Влюбленные в океан

      - Привет. - раздалось позади.       Поворачиваюсь с улыбкой и прыгаю в любимые объятия. Полотенце слетает, я остаюсь почти обнажённой в руках моего рыцаря, пойманная на лету. Черный купальник, мокрый, прилипший к телу сделает своё дело.       - Привет, Генри!..       - Боже мой, - он осторожно ставит меня на дощатый настил, - как сегодня было непросто без тебя!       - Ты долго. - глажу по щеке, и мой нежный заучка прижимается своим лбом к моему, - Решила поплавать немного, пока ждала...       - Я не мог не прийти. - взгляд из-под ресниц, - Не разбудил?       - Нет, я не спала. - ласково беру его лицо в ладони, - Я ждала...       Привстав на цыпочки, касаюсь его губ. Только касаюсь, потому что сейчас будет тот порыв, который предполагаю. И не ошибаюсь - когда перекатываюсь на пятки, Генри тянется следом и, прижав меня плотнее к себе, даёт мастер-класс по затяжным поцелуям. Если бы он сейчас не держал меня так крепко, то подкосившиеся ноги отказались бы держать. Кажется, он теряет контроль. Одна рука спускается ниже поясницы, обхватывает меня за мягкую округлость, вторая дёргает завязки на уровне лопаток, и я вздрагиваю в предвкушении чего-то большего.       - Лайла...       Жаркий, срывающийся шёпот, и поцелуи спускаются на подбородок, становятся почти укусами на шее, заставляя запрокинуть голову, вырывая из груди стон, который едва успеваю поймать, зажав ладонью.       - Ах, Генри...       - Тише. - едва различимый голос возле уха, - Мне бы не хотелось разбудить твоих соседей или отца...       - Тогда тебе придётся снова сигать через забор! - беззвучно хихикаю, за что получаю хороший шлепок по мягкому месту, особенно ощутимый на влажной коже, который прошибает до кончиков пальцев молнией возбуждения и заставляет выгнуться, зажмуриться и сцепить зубы от удовольствия, удерживая стон, - М-м! Что ж ты творишь-то...       - Хочу видеть твоё удовольствие. - жаркое дыхание опаляет щеку и ухо, - Ты мне доверяешь?       Взгляд глаза в глаза, учащённое дыхание. Сердце зашлось в груди... Я готова лишиться души, жизни и воли, лишь бы он смотрел на меня так плотоядно и похотливо всю ночь. Я готова кончить только лишь от этого взгляда и лёгкого дуновения ветерка по спине.       - Да, доверяю.       - Хорошо... - и взгляд мгновенно стал куда мягче. Немного обидно. Хочу страстной и пошлой любви!       Он сдёрнул очки и убрал их в задний карман джинс, чтобы в следующий миг, притянув к себе, скользнуть языком мне в рот. Властно и жёстко, этот паршивец, прикрывавшийся каждый день маской скромника, изучал и отмечал вверенную ему территорию - утром у меня точно появятся синяки от его пальцев на боку и на бедре, что уж говорить про "ладошку" на заднице. Нужно будет одеть утром в лицей что-нибудь более закрытое.       Генри потянулся куда-то одной рукой, резко ей махнул, но тут же вернул на бедро и почти укусил за нижнюю губу, которую и так покалывало от какого-то непреодолимого желания целоваться до самого утра... Нет. Не от этого. Мне просто очень хотелось сделать ему приятно. Хочу увидеть его сведённые брови и поджатые губы, это сосредоточенное лицо, которое расслабится и разгладится, стоит ему достигнуть своего пика. Впервые за прошлую и нынешнюю жизнь мне захотелось член во рту! И намотанные на кулак волосы. И сильную руку на затылке, которая будет насаживать до слёз, до горла, до упора... Внизу стало не просто мокро. Мокро там уже было давно. Кажется, я устроила целый потоп, возбудившись от одной только мысли, как этот выпендрёжник и рок-айдол будет извиваться и стонать подо мной, пока буду играть на его теле и чувствительных точках. Чёрт возьми, и почему эта девочка Лайла всё ещё девственница? Таких мужчин, как Генри, надо принимать с распростёртыми...       