Сичены - любовь

- Познакомься, это Вей Усянь и Цзян Ваньинь - Хуань взглядом показал кто есть кто, а после добавил - Меня хотел видеть дядя. Ванцзы, присмотри за ними я скоро вернусь - Цзян Чэн было делает шаг следом, но холодный и суровый взгляд Ванцзи задерживает его на месте. Охотник недовольно хмурится, но дальше никуда не идёт. А Вэй Усянь же тем временем бесстыдно обходит Лань Ванцзи вокруг, оценивающе осматривая и восклицая: - Какой симпатичный мужчина! - Хуань пришел в один из храмов и зайдя туда больше не поднимал взгляда. Подойдя к фигуре мужчины Лань склонился в поклоне - Дядя, этот Лань готов к наказанию - Лань Цыжэнь сурово смотрел на племянника. Некоторое время молчание напряжённо висело в воздухе, а после он тяжело выдохнул и подошёл к племяннику, поглаживая собственную бороду. Хуань был как на иголках, он так и не поднялся из поклона. Когда Цыжэнь подошел ближе у Сиченя по спине пробежался табун мурашек, но благо его спина была спрятана под множеством слоев одежды - Поднимись из поклона, Хуань. Поднимись и объясни мне, почему ты нарушил правило? - Хуань тяжело сглотнул, а после поднялся и все же набрался смелости посмотреть в глаза дяде - Я нарушил правило, потому что на гору пришел очередной охотник, с которым я хочу вместе встать на стезе самосовершенствования - - Ты решил наступить на те же грабли и вновь довериться человеку? Тебе не хватило прошлого раза? Ты забыл, почему ты сидишь на этой горе в качестве наказания? - Когда Цижэнь услышал про самосовершенствование, то схватился за сердце. - Что ты сказал? - - Он не такой как Цзинь Гуаньяо. Прада - Хуань успел испугаться сто с дядей что-то случилось, но все же медленно повторил - Хочу встать с этим человеком на стез самосовершенствования - - Ты слишком доверчив, Хуань! Ты можешь снова обжечься, и в этот раз ещё болезненнее! - Цижень недовольно качает головой и крепко сжимает кулаки. - Ты мне дорог, поэтому я не хочу, чтобы ты снова ранился. Поэтому я против этого человека! - - Дядя, но я его люблю! - Хуань чуть помолчав добавил - Он не такой. Он не способен на поступок, который сделал Гуаньяо! - - Разве ты не говорил так и в прошлом...? - Цижень злился на племянника и свою собственную беспомощность в его переубеждении. - Пусть придет на личный разговор со мной с глазу на глаз. Дальше я скажу свое решение. - Когда казалось страх отпусти при последних словах сердце Ланя снова ушло в пятки - Хорошо - Хуань поклонился и вышел из храма направляясь к месту, на котором его ожидали. Подойдя он встретился взглядом с Цзяном - А-Чен...дядя хочет тебя видеть - Было видно как он нервничает, нервничает в два раза больше чем до этого. Молодой человек места себе не находил, пока ждал Сичэня. Он лишь имел возможность нервно ходить из стороны в сторону, пока его названный брат бесстыдно и бессовестно заигрывал с Ванцзи, что косплеил камень. Но вот Хуань выходит из храма, и Ваньин сразу же рвется навстречу, но чужие слова словно ушат ледяной воды. Охотник замирает. - Что? Зачем? - - Дядя хочет поговорить с тобой - Слова даются очень тяжело, но Хуань подходит ближе и берет руку Цзян Чена в свою медленно ведя к храму. Цзян Чэн напряжён и ощущает себя металлическим и несгибаемым прутом. Он неловко идёт за Сичэнем, сдвигая брови к переносице. - О чём? Что-то случилось? Он не хочет тебя отпускать? - - Он волнуется за меня. Скорее всего будет задавать вопросы, просто отвечай правду - У Хуаня трясутся руки он отводит Цзян Чена к храму, а после открывает ему дверь говоря пройти во внутрь. Ваньинь молча слушает и кивает. Он, в принципе, не собирался лгать, так что здесь для него не будет ничего сверхсложного и невыполнимого. Поэтому, когда Сичэнь приоткрывает дверь, веля пройти внутрь, тот уверенно переступает порог. Хуань одаривает Цзяна поддерживающей улыбкой и закрывая дверь удаляться на такое расстояние что бы его как бы было не видно, но он все слышал. Когда дверь закрывается, Цзян Чэн вспоминает, как Лань Ванцзи кланялся Сичэню, когда они только-только пришли, поэтому слегка наклоняется вперёд, повторяя поклон - Приветствую Вас. Меня зовут Цзян Ваньинь. - Цижень, который успел отойти к окну повернулся на скрип двери с невероятно хмурым лицом и подошел чуть ближе - Лань Цижень - Кротко притставился он начиная поглаживать свою бородку - Насколько серьезны твои намерения по отношению к моему племяннику? - Ну, в принципе, молодой человек не ожидал, что его примут с распростёртыми объятиями, поэтому чужая сухость была