Вакцина от совершенства

Юмико вскочила с места, словно ей приснился какой-то страшный сон. Но какой, вспомнить не выходило. Она начала оглядываться по сторонам пустой палаты, замечая сидящего неподалёку от неё учёного, скучающе перелистывая какую-то книгу. — А ты чего здесь?.. — У меня был выбор: следить за твоим самочувствием или предоставить это Генцуру. — Курапика медленно перевёл на неё вопросительный взгляд. — Предпочла бы посидеть с ним? — Нет!.. — махнула рукой Юмико, а потом поспешила прикрыть рану от его глаз покрывалом. — Нет... — Нет смысла прятать. — отведя обратно взгляд, он пояснил: — Киллуа рассказал. Но я, полагаю, Генцуру понял, что ты заражена, намного раньше, чем ты сама. — Вот как… — она с грустью положила руку на поражённое место, после чего услышала: — Не переживай. Мы тебя вылечим. Киллуа тоже очень старается сейчас. — Где он?.. — подняла брови домиком Юмико, оглядывая в надежде каждый уголок палаты. — Вышел с Генцуру за продуктами. — Вышел? — резко вздохнула Юмико, хаотично проводя ладонями по простыни, где раньше она проводила по его волосам. — Еды полно! Зачем за ней снова выходить? Мне надо к Киллуа... — Наверное, это мой долг остановить тебя на пути к самоубийству, — он слегка надавил ей на плечо прежде, чем она встала с койки, а потом с озадаченным видом нажал ей пальцем на запястье. — Погоди-ка... Ты что, влюблена в него? — А? — до конца осознав вопрос, который был задан, как ни в чём не бывало, она вдохнула тяжёлый глоток воздуха, будто он должен прибавить ей сил на ответ. — В.. влюблю… влюблена? Слишком... с-слишком сильно сказано!.. — в смятении, она отмахивалась обеими руками, всерьёз уже раздумывая о том, чтобы спрятаться от него под покрывалом. Прикрыв лицо пальцами, которым передавалась высокая температура с щёк, Юмико отвела глаза, решив задуматься над этим вопросом. — Не суть. — проигнорировал брошенный в него полный недоумения взгляд, от такого быстрого перехода с темы, а потом обратился к той, кто надуто отвернулась. — У меня к тебе ряд вопросов, Юмико Кацуки. Специально с акцентировав тоном внимание на её фамилии, он сел напротив. Но прежде, чем он успел задать первый вопрос, скатившаяся капля с её носа разбилась об простынь, оставляя там красный след. Ещё две упавшие капли и Курапика незамедлительно приложил платок к её носу, помогая ей запрокинуть голову назад. — Эй! Как ты себя чувствуешь? — он изучающе рассматривал побледневшее лицо Юмико, которая пыталась выйти из коматозного состояния. — Кто-то идёт... — Что? — он подложил ей подушку под спину, скидывая её слова на ослабевший бред. Скоро должно пройти. — Четверо... Нет пять человек... — Отдохни пока... Курапика раскрыл в удивлении на неё глаза, вспоминая, сколько человек отсюда отправилось. Недолго в своей голове противореча здравому смыслу, он поголовно накинул покрывало на Юмико, подошёл к двери и аккуратно приоткрыл защёлку. Заболевшая немного выглянула из-под укрытия, чувствуя необычное ощущение приближающегося присутствия людей. Выдохнув спустя второй десяток секунд, Курапика решил закрыть дверь. Он так и знал, что ей просто... Замок издал электронный писк, который перерос в гам вошедших, где голос Пиеро преобладал страдальческим и одновременно восхищённым тоном голоса. — На улице чума какая-то! — передавал полные пакеты еды встречающим, слегка прихрамывая. Курапика обернулся в сторону Кацуки, которая расслабленно улыбнулась, а потом вернул взгляд и переглянулся с Киллуа. — Хочу его увидеть... — свела в порывистом ожидании брови Юмико, придерживая окровавленный платок у своего носа одной рукой. Стоило ей приподняться, как чувство сдавливающей ткани вокруг собственного тела окутало её, а потом и вовсе сковало все её движения. — Не высовывайся. — чуть ли не приказным тоном потребовал Курапика, связывая её тело дополнительным покрывалом. — Курапика, ты что!? — выворачиваясь и крутясь в разные стороны, несмотря на ослабевшее тело, она выбралась из кучи белья уже на полу довольно-таки быстро. Но не успела она поднять злобный взгляд из-под взъерошенных волос, как звук хлопнувшей двери раздался по палате. — Ну и вид у тебя, конечно... — встретил Курапика Золдика, оставляя Юмико с возмущённым лицом одну в палате. — Давай отойдём... — тихо предложил Киллуа, обнимая себя и прикрываясь от озноба. — Что же... — с озадаченным лицом он направил только что пришедшего в соседнюю палату, где Киллуа смог спокойно наконец выдохнуть. Не успев спросить, как всё прошло, Курапика принял грубо отданный ему рюкзак, где лежало всё то, что он заказывал. — Если ты сейчас не создашь лекарство, я умру! — устало плюхнулся на кресло учёного Киллуа, пока тот проверял наличие препаратов в рюкзаке. Увидев равнодушие на его лице, Золдик в раздражении поддался вперёд, облокачиваясь на свои колени локтями. — Ты меня