Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

Петунья протянула Морджианне чистый носовой платок. – Я постараюсь найти для тебя лекарство, – согласилась она. – А пока рассчитываю на твою помощь в лавке. Джинна улыбнулась сквозь слезы. Утерев мокрое лицо, она спрятала платок и воздела руки, собравшись вновь колдовать. Пока она не начала бормотать заклинания, Петунья ударила ее по рукам. – И я запрещаю тебе пользоваться магией по пустякам. – Говоря так, она почувствовала, как натянулась между ними тонкая невидимая струна, а джинна послушно опустила руки. Петунья испугалась. Это что, так подействовало принесенное ей обещание? Поэтому она поспешила заверить, что запрет этот только на то время, пока магия не восстановится. Потом она достала из кольца листы бумаги, ножницы и пару ручек, нарезала одинаковые квадратики, и Лия красивым каллиграфическим почерком вывела на них цены. – Пятьдесят койнов за фунт? – спросила Петунья. – За штуку, – поправила ее Лия. – Апельсины, персики и гранаты крупные, поэтому их мы продаем поштучно. Абрикосы – по три. Вишню – горстью. Она взглянула на Петунью и рассмеялась. Видимо, шок на ее лице выглядел достаточно смешно. – Расслабься, – она похлопала Петунью по плечу. – Я проанализировала цены в каталоге, а потом посоветовалась с госпожой Цзян. Пятьдесят монет – самая средняя цена за призрачные фрукты. Слишком высокая цена отпугнет покупателей. Петунья оглянулась. Цзян Яньли ловко жарила лапшу с чесноком в воке, орудуя большой сковородой так, будто та была невесомой. На скамье перед ее тележкой сидел Вэй Усянь и чуть ли слюной не истекал. Петунья и сама сглотнула слюну. Аромат от вока расходился потрясающий. Пока Цзян Яньли готовила, ее помощник выставлял на тележку специи и подготовленные к обработке ингредиенты – грибы и овощи, мясо нескольких видов, яйца, морепродукты и зелень. Внизу за тележкой стояли несколько больших, плотно закупоренных фляг. Петунья заподозрила, что в них основа для знаменитого супа. – Спасибо за вашу помощь, госпожа Цзян, – сказала Петунья, подойдя к тележке. Цзян Яньли кивнула, не отрываясь от своего занятия. – Могу я попросить еще о некоторых вещах? Вместо ответа ей сунули в руку миску с горячей лапшой. Сверху лежали несколько листиков зелени и торчали из лапши бамбуковые палочки. – Сперва поешьте, – мягким, но непререкаемым тоном сказала госпожа Цзян. У Петуньи и мысли не возникло ей возражать. – Ярмарка начнется всего через шичен. Вам понадобятся силы. Миски с лапшой мгновенно оказались у всех вокруг, включая семейство хоббитов и Морджианну. Дружным хором поблагодарив Хозяйку Лотоса за угощение, все принялись есть. Петунья аккуратно подхватывала пряди лапши палочками и отправляла их в рот. Лапша была упругой, горячей и ароматной, чесночный соус слегка пощипывал кончик языка, добавляя пикантности. Вэй Усяню, ожидаемо, этого было недостаточно, и в свою порцию он добавил столько специй, что его лапша окрасилась в цвет перца чили. Всем вокруг стало плохо от одного только вида того, с каким удовольствием чернокнижник уплетал эту адскую пищу и жмурился от неподдельного удовольствия. После еды всем досталось по стакану горячего жасминового чая. Маленькими деликатными глотками прихлебывая чай, Цзян Яньли поинтересовалась, чем она может быть полезна. Услышав, что Петунья ищет менялу, чтобы обменять деньги на койны, она без колебаний согласилась свести ее с надежным меновщиком. – А я могу использовать очки заслуг Гильдии? – Петунья вспомнила про миллионы на своей членской карточке. Пусть она и обещалась не использовать их, но… Цзян Яньли покачала головой. – Напрямую использовать очки заслуг нельзя. Если хотите, вы можете обменять их в Гильдии на любые монеты, и уже потом прийти с ними к меняле. Но, честно говоря, вы потеряете на обменах часть суммы. Вам выгоднее будет сосредоточиться на торговле. – Она улыбнулась и сказала несколько хороших слов о фруктах Петуньи. – А также вы можете принять участие в различных играх и лотереях. Если ваша удача хороша, вы без особого труда сможете собрать нужную сумму. – Сянь-Сянь тоже хочет поиграть! – Вэй Усянь закончил есть, его губы стали пухлыми и ярко-красными, словно накрашенные помадой. Он состроил умильное лицо и, кривляясь, детским голоском пропищал: – Я ведь такой везунчик! Цзян Яньли ласково улыбнулась ему и сказала, что надеялась на его помощь в лавке. Она не договорила, как он сразу же согласился во всем ей помогать. В этот момент над городом разнесся звонкий и чистый удар гонга. Продавцы поспешили занять свои места за прилавками, а между двумя