Альтушка со стажем

Тихонько и бесшумно подкрадываясь сзади, ничего не подозревающих и мирно сидящих Зонтика, Феликса и, как обычно, Данте, валет пики уже воображает их удивлённые и обезумевшие от страха лица. Но опять же, Данте, как ни странно, на приколы и едкие шутки пикового-младшего лишь лениво открывает один глаз и ухмыляется, выдавая какую-то очередную нудную и непонятную фразочку, словно пытаясь раззадорить пятого. На всю квартиру раздался истошный писк трефового валета, который подскочил на диване и чуть не запрыгнул на люстру. Хотя стоит уже пообвыкнуть к этим внезапным заскокам шутника. Феликс же косится в лице то ли из-за внезапного нападения пятого, то ли из-за ужасно мерзкого писка его дружка — Зонта. От неожиданности Феликс роняет пульт на пол, отчего по полу вмиг разлетелось две батарейки, одна из которых закатилась под диван. А Данте, как и предполагалось, лишь вздрогнул, что его потревожили от сладкого и ленивого сна. И более ничего. Эта черта и бесило пятого в третьем более всего. Но не зацикливаясь на третьем, пятый едко и победосно улыбнулся, завидев разъярённые глаза и стойку четвëртого. Пятый, приготавливаясь колесить всю квартиру и сносить каждого в ней живущего, мельком глянул на застывшего шестого, который, явно, чуть не откинул свои копытца. Феликс, готовый в любую секунду накинуться на пятого и мучительно задушить того, вздрогнул, услышав позади хриплый и знакомый кашель. Это оказался Фëдор. — Что вы уже опять устроили? — но пройдясь взглядом по целой и нетронутой квартире, добавил, — или собираетесь устраивать, в моей квартире? — он всегда выделяет слова «в моей квартире», бесполезно намекая, что они должны молча сидеть в тряпочку. Но это бесполезно, как и говорилось ранее. Создатель завидел испуганного и почти недвижегося Зонтика — весь пазл сразу стал на места. — Создатель! Слава добру ты пришëл! — это его «слава добру» так всех бесит, слишком уж как-то.. Странно. Но на то он и «воин за добро!», что от него ещё ожидать можно? — Так, я ни в чëм разбираться не буду, потому что квартира цела, вы невредимы, так что моë дело следить, чтоб вы скандал не начали. Так что, успокаиваемся, какая бы не была причина твоего гнева, Феликс, — Фëдор спокойно усадил Феликса обратно на диван и подал ему в руки пульт, не заметив, что батареек там нет, а значит к работе тот не способен. А пятого, взяв под подмышку, который хихикал с недовольного и по-прежнему злого Феликса, утащил от этой троицы подальше, чтоб потом не пришлось разгребать кучу мусора. Вару лишь возмущался, вырвавшись, когда они даже не успели выйти из зала. Пошëл он в своëм направлении, о котором Фëдор и спрашивать не собирался, лишь бы подальше от Феликса и Зонта. Поэтому тот плечами пожал и пошëл себе на кухню, то ли чая заварить, то ли поискать что-то съедобное в их-то холодильнике, где съедобную, а главное свежую пищу можно найти, лишь после скупки в «Троичке». Пока пятый лениво и без какой-либо мотивации топал по просторам квартиры, думая чего такого натворить, даже несмотря на то что он договаривался с королëм на его покорность и утихоморенность на ближайшие два месяца, он забрëл в туалет, где на стенах остались его королевство в уменьшенной копии. Правда без подданных, но так всё ровно закрадывается чувство той самой «безграничной и великолепной власти». Прикрыв дверь и встав напротив «белого и верного коня», который повидал за эти годы не мало чего, словно мысли утекали в бездны конализации, а не несколько сотен миллиграмм мочи. Выйдя из своего небольшого, но довольно уютного и прекрасного мирка, пятый направился вновь в гостинную, от скуки поглядеть, как там дела у биполярки и тряпки. Всунув голову в просторы гостинной, он увидел как Феликс почти взрывался и рвал волосы на