Мой рыцарь подхватил под бедра и дёрнул меня вверх, заставляя овить себя ногами и простонать ему в рот. Потому что я чувствовала его возбуждение, уткнувшееся мне прямо между... Судя по всему, размер там чуть выше среднего в обхвате, по длине пока ничего сказать не могу. Мне резко захотелось анального секса. Жёсткого. До крика. Господи, если этот мальчишка узнает хоть на секунду мои мысли, то не просто сбежит, а сдаст полиции за домогательства! Потому, пусть домогается сам.       Генри осторожно опустился на траву, продолжая меня целовать, а затем головокружительным, быстрым движением опрокинул на спину, прижимая своим не маленьким весом. Теперь я поняла его взмах руки - Д'Ассильва просто кинул моё полотенце на траву, чтобы не кололась. Хотя мне сейчас будет уж всё равно. Лишь бы...       Виртуоз оторвался от моих губ и подцепил верх купальника между треугольников пальцем, чтобы снять его через голову совсем. У меня не было желания прикрыться. Не было смущения. Ведь, в любящем взгляде этого мужчины я превращалась в произведение искусства. Осторожное, бережное, нежное прикосновение к груди. Сосок зажат между указательным и средним пальцем.       - Ты бархатная, - рот втягивает другой сосок во влажную и жаркую пучину, дразнит языком, прикусывает, - и вкусная. - горячая, почти обжигающая ладонь скользит ниже, по талии, пока шероховатые пальцы не цепляются за завязочки на плавках моего пошлого купальника, - Тёплая, - пара движений и я почти полностью обнажена, Генри развязал бантики на моих бёдрах, но последний лоскуток ткани, прикрывающий весь стыд, пока не трогал, нависнув сверху, - и мягкая. - новый поцелуй в губы, одна из ладоней снова на моей груди, - Мне нравится, как ты стонешь. - язык, укус чувствительного места за ухом, и я зажимаю ладонью новый стон, стоило моему нежному отпустить мою грудь и страстно коснуться меня через влажную ткань низа купальника, - Да, вот так. Какая ты мокрая...       - Как же я хочу тебя!.. - хнычу шёпотом, беря любимое лицо в ладони и заглядывая в тёмные от затопившей бури глаза-океаны, - Хочу... тебя... М-м, Генри!       Новое нежное движение пальцев там внизу заставляет зажмуриться, выгнуть спину и открыть рот в немом стоне, почти крике. И очень сильно, конвульсивно дёрнуться, вцепившись в сильные плечи. Это означало только одно - я перевозбуждена. Перевозбуждена на столько, что оргазм придёт ещё не скоро. Я просто словила перегрузку организма. И не потому, что это тело так молодо и легко возбудимо, а потому, что меня соблазняет, распаляет и доводит до отключки мозга мой мужчина. Своим тихим, охрипшим от сдерживаемого желания голосом. Запахом парфюма. Весом тела. Влажными следами губ и языка на шее и груди. Простым осознанием того, что именно он прикасается ко мне так.       - Боже, Лайла... - жаркий шёпот в ухо, - Ты бесподобно очаровательна! Но сегодня, принцесса, у меня иной план на твоё удовольствие.       - Извращуга! - со смехом прошипела на него, легонько хлопнув по плечу, и притянула к себе для нового поцелуя, достаточно короткого, - Я очень хочу ощущать тебя внутри себя...       - Лайла, пожалуйста, - со стоном уткнулся лбом мне в плечо, - не сегодня, правда. Очень тебя прошу. Ты всё ещё невинна, и я не желаю делать тебе больно сейчас. Тем более - на заднем дворе! Не так я себе это представлял. Я очень хочу просто довести тебя до оргазма, но без боли. Можно?       - Тогда пообещай, что после этого сделаешь для меня то же самое. - говорю серьёзно.       - Что? - нависшее надо мной лицо, удивлённый взгляд, - Что именно?       - Дашь мне довести тебя до оргазма.       - М-м... - он размышляет несколько секунд, - Х... хорошо. Правда, я плохо представляю, что ты хочешь сделать.       - О-о-о, тебе понравится! - улыбаюсь совершенно счастливо, потому что моя маленькая уловка сработала.       - От чего-то даже не сомневаюсь. - ответная улыбка и новый, вкусный, горячий поцелуй, - Расслабься, ладно?       - Расслабиться, когда нас в любой миг могут спалить? - выгибаю бровь.       - Уверен, ты сможешь быть тихой. - безбашенно-хитрая моська, полная пошлых намёков, уползает ниже, чтобы снова затянуть мою грудь во влажную и горячую глубину рта, вынуждая зажать рот двумя руками.       По сути, Генри не делал ничего особенного: гладил, целовал, сжимал, кусал, касался кончиками пальцев, вызывая мурашки. И внимательно наблюдал, изучая мою реакцию на свои действия. Будто перед ним увлекательная карта, на которой он отмечает самые интересные точки и запечатлевает виды на пути к главному сокровищу. Признаться, когда мой рыцарь, закинув мою правую ногу себе на плечо и с упоением проведя языком и зубами по внутренней стороне бедра, сводом ладони нажал мне на живот прямо над лобковой костью, я немного испугалась. Уровень возбуждения перешёл какую-то новую, невероятную грань, и мне ничего не оставалось, кроме как, оперевшись на локоть, наблюдать за парнем, поцелуями прокладывающим себе дорогу до моего "несорванного цветка", в немом шоке, пока он смотрел прямо мне в глаза самым похотливым взглядом, который вообще когда-либо приходилось видеть на свете. Он же не хочет так мне сказать, что собрался сейчас..?       Ладонь прекратила давить на живот, плавным движением спускаясь ниже и убирая с моего тела последний лоскут ткани. Большой палец прошёлся по влажным складкам от входа до клитора, даже не надавливая, лишь скользя. Этим неторопливым и простым движением Генри заставил закатить глаза, откинуть голову и хватать воздух широко открывшимся ртом.       - Какой прекрасный вид. - почти промурлыкал Д'Ассильва, будто только что поймал эстетический дзен.       Шёпот опаляет кожу нестерпимо горячим дыханием в том самом месте, ставшим запредельно чувствительными за последние десять минут. У меня всё лицо ярко заполыхало от его фразы, хотя мне, извиняюсь, за прошлую жизнь исполнилось немало лет, и опыта в постельных делах набежало, по моим скромным меркам, прилично. Прикрыв полыхающие щёки и глядя на моего мужчину сквозь щели меж ресниц, жалобно выдаю:       - Не говори так.       - Почему?       - Смущаешь.       - Но ты сегодня как-то непередаваемо восхитительна, моя принцесса. - очень нежный взгляд. Ещё одно скользящее движение большим пальцем заставляет всё тело неконтролируемо дёрнутся навстречу ласкающей руке, почти насадившись на этот чёртов... соблазнительный палец. Сейчас он казался мне особо привлекательным.       - Генри-и. - возмущаюсь шёпотом за его подлость. Даже немного злюсь.       - О чём я и говорю. - гладит бедро моей закинутой на плечо ноги и видит уже настолько хмурое выражение лица, что понимает - ещё слово и я начну кипеть, шипеть и брыкаться, а потому быстро исправляется, - Всё, понял-понял, молчу.       И без предупреждения, без объявления войны мягкий и горячий язык заменил палец, уверенно раздвигая влажные складки. Тело прошиб новый разряд электричества, но Генри удержал на месте, крепко и мягко обхватив за бедро, пресекая любую возможность случайно ускользнуть. Чтоб тебя, блондинистый демонюга, где ты был всё это чёртово время?! Боже... И я упала на спину, закрывая глаза, слушая собственные отклики и полностью доверяя своё удовольствие любимому мужчине.       