слышишь? Я серьёзно умру! Это не метафора. — С чего ты это взял? — постучав по стеклянному бутыльку, чтобы перелить содержимое в шприц, он перевёл взгляд на руку Киллуа, который специально поднял ладонь и обратил его внимание демонстрацией ранения. — Мне столько надо тебе рассказать! Я умру в любой момент, поэтому самое важное это передай Юмико, что... — Угомонись! — Курапика уже в который раз прерывает чей-то порыв встать со своего места, толкая плечо вниз. — Как получил? Посветив медицинским фонариком Леорио в изумрудный зрачок, осмотрев веки, слизистую и ещё пару зон, где обычно светятся очевидные симптомы заражения, учёный с каким-то своим итогом в голове заключительно выдохнул. — Меня ранила эта мутантка... Амана же? — после этого произнесённого имени, рука Курапики дрогнула, отчего игольчатая боль растеклась по плечу. — Ай! Эй! Ты чего колешься? — возмущённо посмотрел на шприц в руках учёного Киллуа, а потом и на его растерянное лицо. — Ты реально лекарство сделал? Я жив останусь? — Нет. Это твоё успокоение... — медленно проговаривал Курапика, пока тот удивлённо хлопал глазами в его сторону. — Успокоительное? — свёл в злобном недоумении брови Золдик, с малой опаской пялясь на учёного. — Зачем оно мне вообще? Мне лекарство нужно, а не успокаивающее! — Киллуа, ты не заражён. А это обычное антивирусное для профилактики. — обхватил его предплечье уже грубее, вкалывая содержимое. — Ты утверждаешь, что тебя заразила Амана? Ты же сам убил её тогда, или я не прав? — Ты думаешь я брежу? Да и что значит не заражён? — задал встречный вопрос Киллуа, чей угол брови дёрнулся от неприятного ощущения в руке. Взглядом он настаивал на том, чтобы на его вопрос был дан ответ сейчас же. — У тебя нет признаков заражения. — И это весь ответ? Ты что... — Вспомни Юмико. Непрямое заражение и её самочувствие упало до критической точки. А ты... — наклонившись, Курута взял кусанную руку Золдика и поднял её перед его же лицом. — ...чувствуешь себя прекрасно. Точно так же, как и тогда, когда твой иммунитет победил заразу внутри тебя. Если не брать в расчёт твоё самовнушение, ты здоров. — Так получается... — Киллуа рассматривал укус, уже не сдерживая лёгкое поднятие уголков его губ после того, как камень облегчения скатился с его души. — ... иммунитет, да? — он поднял радостный взгляд, а потом с неудобством его отвёл от того, кто с требовательным видом ждал и своего ответа. — На счёт Аманы… Лучше показать, чем рассказать... Доставая выданный ему ранее телефон, Киллуа рассказал обо всём, что случилось в той школьной комнатушке. Палец, около озадаченного лица кареглазого, раздвигал изображение на сенсорном экране, чтобы было легче внимательно изучать фотографию. Под ухом девушки красовался комариный синяк от укола. — Допустим... — учёный в замешательстве пытался выдвинуть объяснение, с чем Киллуа ему помог. — Генцуру настоял на том, чтобы прошибать им головы. Это как-то связано? — Они регенерируют... — Да, человек — очевидность, это понятно! — взмахнул руками в разные стороны Киллуа, усмехаясь. — Если это так, то почему след от укола не исчез? Прошли всего сутки, как ткани перерезанного горла снова воссоединились... — И зачем вообще в мёртвую мутантку что-то колоть? — закинул руки за голову Килл, качаясь на кресле. — По расчётам... Если так мало времени ушло на регенерацию смертельного ранения, то этот синяк должен пройти... Минута... Нет, полминуты. — Невозможно. Я был там абсолютно точно больше этого. — Значит... — опустив руку и схватив рюкзак, Курапика потрепал Киллуа по волосам, где перемешанных экземпляров крови мутанток находилось в большем количестве, чем в какой-нибудь лаборатории, а потом быстрым шагом направился обратно. — Киллуа, ты просто молодец! — А... — он с потрясением глядел в пустоту, наблюдая, как его волоски спадали к нему обратно на глаза, щекоча его лоб. Очнувшись, он резко повернулся к уходящему Курапике. — Сп... Эй! Ты куда? Киллуа в спешке спрыгнул с кресла и направился за ним. Проскочить незамеченным сквозь толпу в общей комнате оказалось не так трудно, как показалось на первый взгляд. Но после возгласа Генцуру, стало понятно почему… — Ублюдок, мы чуть не сдохли из-за тебя. — тормошил он за шиворот Леорио, который держался, чтобы не врезать ему по морде. — Я-то здесь при чём? — Оружие выдавал нам ты? А значит патронов не было по твоей вине, или я не прав? — Что ты несёшь? Всё было в патроннике. — сжимал его руку врач, чтобы тот ослабил хватку. — Генцуру, прекрати! — просила Виктория, прячась за Астой. — Я терпеть не могу, когда меня принимают за дурака. — усмехнулся Генцуру, собираясь ударить, пока его запястье не сжалось под чьей-то рукой. — Сказали же тебе прекратить. Он не виноват. — сжимал крепче руку подрывника Киллуа, отдёргивая её от врача. — А кто тогда виноват, а? — Генцуру