себе, явно от злости. Вот и появилась идейка подлить вонючего, едкого и легковоспламеняющегося бензинчика, в самый разгар пытающегося Феликса. В буквальном смысле; у входа есть тумбочка для обуви, над которой нависает целый рой курток, подходи да выбирай которая по вкусу и размеру придëтся, ей-богу! Так вот, а под этими куртками и ещё жилетками и плащами, стоит полупустой бак бензина. Ну, просто, так скучно, что в голову лезут самые тупые и крышесносные идеи. И крышу они сносят тоже, практически, в буквальном смысле. Но планам помешал резкий поворот судьбы — пиковый король, будь он не ладен! Он резко так прокашлялся позади пятого клона, который чуть с потолком не засосался в страстном поцелуе от такого-то поворота. Точнее, кашля. Обернувшись за спину и встав в позу «Я готов! Нападай, сука!», расслабился и вновь сгорбился, завидев позади своего короля. Аж отлегло, ей-богу! — Ой, бля.. Пе-е-ек.. — Вару как-то расслабленно пропел искажëнное имя своего короля, говоря, мол, «Напугал, скотина!». Недовольные, но не яростные глаза Пика смотрели в очки пятого, который переводил дух. — Если так будешь реагировать на каждого прохожего, далеко не уйдëшь, — первое, что выдал пиковый-старший. — И-и-и.. Ты же не собираешься как-либо шутить над Феликсом или Зонтиком? — Пик понимал, что настоящий ответ на его ответ отрицание, но сразу валета загонять по этому поводу не стал, давая шанс уйти с миром. — Кто? Я?! И шутить над Феликсом или Зонтиком сегодня и последующие два месяца?! — он артистично разводил руками, показывая, что он тут не причëм, просто мимо проходил. — Да ты что! Даже, не то что в мыслях, во снах такого не было! — с бензином идейка отпадает, потому что пока Пик дома — всё провалится в бездну, не успев даже появиться. — Да? Тогда хорошо, — он прошёл мимо своего овечки-валета, которого после слегка потрепал по кудрям. Как только Пик зашëл в гостинную и пятый убедился, что на него не обращают внимания, скорчил недовольную рожу и начал тихо передразнивать своего короля, тем самым выпуская своё возмущение. Последующие два часа проходили для пятого слишком скучно и нудно, не хватало экшена и какого-нибудь пиздеца, чтобы не только лицо, но и жопа у всех от злости горела! Или.. От удивления? Но чем может удивить вечно смеющийся, неугомонный, вечно ищущий приключений на свою жопу пятый клон? Разве что.. Несвойственным для него поступком, а таковым являлось всё из разряда — «помощь». Но пятый ещё не опустился до того, чтобы делать что-либо по дому, так ещё и по собственной воле. Слишком лень. Вот и вся причина «Не хочу» Вару. Лëжа на кровати в маленькой, неубранной, но уютной комнате, Вару листал ленту соцсетей. Он лежал пузом на кровати, а ноги согнул в коленях и изредко стучал ими по стене, одновременно думая, чем бы убить время до ночи. Было бы хорошо прогуляться и выплеснуть свою энергию на прохожих, которые будут косо смотреть на него и тихо перешëптываться о его внешнем виде, но тут, опять же, настигла его эта лень, блин. Пролистывая очередной пост в ВК, ему попался быстрый и действенный рецепт приготовления торта «Напалеон». Сначала незаинтеррисованный рецептом, пятый быстро перелестнул, дальше смотря, как животные вытворяют просто невероятную дичь, с которой уже даже не смешно — насмотрелся этого уже. Наверно, минут пять спустя, он откинул надоевший гаджет и вышел из комнаты, чтобы проведать обстановку, что да как, как говорится. На кухне, как обычно, никого не было, потому что делать там нечего, — жрать нечего, вот и не плетëтся туда никто — в гостинной выключен телик, что очень несвойственно Данте, который как обычно развалился на весь диван, и который всегда включает телик, чтобы просто успокаивало нервы. — Хей, Дань, — облокотившись на спинку дивана, он удивился самому себе, что от скуки первый завëл диалог. Данте лишь открыл левый глаз, а его лëгкая улыбка с лица не сходила, наверно, никогда. Это говорило, что тот весь во внимании. — А чë ты телик не врубаешь? У тебя же всегда чë-то бубнело на фоне, чего этот раз исключение? — подперев рукой подбородок, он, на удивление, внимательно ждал ответа бубнового. — Иногда, чтобы почувствовать себя полноценно и законченно.. — он посмотрел тем же левым глазом на вальта пики, который скосился в непонимании и надежде что-то понять, — ...