пролепетала она встревоженной Сьюзан. Они тут же поменялись местами, но время было упущено, и змея, если она была, уже уползла куда-то по своим змеиным делам. Сьюзан ущипнула себя за мочку уха, а потом озорно улыбнулась: – Давай, сходим и посмотрим на месте? – Петунью слишком явно передернуло от этого предложения, что Сьюзан поспешила ее успокоить: – Не бойся, если что, я защищу тебя. Знаю пару секретиков. А от такой змеюки могли и чешуйки остаться, и даже целая шкура! Змеи же линяют! Золотая змеиная шкура звучала слишком соблазнительно, и Петунья дала себя уговорить. Но не сегодня. Пока Сьюзан продолжила обозревать окрестности – она не теряла надежды увидеть что-нибудь столь же потрясающее, как золотая змея, – она вспомнила про выпавшую из шляпы книжицу. Вероятно, в ней были личные записи волшебника, не зря же она хранилась внутри шляпы. Петунья рассеянно пролистала страницы. Она почти ожидала, что снова увидит латынь или старо-английский, но, к ее удивлению, слова оказались понятным. Она нахмурилась и присмотрелась. Все страницы были исписаны тенгваром! Петунья поспешила открыть первую страницу. «Сии записи я делаю с помощью тайнописи, найденной мной в Холмах. Более никто, кроме меня, не сможет их прочесть», – было написано там в самом верху. Петунья хмыкнула. – «Но если найдется кто-то, понимающий это письмо, то узнай же, кто я таков. При крещении отец Блез, что произвел надо мной сие таинство, дал мне имя Амвросий. Отец, который навестил меня лишь раз и чьего имени я не знаю, назвал меня Кэр-Мирддин. Моя матушка, святая женщина, звала меня Анном, а соседи и их дети, следом за ними, кликали меня Анн сын монахини.» Здесь Петунья начала подозревать, что шутка могла быть не совсем шуткой. Читая дальше, она узнала, что Амвросий, он же Кэр-Мирддин, он же Анн, сын монахини, с детства отличался от своих сверстников. Он был здоровее, сильнее, выносливее, имел живой пытливый ум и память, которая никогда не тускнела. Мать на его расспросы только отмалчивалась и сразу переводила разговор, так что вскоре он перестал заговаривать с нею об этом. А духовник осенял его крестным знамением и благочестиво говорил, что сие благословение Господа, и что кому многое дано, с того многое спросится. Когда в следующем предложении выяснилось, что в одиннадцать лет Кэр-Мирддина приняли в Хогвартс, Петунья не удивилась. И что его приняли на Слизерин – тоже. А вот то, что ученики и учителя, не слишком привычные к его родному языку, переиначили имя и стали звать его «Мерлин», заставило ее выпустить книжицу из рук и громко расхохотаться. Вот это да! М – это Мерлин! Кто бы мог подумать? – Нашла что-то интересное? – спросила сверху Сьюзан. – Мемуары Мерлина, – сквозь смех ответила Петунья. Отсмеявшись, она подобрала книжицу и положила ее в сумку. Больше ничего, что бы им пригодилось, в башне не нашлось, и они ушли. Сьюзан хитрым образом закрыла дверь и показала Петунье, куда смотреть, чтобы проверить – открывалась дверь или нет. – Откуда ты столько знаешь? – не скрывая зависти спросила Петунья, пока они возвращались на ферму. Сьюзан горделиво приосанилась. Надо признать, это невероятно ей шло. Ну так, королева же. Но тут же заулыбалась. – С тех пор, как я отправилась на поиски Нарнии, мне довелось побывать во многих мирах. И в каждом я старалась выучить что-нибудь полезное. Никогда не знаешь, что тебе пригодится. Вот как-то раз… – и она пустилась рассказывать полуфантастическую историю про мир воюющих между собой магических орденов. Тамошние послушники не владели волшебными палочками или посохами, зато летали на мечах, приручали чудовищных зверей и сражались с потусторонними демонами. Сьюзан даже подружилась с одним из странствующих магов-воинов, и он научил ее местной магии. – Поэтому теперь мои стрелы не только летят без промаха, но могут поразить любую цель. Даже демона! Вернувшись на ферму, они с удовольствием поужинали. Сьюзан сварила похлебку – было ли что-то, чего эта девушка не умела? – а Петунья нарезала овощей и достала остатки тыквенного пирога от уважаемой госпожи Тук. За ужином зашел разговор про то, что делать с собранной ягодой. Конечно, Петунье тут же пришли на ум и пироги, и джем, и компот, и даже вино (она примерно представляла, что нужно делать), но вот беда – кроме ягоды-то у нее ничего и не было. Ни достаточного