склонился, злобно переглядываясь с ним. Киллуа стоял, не зная, что ему ответить. А Курапика, смотря на его растерянное лицо, с усталым выдохом всё, кажется, понял. — Может, это был ты? — раздался весёлый голос Леан, обращая на себя внимание. — Решил потихоньку избавиться от всех, начиная с нашего любимого врача? Я-то тебя знаю. — Все Салливеры, поголовно, подлецы и предатели. — усмехнулся Пиеро, безмолвно намекая подрывнику на то, что он может в любой момент рассказать, что произошло тогда у разбитых окон торгового центра. — То, что ваша подружка одна из нас, смотрю никого не смущает. — отряхнул руку Генцуру, после крепкого хвата под ненавистный взгляд Киллуа. — Ха-ах! Ты меня раскрыл! — прикрыла рукой рот, строя страдальческое лицо. — «Нужно заканчивать с этим всем» — задумался Курапика, а потом строго посмотрел на Киллуа. — Что? — шепотом спросил Киллуа, скрещивая руки. — Ты не давал мне точных инструкций, пришлось импровизировать. — Давайте все успокоимся. — улыбнулась Виктория. — Не нужно тормошить нервы на пустой желудок, согласны? Выдохнув, учёный вернулся в палату, из которой вышел их встречать. Киллуа проскользнул к Юмико за ним, и первое, что бросилось ему в глаза, это её скрещенные в обиде руки. Сама она сидела на скомканных простынях, а на её губах... — Ты её по носу ударил? — вскинул злобно брови Киллуа, косясь на учёного. — Что ты только что сказал? — возмутился Курапика, переводя взгляд на ту, у которой словно ушки обострились, стоило ей услышать до приятного знакомый голос. — Киллуа! — резко поднялась с бардака, который собиралась разбирать Юмико, округляя глаза от его чумазого вида. Только подойдя ближе, она поняла, как освещение её обмануло. Разглядывая его лицо, она едва набралась смелости прикоснуться к его раненной коже. — Что с тобой? — Ерунда. Лучше скажи. Как ты себя чувствуешь? — Килл аккуратно провёл пальцем по её верхней губе, стирая с неё кровь. Ощутив их мягкость и самую малость влажности, а потом и слабое их содрогание от смущения, он сам почувствовал неловкость и тяжесть в собственных пальцах. — Уже лучше... — намекая больше на то, что раз он здесь, то уже лучше. Его присутствие и вправду, как по волшебству, снимало тяжесть и тревогу от всего происходящего вокруг. Она помечала глазами каждый сантиметр на нём, который нуждался в уходе и приведению в порядок. — Ходил за продуктами? — Набрал тебе сладостей, чтобы не грустила и не хоронила себя тут. — усмехнулся Киллуа, чувствуя разливающееся тепло от её прикосновений. — Это опасно... Я так переживала... — Чтобы тебя порадовать, я не против рискнуть потерять одну из своих жизней. — ухмыляясь, он запустил свои пальцы меж её, на вопросительный взгляд Юмико. — Ну, судя по игрушке, я же кот. — Ахах, это... — Ну ради тебя, я бы и парой, а может и всеми... — Кхм, — утомлённо отводил взгляд и нервно стучал пальцами по стеклу шприца Курапика, чувствуя свою неуместность и желание уйти. — А! — вздрогнули пальцы Юмико, не успевшие дотронуться до грязи на шее Киллуа. — Антивирусное-то ей вряд ли поможет... — усомнился Киллуа, наблюдая за пузырчатой жидкостью в стекле. — Конечно оно не поможет. Но затормозить процесс заражения удастся. — Это... хорошая новость. — Юмико неуверенно протянула руку, начиная ощущать неестественный холодок. — А мне так почему не делал? — свёл уныло брови Киллуа, наблюдая как Курапика растирает ей спирт на руке. — Ты от инфекции не умрёшь. — А я значит могу? — мило улыбнулась Юмико, чувствуя холодную тонкую иглу на своей коже. — Лучше не рисковать. Пока он делал псевдовакцинацию, то проговаривал важные моменты, о которых Золдик должен будет рассказать Юмико. О вакцине, о лекарстве, об иммунитете. А также намекнул на то, о чём Киллуа проговариваться ей не стоит. Об его ранении и об регенерации мутанток. Не стоит раньше времени рассуждать о том, что не изучено до конца. — Иммунитет? — распахнула ресницы в приятном удивлении Кацуки, придерживая ватку на коже. — Да. — выкладывал на стол фиксированные дозы лекарства Курапика, пытаясь вспомнить не упустил ли он чего. — Раз организм Киллуа не реагирует на заражение, то физический контакт между вами, а также поцелуй, слияние и... — Эй! — вспыхнул Киллуа, в котором перемешался целый спектр чувств разного рода стыда, что для него в новинку, ведь до этого мало что могло привести его в смятение. — Я что-то не то сказал? — выгнул бровь Курапика, явно не понимая, почему все так реагируют на обычные научные термины... Точно, возможно дело в них? — Поцелуям наука не придумали термин, поэтому нет заменяющего научного слова. — Знаешь... — не зная, от кого Киллуа хотелось бы больше всего спрятаться: от Юмико, которая скрывала своё смущение под милым смехом, или от этого... — Ирония тебе не к лицу, так и знай. — Это за кофе. — Кофе? — выгнул бровь в непонимании