Второй шанс или Волшебные приключения тети Петуньи

Петунья вновь очутилась посреди тьмы. Но в этот раз под ногами ощущалась твердая каменистая земля, а над головой раскинулось огромное, усыпанное мириадами звезд небо. Петунья запрокинула голову и засмотрелась. Никогда прежде она не видела такой красоты. Звезды были молодые, они ярко сияли и перемигивались, и, если прислушаться, тихонечко напевали какую-то знакомую мелодию… Упоенно разглядывая звездное небо, Петунья едва ли обращала внимание на все остальное. Неожиданный резкий окрик, спугнув звёздную песню, вывел ее из созерцания. Петунья оглянулась, ища, чей же голос услышала, и в этот самый момент знакомый ей огромный молот, засвистев, рванулся вперед и снес кого-то со своего пути. С глухим стуком чье-то тело рухнуло на землю. Громадный рыцарь в черных доспехах вошел в ворота, переступив через тело, и исчез в крепости. Только сейчас Петунья увидела крепость. Высокая стена, укрепленная пятиугольными бастионами, вырастала из земли непреодолимой преградой. Твердыня за нею тянулась в небо сторожевыми башнями, смотрела на мир узкими просветами бойниц, но суровая красота крепости была полная печали. Защитник ее пал, и враг был внутри. Петунья медленно подошла, не сводя взгляда с тела. Под ногой влажно хлюпнуло. Она опустила глаза и увидела, что случайно ступила в невесть откуда натекшую лужу. Темная вода блестела красным в свете звезд и пахла железом. Это кровь, отчетливо поняла Петунья. Кровь, что свободно вытекала из раны на голове павшего воина. Она поспешила к нему, молясь неведомым богам, чтобы его можно было еще спасти. Но было поздно. Петунья села рядом, не обращая внимания, что пачкается в чужой крови. Провела рукой по черным волосам, осторожно повернула к себе лицо, бледное, искаженное удивлением, будто воин так до конца и не верил в происходящее. Папа?! Петунья поперхнулась и схватилась за грудь, почувствовав спазм сердечной боли. Целую долгую минуту она пребывала в полном уверении, что весь ее мир рухнул. Но потом пригляделась и выдохнула. Это был не отец. Тоже эльда, черноволосый и сероглазый, неуловимо похожий, но одновременно и совершенно другой. Петунья осторожно закрыла ему веки и осталась сидеть у тела. Во всем вокруг было что-то похожее, о чем она должна бы знать, но мысли путались и никак не хотели приводиться в порядок. Тут из глубин крепости раздался оглушительный вопль, и все – земля, горы, крепость, даже звезды на небе – задрожало. В крике этом слились воедино радость и боль обладания, торжество и ярость победы. Крепость заходила ходуном, а потом из нее вырвался черный рыцарь. Одной рукой он прижимал к себе железный ларец, из-под неплотно прикрытой крышки пробивались лучи яркого белого света, точно внутри лежала звезда. Вдалеке послышался перестук лошадиных копыт. Держа в руках факелы, из темноты вырвалась кавалькада всадников. Их было семеро. Петунья уставилась на них во все глаза, и смутная радость от неожиданной встречи охватила ее. Развевались на ветру ослепительно-белые в ночной тьме волосы Турко, за ним, изо всех сил погоняя коней, скакали двое рыжих эльфов. Второй брат придерживал у бедра маленькую походную арфу, ее оборванные струны блестели от крови. Четвертый и пятый братья держались рядом с ним. Во главе кавалькады мчался старший, с медно-рыжими, как у матери, волосами, что трепетали на ветру как языки огня. Как Петунье хотелось рассмотреть их хоть немножечко! Но увы, вглядываясь вдаль до рези в глазах, она различала лица только второго и третьего братьев, а все остальные виделись ей лишь размытыми пятнами. За ее спиной раздался громкий хохот. Петунья вздрогнула. Любуясь братьями, она совершенно забыла про грабителя. А он послал в приближающихся охотников сокрушающую волну тьмы и исчез. Завизжали кони, закричали, пытаясь справиться с обезумевшими животными, всадники. Тьма накрыла обездоленный Форменос... …и Петунья проснулась. Она лежала в своей кровати, поверх одеяла, и в досках, из которых состоял потолок ее спальни, не было ровным счетом ничего интересного. Она тупо разглядывала текстуру древесины, а в голове у нее крутилось множество мыслей. Наконец, она ухватила одну, притягивая ее к себе. Это же было… – Ты как? Мысль вырвалась и исчезла. Петунья повернула голову. Аредэль сидела на табурете рядом с