нужно лишь выключить телик, — такая концовка удивила вальта, но спорить не стал, более менее уловив суть мыслей третьего. Что было сделать, парой, очень нелегко. Но сейчас Данте даже не старался запутать и заставить задуматься над своими словами, ответив на любопытство пятого. Вару долго с Данте задерживаться не стал, идя по квартире дальше. Попался Феликс, который, напевая себе под нос милую песенку, загружал стиральную машинку постельным бельëм. Ну, с ним всё ясно, даже задерживаться не стоит. Дальше никто не попался. Все, словно, сквозь землю провалились. А провалился ли сквозь землю тот, который не даëт пятому волю в его гениальных и жопотрепещущих идей? Срочно надо разузнать! Влетая, как обычно, в комнату короля с вертухи, владелец комнты чуть чаем не захлебнулся, когда в его комнату не просто зашли, а залетели! И так получилось, что немалая часть горячего чая пролилась прямо на футболку и штаны восьмого, отчего тот недовольно зашипел. Неприятное и мерзкое чувство. Но в чëм был плюс, так это в том, что чай на теле остыл моментально, оставив только чувство липучести и сырости на теле. — Еблан, блядь! Ненормальный что-ли?! Рук нет? — король яростно возмущался, пытаясь сохранять спокойствие. Всё-таки снова мучаться от головной боли не хочется. Вару сразу расстроился, завидев короля на кровати, потому что сейчас точно не получится что-то да натворить. — Да-да, а де все эти ебанаты? — пропустив возмущения старшего, он сложил руки на груди, слегка начав потопывать правой ногой. От скуки просто. Тут пиковый-старший, который уже стоя у шкафа снял футболку и бросил ту на пол, удивился, потому что сам в душе не чаял куда все могли съебаться. Даже думать и предпологать не стал, кто куда мог деться. — Нашëл у кого спросить. Я всё время в комнате сидел, как я по-твоему должен узнать, куда все подевались? — Пик вопросительно изогнул бровь, дожидаясь ответа валета. — Ну, так, ты ж у нас лидер, а значит должен знать кто куда делся, хи-хи, — в какой-то мере пятый действительно прав; Пик самолично заявил, что он тут, типо, лидер, весь крутой такой ходил, но это всё было в Карточном Мире. Здесь же брать на себя роль лидера было просто вселенско-масштабная ошибка, потому что это же, получается, надо всем помогать, стараться еду готовить, деньги заробатывать.. Нет, не то чтобы Пик убегает от ответственности, просто.. Он, по сути, ребёнок. То что они появились в этом мире, где им уже по 16 лет, это вовсе не значит, что они уже скоро будут готовы взять на себя ответственность за свою жизнь и поступки. Они все дети, им предстоит ещё многое узнать об этом большом и неизвестном мире. — Вару, мы же это обсуждали! — Пик натянул на себя сухую футболку, принявшись снимать штаны. Валет невольно начал смотреть на подтянутые и стройные ноги короля. В голову сразу ударили воспоминая о позавчерашнем дне. Перед глазами на миг промелькнула картинка, где Пик лежит на животе, его задняя часть на коленях Вару, Пик выгибается, сладко вздыхая горячий воздух.. — Жаба-а-а-а! — щëлкая перед глазами валета и пытаясь привести того в чувства, Пик, уже одетый, непонимающе глядел на валета. — Э-эй, земля вызывает Жабу! — тут Вару очнулся от внезапного флэшбека, с лëгким румянцем на лице, который не