Великий Суд любви не помеха!

Уже около недели главковерх Чёрной Лиги живёт в Сыктывкаре. Всё это время он был серьёзно занят делами интеграции присоединённых регионов, поэтому у него не было времени на развлечения и личную жизнь. С 8 утра до 8 вечера он не выходил за пределы администрации, разрабатывая планы операции по уничтожению армии Саблина и присоединения Дальнего Востока. Наступила пятница, 6 июня. Сегодня он должен был инспектировать военные заводы Сыктывкара, теперь уже выпускающие продукцию на нужды армии Лиги. Язов проснулся за 3 минуты до будильника. Часы показывали 5:57. Солнце уже вовсю бьёт в зашторенное окно. Дмитрий отключил ещё не прозвонивший будильник, встал с футона, сложил его, взял свою одежду и посмотрел на Рикку. Она ещё спала. Лица её разглядеть не получилось: оно было повёрнуто в сторону окна. Главверх вышел в коридор, а потом свернул в ванную комнату, где умылся, причесался и побрился. Дмитрий посмотрел в зеркало. -«Вот оно. Десять лет назад я и не подозревал, что когда-то до Великого Суда останется совсем не долго. Дмитрий, в твоих руках право на месть за погибших соотечественников, ты не имеешь морального права свернуть назад.» - Язов наставлял себя на верный путь каждое утро. Это было частью утренних процедур, как например, чистка зубов - «Рикка… необычная девушка. Да ещё и привлекательная… с этим Маузером она выглядит забавно, а её повязка так ей идёт… так, я же о Великом Суде думал…». Закончив приводить себя в порядок, он одел форму и вышел. Тут маршал вспомнил, что в комнате забыл свой портфель с важными документами. Для сегодняшних мероприятий и комиссий они были просто необходимы. Дмитрий вошёл в комнату, полагая, что Рикка ещё спит. Но к его удивлению, она не просто не спала, она уже оделась и открывала окно. - Доброе утро, Рикка. Так рано и уже не спишь? Рикка не услышала, как Дмитрий вошёл в комнату, поэтому она немного напугалась, а затем сразу же обернулась. - Дима, ты напугал меня. Да, не сплю. Демоны из потустороннего мира не тоже спят. - Рикка взяла с тумбочки Маузер и вставила его в кобуру, приделанную к ноге под юбкой - Меня ждёт Могущественный Мьёлльнир! С ней мы пойдём искать Химеру! Язов стоял и ничего не понял. - Ты уходишь на работу? - доброжелательным голосом спросила Рикка - Да. Сегодня важная инспекция. - Понятно. До вечера, я тоже пошла. - Она открыла окно и начала выходить в него. Дмитрий испуганно замахал руками - Стой, это же четвёртый этаж, разобьёшься! Не слушая его, Рикка ловко выпрыгнула в окно. Язов в испуге подбежал к окну. К его облегчению девушка держалась за верёвку, опущенную с крыши на землю. - Ну и напугала же ты меня! Рикка посмотрела наверх, в глаза Дмитрию. - Владыку Тиранического Ока нельзя убить. Как ни в чём не бывало, она продолжила спускаться по толстой верёвке, оставив напуганного Язова в комнате. Он смотрел на неё до тех пор, пока она не коснулась земли. Рикка достала свой Маузер и радостно побежала вдоль дороги в неизвестном направлении. Дмитрий пошёл на кухню. Из ящика достал ложку, а с полки - кружку и сахарницу. Сахара в ней оставалось на одну порцию. Язов решил не тратить на себя остатки. Чайник был горячим. Возможно, Рикка просыпалась незадолго до него и пила чай. В хлебнице нашлось пол батона, а в холодильнике немного масла. Всё остальное требовало приготовления, но Дмитрий сегодня торопился. После поспешного «завтрака» главковерх отправился в Администрацию. Как только он вышел на лестничную клетку, он встретил девушку. То была школьница лет 16, ростом немного ниже Рикки. Светлые шелковистые волосы были сплетены в длинные косы, на конце которых были завязаны небольшие мягкие шары. Её ярко-голубые глаза были похожи на чистое небо, которое когда-то царило над