Килл, а потом обречённо выдохнул. — Нельзя же острить из-за злопамятства, серьёзно! — приложив руку ко лбу, Киллуа не знал куда деваться. — Да и с чего ты взял, что мы будем чем-то подобным заниматься? — Я назвал твоё имя и у Юмико все признаки: учащённый пульс, увеличение зрачков, сбивчивый ритм дыхания. Молчу про твой прилив крови к лицу. — Ты... Вообще то он хотел обозвать его научным фанатиком, пока не вспомнил того парня, который вёл себя более, чем странно и дотошно. Пока фанатик номер два объяснял Юмико о дозированной норме в день, Киллуа размышлял о том, стоит ли рассказать Курапике про то, что есть человек, у которого в подопытных мутантка? Просто... Если он узнает о том, что есть кто-то ещё, кто изучает создание вакцины, как он поступит? Он не с особой радостью принялся ему помогать, как Киллуа на то рассчитывал. Если Курапика уйдёт к ним, можно ли будет и дальше рассчитывать на его помощь? — Киллуа. — махнул перед его лицом рукой учёный, на что Золдик моментально отреагировал. — Я и тебе объясняю. — А.., да... — отведя взгляд от обеспокоенного вида Юмико, Киллуа выдохнул. — Это всё? — Судя по твоему выражению лица, ты на это рассчитываешь. — Какой ты наблюдательный. — нервно хмыкнул Килл. — Юмико, я буду вести за тобой наблюдение каждый день. Киллуа. — Курапика с замахом вонзил иглу в запястье. — Да, чёрт! Ай! За что? — Разговоры про жертвоприношение твоей кошачьей жизни это конечно очень трогательно, но пока я не создам вакцину за счёт твоего иммунитета, даже не вздумай рисковать жизнью. — Киллуа хотел отмахнуться от него, но тот слегка потянул его за ухо. — Всё ясно? — Иммунитета? Мне кажется, ты просто беспокоишься за нас. — По-доброму усмехнулась Юмико, прикрывая улыбку пальцем. — Отчасти ты права. — признался Курапика, кладя капсулу с кровью Золдика в чехольчик. — Доброй ночи. — Доброй... — с недовольством тёр ухо Киллуа, что краснело под его ладонями. Выйдя в полупустую комнату, Курапика выдохнул. Теперь хотя-бы есть чёткий план, что делать дальше. Ещё немного потерпеть и всё закончится. Переждать самоволие этих гангстеров, пока он делает лекарство. Всё могло бы получиться, имея он кровь Аллуки, на чьём подобии и был создан вирус. А потом он собирается… — Пика! — помахала ему Леан, — раз мы теперь с тобой подружки, давай сядем вместе за ужином и… — Я занят. — даже порыв резкого сквозняка от захлопнутой перед её носом двери, за которой скрылся Курапика, не остался с ней под входом в его палату. С каких пор эта палата его? — Пика, ты обиделся? — она наклонилась и издевающимся голосом, словно пытаясь найти общий язык с обиженным на мир подростком, протяжно проговаривала в маленькую щёлочку. — Пика-а, откроешь? — В ответ на тишину, она продолжила ласковым тоном: — Не откроешь? Мне не страшно показаться навязчивой, чтобы получить то, что мне нужно! Спустя пары десятков секунд игнорирующей тишины, она мягко, но продолжительно начала стучать по двери. — С кем мне посплетничать о состоянии Юмико? — затворник даже после этого не ответил, поэтому та решила, что видимо он действительно её не слышит. Она прикрыла ладонью рот сбоку, чтобы точно никто, кроме этой двери её не смог подслушать. — Мне известен ваш секрет. Она мягкими движениями выгнулась, когда как дверь, с которой она разговаривала отворилась и за ней появился омрачающий вид учёного. Все имели подозрение, что в той палате, где Киллуа постоянно чуть ли не скрывает ото всех Юмико, лежит заражённая. Только доказательств тому не было. Поэтому подобный блеф удался. — Я уже начала думать, что ты меня боишься, — проговаривала Леан, словно этого она и хотела. Шутливо распростёрши руки для объятий, её запястья были схвачены, чтобы завести её внутрь. — Про какой секрет речь? — закрывал за ней дверь Курапика. — Не вздумай говорить загадками. — Вот! — она положила пистолет на стол, под его неспокойное выражение лица. Перед ним сразу проскочил момент, когда она его чуть не застрелила. — Изъяла у Генцуру, пока он не видел. Правило про безоружных для дураков, да? — подняв на него глаза, она с усмешкой выдохнула. — Расслабься. Не нервничай. — она ладошками будто веером махала воздух ему на лицо. — Ты так напряжён, аж можно подумать, что Юмико и впрямь заражена. Она посмеивалась под бледнеющее и угнетающее выражение лица Курапики. Под такую очевидную атмосферу, смех был унят, а её лицо становилось серьёзнее. Не мог же он взять ответственность за Юмико, будучи полностью не уверенным в её состоянии? Не мог же? Отвернувшись от неё, он сел на скрипучее кресло. — Курапика, — женские пальцы сначала зарылись ему в волосы сзади, проскользили к верхней части его лица, а потом закрыли её вовсе. Однако в прощелинах между ними горели два кроваво-алых огня. — Среди нас есть заражённые? — Я не обязан отвечать, — дал неоднозначный ответ, лишь