Не ходите дети за полночь гулять

Ника. Ника Богданова ‒ обычная ученица средней школы мало кому известного городка. Невысокая девушка с вьющимися каштановыми волосами, не желающими знать сложных причёсок, круглым веснушчатым лицом, весёлыми голубыми глазами, тёмными бровями и длинными ресницами, с пухлыми губами, что часто улыбались всем знакомым. Её город сложно найти на карте, но и захолустьем его не назвать, здесь есть больницы, множество торговых центров, пробки, аэропорт и вокзал. В общем в городе есть всё необходимое для спокойной жизни, но даже здесь бывают перестрелки. Ника шла по пустынной главной улице, освещённой фонарями и фарами изредка проезжавших мимо машин. Было давно за полночь, они с подружками засиделись в гостях, отмечая день рождения Иринки. Денег на такси не было, автобусы уже не ходили, а родители уехали на неделю в отпуск, оставив дочь одну, взрослая ведь уже, 15 лет всё-таки. Идти одной по ночному городу было страшно и немного холодно, лёгкая праздничная кофточка и летние джинсы не спасали от прохладного воздуха середины мая. Конечно, было недальновидно так поздно возвращаться домой, ещё и пешком, намного умнее было бы объяснить всё родителям Ирины и попросить оставить её на ночь или же подвезти до дома, но наихудшим решением стало идти дворами. Решив сократить путь и быстрее добраться до дома и мягкой кроватки в нем, девушка свернула с хорошо освещённой главной улицы во двор ближайшего дома. Здесь не было привычной детской площадки, не было фонарей, даже парковки не было, лишь непонятная лужайка с залысинами на местах бывших клумб, да кое-как расставленные вдоль неё машины. Не успела Ника сделать и пару шагов, как справа от неё раздались громкие ругательства грубых мужских голосов, а затем звук выстрела. Острая боль в плече вывела её из ступора, вскрикнув, она присела за ближайшую машину, машинально задев плечо. На руке осталось что-то вязкое, липкое, неприятное, с отвратительным металлическим запахом. Место ранения начало пульсировать адской болью, горло схватило спазмом, заставляя дышать ртом, ведь иначе казалось, что она задыхается. «Кровь! Я ранена!» ‒ пронеслось в голове, а рядом, после ещё нескольких яростных криков, прозвучали ещё два выстрела, на которые среагировала сигнализация соседней машины. Ситуация явно не собиралась налаживаться, и Нике стоило выбираться оттуда как можно быстрее. Не помня себя от страха, девушка вскочила на ноги и, прячась за машинами, выбежала из того двора к свету главной улицы. Она не помнила сколько бежала, ужас гнал подальше от того места, туда, где будет безопасно. Однако организм, не спавший с 6 утра (жизнь в получасе езды от школы не предполагает возможности высыпаться), измученный сначала учёбой, а после активным отдыхом с подругами, ещё и раненый, долго держаться не смог. Закружилась голова, ослабли ноги и девушка рухнула на колени, разбив их об асфальт, о чём говорили появившиеся кровавые пятна на светлых джинсах, но Ника продолжала зажимать левой рукой рану на плече. Дыхания всё ещё не хватало, перед глазами летали чёрные мушки, сознание медленно уплывало, девушка пригнулась к земле, пытаясь унять боль и головокружение, вот только ничего не помогло. Спустя три минуты борьбы с безжалостной темнотой, болью во всём теле, огнём в лёгких, на землю рухнуло бессознательное тело, с учащённым дыханием, кровоточащей раной и тонкими ручейками слёз, что текли по щекам, смазывая ещё недавно праздничный макияж. Артемий. Артемий Крюков ‒ опытный полицейский, служащий в подразделении криминальной полиции оперативно-розыскной информации. Высокий, смуглый, темноволосый, кареглазый, спортивно сложенный мужчина, предпочитающий форме удобные футболки, куртки и джинсы. Выявить, пресечь или раскрыть преступление, отыскать скрывающихся и пропавших без вести людей, установить имущество, подлежащее конфискации, добыть