этими землями… Не дав загрезить Язову, девушка отвлекла его своим вопросом. - И что вы делали в квартире моего мастера дес? - небесная голубизна в глазах девушки стала не такой невинной, когда она начала с криками наезжать на Дмитрия - И чего молчите?.. аааах, я поняла… - она сделала шаг назад и поднялась на пару ступенек выше - Вы - глава демонов из потустороннего мира дес! Вы убили её! Девушка прокричала странное заклинание, точно такое же произносила вчера Рикка. Затем она начала бить Дмитрия шарами, заплетёнными в конец кос, перепрыгивая со ступеньки на ступеньку, повторяя «Мьёлльнир, в атаку!». Около минуты, не шевелясь и скрестив руки на груди, стоял маршал, избиваемый чудаковатой девушкой. На второй минуте ему это надоело. - Ну всё, с меня хватит. Мы идём к твоим родителям. Что ты здесь делаешь в такое раннее время? Язов схватил её за запястье. Она неистово пыталась вырваться. - Пусти, демон! - кричала голубоглазая чудачка - Иначе я применю суперсилу дес! Внезапно с верхнего этажа послышались шаги; неспешные, протяжные, такие чёткие, что маршал сразу же узнал их. - Товарищ маршал! Вот так встреча! - из-за поворота показался Александр Лазаренко. - А я тогда и забыл сказать, что мы теперь соседи. Уже неделю живём в одном подъезде, а не встречались здесь ни разу, ну что за сюр? Он протянул руку. Маршал и генерал обменялись рукопожатиями. Лазаренко тут же обратил внимание на девушку, изо всех сил пытавшуюся уничтожить Язова. - Декомори, скажи мне, что тебе нужно от Главковерха Чёрной Лиги? - начал Александр наигранно-лукавым голосом - он не особо общительный, а силой ты его точно оттолкнёшь от себя. Скажи лучше мне, что тебя интересует, а я ему передам. Она тут же сделала шаг назад и обомлела. Руки опустились, а глаза теперь выражали лишь неподдельный испуг. - Товарищ Главковерх, простите меня дес! - Декомори преклонилась перед Дмитрием в попытках извиниться - Не знала, что это Вы! Маршал ласково усмехнулся. - Ничего страшного. Я тоже когда-то был ребёнком. - Язов наклонился к Декомори и взъерошил её волосы небрежным поглаживанием по голове. - Даже трудно сказать, чьё детство было сложнее: мои 30-е, или нынешние 60-е. Ох, сколько воды с тех пор утекло… так, тебя зовут Декомори? - Санаэ. - Она скрестила руки за спиной - Санаэ Декомори. - Рад знакомству. Вне работы я просто Дмитрий. Декомори улыбнулась, выражая доброжелательность. - Вы всё-таки не убивали, мастера дес. - В этой улыбке отражалась вся невинность детской души. Она не заслуживала тех страданий, что царят во время эпохи бесконечных гражданских войн и бомбардировок Люфтваффе. Язов всё думал: «Несколько лет назад воевали Родзаевский и Мень. Даже не смотря на то, что оба были приверженцами одной религии и выступали за активное участие церкви в жизни страны. Если Бог действительно существует, то почему он допустил весь этот ужас? Допустил войну своих же почитателей, страдания десятков миллионов ни в чём не повинных людей? В чём заключается Его Великий замысел?» От этих мыслей маршала оторвал Лазаренко. - Дмитрий Тимофеевич, нам уже пора идти. - Он посмотрел на часы - нам ещё документацию новейших проектов бронетехники утверждать… - Да, я помню. Идём. До свидания, Декомори! Санаэ встала по стойке «смирно» и поднесла руку к голове. - До свидания, товарищ Главверх! Александр погладил её по голове, после чего Язов тоже попрощался с ней. Язов и Лазаренко вышли из подъезда. На улице стояла ясная погода, а люди ещё не успели повылазить со своих коморок и пойти на работу. Дмитрий начал разговор. - Вообще я с ней живу. Более того, она - подруга твоей сожительницы. - Вот как? - Дмитрий усмехнулся - А я это узнал только сегодня. Лазаренко тихонько вздохнул, посмотрел в небо, после чего вновь обернулся