количества муки или сахара, ни дрожжей. Да даже нормальной плиты с духовкой и то не было! – Если это волшебная ферма, – сказала Сьюзан, совершенно не по-королевски облизывая пальцы, – то, может, тут найдется какой-то способ? Петунья посмотрела на нее, чувствуя неотвратимое желание побиться головой об стену. Вместо этого она с нежностью сказала: – Я тебя обожаю, Сью, – и бросилась к тумбочке. К той самой тумбочке, что по запросу выдала инструкцию для пугала. Достав из тумбочки стопку открыток, она задумалась. Велик был соблазн попросить инструкцию для изготовления плиты с духовкой, но в глубине души она понимала, что ничего не выйдет. Достаточно посмотреть на окружающее. Все, что тут есть современного и технического, это телевизор. Никуда не подключенный. Она умоляюще посмотрела на камин, надеясь, что огонь даст подсказку, но тот-кто-в-очаге с момента появления Сьюзан никак себя не проявлял. Ну и ладно. Хорошенько подумав и перебрав в уме все свои запасы и возможности, Петунья пришла к одному единственному варианту. – Мне нужна инструкция для бездонного сундука, в котором можно хранить много вещей и где они не будут портиться, пожалуйста. Тумба затряслась, загудела, а когда Петунья откинула крышку, внутри лежали открытка и пухлая тетрадь. Инструкция к сундуку сильно отличалась от предшествующих ей. Если для пугала или колодца было достаточно собрать нужные материалы и сложить их вместе, то в этот раз одним вариантом дело не ограничивалось. – «Пространственное хранилище с функцией темпоральной заморозки (далее, сундук) является сложным техно-магическим устройством, создание которого сопряжено с рядом определенных и логично вытекающих из его особенностей сложностей», – прочла Петунья. Она переглянулась со Сьюзан, и та пожала плечами. В общем и целом, создание именно такого сундука, как хотелось Петунье, зависело не только от уймы материалов, но еще и от правильной их обработки. Для тех же, кто не владел необходимыми ресурсами и навыками, был предложен упрощенный рецепт. Правда, с оговоркой, что созданный по этой схеме сундук разрушится через несколько дней. Для упрощенного рецепта требовались пятьдесят древесины, десять камней, самоцвет и несколько рун. Дерево и камень Петунья принесла с улицы, руны нашлись в той самой пухлой тетради – это оказались чьи-то конспекты. Оставалось найти только самоцвет. Она с сомнением потрогала сережки-гвоздики в ушах. Микроскопические цирконы в них вряд ли подойдут, но тут Сьюзан показала ей открытку с изображением каменных яиц. – У тебя есть жеоды? – в открытке было сказано, что эти «каменные яйца» содержат в себе минералы, руду или артефакты, нужно только разбить. Они вышли на улицу, Петунья, вооружившись киркой, разбила на пробу одну жеоду, и из нее выпало несколько угольков. – Не повезло, – прокомментировала Сьюзан, подкладывая вторую. – Как-то раз я ходила посмотреть, как люди играют в «Рок». Покупают в специальном казино камни, а потом разбивают их. Чаще всего попадаются пустышки, но иногда выпадают драгоценные камни. А однажды… – она закатила глаза в немом восхищении, – однажды я видела, как человеку выпал восхитительный нефрит «баранье сало»! Из других жеод выпали кусок слоистой черной породы, комок глины и небольшой, чуть меньше грецкого ореха, золотисто-коричневый кристалл. Петунья взяла его и посмотрела на просвет. Внутри угадывалось какое-то насекомое. – Это что, янтарь? Самоцвет был красивым, пусть и мутноватым, да еще эта муха внутри… скрепя сердце, Петунья положила янтарь к древесине и камню, и в следующий момент они превратились в сундук. Точно такой же как на картинке. Тщательно обструганные досочки плотно пригнаны друг к другу, металлические ленты начищены до блеска, а замок-защелка без проблем ходит туда-сюда. Янтарь сидел в верхней части крышки, как украшение. Затем Петунья вырезала нужные руны на дне сундука. На вид сундук после этого никак не изменился, и она, из эксперимента, попробовала уложить в него свою дорожную сумку. Саквояж вошел безо всяких проблем. Вдохновленная успехом, Петунья с помощью Сьюзан перетаскала в сундук все мешки с пшеницей, все собранные утром снопы, а затем всыпала сверху собранную днем ягоду. И все прекрасно поместилось! А когда она закрыла крышку, то увидела, что янтарь неярко светится, и внутри него угадывается цифра «семь».