информацию о событиях и деяниях, опасных для государства ‒ всё это рутина, что давно приелась, за многие годы службы. Однако работа ‒ это не только дела, улики, доказательства и куча бумажек, это ещё и люди. Коллеги, начальство, работники других отделов, пострадавшие и преступники. С последними двумя категориями редко можно поговорить кроме как о работе, но вот с остальными... У кого семья, у кого питомец, у кого-то дочь родилась, у кого сын в университет поступает, у кого-то свадьба скоро, кто-то родителей похоронил, кто-то развёлся, а кто-то в отпуск слетал впервые за три года. Все эти истории скрашивали серые будни одного из полицейских участков в тихом городке, где ещё недавно никто и не думал, что двое полицейских, когда-то учившихся вместе в академии, могут найти на главной улице тело раненной школьницы. А всё начиналось так привычно: Артемий вновь засиделся с документами по уже раскрытому делу (нужно было дописать пару отчётов и передать секретарю начальника), Глеб, бывший одногруппник и сосед по комнате в общежитии, нынче работающий в ППС, предложил подбросить до дома, так как сегодня у него был именно тот район. Недолго думая, Крюков согласился и залез в машину, сразу прикрывая глаза, давая себе возможность отдохнуть после привычно долгого и выматывающего дня. Ехали в тишине, нарушаемой только тихим мурчанием попсовых песен разных десятилетий с флешки Глеба. Когда глаза Артемия перестали болеть, оперативник открыл глаза и стал следить за тротуаром, уплывающим ему за спину, думая о том, что завтра ему дадут новое дело, которое коллеги не могут раскрыть уже месяц, и ему придётся по новой опрашивать пострадавших, свидетелей, знакомых свидетелей, подозреваемых, вновь копаться в бумажках и уликах, как вдруг он увидел тело, лежащее без движения. ‒ Тормози! ‒ скомандовал другу, следуя своему профессиональному чутью, что просто вопило о необходимости вмешаться. ‒ Там на асфальте лежит кто-то, достань аптечку на всякий случай. Договорил он, уже выскочив из машины и мчась к лежащей на земле девушке. Вся усталость и меланхолия, навеянная однообразием дел и эмоциональным выгоранием, связанным с огромным стрессом, мигом исчезли, стоило только увидеть её. Она была бледная, на лёгкой нарядной кофточке расползлось огромное уродливое багровое пятно крови. За спиной девочки лежал голубой школьный рюкзак, увешанный значками и фенечками, лямка которого тоже была запачкана. Решив выяснить причину происходящего позже, Артемий разорвал повреждённый рукав кофточки сильнее и начал анализировать серьёзность ранения. Из-за большого количества крови, и плохого освещения это сделать было сложно, тем не менее многолетняя практика даёт о себе знать. Кровь шла ровной струёй, а не вырывалась толчками ‒ это значило, что она венозная, а не артериальная, и нужно наложить жгут чуть выше локтя, чтоб уменьшить приток крови. Этим Артемий и занялся, как только Глеб оказался рядом. Вместе они обработали рану, перевязали её, перенесли девушку в машину и предупредили ближайшую больницу о скором приезде. Максимальная скорость машины и сигнальные огни, позволили доехать пятнадцатиминутное расстояние в три раза быстрее. Врачи ждали уже на пороге больницы с каталкой, на которую поместили девочку и тут же отправили в операционную, оставив полицейских дожидаться результатов. Глеб. Глеб Самсонов ‒ сотрудник патрульно-постовой службы. Мужчина тридцати лет, среднего роста, спортивно сложенный, сероглазый, сосредоточенный на работе большую часть дня. Свои светло русые волосы он подстригал довольно коротко, чтоб они не мешались во время службы, несмотря на все уверения жены о том, что длинные волосы ему пошли бы больше. Сегодняшняя смена не предвещала ничего необычного, он точно не ожидал, что эта ночь положит начало масштабному расследованию в отношении группировки, образовавшейся в этом тихом городке, благодаря