к Язову. - А мог вообще никогда не узнать. Помни, мы послезавтра уезжаем обратно, в колыбель нашей Лиги, в далёкий Омск. Дмитрий еле заметно нахмурил брови и поджал губы к зубам. Лазаренко, отличавшийся своей невероятной наблюдательностью, конечно же, заметил это, и прочитал на лице маршала чувство, которое можно было бы охарактеризовать как «боль предстоящей потери». Но он не знал, что за прошедшую неделю Язову сильно понравилась Рикка, а поговорить с ней он так и не сумел, несмотря даже на то, что живёт с ней в одной комнате. Работа главковерха слишком тяжелая и требует очень много времени. Тем не менее, Александр решил сменить тему. - Сегодня идём осматривать новый танковый завод, так ведь? Дмитрий кивнул - Отлично. - Лазаренко прихлопнул руками. - Они уже должны были запустить в серийное производство новый образец танка Т-64 «Язов» с усовершенствованным двигателем и увеличенным калибром ствола. К началу Великого Суда нашим танковым войскам не будет равных во всём мире… Язов остановил Александра. - Ты погоди, Великий Суд начнётся после победы над Саблиным. Как будут обстоят дела в случае войны? Лазаренко улыбнулся - Наши ВВС уничтожат инфраструктуру Дальнего востока за несколько дней под ноль! - Чуть ли не пропел генерал - Мы окружим несколько их крупных группировок по всей ширине фронта и уничтожим их, и саблинистам будет попросту нечем обороняться! - Звучит слишком идеально…. - Язов достал сигареты и протянул одну Александру. - Ладно, детали мы сегодня обсудим на послеобеденном совещании. Они закурили. Идя по безлюдным улицам, невольно вспоминали комендантский час во время мятежа Батова. Уж больно раннее утро предвыходного дня в оккупированном городе напоминало то самое время… - Саблин вроде не такой уж и плохой, не так ли? - Лазаренко выпустил дым в прохладный утренний воздух - Единственным, кого он казнил из побеждённых военачальников, был Родзаевский. Дмитрий бросил протестующий взгляд на своего старого друга - Слишком уж он «добренький». В своё время я надеялся, что он проиграет Ягоде. Хотя старый НКВДшник это тема для отдельного разговора. - Язов выкинул выкуренную сигарету в урну - когда на просторах развалившейся России начинались столкновения между военачальниками, он был самым молодым из них. Вернее сказать, он и сейчас такой. Единственное отличие заключается в том, что подконтрольный ему Верхнеудинск с кучкой единомышленников и бурятов смог объединить под собой весь Дальний Восток со всей промышленностью и людскими ресурсами. Это вряд ли будет простая война, я не верю в это. А Косте Родзаевскому так и надо. Поделом этому старому алкашу, пропившему всё Приамурье. Лазаренко рассмеялся - Верно подмечено, друг мой. И по поводу Саблина, и по поводу старого алкоголика. До администрации оставалось около двух минут ходьбы. Инспекция прошла успешно. Абсолютно всё производство устраивало командование: начиная дешёвым и надёжным методом сборки и заканчивая объёмами производства. Заводы Сыктывкарского танкостроительного комбината намереваются выпустить до 550 танков до конца года. Для кого-то кажется безумием, что производство в это время работает эффективно лишь на нужды армии. Людям мало кровопролития; погибает очень много людей, поэтому нужно больше оружия, чтобы уничтожить как можно больше людей! Язов понимал, что мир давно перешёл грань безумия, однако его позиция была чёткой и несгибаемой: Великий Суд превыше всего. В официальной методичке Чёрной Лиги говорилось: «Нам больше нечего терять!», поэтому можно вершить любое безумие ради достижения цели. А если человечество выживет, то тогда посмотрим, что будет с военным производством, которое уже, скорее всего, не понадобится. Послеобеденное совещание затянулось, и вместо типичных полутора