А этот невероятно сексуальный рок-айдол, видели бы его сейчас фанатки, с каким-то садистским наслаждением продолжал доводить меня до потери сознания, то погружаясь языком в глубину, от чего я замирала и прекращала дышать, то скользя по поверхности, задевая все чувствительные точки и заставляя извиваться под его неспешным, но конкретизированным напором. И если с самого начала мне приходилось сдерживать все свои стоны, то чем глубже терялась в ощущениях, тем больше мозг отказывался соображать, отдав всё в руки первобытных инстинктов. Но обещанного оргазма так и не наступало - этот изверг балансировал на грани, длительное время оставляя меня в так называемой фазе "плато". В какой момент не выдержала и захныкала, размазывая слёзы по лицу, так и не вспомню:       - Генри... Пожалуйста!.. Очень тебя прошу... - обхватила себя рукой, прекратив метаться в его стальной и мягкой хватке, замотала головой, - Я не могу... Больше не могу!       И не сдержала тихий стон горького разочарования, когда он приподнялся и вытер губы тыльной стороной руки.       - Сейчас. - растянулся на боку рядом и закинул моё бедро себе почти на талию, - Иди ко мне. - тянусь, чтобы обнять за его за шею, а этот блондинистый демон удобно устраивает меня головой на своём плече почти неадекватную и снова жадно, жарко, развратно целует, выжидая некоторое время, пока немного выровняю дыхание, только тогда интересуется, выдыхая в мой приоткрытый рот, - Всё хорошо. Готова?       - Да.       Правой рукой устремился вниз, снова скользя пальцами по влажным складкам, дразня нервные окончания у входа и затыкая все мои стоны таким поцелуем, что даже испугалась сначала, будто Генри меня и правда съесть решил. Буквально. Но прижалась только сильнее, стоило шероховатым пальцам, натруженным струнами виолончели и гитар, скользнуть чуть выше, мягко и слегка надавливая, совершая первое круговое движение, возвращающее меня в фазу "плато" почти моментально. Ещё одно круговое, скользящее движение. И ещё. Я жалобно пискнула ему в губы, прервав поцелуй:       - Ещё... не останавливайся, пожалуйста.       Он стал быстро двигать рукой вперёд-назад и по кругу, провоцируя непроизвольно выгнуться в спине и ерзать клитором по его пальцам, находя наиболее чувствительную позу, чтобы провалиться в самый яркий и длительный, дикий оргазм на моей памяти. Вцепилась в сильные плечи и прижалась всем телом, пока долго, действительно долго билась в экстазе в родных, сильных и любимых руках. А после - обмякла в его объятиях. Мозгу требовалась перезагрузка, пока я видела под веками разлетающиеся, разноцветные искры, и мой нежный заучка в это время покрывал мои щёки и губы медленными, мягкими поцелуями.       - Леди?.. - от звука его голоса меня дернуло и почти свернуло в узел новыми спазмами удовольствия, да так, что сжались пальцы на ногах, - Эй, принцесса!.. - новый звук голоса над ухом - новая волна оргазма, - Ты там живая? - и снова скрутило.       Чёрт... не думала, что такое когда-нибудь произойдёт. Я ни в одной из жизней не знала ни одного реально существующего человека, который бы кончал от одного только звука голоса своего партнёра. Тем более, не могла предположить, что окажусь подобным человеком сама. А голос у Генри, и надо это полностью признать, иногда просто неземной.       И тут мне стало очень страшно. По настоящему.       А что, если я теперь буду ловить волны оргазма каждый раз, стоит услышать его песню? Что мне с этим теперь делать? Как дальше жить? Как вернуть себя в нормальное состояние? Ответ пришёл - само отпустит, пока слабо извивалась в сильных объятиях, закрыв лицо руками.       В ход пошли попытки тормошения, а шёпот стал обеспокоенным, стоило открыть глаза:       - Лайла, ты как?!       - Н-не-е трепыхай меня. - повернувшись на бок и уткнувшись лицом ему в грудь, ощущаю, что дыхание постепенно выравнивается, - Теперь можешь хвастать в мужской компании, что довёл девушку до множественного оргазма, даже не войдя в неё! - он прыснул и беззвучно рассмеялся, - Господи... как же мне хорошо-о-о! М-м-м...       - Ну и хорошо, что "хорошо"! - виолончелист прижимает меня обнажённую к себе и несколько раз целует в макушку, - Я рад. Немного пришла в себя?       - Нет, я всё ещё неадекватная. - бурчу куда-то ему в грудь.       - Зато довольная! - тихий хохот.       - Безумно! - выбираюсь из его объятий и заглядываю в счастливые и тёплые сейчас глаза-океаны, - Стоило половину ночи не спать ради этого! - Генри смеётся и снова несколько раз целует меня, жадно сминая губы, - Моя очередь получать эстетическое удовольствие.       - М-м, вот как ты это называешь... - сейчас он точно, бьюсь об заклад, мурлыкнул!       - Стараюсь выражаться литературно-корректно. - и утягиваю его в невероятно затяжной, ласковый, нежный поцелуй, мягко перевернув на спину и нависнув сверху, - Очки из заднего кармана вытащи, сломаешь ещё.       - Мгм. - касаюсь губами его шеи, спускаюсь влажным следом до горловины футболки, на что слышу низкий стон, как ответную реакцию, - Ах! Чёрт... Всё, вытащил.       Вижу, как положил сложенные очки возле головы на полотенце.       - Хорошо. Надеюсь, ты тоже будешь вести себя тихо.       - Очень постара... М-м! - с силой сжимает губы, стоило слегка оцарапать его шею зубами.       Запускаю руку под его футболку и лонгслив, веду раскрытой ладонью по напряжённым в этот миг мышцам живота до груди вверх и плавно вниз, очень нежно. Тело Генри реагирует россыпью мурашек, пока слегка царапаю его ногтями по прессу, ставшему сейчас просто каменным. Надеюсь, кое-что пониже будет настолько же твёрдым. Осторожно и невесомо подбираюсь к пряжке. И вот, когда ремень поддался ловкости моих пальцев, а его давление исчезло, виртуоз ухватил меня за руку.       - Нет, Лайла, не нужно...       - Ты обещал, помнишь? - шепчу и прикусываю мочку уха, от чего Генри мгновенно теряет волю, его рука, схватившая меня за запястье, слабеет, - У меня тоже есть грандиозные планы на твоё удовлетворение. Отпусти себя. Поддайся инстинктам.       Хватка исчезла совсем. Быстро расправившись с пуговицей и небольшой молнией, запускаю руку под ткань джинс, кладу ладонь на пах, сбоку от его налитого члена, лишь слегка огладив пальцами, от чего мой сладкий блондин дёрнулся, зашипел, заткнул себя ладонью, закатил глаза и уже окончательно, расслабленно откинулся на спину. Пришла в восторг от размера - не маленький, но и не огромный. Хороший такой середнячок, даже слегка за середнячок, сантиметров на двенадцать-четырнадцать, больше и не нужно, а вот в обхвате... Блин, Генри! Когда мы с тобой таки доберёмся до "основного торжества", ты вообще во мне поместишься?! Ой, да кого я обманываю... себя? Мне нравится. Мне всё очень-очень нравится.       Нравятся его сосредоточенно сведённые брови, мутный от похоти и возбуждения взгляд, будто он видит не моё лицо перед собой, а смотрит вглубь себя, сконцентрировавшись на приятных ощущениях. Нравится раскрасневшееся от смущения лицо, ведь, мой рыцарь пока ещё не отбросил свои психологические зажимы и неудобства передо мной. И это лёгкое недоверие так остро, так сладко касается чего-то глубоко в груди. Нравится отвести его ладонь от лица, чтобы увидеть приоткрытые губы, услышать шумное, жадное, немного сиплое дыхание. Нравится всхлип на вдохе, стоило провести подушечками пальцев от основания и до мягкой головки по сосредоточению всех нейронных связей в его организме в этот момент. Нравится затыкать его стоны поцелуями, стило обхватить твёрдую плоть сквозь ткань трусов. Нравится, как он инстинктивно толкается в мою ладонь, медленно и хаотично совершая неосознанные фрикции. Нравятся следы от пальцев, которые обязательно расцветут утром на боках синяками - так меня Генри сжимает сейчас за талию, почти впившись ногтями.       - Лайла!.. - срывается шёпот, чтобы удержать стоны в диапазоне беззвучия.       - Тш-ш... Всё хорошо. Я не кусаюсь...       Мягко целую в губы, в щёку, пробираясь пальцами под ткань трусов и ощущая ровные, как на подбор, короткие, но мягкие волоски на его лобке - кто-то тщательно следит за интимной гигиеной. Вот и хорошо, не будет неловких ситуаций из-за "джунглей-вкруг-столба". Сама на лазерную депиляцию хожу, хочется, чтобы везде было гладко. Торчащие и колющиеся сквозь колготы волосы у балерин считаются очень дурным тоном. Потому к гладким ножкам само собой прибавилось "глубокое бикини".       Нежно и неторопливо обхватываю своей узкой ладонью его член, осторожно веду для начала вверх к головке, и затем вниз к основанию, чтобы обхватить крепче. Генри вдохнул и выдохнул сквозь зубы с шипением, как огромный кот или питон. Как хищник, который ждёт добычу для решающего броска. Новое движение рукой вверх, на этот раз касаясь пальцами бархатной, нежной головки, и вниз, слегка сдавливая и крепко обхватив у основания, пока молодое тело под моими руками пытается и дальше хаотично совершать фрикции.       - Чёрт! - мой сладкий блондин выпустил ругательство сквозь зубы, притянул к себе за шею, пока замечаю совершенно пьяные, невменяемые глаза с бушующим внутри штормом, и зашептал между поцелуями, - Хочу... хочу быть в тебе! Хочу тебя... влажную, огненную, тесную... и всю на своём члене... Хочу войти в тебя с силой... чтобы крикнула... и держать, держать!.. Прижимать, вдалбливать в кровать... Хочу брать тебя грубо... будто против воли. Хочу брать тебя нежно... будто в первую брачную ночь. Хочу любить... любить тебя... до самого утра! - а вот дальше в моей ладони почувствовались уже конкретные толчки, а голос парня стал громче, подзвучивая почти бесшумные до этого стоны, - Боже!.. Лайла! Моя Лайла...       - Тш-ш, котёнок, тише! - не даю ему сойти с ума и с силой удерживаю под собой, - Тш-ш, тише-тише, я здесь с тобой, Генри... я здесь. И даже уже без одежды. - голубые глаза застланы такой поволокой желания, рассматривая меня, что создаётся впечатление, будто он меня почти не слышит, - Я всё, что хочешь, сделаю. Только веди себя тише, ладно?       - Мгм.       - Мне продолжить? - чуть крепче сжимаю его член и мгновенно отпускаю, чтобы ничего не пережать.       - Я душу себе вырву и отдам на растерзание, лишь бы ты продолжила... - снова почти бесшумный, безумный шёпот, - Буду тихим, обещаю.       - Точно? - спрашиваю, специально оттягивая момент. Генри выдаёт недовольный, всё ещё застланный похотливым желанием, но вполне трезвый и осознанный взгляд. Его мне было достаточно.       Можно.       Можно нырнуть между его ног всем телом. Можно оттянуть резинку трусов и совершенно похотливо облизнуться. Можно заглянуть в распахнутые от удивления глаза, пока веду от основания до головки кончиком языка, сделав его тверже и острее, напрягая язык, надавливая. Можно слушать тихое и такое прекрасное "Ах-х!", стоило провести приоткрытым ртом по всей длине с каждой стороны, влажно смачивая, смакуя... И снова провести твёрдым кончиком языка, на этот раз по уздечке. Обвести рельефный край головки, скользнуть ближе к вершине, где есть та самая, чувствительная точка, очень мягко и ласково оцарапать приподнявшиеся навстречу ягодицы. Чтобы увидеть, как широко распахнётся рот, совершая жадный глоток воздуха, а зрачки расширятся только больше.       Резко втянула головку в рот, с силой, как втягивают вкуснейший, влажный, сладкий мармелад, и задержалась пока. Ведь, привставший на локтях Генри жалобно свёл и приподнял брови, зажмурился с открытым ртом, часто-часто, сбивчиво задышал и медленно откинул голову назад. Какая невероятная, потрясающая картина. Даже прекраснее, чем я могла себе представить. Это просто невозможно, но я потекла вот так, замерев и глядя на него. Нет, мой нежный, я хочу чтобы ты смотрел. Чтобы ты видел, как губы любимой девушки, которую ты так хочешь сейчас, порхают по твоему члену, ставшему просто каменным. Выпускаю головку изо рта, напоследок подразнив языком чувствительный верх, обводя отверстие.       - Была уверена, что ты оценишь. Хочешь ещё?       - Да!.. - снова одурманенный взгляд, пока провожу рукой вверх-вниз, не сбавляя его напряжения, - Да, хочу. Сделай ещё...       - Сколько угодно, котёнок. - улыбаюсь. Я добилась, чего так хотела.       Снова резко и с силой втягиваю головку и слушаю почти беззвучное, прерывистое "М-м!.. Ах!.. Да... Боже, да!" Генри всего на секунду жмурится и широко открывает глаза, когда я медленно, очень медленно беру его немаленький член на всю длину в себя, оглаживая языком насколько это возможно. На самом деле в этот миг проверяю возможности своего нового тела, но рвотного рефлекса не возникло. И это просто замечательно, ведь, судя по ощущениям, виртуоз уже в горле. Делаю глотательное движение, от чего мой мужчина дёргается, совершая рефлекторную фрикцию. Всего одну. Замирает, ожидая моих дальнейших действий. Не представляю, как он сейчас сдерживает себя, какого титанического труда ему это стоит. Слегка приотпускаю длину и снова насаживаюсь до горла, пока медленно и мучительно. Делаю так ещё несколько раз, пока не ощущаю пальцы в своих волосах на затылке. И снова - медленно-медленно, глядя точно в глаза. Давай же, Генри, я хочу, чтобы ты сорвался. Я жду, я жажду этого! Я знаю, что сейчас тебе не потребуется много времени для разрядки. Новое глотательное движение. В уголках глаз скопилась влага.       Он не выдержал. Схватил мои волосы в кулак, задал направление, надавив на затылок. И вдалбывался резко, но не грубо. Да, Господи, да! Чёрт, да!.. Давай же, делай так, как тебе это нравится. Направь меня! Сделай своей именно так! Я уже твоя, я позволю тебе всё, что заблагорассудится!.. Обхватив его ягодицу, не сдерживаю глухой стон и чувствую, как он дрожит от этого. Слёзы текут по щекам - мои слёзы удовольствия. Ещё стон. Ну же, мой виртуоз, я хочу чтобы ты кончил! Движения стали размашистей, грубее. От одного понимания, что довела Генри до этого состояния, когда мозг отключился, а он воспринимает всю ситуацию на инстинктах, на удовольствии, на желании достигнуть эмоционального пика... от одного этого понимания я готова провалиться в оргазм снова.       Несколько последних рывков и Генри пытается отстраниться, оттягивая меня от себя за волосы. Не даю ему ускользнуть, дёргая за бёдра к себе, и насаживаюсь так глубоко, как могу, как позволяет длина, слегка повернув голову набок.       - Нет, стой... Нет! - Ошеломлённый взгляд. Непроизвольный, неконтролируемый рывок и всплеск глубоко внутри. Сглатываю. Запрокинутая голова, лицо полное удовольствия и совершенно безбашенная улыбка. - Ах... Блять... Да!       От его стонов меня накрыло следом. Так и проводим ещё несколько секунд. Он кончает. Я сглатываю. Оба содрогаемся от удовольствия, глядя друг на друга. Выпускаю его член изо рта, облизнув головку напоследок. Подхватываю край полотенца под нами и вытираю с Генри свои слюни очень спокойными размеренными движениями.       - Сумасшедшая! - искрящийся, довольный взгляд.       - Матершинник! - вытерев рот ладонью, показываю кончик языка, поправляю резинку его трусов и застёгиваю на нём джинсы.       Беззвучный смех. Объятия. Вкусные, почти ленивые поцелуи. Чёрные треугольники вновь превращаются в купальник под ловкими пальцами прямо на теле.       - Хорошо, что ты приехал.       Последний поцелуй, прежде чем Генри снова сиганёт через забор.       - Увидимся завтра, неправильная принцесса...