неудивительна. - Приятно познакомиться, - Цзян Чэн сдержался от закатывания глаз. - Самые серьёзные, иначе я не стоял бы сейчас здесь, перед вами. Цижень немного подивился чужой дерзости, но никак это не прокомментировал - Расскажи о себе. - - Мне кажется бессмысленным рассказывать о себе, когда лучше демонстрировать себя поступками и действиями. - Цзян Чэн был короток. Он, действительно, не видел смысла распинаться о себе, когда у мужчины уже сложилось свое мнение в голове.. Мужчина ненавидел, когда его не слушали и не отвечали, то что он хотел услышать, но лишь сморщил нос - Куда вы собираетесь отправиться дальше? - - Мы спустимся в человеческий мир, в город, где я живу. Посмотрим, как Хуань приживется там. Если будут проблемы, то вернёмся сюда и поищем другие варианты, - Цзян Чэн посмотрел на мужчину. - Это его желание, а я готов их уважать. Цижень вздыхает. Он не знает что делать с этими двумя - Иди - Лань разворачивая делая взмах рукой. Цзян Чэн благодарно кивает и прощается покидая храм. Он, если честно, ожидал увидеть здесь свою вторую мать, а это оказался просто заботливый, но ворчливый дядюшка. Когда двери открываются Хуань подходит к Цзяну. Он так нервничал. Честно говоря сам Лань не мог понять из-за чего. Наверное что разговор может зайти не туда и раскроется правда о его предательстве, про которое он по крайне мере сейчас не готов рассказывать охотнику - Ну, мне кажется, нам дали одобрение, и мы можем идти. Цзян Чэн неловко пожимает плечами и кладёт ладонь на чужой локоть, утешительно сжимая. - Ты весь словно на иголках, все впорядке? - - Не можем. Нужно подождать последнего слова дяди - Хуань лишь проводил локоть взглядом и выдохнул и честно сказал - Нет - - Ладно, тогда подождем твоего дядю. - Цзян Чэн хмурится и закатывает глаза, но по нему видно, что он взволнован. - Почему? Что случилось? Боишься, что нам не дадут разрешение? - - Нет, не поэтому....я расскажу тебе потом - Хуань отвел взгляд и замолчал. Цзян Чэн понимал, что не имеет права требовать от Сичэня больше, чем тот мог ему дать, поэтому лишь осторожно переплел их руки. - Расскажешь, когда будешь готов. - Хуань улыбнулся и переплел пальцы в ответ, а после чмокнул его в лоб. Как только от отстранился дверь сзади них распахнулась и из нее вышел Лань Цижень. Лань Цижень сурово смотрел на переплетённые руки молодых людей. А после изрёк. - Сколько бы я не любил тебя и не дорожил тобой, но правила есть правила. Ты должен показывать пример своего младшему брату и будущим поколениям. К тому же мне нельзя просто так проявлять снисхождение. Мой вердикт таков: я позволяю вам спуститься в мир людей и идти вместе по дороге жизни. Но, Хуань, ты понесёшь заслуженное наказание за свой проступок — тебе обрежут рога. - Хуань подсознательно был готов к чему-то такому, но все равно был шокирован. Его глаза чуть расширились, но он очень быстро вернул себе спокойное лицо и Лань опустив голову тихо произнёс - Да, дядя - Взгляд серо-голубых глаз метался от мужчины постарше к Сичэню. Откровенно признаться, он не понимал, насколько это плохо и вообще серьезно для его возлюбленного. Но Ваньинь помнил, как Хуань получал удовольствие от прикосновения к этим местам, значит, они чувствительные, и наказание просто ужасно болезненное. - Подождите! Мы можем с ним поровну разделить наказание? Я же тоже виноват в этом его проступке и тоже должен нести ответственность. - Глаза Ланя снова широко распахнулась и он резко поднял голову - Нет! И это не обсуждается! - Хуань был готов принять любое наказание, лишь бы его отпустили с Цзян Ченом и не сделали ничего его возлюбленному - Тише, я не с тобой разговариваю, - Цзян Чэн нахмурился. - Мне кажется, так будет честно. Что мне нужно сделать? Эээ, сломать ногу? Руку? - Молодой человек не знал, что полноценно мог приравнять к рогам возлюбленного из своих частей тела, но попытался предположить. - Нет. Нет. Нет. Ничего из этого - Голос Ланя стал стальным, а после он расцепил их руки делая шаг вперед - Дядя, когда будет проходить наказание? -Лань Цыжэнь перевел взгляд с человека на своего племянника и обратно. - Человек может принять половину ударов плетью, если так горит желанием. В таком случае тебе отрежут лишь один рог. Что скажешь, Цзян Ваньинь? - Цзян Чэн согласно кивает. - Хорошо, можно так. - - Нет. Нет. И еще раз нет. Я против - Хуаню совершенно не нравился вариант, в котором Цзян Чен мог хоть как-то пострадать - Что не так, Сичэнь? Почему нет? Я не такой хрупкий, как ты думаешь. К тому же так будет честно, разве нет?