каменными стражами возникли ворота. Снова ударил гонг, ворота задрожали и медленно распахнулись, и сквозь образовавшийся проем, который вел в никуда, на площадь хлынула толпа людей. Торговцы загомонили, на все лады расхваливая свои товары. Они так старались перекричать друг друга, что Петунья поспешила заткнуть уши. Прожив почти в полной изоляции несколько месяцев, с непривычки она чуть не оглохла. А единственное похожее мероприятие, на котором ей довелось бывать, была барахолка в Коукворте, которая, конечно же, ни в какое сравнение не шла с Большой Осенней Ярмаркой. Площадь быстро заполнилась покупателями. И они всё продолжали и продолжали прибывать. Их было так много, что Петунья забеспокоилась, что даже магическим образом расширенный Раздол не сможет всех вместить. Но, кажется, волновалась она напрасно. Вскоре ко всем лавкам поблизости выстроились очереди. Особенно длинная стояла к тележке с едой, над которой гордо реял фиолетовый флаг с цветком лотоса. Однако, к их прилавку так никто и не подошел. Люди проходили мимо, лишь изредка бросая быстрый взгляд. И не ясно было, то ли цена их отпугивала, то ли никто не желал связываться с неизвестным продавцом. Через некоторое время Петунья отважилась убрать руки от ушей. Морджианна, приставив ладони рупором ко рту, азартно кричала про сладкие и чудесные фрукты, аромат которых прогоняет печали, а вкус возвращает радость жизни. Петунья немного помедлила, а потом, преодолевая смущение, подхватила за нею: – Кому фрукты сладкие? Кому фрукты медовые? С ветки сорванные, утренней росой умытые! Пахнут так, что все печали пройдут, а укусишь – хвори в миг исцелятся! Кому фрукты сладкие? Кому фрукты медовые? Петунья кричала так усердно, что даже охрипла. Она отвернулась за стаканом чая, смочить горло, а когда вернулась к прилавку, то увидела нависшую над ним грозную тень. – Добро пожаловать, господин! – весело затрещала Морджианна. Она с улыбкой поднесла первому покупателю блюдце с дольками апельсина: – Извольте попробовать! Ручаюсь, нигде больше таких фруктов вы не найдете! Галворн, казалось, не обратил внимания на ее слова. Он окинул прилавок хмурым взглядом, потыкал толстым пальцем пупырчатые оранжевые апельсины, пожмякал розовые персики. В его присутствии яркие краски плодов поблекли, а аромат стал тише. Перетрогав все на прилавке, он обратил внимание на блюдце, которое Морджианна продолжала держать. Он взял одну дольку, положил ее в рот и прожевал с самым глубокомысленным видом. – Недурно, – проронил он и провел рукой над прилавком. – Всего по одному. – Сию минуту, господин! – пропела Морджианна, скрутила из упаковочной бумаги кулек и положила туда апельсин, гранат и персик, три штучки абрикосов и насыпала горсть вишен. Галворн положил на прилавок несколько монет, принял кулек и растворился в толпе, что было удивительно, с его-то габаритами. – Спасибо за покупку! – пропела ему вслед Морджианна и смахнула монеты в ящичек под прилавком. Она повернулась к Петунье. Глаза ее горели. – Первый покупатель! – ликующим шепотом вскричала она. – Ну, теперь торговля пойдет! Петунья не смогла не улыбнуться ее энтузиазму, но не удержалась от вопроса: как же так, принцесса, а понимает в торговле? Морджианна горделиво вздернула носик. – Все потому, что лучшие купцы на свете происходят с моей родины, Великой империи Парса! Сравниться с нами могут лишь уроженцы далекого Сина, что лежит на востоке, или жители страны Маср, расположенной вдоль великой реки Хапи! И потому разве могу я посрамить честь соотечественников?! Пока она хвасталась, к их прилавку подбежал помощник Цзян Яньли и, заплатив, купил у них один гранат. Петунья проследила за ним и увидела, как он, очистив зерна, стал бросать по нескольку штук в стаканы с чаем. И первый же покупатель, обнаружив в напитке зерна и раскусив их, преисполнился такого рвения, что, не доев, рванул к ним. Благодаря рекламе от Цзян Яньли, перед их прилавком тоже выстроилась небольшая очередь. А вскоре подошли еще несколько человек и, уточнив, не здесь ли не так давно отоваривался мастер Галворн, встали в очередь. – Кажется, вам что-то не по душе, госпожа Мириэль, – вполголоса заметила Цзян Яньли. Оставив свою тележку на помощника и Вэй Усяня, она подошла к их лавке. Петунья покосилась на покупателей и, прикрыв рот, зашептала: – Ну, вы же знаете Галворна, кукольника? – Яньли кивнула. – Я не понимаю, почему он сделал у нас покупку? Он же не мог не видеть, что это моя лавка? Просто мы как бы на ножах… Яньли понимающе покивала и пояснила: – Он не сделал ничего особенного. Просто дал вам немного лица.