кроватью и не сводила с нее внимательного взгляда. – Что ты здесь делаешь? – удивилась она. Аредэль вскинула одну бровь, протянула руку и пощупала ей лоб. – Забыла? Сама же позвала. Молодец, что догадалась. И плохо, что не сделала этого с самого начала. Точно. Петунья вспомнила, что успела отправить с просьбой о помощи бумажную птичку. Значит, она долетела. – Спасибо. Она полежала еще немного, пережидая, пока сумбур в голове, вызванный новым видением, не уймется. Потом уперлась руками о матрас и села. К ее удивлению, тело легко подчинилось. Ни головной боли, ни рези в глазах, ни головокружения и тошноты, как в прошлый раз. Только некоторая вялость и тяжесть, будто слишком долго спала. – Ты как? – повторила свой вопрос Аредэль. – В порядке. Только устала немного. Допрашивать о ее состоянии Аредэль не стала. Сказала вместо этого приводить себя в порядок и выходить завтракать. Петунья умылась и переоделась, заплела косу и присоединилась к сестре за столом.  Ее ждала миска с уже привычной кашей, чашка горячего кофе и незнакомое, удивительное пирожное. – Представляешь, я увидела, как… – она собиралась рассказать кузине свое видение, но Аредэль подняла руку, делая знак замолчать. – Ешь. – Аредэль проследила, как Петунья съела одну за другой несколько ложек каши с перцем, довольно кивнула и продолжила: – Тебе не нужно рассказывать мне о своих видениях. Помни, я все это знаю. Могу ненароком подсказать, а это, – она усмехнулась, – будет нечестно. В ее словах был свой резон. Петунья кивнула, мол, поняла, и продолжила завтракать. После того, как она уместила в себя полную миску огненно-обжигающей каши, запила кофе и полакомилась невероятно нежным воздушным десертом, усталость и тяжесть в мышцах исчезли. – Готова к труду и обороне! – вскричала она, вскидывая вверх сжатые кулаки. Откуда в ней взялся этот странный лозунг – Петунья не знала. Тягу к труду Аредэль одобрила, а вот от обороны и прочих сверхнагрузок отговорила. – Ты дважды встретилась с тенями за такое короткое время, – говорила она, пока собирала в ящик посуду. – Займись чем-нибудь созидательным. Цветы полей, корову подои, ты же умеешь. И учти, – тут она бросила на младшую родственницу такой грозный взгляд, что у той заранее пропало всякое желание спорить: – Увижу возле шахты, – угрозу она не закончила, но Петунья все равно почувствовала призрачное жжение на ягодицах. В детстве ей пару раз перепадало ремнем. И на горохе в углу стоять приходилось, чего скрывать. Хотя эльдар, кажется, вроде как не применяют к физические наказания к детям?.. Попа еще горела от воспоминаний. Петунья искренне пообещала, что не будет заниматься ничего опасным или рискованным, но после недолгого торга выбила себе право ходить в Гильдию. Надо же будет сдать задания! На это Аредэль, нехотя, но дала позволение. Напоследок кузина велела Турко не сводить с нее глаз и только потом ушла. Петунья привстала на цыпочки, провожая ее взглядом, и, только строгая старшая сестра вышла за ворота, подмигнула Турко. Мол, не волнуйся, нарушать не собираюсь. Турко ответил ей красноречивым взглядом опытного старшего брата, наперечет знающего все повадки и ухватки младших братьев. Пока Петунья отходила от вчерашнего боя и пыталась пререкаться с кузиной, садовый гном подоил корову, собрал яйца и сложил у крыльца новый урожай фруктов. Петунья быстренько убрала их в кольцо, боясь, как бы не перемерзли, занесла в дом и там же рассортировала на привычные три части: себе, мистеру Кори и Лии. Отправив бармену его долю урожая, она набрала воды в колодце, умело напитала ее духовной энергией и полила растения в теплице. Спела им несколько мантр, лишь только иногда заглядывая в текст, и устроила сеанс одновременной медитации. Пока она щедро делилась с деревьями и травами своей духовной энергией, заодно успела рассмотреть, что же изменилось в ее внутреннем мире. Первая темная искра обзавелась подругой. Теперь в пузыре из ци, защищающем внутренний мир Петуньи от чужой энергии инь, находились две искры. Они тихо мерцали, не делая попыток напасть или как-то еще навредить, и Петунья, пока разглядывала их, невольно вспомнила свое видение. Темные искры были точно звезды на небосводе… когда Древа умерли, в мире не осталось никакого другого света, кроме звездного. – Неужели я и правда видела Форменос?..