бы не солгать, но и не произносить правду. Опуская её ладони со своего лица, он чувствовал, как холод «прожигал» его тело сзади под её взглядом. — Я могу тебя поздравить. — мрачно выдохнув, она медленно прошлась вокруг его кресла. — Не сделаешь лекарство — Генцуру тебя прикончит за то, что ты, благородный герой, взял ответственность за заражённую. — она дёрнула спинку кресла, развернув сидящего лицом к себе. — А сделаешь, великий учёный, Генцуру прикончит свой заказ и выгоду получит. Он тебя убьёт. Оттолкнув спинку кресла и облокотившись на стенку, она думала о том, что покричать и позлиться на него она ещё успеет. Взглянув на выложенный ею пистолет, мысли о том, что всё ещё можно закончить, не покидали её голову. Как только она к нему потянулась и схватила, её запястье было прижато к стене. — Что ты делать собралась? — разжимал её пальцы Курапика, чтобы она выронила оружие. — Собираюсь покончить с Генцуру раньше, чем он сделает это с тобой. — Не принимай импульсивные решения! — он вздёрнул руку, что пистолет выпал с ослабленных пальцев на кафель. — «Импульсивные»? Ты так до утра не доживёшь! Если бы ты… — она пыталась следить за словами, поэтому и найти, что сказать, под его холодным взглядом, было невыносимо сложно. Немного остудив разгорячённые мысли, она расслабила руку и выдохнула. — Твою душу... — постучав ногтем по его груди, её голос становился мрачным и тихим для того, чтобы каждое слово проникло и въелось в его сознание. — ...никому в тело не пересадить. Ни Киллуа, ни мне, никому никогда не прочувствовать насквозь всё то, что чувствуешь ты. Поэтому и понять тебя некому. Он посмотрел на неё так, словно она хочет обозлить его на всех, но... — Этой ночью уходи вместе с Киоко и тем пленным недоразумением за город. — Что? — Они уезжают за город. Послушай. Салливер, Паристон, Киллуа и я... Каждый представляет угрозу для твоей жизни каждую секунду. В любой момент ты можешь умереть, а мне этого не надо. Так что... — она убрала с его лица прядь, слегка касаясь его уже почти зажившей царапины. — ...уходи. Я никому не позволю тебя за это осудить. — И с чего ты вообще решила, что я соглашусь всех бросить? — ударив кулаком по стене над Леан, трещина от удара расползлась не только по поблекшей краске сзади неё, но и на личном пространстве друг друга. — Я виноват не только перед теми трупами. Люди лишились своих домов, членов семьи. Я сломал им жизни! Так назови мне причину, по которой я должен вернуться домой с чистой совестью. — Ты же можешь умереть просто от того, что не знал... — трясённым голосом повторила, стараясь унять поток тяжести в груди. — Ты будешь продолжать искать мне оправдания, даже если твой лейтенант умрёт от этой заразы? — в замешательстве бегал глазами по дрожащим нижним девичьим ресницам на фоне покрасневшей кожи от выпадающих слёз. Она откинула голову назад, чтобы они втекли обратно, а потом постаралась высвободиться из хвата, который только крепче сжимал её запястье. Чтобы она не отвернула лицо сильнее, он устало приложил к её виску свой лоб, боль в котором всё его не покидала. Выдыхая горячий шепот ей на губы, он неуверенно свёл брови, ища решение. Уже трудно было без последствий смотреть друг другу в глаза, поэтому Леан опустила их в пол, пряча под мокрыми ресницами. Не желая держаться более, он наклонился ниже и соприкоснулся губами с её... подушечками пальцев, которые отстранили его от неё. — Они уйдут в три. Прими правильное решение. Облокачиваясь на стену рукой, он зажмурил глаза, чтобы отойти от этого наплыва. Сначала он почувствовал пустоту между ним и стеной, неприятное дуновение от её отсутствия, а потом и дрожащую отдачу по стене, от захлопнутой двери. После стена сотряслась уже после ещё одного несдержанного гневного удара кулаком по ней. Выйдя в общую комнату, Леан встретилась взглядом с Юмико. Она приветливо улыбнулась ей, на что та задумчиво осмотрела рядом стоящего с ней. Киллуа старался провести её в душевую комнату так, чтобы мало кто обратил на это внимание. Судя по его виду, туда надо ему. Выдохнув, Леан расслабленно и тепло улыбнулась ей в ответ, чувствуя обволакивающее тепло на своей руке. — Вышла-таки. — приобняла её руку Киоко, пялясь на Юмико с завистью, перемешанной со злобой. — Леорио что-нибудь ответил? — не опуская голову, перевела равнодушный взгляд на неё Леан. — Этот недоумок остаётся. Причины не назвал. — Я нашла вам третьего попутчика. — Так значит, ты едешь с нами? — подняла с улыбкой брови Кацуки. — Заберёте с собой учёного. — Давай с нами… — опустила разочарованно брови Киоко, ища подходящие и убедительные слова. — Тебе здесь всё равно делать нечего. Мы можем вместе выбраться за город и… — Слушай, предложение огонь, пушка и всё такое. — отодвинула её от себя Леан под скрежет раскладываемых тарелок. — Но… — поймав на себе её