разглядеть из-за слоя его очков. — А? Чë? Я чë-то пропустил? — валет не много занервничал, лишь бы Пик не стал расспрашивать из-за чего он упал в свои мысли. — Вчерашний день, блядь! — в голосе был слышен сарказм. — Ты чë замер как статуя? — этот вопрос загнал Вару в поиски оправдания. — Да, это-а-а-а.. Задумался просто! — отвернувшись от короля, он параллельно пытался утихомирить своë воображение. — Ага, — король произнëс это как-то недоверчиво. — Чем заниматься будешь? — Пик вновь бухнулся на кровать, свесив левую ногу с кровати. — Ты думаешь, я ебу? Мне нечем заняться, — он скрестил руки на груди и, не спрашивая разрешения, сел меж раздвинутых ног короля. — Только не ной, а, — Пик не хотел выслушивать нытьё валета, тоже думая, чем можно занять зелëную бестию. — Ой, щас как заною, блядь, у тебя из ушей кровь пойдëт, — саркастично изображая Зонтика, он вновь надулся как шарик и сидел, смотря то на лицо короля, то на его раздвинутые ноги. Походу, Пика это вовсе не смущало. — Да она у меня постоянно из ушей течëт, ты просто этого не видишь, — залипая в гаджет, пиковый-старший постукивал левой ногой об пол. Пятый облокотился на правую коленку восьмого, подперев рукой голову. — Пе-ек, можт поделаем чë-то? — одному что-то делать скучно, поэтому хотелось уговорить короля на какую-нибудь глупость. Но это очень маловероятно. — Если тебе так хочется, то делай всё что хочешь, — уже немного раздражëнно проговорил король, но буквально в ту же секунду добавил, увидев, как его валет начал растягиваться в улыбке. — В рамках разумного! Чтоб ничего не натворил! Всё, пиздуй, — подняв левую ногу, Пик беспардонно начал спихивать валета, мол, шуруй уже. Валету ничего не осталось, кроме как встать с кровати и наконец закрыть комнату своего короля, идя в свою комнату. Проходя мимо кухни, он увидел сидящего на столе Габриэля, который в руках держал голубя. Но не дохлого, он просто пытался накормить его маной крупой. А голуби манку вообще едят? — Э-э-э.. Всратыш, у тя всё норм? — Габриэль посмотрел на пятого, поочерëдно дëрнув своими ушками. — Вару? А где ты тут увидел всратыша? И откуда мне знать как у него дела?.. — в общем, хлеборезка у Габри открылась и не закрывалась, поэтому пришлось просто красиво смыться в свою комнату. Вару и сам точно не знает, что именно ему ударило в голову в тот момент, но точно знает, что сейчас он повеселится на славу. Вместе с Габриэлем. Первый стоял над пятым и продуктами, которые были куплены на деньги Фëдора. — Всратыш, иди отсюда. И голубя своего забери, — пятый хотел воплотить свою жопотрепещущую идею сам. Пихая в руки такого же худого и на вид тупого голубя в руки Габриэлю, подметил их сходство. — Вару, а почему этот голубь мой? И Всратышу сказать, чтобы он шëл куда? — Габри держал голубя в руках, пока тот резко поварачивал голову в разные стороны, моргая так же глазами по очереди и очень странно. Ну, вылитый Габриэль, только грлубь. — Да бля, просто иди.. К Данте, — выпихнув первого за пределы его нынешней лаборатории, он убедился, что тот ушëл, и принялся творить невъебенные чудеса с кухней, параллельно смотря тот самый рецепт «Напалеона». — Тэкс, чë тут надо? Маргарин в муку «врезать»? Окей, доверимся тебе, Марина Геннадьевна, — рецепт диктовала как обычно какая-то женщина, такие, которые всегда говорят своё имя в каждом видео. Нет бы, псевдоним придумать какой, ну, на всякий случай. Хотя-а-а.. Есть ли в этом смысл? Валет «врезал» 80 грамм маргарина в муку, как и показано на видео, представляя, что будет с этой кухней через полчаса... Как и предпологалось — кухне пиздец. На плите варится крем из сливочного масла и взбитые жирные сливки; коржы пекутся в духовке на средней температуре, но когда валет их достаëт, они все в «пузырьках», из-за температуры и то что они получились толстые. Но тут, Маринка эта, сказала, чтобы не было тех «пузырьков», надо сначала поколоть их вилочкой, чтобы воздух выходил. Тогда их и не будет. — «...