- Цзян Чэн скрестил руки на груди, нахмурившись. - Нет. Это мое наказание. Я самолично покинул гору, а ты тут вообще не причем. Нет, не честно - Сичень повернулся к охотнику все его состояние говорило о том, что он ни в коем случае не позволит сделать что-то Ваньиню - Ты самолично покинул гору, чтобы помочь мне. Не охоться я в этой местности, ты бы никуда не пошёл. Так что всё справедливо. - Ваньинь фыркает на чужое поведение. - Не смотри на меня так! - - Цзян Ваньинь. Ты. Не будешь. Принимать. Наказание - Пока Лань пытался потянуть время, он параллельно связывался с Ванцзы, что бы тот поддержал Цзян Чена, пока Хуаню будут принимать наказание. Поэтому уже через несколько минут за спиной охотника появился младший из братьев Лань. Он появился настолько бесшумно что вообще ничего не заметили бы те, кто не видел его приближающиеся фигуры. Когда его внезапно хватают и держат, Цзян Чэн лишь в удивлении распахивает глаза. А осознав, для чего всё это устроено, активно пытается выбраться из захвата, дергаясь и пинаясь. - Какого хуя происходит, Сичэнь? Да что вы делаете? Отпусти меня, ящерица-переросток! Усянь, мать твою, чего ты встал, помоги! - Хуань никак не отреагировал на мат разворачиваясь к Циженю - Дядя, я готов к наказанию - А после развернулся к Усяню - Вей Усянь, просто поверь что это для его же блага - Затем он развернулся следуя за удоляющеюся фигуру Циженя. Вэй Усянь стоял растерянный, не зная, то ли ему дёрнуться на помощь названному брату, то ли оставить все как есть. Наказание звучало серьезно. И даже если бы его возлюбленный предложил разделить его, он бы тоже отказался, поэтому, покачав головой, он подошёл к Цзян Чэну и одним ударом вырубил его, чтобы тот не причинял много беспокойства да и сам не нервничал, пока Сичэня нет. Хуань раз обернулся и застал уже бессознательного Цзяна, от этой картины он слегка прикусил губу снова поворачиваясь и стараясь не думать об этом. Прийдя в храм предков где обычно проводились наказания он встаёт на колени чуть опуская голову что бы пилить рога было удобнее - Почему ты отказался от совместного наказания? - вопрошает Цижэнь. Где-то в глубине души мужчина и сам уповал на то, что племянник согласится, чтобы не страдать в одиночку. Но что вышло, то вышло. Он достал специальное оборудование, чтобы осуществить наказание и тяжело выдохнул. - Я не хочу что бы он пострадал - Хуань положил руки на колени еле заметно сжимая ткань одеяний. Он был морально готов к адской боли но все же слегка волновался. Цижень выдохнул и подошёл ближе. У него у самого разрывалось сердце от того, что он собирался сделать, однако иного выхода не было. - Приступаю к выполнению наказания. - И блестнуло лезвие. Сичень понимал насколько это будет больно. Он старательно сдерживал крик. Пользуясь тем, что его волосы закрывали лицо из-за опущенной головы Лань зажмурил глаза что бы сдержать накатившиеся слезы. Отрезание рогов обычно занимает много времени, потому что нужно делать это правильно, чтобы не задеть нужные нервы, иначе дракон может умереть от болевого шока. Поэтому только через час Цижэнь опустил руки, вымолвил: - На этом твоё наказание закончено. - Целый час безостановочной боли, которую он вынес ни разу не пискнув или всплакнув. Он видел как на землю упал сначала один рог, а спустя время и второй. После объявления что наказание закончено он поднялся на трясущихся ногах и склонился в поклоне ожидая пока дядя покинет храм - Этот Лань благодарит дядю за проведенное наказание - Цижень коротко кивнул головой и махнул рукой, как бы давая понять, что племянник волен идти отдыхать или залечивать раны. Цзян Чэна же отнесли в Ханьши, пока тот был без сознания. Вэй Усянь постарался с ударом, так что некоторое время молодой охотник не приходил в себя. Хуань еще чуть постоял над своими рогами, а после направился в покои. Прийдя он подошел к зеркалу смотря как выглядит его голова. А она выглядело непривычно. В скором времени Цзян Чэн пришел в себя и, разумеется, его первым вопросом было: 'Где находится Сичэнь?'. Дальше он вскочил, чувствуя лёгкое головокружение и пнул Усяня, обругав последними словами и назвав предателем. Хуань все так же сидел и тупо пялился на себя в зеркало. Он пытался привыкнуть к новому себе. Ему сообщили, что Сичэнь находится у себя, поэтому, не мешкая ни секунды, он отправился туда, понимая, что все пропустил и сейчас его возлюбленному, как никогда, нужна поддержка. - А-Хуань? - Охотник неловко постучал в дверь.