холодный взгляд, она злобно вскинула брови, а потом и вовсе перебросила взор на улыбающуюся им Викторию. — Достала со своим грёбанным праздником… — Что такое? Она отжала у тебя место лицемерной добрячки? — усмехнулась Леан, смотря на ту, кто старается спрятаться за ней от этого светлого ангела. — Да что у тебя с настроением? — Я почти закончила, — предупредила их Виктория. — Я хотела созвать всех, но к Юмико подойти не решилась из-за… Вы поняли… Она будет с нами кушать? — Нам-то откуда знать? — выгнула бровь Киоко, рассматривая её из спины Леан. — Ох… Может, кто спросит её? У неё плохое самочувствие, не хочу её беспокоить за зря… — она с надеждой посмотрела на стоящую ближе всех к ней. — Если бы кто-то погиб, отправляясь за продуктами к твоему банкету, он бы назывался праздником? — так же слащаво улыбнулась ей Леан, переводя тему. — Никто же не погиб. — ответила с дружелюбной улыбкой на лице Виктория. — Тех, кто мог бы в теории умереть, послал же Курапика, да? Так что, если Пиеро или Киллуа умерли бы, то праздник был испорчен бы по его вине. — Э-эй… — Киоко почувствовала, как рука Леан резко дёрнулась, поэтому обняла её покрепче, чтобы достать до второй её руки, лишь бы она не оставила красный след на фарфоровой коже этой Дюймовочки. Даже для Киоко это показалось очень провоцирующим. — Киоко… — выдохнула та, а потом выпуталась из объятий. — Я заменю тебя на дежурстве за камерами. Хорошо вам повеселиться. Тяжко выдохнув, Киоко проводила ту взглядом, а потом натянула улыбку для Виктории. — Пойду спрошу у любимой сестры, будет ли она отдыхать с нами. Выйдя в коридор из общей комнаты, она подошла к двери душевой. — Любимая моя сестра, ты будешь ужинать с этими придурками? — сложила руки в замок Киоко, перекатываясь с мыска на носок, а потом развернулась и сделала тон выше. — Нет, я Юмико — твоя глупая и плохая, плохая, плохая! старшая сестра, собираюсь просидеть штаны в ванной, пока все веселятся и бла-бла-бла. — она вернула свой обычный тон и повернулась в то же положение. — Да, я поняла тебя. Сиди в ванной со своим… Дверь из ванной открылась, откуда показался вопросительный и, даже слегка переживающей за здоровье младшей Кацуки, взгляд Киллуа. — У тебя всё нормально? — повернул голову вбок Золдик, стоя в проёме и смотря на краснеющую со стыда Киоко. — Я… — дрожащими губами она пыталась выдать ответ. Пожалуйста, скажите ей, что он её не слышал… Вдохнув трезво глоток воздуха, она решилась ответить. — Решила все ваши проблемы, не беспокойся! Он недоумённо посмотрел на ту, которая попятилась обратно с красным лицом. Киллуа пожал плечами, сбросив все вопросы, закрыл дверь и посмотрел на Юмико. — И часто она так сама с собой? — выгнул бровь Киллуа, сажаясь на бортик ванной перед ней. — Может, она думает, что её лучший собеседник — она сама? — хихикнула Юмико, держа тряпочку под струёй воды. Повернув ручку крана, струя перестала шуметь и Юмико подошла к сидящему поближе. Она зачесала немного назад его чёлку, что спадала на глаза, которые он прикрыл, а потом начала аккуратно водить по его лбу круговыми движениями, чтобы только не размазать чужую кровь. Киллуа с расслаблением выдохнул, ощущая влажное тепло, пересекающееся с прикосновениями её рук, а потом немного зажмурился от резкого щипания на лице. — Где ты так? — с беспокойством спросила Юмико, убирая ткань с пореза над бровью. Она была скрыта под засохшей кровью, перемешанной со своей. — Пустяки, ничего такого. — вспоминал свой прыжок сквозь витрину Киллуа, отводя глаза, пока не почувствовал поцелуй в этой области. — Чтобы быстрее зажило, — она мило улыбнулась ему, под его удивлённый взгляд. Каждый раз, когда она «отмывала» новую ранку на его лице, Киллуа ощущал, как под её поцелуями его грудная клетка поднималась всё тяжелее. Потянувшись к её пуговице, которая раскрылась под его пальцами, он оглядел её поражённое место. По сравнению со вчерашнем, выглядело уже лучше. Потом он поднял глаза на смущённое лицо Юмико, отводившую взгляд к крану, чтобы снова намочить испачканную тряпку. — Я ещё и тут поранился. — игриво ухмыльнулся Киллуа, показывая на свои губы. — Килл, ты обманщик… — улыбнулась она, прикладывая к ним чистый участок ткани. — Я не обманываю. — Он прикусил свою губу, пока не… — Ладно-ладно, я поняла. — пока он и вправду не прокусил себе губу, она прильнула к ним своими. — И здесь. — вдохнув воздух между их губами и приспустив руку к своей шее, его ухмылка становилась выразительнее. Она провела тканью и там, не находя нигде ничего плохого. И всё же свой поцелуй он там получил. Киллуа не стал долго ждать, пока она стянет с него грязную верхнюю одежду, чтобы добраться до мест ниже ключиц, поэтому просто справился с этим сам. Наэлектризованная ткань распушила его не слипшиеся в крови волосы, которые не спешили спадать обратно вниз. На