А чтобы на ваших коржах не было некрасивых, огромных и вовсе сюда не вписывающихся «пузыриков», нужно сперва-наперво поколоть их вилочкой. Вот так,...» — Вару начал возмущаться, достовая пятый ужасный корж. — А ты ещё позже могла сказать?! Когда уже, например, торт бы полностью был готов, а?! — положив корж к другим его собратьям, следующий он попытался, именно попытался, сделать нормальным. Получился так себе, но сойдëт. Получше других уж точно. Собравшись с мыслями, пятый нахмурил брови и начал делать новый корж, раскатывая по противню, прокалывая его в некоторых местах. Когда последний корж был снят с противня, на кухню за шëл.. Фëдор. Увидев грязную, дурнрпахнущуб кухню, из-за подгоревшего крема. — Вару..? Ты чë наделал?! Кто это всё убирать будет?! И.. И.. Кто ж тебя вообще на мою кухню пустил?! — Федя был разъярëн, поражëн.. Короч, просто в некультурном ахуи. — Фëдор? Фëдор! Успокойся! Я.. — Вару хотел объяснить всё мирно и спокойно, но Федя на спокойный разговор настроен не был. — Успокойся? Успокойся?! Ды ты мне пол кухни разнëз! Как я тебе должен успокоиться?! — Федя был на взводе, в школе там мероприятия какие-то, и их на вторую смену перевели, но только на сегодня, наорали на него, потому что все взволнованные, никто никого не слушал, так тут ещё дома сюрприз, блядь. — А-а-а-а-а! Да за что мне это?! — бросив продукты на пол, он взвыл, вырывая на себе волосы. — А ну пиздуй отсюда к чëртовой матери, и чтобы на своей кухне я тебя больше не видел! — Федя вырвал коржи Вару и кинул на пол, от чего те поломались, так как были из теста. Выпихнув валета пики за пределы кухни, он начал оценивать масштабы горя. — Федя, бля! Выслуш..! — Выслушать? Что выслушать? Как ты пришëл взял продукты.. — он замолчал и посмотрел на продукты. Таких у них дома не было, значит что валет их.. — Ты взял мои деньги? — валет на секунду замялся, но попытался объяснить, что да как, но возможности и шанса не было дано. — Ты взял мои деньги без спроса, купил продукты и просто тупо извëл их? Вару, ты, блядь, идиот?! — уже второй мат слышится из уст Создателя. Тот очень рассержен и растерян. — Да, блядь, взял! И продукты я не перевëл! Я не виноват, что мне никто не даëт право к плите подходить, хотя я ровно такой..! — Заткнись, заткнись, заткнись! — нервы сдали, руки, как и всё тело, тряслись от злобы и от страха, от незнания почему всё это происходит именно с ним, почему Вару обязательно нужно куда-то влезть, что-то сделать. Валет опешил. Ему просто затыкают рот, не давая права на голос. — Просто уйди в свою комнату и запрись там! И чтобы я тебя не то что неделю, чтобы я тебя месяц не слышал! Ты достал всё время куда-то влезать и пакостить! У меня накипело! Ты.. Ты.. — закрыв лицо руками, Фëдор гулко прокричался, но ладошки «отобрали» пол звука громкого крика. — Просто уйди, — развернувшись к валету спиной, он больше не повернулся на него, думая, как бы убрать тот бордак. А у Вару в груди что-то кольнуло. Когда Зонтик ошибался с готовкой, и так же размазывал всё что можно и нельзя по этой сраной кухне, Федя предложил свою помощь, а не выгнал его. Неужели пятый так хорошо «въелся» в роль шутника и лицемера, что все вокруг считают, что на хорошие поступки он не способен? Он разве виновен в том, что его главная черта — лицемерие, клоунство и садизм? Он появился таким, это не его вина. Хотелось наорать на Фëдора, высказать свою точку зрения и права, но он промолчал, вспомнив частую фразу Данте: «...Всему своë время, друг мой». Сейчас не время что-то доказывать и утверждать свою позицию, для этого ещё настанет время.