часов оно длилось около трёх. Генералы спорили о приоритетах снабжения, где использовать бригады Искупления, по каким объектам инфраструктуры наносить удары в первую очередь. В 17:30 часов совещание, наконец, подошло к концу, а после долгих дискуссий на свет появился окончательный вариант операции «Байкал», согласно которого необходимо было менее чем за полтора месяца разгромить Дальневосточную Социалистическую Республику. Лазаренко ушёл домой в 18:50, а Язов только в 20:25. Летнее Солнце никак не хотело заходить за горизонт. Вечерний свет разливался по улицам Сыктывкара, с виду такого опустошённого. Спустя 15 минут неспешной ходьбы Дмитрий смог дойти домой. Всё тот же плакат, описывающий всю мощь Лиги висел у входа в подъезд. Уставший Язов открыл дверь и неспешно поднялся на 4 этаж, вошёл в квартиру. Горел свет, а из спальной доносилось два женских голоса. Он понял, что это были Рикка и Санаэ. Решив их не беспокоить, Дмитрий разулся, снял с себя тяжёлую форменную одежду, вымыл руки и направился на кухню. На кухонном столе стояли кружки, из которых недавно пили чай, а также тарелки. В тарелке были остатки лапши, бульона и овощей. Взяв в карман пачку сигарет и свою зажигалку, Язов вышел на балкон. На балконе было почти пусто, если не считать небольшой стол с пепельницей и два стула. Из окон раскидывался вид на город. Впереди была дорога, по которой изредка проезжали машины, да и то в основном это были грузовики с солдатами Чёрной Лиги. Вдоль улицы располагались дома, на первых этажах которых находились различные лавки, магазины, аптеки и прочие заведения. Яркое солнце постепенно приближалось к горизонту. Дмитрий достал из пачки одну сигарету, вставил меж губ и зажёг от фирменной чёрнолиговской зажигалки, а затем приоткрыл окно. Он курил и наслаждался видом из окна, а разные чувства и мысли то покидали его голову, то посещали вновь. Язов стал свидетелем следующей картины: бедная женщина шла с двумя худощавыми детьми, прося милостыню. А мимо неё строем, запевая «Взвейтесь, соколы орлами» прошли солдаты Бригады Искупления. В голове Дмитрия проскочило: «Картина, олицетворяющая милитаризм. Но я всегда был, есть, и буду милитаристом. Так надо во имя Великого Суда. На другие взгляды я не имею права. Да, жестоко, да, теперь восхваляется спартанский образ жизни, но по-другому нельзя…» - он старался отбрасывать все сомнения. Внутри него боролись эти две противоположные стороны, причиняя ему сильнейшую боль. Наблюдая за медленным закатом и думая о милитаризме, он не заметил, как докурил сигарету. Это заставило его вернуться из глубин своей души в реальный мир. Теперь он слышал, что Декомори, до этого находившаяся в комнате, собралась уходить. - До завтра, Рикка! - мягким голосом сказала Санаэ - Хорошего вечера! - попрощалась Рикка - И не забывай! - Бодро начала Декомори, но тут же понизившая голос до шёпота, что Язов не смог ничего расслышать. - Ааа, - Смущённо прокричала Рикка - всё вовсе не так, я тебе уже говорила!!! Язов вышел с балкона на кухню, а с кухни направился в прихожую. - Что тут у вас? - начал Главковерх - Товарищ марша… - начала Декомори, но её оборвал Дмитрий. Рикка покраснела, когда Язов вошёл в прихожую. Похоже, Язов этого не заметил. - Не здесь. Я уже говорил. Ты уходишь? - Да. Мне пора домой. До свидания дес! - попрощалась Декомори. - До встречи! Санаэ вышла из квартиры, Рикка закрыла за ней дверь. - Дима… -неуверенно начала Рикка - Твой рамэн в холодильнике, его только нужно разогреть. Дмитрий улыбнулся. В его глазах виднелось удовлетворение. - Спасибо. Откуда он у вас? Сами приготовили? - главковерх ретировался на кухню, зовя за собой Рикку. - Нет, мы купили его, пока искали Химеру - она медленным и осторожным шагом проследовала за