лоскуте уже не было чистых участков, а столько зон ещё нуждалось в уходе… Она потянулась к стенке сзади Киллуа, чтобы достать душ, к которому её рука не дотягивалась до тех пор, пока он не положил свою ей на бедро и резким движением не притянул к себе. От нарастающего стеснения, что сгрызал все те её места, которые были прислонены к его телу, она под дрожащее дыхание сжимающе обхватила душевой шланг. — К-Килл… — она отвернула от него лицо, пока он осыпал её шею горячими поцелуями. Но убирать руки с его плеч и выползать из ловушки между его коленями она пока не спешила. — Продолжай делать то, что делала. — не дал ей убрать её руку от регулировки крана Киллуа, спускаясь всё ниже. Льющаяся вода на её руки всё сильнее согревала пальцы, старающиеся подобрать по ощущениям подходящую температуру. Когда проливные капли обрели нужный градус, Юмико слегка отклонилась назад, прерывая его поцелуи. Проведя влажными пальцами по его волосам, разлепляя смыкающиеся красно-белые пряди, она присела ему на колени. Киллуа запрокинул голову назад, чтобы ей было легче мочить его волосы тёплой струёй воды. Так же, как капли стекали вниз по его волосам, так и его руки спускались по её изгибам. Пальцы просачивались под ткань юбки, находя внутреннюю застёжку. Пока они катили её вниз по металлической дорожке, пальцы на второй руке подкрадывались к подолу снизу по её ноге вверх. Юбка была расстёгнута не для того, чтобы её стянуть, а чтобы пальцам было легче просочиться под её бельё. Как только он прикоснулся к чувствительному и без того горячему месту, то почувствовал, как девичьи содрогающееся пальцы сжали его плечи, а вода моментом полилась по его шее из-за того, что ей уже было сложно удержать в руке душ. Она вернула положение руки, стараясь сконцентрироваться на изначальном деле, пока его резкое движение не вызвало у неё неожиданный стон. Она заглушила его лишь слегка, прислонив губы к его шее, тем самым заставляя его порывисто выдыхать. Волнообразными движениями он водил там пальцем, стараясь подстраиваться под её реакции. Вертикальное скольжение подушечки пальца было мягким, а горизонтальное специально надрывно резким, отчего в её стонах можно было услышать уже даже лёгкое всхлипывание. Немного отклонившись от его шеи, перед её глазами виднелся лишь оставленный ею слабо красный и чуть блестящий от её слюны след. Она хотела наклониться за выпавшим душем из её рук, но приятный и нарастающий спазм расползался по её нижней части живота всё глубже и сильнее, из-за чего она вообще уже мало что могла сделать. Возрастающая чувствительность заставила её обвить его шею руками, а контроль над стонами в этот заключительный момент был уже невозможен. Лопнувший разлив чувств вырвал из её дрожащих губ сладостный для Киллуа стон. Его пальцы, мокрые в тягучей жидкости, отстранились от девушки, чьё сильное сердцебиение затрудняло дыхание. Усмехнувшись, он перекрыл бесполезный поток воды из болтающегося душа, а потом положил её руку себе на ширинку. Она потянула подвеску вниз под его предвкушающий взгляд. Прежде, чем переместить свои бёдра к нему повыше, она обвила возбуждённое место пальцами, поднимая и опуская их, а также ловя его сдавленный стон, переходящий в рваный выдох. Не находя себе место от её неумелых действий, Киллуа подвинул её к себе и заставил нависать над ним. Он жадно и крепко обхватил талию Юмико, не давая ей сбежать. Сейчас то уж точно им никто не посмеет помешать. Каждый раз, прикасаясь к ее губам своими, он чувствовал внутри необычное светлое и тёплое чувство. Его можно было сравнить с глотком свежего воздуха, отдававшим клубничным запахом. Он взялся за тыльную сторону её руки и начал водить её ладонью по своему телу. Не только действия, но и его шепот сводил Юмико с ума. Он пронизывался в затуманенный разум и отдавался дрожью в теле. Она чувствовала, как он водит её рукой по его телу. Ощущала рельеф его мышц, температуру тела, гладкость мокрой кожи. Её пальцы дрожали от неловкости, а Киллуа это не останавливало. Он провёл её рукой по своему торсу, опуская её вниз, отчего его спазм в паху становился сильнее. Отпустив там её руку, он отдал ей полную свободу действий. И пока Юмико не знала, как действовать, Киллуа своими длинными пальцами продолжал исследовать её тело, изредка оставляя красные тонкие полосы на коже, но не раздирая её в кровь. Доходя подушечками пальцев до недозволенных мест, Киллуа начал дразнить её, аккуратно проводя по груди, но не трогая самое чувствительное. Он не забывал о поцелуях, переходящих в укусы. Сначала он беспокоился о состоянии её кожи, но после её редких, но дурманящих и удовлетворительных стонов, Киллуа перестал сдерживаться. Более того, он стал кусать всё сильнее и сильнее, а потом начал прилипать губами к местам укусов, словно извиняясь за доставленную сладкую боль. Юмико