одному королю чёрного рынка, сбежавшего от надзора столичной полиции. Вечером мужчина, как всегда, попрощался с женой, что собиралась ложиться после того, как проводит Глеба на службу. Придя на пост, и пройдя все необходимые процедуры, узнал об Артемии, что сидел за документами, и предложил подвезти по старой дружбе. Ребята были знакомы давно, потому тишина во время поездки не напрягала никого из них. Однако внезапная команда друга остановиться, мигом заставила комфортную атмосферу, царившую в машине, превратиться в рабочую. Сейчас мужчины сидели в холле больницы, нервно дожидаясь окончания операции. Необходимые документы на пациентку заполнял Артемий своей немного дрожащей рукой, используя паспорт девочки, что нашёлся среди тетрадок, учебников и прочих вещей в рюкзаке. Контактным лицом оперативник назвал себя, так как узнать информацию о родителях сейчас было невозможно. Сам же Самсонов, сообщив начальству о происшествии сразу, как только передали девочку врачам, получил приказ оставаться на месте и выяснить у пострадавшей подробности произошедшего. В тоже самое время, пока двое мужчин ждали известий от врачей, район, где нашли Нику, обыскивали несколько отрядов, ища следы перестрелки. Им удалось найти тот самый двор, пару пострадавших от пуль машин, следы крови на других автомобилях и асфальте привели оперативников к нескольким преступникам, что не успели скрыться из-за серьёзных ранений. Уже под утро Артемия с Глебом пустили в палату к девочке, пришедшей в себя после наркоза. Выглядела Ника бледной и напуганной, но в остальном, не считая раны на плече, была в порядке. Это было удивительно, учитывая в какой ситуации она побывала. ‒ Ника Богданова? Я ‒ оперативный следователь Артемий Крюков, ‒ начал представляться друг, но девушка его перебила. ‒ Это вы меня спасли? ‒ получив в подтверждение кивок, она продолжила. ‒ Спасибо, а мой телефон у вас? Мама мне ещё не звонила? Мужчины неловко переглянулись, телефон, как и паспорт, был в рюкзаке, но вот звонков на него не поступало. Мысленно оба давно уже возмущались такой безалаберности родителей. Как так можно? Твой ребёнок неизвестно где, а ты даже не позвонишь узнать, что с ним? ‒ Нет, тебе пока никто не звонил, ‒ спустя минуту ожидания медленно, делая паузу после каждого слова, сообщил Глеб. ‒ У тебя есть кто-нибудь из взрослых, кто может позаботиться о тебе, пока ты тут? ‒ Хорошо, ‒ Ника даже как будто расслабилась, сильнее откинулась на подушки и протянула руку. ‒ Тогда можете дать мне телефон, я сама маме позвоню, может у неё кто из знакомых сможет приехать, пока они с папой не вернутся. Одно слово, но с плеч полицейских упал камень. Родители девочки в отъезде, они не знают о ситуации тут, она не очередной подросток из неблагополучной семьи. Все вещи конечно тут же вернулись к владелице, и звонок родителям состоялся уже через пару минут. Глеб вышел из палаты, не желая лишний раз смущать девушку, да и стоило принести всем что-то на завтрак, без сна они с Артёмом могут протянуть, но вот без еды уже вряд ли. В столовой больницы выбор был невелик, потому мужчина купил три небольшие булочки, два стакана кофе и сок для Ники. Полноценный допрос, с выяснением всех обстоятельств, состоялся после быстрого несытного завтрака. Только, к большому своему сожалению, девушка почти ничего не знала. Рассказала лишь о трёх выстрелах и нескольких грубых мужских голосах, ругающихся между собой. Закончилось посещение тем, что до приезда родителей, которые даже при самом лучшем раскладе приехали бы только через неделю, забота о Нике легла на плечи Глеба. Артемию ребёнка сейчас доверить было нельзя, он слишком уцепился за случившееся и в ближайшие дни наверняка сам будет забывать поесть. Потому, Глеб решил взять девочку себе на попечение, тем более у него дома жена, если сам будет занят, Лена поможет. Елена Самсонова Елена Самсонова ‒ тренер