Язовым. - Химеру? Язов обернулся и вопросительно взглянул Рикке прямо в её синий глаз. Она тут же немного засмущалась, от чего снова покраснела. Зрительный контакт продлился едва мгновение, но Дмитрий успел заметить тот невообразимый контраст её белоснежной кожи, внезапно налившейся румянцем и её прекрасного глаза. От того он тоже немного засмущался, почувствовал подступающий багрянец и отвёл взгляд сторону балкона. Из-за этого небольшого «происшествия» они стояли молча около половины минуты, но Рикка наконец-то нашла в себе силы дать ответ на вопрос Дмитрия. - Химера - это кошка… но не обычная. Она из другого мира, поэтому она легко одолевает демонов. - Она сделала паузу - Рамэн в холодильнике. - Да, точно… спасибо. Язов открыл холодильник, достал оттуда тарелку с рамэном, после чего поставил его разогревать в пожелтевшую от времени микроволновку. В воздухе стояла атмосфера неуверенности и растерянности. Внезапно на кухню вошла кошка, вальяжно размахивая хвостом и перебирая под собой лапами. - Химера! - Радострно проговорила Рикка - она пришла нас защищать от демонов. Язов взял Химеру на руки. В глазах кошки выражалось спокойствие. Ничего больше. Ей было всё равно на всё. - Спокойная. - сказал Дмитрий - Обычно кошки шипят на меня за десять метров. Рикка улыбнулась, после чего присела за стол. Сначала она потёрла руки, затем она поставила их локтями стол и положила голову себе на ладони. Язов посмотрел на неё. Он хотел заговорит с ней, но всё никак не мог начать диалог. Дмитрий понимал, что теряет драгоценные возможности поговорить с ней, узнать, что у неё произошло. Всё ближе и ближе тот момент, когда поезд правительства заберёт его в далёкий Омск. Он мог отказаться от возвращения и остаться в Сыктывкаре, но он был обязан вернуться в столицу, откуда осуществляется контроль за всем государством. Около минуты длились его страдания, предотвратить которые мешала неожиданная собственная неуверенность и непонятный страх. Микроволновка издала резкий звук, который отдавался в тишине ещё несколько мгновений. Язов достал разогретый рамэн, после чего уселся за свободное место за столом. Его продолжали мучить мысли о предстоящем возвращении в Омск и о том, что он рискует никогда не увидеть Рикку. К счастью, его страдания тут же воздались. Она заговорила первой. - Ты завтра никуда не идёшь? - она начала неуверенным голосом Язов прочувствовал небольшое облегчение. - Нет, Рикка, никуда - ответил Дмитрий - Завтра мой последний выходной. Честно, меня немного напрягает факт того, что мы даже толком не поговорили и не узнали друг друга, потому что в воскресенье… - В воскресенье ты и Лазаренко уезжаете в Омск. - перебила Рикка. В её голосе послышалась тоска. - Откуда ты знаешь? - Язов был удивлён. - Декомори сказала. А ей - Лазаренко. Язов посмотрел в окно. Солнце продолжало заходить за горизонт. Наконец, оно зашло за соседние здание, от чего на кухне стало темнее. Тьма боролась с уходящим светом, постепенно забирая себе всё больше и больше пространства. В приятном вечернем зареве Рикка смотрелось по-особенному. Её грустное лицо ласкали слабые лучи света. Дмитрий не мог оторвать от неё взгляд… - Рикка, у тебя в этом году уже был день рождения? - внезапно спросил Язов. От его обращения её лицо тут же стало немного радостней. Дмитрий всё-таки заметил, что всегда, когда они разговаривали, Рикка выглядит счастливей. - Двенадцатого июня. Жаль, что ты тогда уедешь. Язов опустил глаза. Но тут же в его голове появилась мысль, которая показалась самой светлой и прекрасной за всю его жизнь. - Рикка, открою тебе секрет. Недавно мы закончили часть плана «Гидра», поэтому у нас есть места в гигантском бункере под Омском. Мы можем поселить тебя там, а также найти место учебы и работы