не пришлось долго умолять своими движениями, ёрзая над его телом, и Киллуа начал сминать мягкую грудь, получая в ответ долгожданные и тихие стоны. Она попыталась закрыть рот, чтобы звуки были ещё тише, но сильная рука Киллуа этого не позволила, так как впечатала её ладонь к бортику. — Не хочу, чтобы ты затихала. Рваный вздох Юмико последовал после того, как Киллуа коснулся её чувствительной промежности. Пальцами он ласкал горячую кожу, не проваливаясь внутрь. Она вся горела в желании. По крайней мере влажность, по которой он водил, говорила об этом. Пьяными от похоти глазами, смотрящими прямо на лицо Юмико, зеленоглазый начал терзать её грудь не только руками, но и языком. Юмико терялась в смущении от внезапных грубых прикосновений чужих губ по телу. Он пока не решался заходить слишком далеко. Всё это было сладкой пыткой для обоих. Она уже чувствовала, как сейчас превратится в лужицу от томящего удовольствия. Эти ласки хоть и были приятны, но этого уже было недостаточно обоим. — К-Килл... — тихо произнесла Юмико, рука которой уже сама исследовала его внутренние зоны бёдер. Она ощущала дыхание Киллуа, который дрожал от её ласк. Тот, кто кажется таким опасным и сильным, сейчас так слаб перед этой девушкой. Когда она успела украсть его сердце, не давая даже времени на размышления? Он был и не против, наоборот очень даже рад. Видимо, теперь только она имеет право на всё то, что она с ним вытворяет. От такого наваждения, Киллуа сжал бёдра Юмико и пододвинул к себе, аккуратно насаживая её на свои пальцы. Он начал двигать ими так аккуратно, меняя темп с интенсивного, на медленно блуждающий. Влажное хлюпанье вперемешку со стонами девушки заполонили комнату. Юмико, теряясь в ощущениях не знала куда себя деть после длительных ласк, начала делать движения, которые показывали для Киллуа, что она близка. Поэтому он с ухмылкой на лице вынул их и облизнул, сверкая зелёными бликами в глазах внутри этой темноты. Беловолосый обхватил её ноги, приподнимая бёдра. Юмико полезла руками к его низу, чтобы удовлетворить его в ответ, но тот грубо прильнул к её губам и, одурманив поцелуем, слегка толкнул её назад. Он уже готов, соглашаться на слабые прелюдии был не в состоянии. — Надеюсь, ты готова? — дождавшись положительного кивка, Киллуа вошёл в идеальном для неё темпе, отчего спина Юмико выгнулась. Его голос сорвался на томный стон. Юмико была настолько близка к тому, чтобы потерять связь с реальностью, что не знала куда деть пальцы, которые искали за что схватиться. Она всё же умудрилась закрыть рот дрожащей рукой, чтобы её последующие стоны не были столь громкими. Горячими поцелуями парень покрывал её лицо, пока та привыкала к размеру и ощущениям. Он почувствовал на своей щеке нежное прикосновение руки Юмико, которая намекала на продолжение действий с его стороны. Он облизнул её палец, а потом слегка прикусил, при этом пристраиваясь удобнее между ее ног. Он извивал внутри неё так точечно и интенсивно, что Юмико ничего не оставалось, только как прогибаться под его движениями. Увеличивая темп, она под свои же всхлипывания, сопровождающиеся с удовольствием, снова начала ёрзать руками, ловя пальцами ладонь Киллуа. Всего на мгновение они соприкоснулись, а Юмико уже почувствовала разряд от электрического провода, пробежавшего с её запястий до бёдер. Он переплёл свои пальцы с её, сжимая их то с усиливая, то ослабевая хватку. Хоть темп и был быстрым, но он так же был размеренным, чтобы почувствовать каждую пульсацию в теле. Он играл с ней так, чтобы достаточно сильно раздразнить и погрузить её в ещё более глубокие ощущения. Киллуа прикоснулся к её выгнутой спине, чтобы ей было легче, а потом начал давить её на себя, словно упрашивая быть к нему как можно ближе. — Не сжимай так... — тяжёлым тоном голоса попросил Киллуа, но тягостные ощущения заставили его передумать. — Хотя... После нескольких таких ритмов, он запрокинул голову от тающего наслаждения, которое с новой интенсивностью распаляло его пах. Чувствуя, к чему он близок, то притянул её за руку к себе горячее тело ещё ближе, прилипая губами к её плечам, а потом бросая к чёрту эту нежность, решил задействовать свои клыки. Отступив от следа укуса, он издал глухой, но глубокий стон от безудержного прилива. Юмико же всю трясёт от переизбытка ощущений. Она встретилась взглядом с усталыми глазами Киллуа и, не зная куда спрятать взгляд, просто закрыла лицо ладонями в смущении. — Смущаешься как на первом свидании после такого? — усмехнулся Киллуа, разглядывая её тело. — Мне просто... — она рефлекторно сдвинула свои ножки и прикрыла грудь рукой. — Килл... Мне кажется... — выдыхала горячий воздух на его ухо Юмико, под поглаживания по её спине. — ...люблю... — Что?.. — он попытался повернуться к ней лицом, чтобы взглянуть всхлипывающей в глаза. — Я люблю тебя...