в популярном фитнес-зале. Хрупкая, среднего роста голубоглазая блондинка, искренне любящая и свою работу, и вечно занятого мужа. За несколько лет она так и не привыкла спокойно спать, когда Глеб на ночной смене. Дурные предчувствия будили женщину на протяжении всей ночи с интервалами от двух часов до получаса. И вот предчувствия оправдали себя. Вчера она проводила мужа на работу, а сегодня с утра ей звонят и говорят, что на их попечении будет 15-летняя девочка, попавшая в перестрелку. Женщине ничего не оставалось, как отпроситься с работы и застелить диван в предполагаемой детской (они с мужем давно хотели ребёнка, но сначала не позволяло финансовое положение, а сейчас бешеный график работы). Ближе к обеду Глеб вернулся домой вместе с Никой, которую выписали из больницы, так как никаких осложнений не было, а само ранение не было таким уж серьёзным, и несколькими сумками одежды, поездка до квартиры девушки заняла около получаса, как и сбор необходимых вещей. Лена встретила их в коридоре, обняла мужа, познакомилась с временной подопечной и, забрав вещи девушки, отнесла их в отведённую той комнату. Было видно, что Ника чувствует себя немного неловко в незнакомой обстановке, но всё же девушка довольно быстро освоилась и, узнав, где работает Лена, начала расспрашивать можно ли ей туда ходить, сколько стоит абонемент, в какое время проходят занятия и многое другое по поводу фигуры и питания, собственно, как и любая девушка. Глеб не вникал в суть разговора, молча ел, а после отправился спать, сегодняшняя смена была длиннее и изматывающее остальных. Когда Лена с Никой собирали гостью в душ, выбирая полотенце и сменную одежду из вещей Елены, так как сумки самой Ники ещё не разобрали, зазвонил телефон хозяйки квартиры. ‒ Извини, выбери пока что понравится, и иди ополоснуться, только с плечом аккуратно, если что понадобиться, я на кухне, ‒ взяв телефон, сказала Лена и вышла в коридор. ‒ Да... ‒ Здравствуйте, Леночка, ‒ раздался в трубке баритон одного из клиентов. ‒ Здравствуйте, Ярослав Леонидович, вас уже предупредили, что меня не будет? ‒ проходя на кухню и включая громкую связь для удобства, спросила тренер, женщина не любила тратить время в пустую, и часто общаясь по телефону занимала руки другим делом. ‒ Да, Леночка, мне позвонили ваши девочки с ресепшена. Но боюсь, я не могу доверить себя ни одному тренеру кроме вас, ‒ в голосе мужчины явственно прослеживался флирт, который Елена игнорировала уже на протяжении двух месяцев. ‒ Хорошо, тогда давайте перенесём занятие на завтра, а сегодня не забудьте скинуть мне фотографии вашего питания, ‒ привычно улыбнулась женщина и принялась мыть посуду, оставшуюся после обеда. ‒ Конечно, Леночка. До свидания, ‒ ответил Ярослав Леонидович и повесил трубку. ‒ Лен, кто это был, ‒ вдруг раздался сиплый голос Ники от входа на кухню. Чуть не выронив от неожиданности скользкую тарелку, вздрогнувшая Лена обернулась и увидела бледную девушку, прижавшуюся к стене и сжавшую в руках полотенце с вещами. ‒ Это мой клиент из зала, ‒ напряжённо ответила женщина, откладывая посуду и начиная вытирать руки, чтоб подойти к Нике и успокоить. По поведению ребёнка можно было догадаться, что что-то не так, но не мешало бы узнать точно. ‒ А что случилось? ‒ Это... ‒ девушка запнулась, опустила голову, несколько раз сжав и разжав пальцы, будто прогоняя плохие воспоминания. Через пару секунд она продолжила. – Это голос одного из тех, кто был в том дворе... Елена, знавшая о произошедшем в общих чертах, замерла в полушаге от напуганного подростка. Нервно обернулась на телефон, потом вновь посмотрела на девушку. – Милая, ты в этом уверена? – сложно было поверить, что такой приятный в общении человек по ночам стреляет в людей. – Может, тебе показалось, всё-таки динамик искажает голоса, да и... – Это был он, я уверена, – подняв взгляд, перебила её Ника. И она поверила, но