в столице. Не хочешь поехать с нами в Омск? - Конечно хочу! - Казалось, её счастью не было предела. - Я рад, что ты согласилась. Тогда я тебе предлагаю завтра сходить куда-нибудь вместе. - После предложения Язову с лёгкостью давались все слова. Казалось, что он даже может сейчас признаться в любви. - Ты не против? Рикка снова немного покраснела. Маршал это заметил. - Да, я пойду с тобой. Я буду очень рада этому. Последующие пару минут Дмитрий потратил на поедание рамэна. После окончания трапезы, он убрал всю посуду в раковину. Он вновь обратил свой взор на Рикку. Она находилась во всё той же тьме, но теперь она выглядела куда радостней. Её глаз так и светился. Язов даже подумал, что она только что услышала то, что хотела услышать так давно. Свет заходящего солнца слабо заливал кухню, от чего на душе появлялось меланхоличное спокойствие. Дмитрий никак не мог оторвать от неё свой взгляд. Невольно он поймал себя на мысли: «Неужели я не думал о Великом Суде уже весь вечер? Что это со мной? Настолько приятного чувства я так давно не испытывал…». Ему не хотелось терять такое спокойствие и умиротворение. - Рикка, - начал Язов - Ты ещё не хочешь спать? После этих слов она изменила позу. Теперь она сидела, повернувшись к нему, кидая свой чудесный взгляд ему навстречу. Её глаз стал отражать солнечный свет, от чего он стал казаться ещё красивее. - Нет, Дима. Пока не хочу - Рикка ответила неспешным, вопросительным тоном. - А ты? К удивлению Дмитрия, усталость магическим образом пропала. - Честно, нет. Утомлённость после тяжёлого дня как рукой сняло. Что за магия? Рикка тихонько рассмеялась. Её смех быстро заполонил всю кухню. Казалось, что это самое лучшее место на земле. - Вот как получается. - Рикка взглянула на часы - сегодня можно долго не спать. Завтра выходной. - Не хочешь выйти на балкон и поговорить уже там? - Ну давай, я не против. Рикка встала со стула, поправила свою тёмно-синюю юбку, после чего направилась в сторону балкона. Язов же взял на руки Химеру, и, поглаживая её за ухом, пошёл вслед за девушкой. На балконе было невероятно свежо, воздух казался кристально чистым. Они стояли у открытого окна, созерцая закат и полупустой город. Где-то слышались звуки стрельбы. Дмитрий знал, что это расстреливали партизан и неугодных элементов, поэтому он надеялся, что этого не знает Рикка. По улице то и дело проходили боевые подразделения чернолиговских солдат. Некоторые даже запевали песни. - Куда они все идут? Язов легко вздохнул - Завтра уже отъезжают на границу. Война… сколько ни живу, всё война. Уже не могу себя представить без войны. - Дмитрий смотрел вслед уходящим солдатам. - Из-за войны погибли мои родители. - Эта её фраза заставила Дмитрия застыть на мгновение, после чего по всему его телу, от макушки до кончиков пальцев ног разлился могильный холод. - Я была совсем маленькой. Помню, лишь как кто-то ворвался в дом и расстрелял всех. Я тогда смогла спрятаться. Дмитрий, не понимая почему, испытал чувство вины. - Сочувствую. Адепты и последователи немцев у меня отняли всё. Да и у всех чернолиговцев. Нам больше нечего терять. Рикка ничего ему не ответила. Она лишь пододвинулась к Язову. Он ощутил на себе её прикосновение, которое показалось ему самым приятным ощущением из когда-либо испытываемых ранее. Тем не менее, это его немного смутило, поэтому он даже не понял как на это реагировать. Дмитрий приобнял её за плечо. Рикка тихонько вздохнула. - Дима… - начала она смущённо, но тут же запнулась. В этот момент не стоило ничего говорить. Нужно было лишь наслаждаться каждым мигом, прожитым в этот самый момент. Рикка и Дмитрий стояли на балконе, провожая закат могучего небесного светила. Вскоре Солнце скрылось за горизонтом, ознаменовав окончание этого дня.