Никогда
7 июня 2024 г., 20:03
Забини издалека наблюдал за вальсом Паркинсон с каким-то итальянским волшебником. Сегодня была последняя ее ночь в этой стране, и он никак не мог отделаться от мысли, что именно сегодня должен ей сказать.
Почти год Блейз издалека наблюдал за черноволосой принцессой Слизерина. За ее натянутыми улыбками в сторону Малфоя, за всегда грустным взглядом и наигранным смехом. Наблюдал и не мог понять, чем же эта девушка так его интересовала.
И вот, в вечер Святочного бала, когда Теодор сокрушался по своей Кудряшке, Блейз увидел ее.
Прекрасную богиню.
Она была так красива, что Забини становилось больно от понимания, что Малфой, стоящий рядом, никогда не разглядит в ней тот огонь, что тлеет за фальшивыми улыбками, что она никогда не посмотрит на него, хоть и чистокровного, но не их круга.
Забини было плевать на это чванливое общество. В первый год он даже умолял матушку отправить его обратно в теплую Италию, пока не сблизился с Тео. Тогда стало легче переносить холод общества.
Каков процент, что девушка, которая мучила его мысли в школе появится в его родной стране? Каков процент того, что ее семья знакома с семьей Боргезе, а Беатриче, дорогая и любимая кузина, разглядит сквозь колючки и шипы нежную душу Пенси?
Правильно. Минимальный.
Но вот, он тут, стоит как идиот на званом вечере, организованном семьей Боргезе, и вспоминает сладкий вкус губ девушки, что сейчас танцует с другим.
— Еще секунда, и ты воспламенишь ее партнера по танцам, — прощебетала кузина, становясь рядом с Блейзом.
— Было бы неплохо, — ухмыльнулся мулат, но не отвел взгляд от пары, что кружилась посреди залы в замысловатом танце.
— Почему ты ей не признаешься? — Мерлин, Беа и впрямь была занозой в заднице.
— У нее есть другой, — Забини не привык обманывать себя и давно понял, что интерес к Пенси перерос в нечто большое.
— Мне кажется, она с ним не счастлива, — Беатриче повернулась к Блейзу и внимательно посмотрела в его глаза. — И ты не счастлив, кузен.
— Там, — Блейз кивнул куда-то в сторону, где, по его мнению, находилась Англия, — другие правила, Беа. И она им следует. Кто я такой, чтобы портить ее жизнь и планы?
— Но ты ей нравишься, — как капризный ребенок протянула кузина, надув яркие губки.
— Один поцелуй — не доказательство.
Да, был всего один поцелуй. Самый сладкий, самый желанный. Под вспыхивающими огнями внутри кокона из музыки, Блейз растворялся в ощущениях, забывая о том, что, скорее всего, это продлится недолго.
— Возможно, нет, — пожала плечами итальянка, делая глоток лимонада, — но то, как она на тебя смотрит, уже доказывает, что ты ей интересен.
То, как смотрит.
Забини вернул свой взгляд на танцпол и не увидел изумрудного платья, за которым следил последние несколько минут.
— Советую тебе прогуляться на балкон, кузен. Тут становится жарко.
***
Блейз вышел на скрытый балкон и увидел ее. Паркинсон стояла, опершись на балюстраду, и смотрела вверх. На небе месяц искрил серебристым светом, перемигиваясь со звездами. В воздухе разлился запах можжевеловых деревьев и тмина. У Забини перехватило дыхание от того, насколько девушка была прекрасна. — Ты громко дышишь, — Пенси вполоборота бросила на него взгляд. Зеленые глаза искрились не притворным весельем, таким, которого Забини никогда не видел в Англии. — Задыхаюсь, — тихо проговорил Блейз, становясь сбоку от девушки и поворачиваясь к ней лицом. — Лекари тебе помогут, — она издевалась, и Забини это прекрасно видел. Но ему было плевать, ему даже нравилась эта ее язвительная сторона. — Вряд ли. Они не смогут вылечить чувства, — он не отводил взгляда и заметил как девушка вздрогнула. Что ж, сейчас или никогда. — О чем ты говоришь? — Пенси смотрела на него в страхе. Он видел его в расширенных зрачках, в подрагивании ресниц. — Ты мне нравишься Пенси, очень. Это началось не сегодня и не вчера, ты мне нравилась уже давно, — как на духу выложил Забини. — Блейз, — девушка встряхнула волосами, и мулата окутал запах тмина. Так вот откуда он был, — это не правильно, я с Малфоем, это… Ее трясло. Салазар, что он натворил? — Пенси, посмотри на меня, — Блейз аккуратно развернул девушку за плечи. Прохладная кожа жгла ладони. — Я знаю, что ты с Малфоем, но, dias, я не мог не сказать это. Прости меня. Зеленые глаза смотрели на него с мольбой и отчаянием. Забини подумал, что он все испортил. Испортил те крохи радости и счастья, что они получили. — Ты мне тоже, — чуть громче шепота. Но Блейз услышал. Ему показалось, что весь мир остановился в этой точке сейчас, и больше нет возврата. Ему было плевать, что в нескольких шагах от них, среди гостей чета Паркинсон ищет свою дочь, плевать, что в холодной Англии ее ждет чванливый Малфой, плевать, что, возможно, с началом учебного года эта маленькая летняя история останется лишь воспоминанием. Сейчас и только сейчас он хотел снова ощутить губы девушки на своих. Аккуратно, чтобы не спугнуть, он поднял двумя пальцами ее подбородок, продолжая тонуть в омуте ее глаз. Пенси не сопротивлялась — потянулась к нему, первая сделала шаг. И от этого движения мир завертелся с новой скоростью. Блейз накрыл своим ртом мягкие губы девушки с привкусом клубники, целуя самозабвенно, не сдерживаясь. Он хотел поглотить ее всю. Проникнув языков между губами, услышал нежный стон, от которого кровь вскипела. Почувствовал, как Пенси притянула его за воротник пиджака ближе. Да, ближе, еще ближе. Не отпускать, остаться тут, в этом моменте, поглощая легкие вздохи самой прекрасной волшебницы. Спустя минуты, а может, и часы, он оторвался от манящих губ. Это было больно, не хотелось отпускать. Провел по волосам, убирая прядь за ухо, и наслаждаясь видом. Пенси не сводила с него глаз, продолжая удерживать за лацканы пиджака. — Обещай мне, что когда мы вернемся в Хогвартс, все это не растворится как сон, — прошептала девушка. — Клянусь, я всегда буду рядом, даже если ты не сможешь быть со мной, — ответил ей Забини. Не имея возможности сдерживаться, атаковал с новой силой губы волшебницы, на этот раз сминая и покусывая, заявляя свои права на нее и давая второе обещание за вечер уже себе. «Когда мы вернемся, я сделаю все, чтобы ты была со мной».