решила пока не будить мужа, пусть тот выспится, а девочка пока сходит в душ и тоже отдохнёт. Сама же Лена пока обдумает всю эту ситуацию. Вечером, ближе к ужину, когда Глеб проснулся и вышел к девочкам, его ждали невероятные новости. ‒ Любимый, ‒ ласково начала Лена, взволновано смотря то на мужа, то на Нику. ‒ Мне сегодня звонил Ярослав Леонидович, мой клиент из зала, я поставила разговор на громкую и Ника услышала его голос... ‒ она сделала небольшую паузу, сглотнув вязкую слюну. ‒ В общем, мы думаем, что он один из стрелявших. Глеб не донёс вилку с едой до рта, замер, поднял глаза на жену, перевёл взгляд на девушку, потом обратно. Выпрямившись и нахмурив брови, он лишь уточнил: ‒ Кто ещё об этом знает? ‒ Никто, ‒ хором ответили ему. ‒ Хорошо, ‒ кивнул Самсонов и отодвинув тарелку, принялся набирать кого-то в телефоне. ‒ Алло, привет, у нас есть подозреваемый. Найди всё по Ярославу Леонидовичу Миронову. Я с Никой приеду через полчаса, тогда и расскажем подробности. После этого звонка, все трое продолжили ужин в молчании. Затем Лена вновь проводила мужа на работу, только теперь уже с Никой. Женщина обняла обоих, пожелала удачи и взяла слово, что, если что-то случится, они обязательно позвонят. Ей предстояло ещё несколько часов в ожидании и снова самое страшное было в том, что Лена не знала, какие новости придут в этот раз. Мария. Мария Кузнецова ‒ служащая подразделения криминальной полиции оперативно-розыскной информации, работающая в полиции только второй год. Одна из подчинённых Артемия Крюкова, восхищающаяся его талантом в раскрытии дел и умением со всеми находить общие темы для разговоров. Высокая, крупной комплекции девушка, с длинными прямыми чёрными волосами, забранными в хвост или пучок, и карими глазами. Вот уже несколько дней весь полицейский участок стоит на ушах, Мария, как и все оперативники, учувствует в поимке банды, появившейся недавно в тихом и мирном городке. По показаниям двух её участников и девочки Ники, попавшей под обстрел, удалось найти большую часть преступников, но не на всех пока были доказательства. Все оперативники сбивались с ног, перерывая бумажки, выезжая на вызовы, проверяя места, где можно было поймать подозреваемых, допрашивая их в допросных. Во всей этой суматохе, все давно перестали обращать внимание на то, что Ника почти жила в участке. Она приходила сразу после уроков в школе и то рылась в бумагах вместе с Артемием, то ходила на опознания, где слушала голоса, и иногда указывала на людей, которых слышала в ту ночь, то ездила вместе с Глебом в патрули. Первые недели, все пытались выгнать ребёнка, отправить её домой к вернувшимся родителям, что переживали за свою девочку, но упрямство Ники было сильнее уставших от работы полицейских. Потому, все смирились и просто иногда звонили родителям девочки, когда та задерживалась допоздна. В такие дни её отвозили на патрульных машинах до самого подъезда и с рук на руки передавали отцу. Сегодня поступило сообщение о том, что у заброшенных гаражей собрались какие-то подозрительные люди, некоторые из них были с оружием, на проверку этой местности отправились Глеб, Мария и Ника, не ставшая даже слушать возражения. Девочка лишь залезла на заднее сиденье патрульной машины и быстро проговорила обещание не высовываться без разрешения, которое всегда соблюдала. ‒ И долго ты к нам таскаться собираешься? ‒ Спросил Глеб, выворачивая руль, чтоб выехать со стоянки и отправиться в очередной патруль. ‒ Тебе ж ещё в вуз поступать, сосредоточилась бы на учёбе. ‒ Вот это дело закроем и перестану, начну собирать документы в Академию МВД, ‒ Уверенно сообщила Ника, пристёгивая ремень безопасности. ‒ А когда закончу, вернусь к вам, только уже на полноценную работу. Так что надолго вы от меня не избавитесь. Мария усмехнулась наглости девушки, вспомнив, что несколько лет назад сама поставила такой же ультиматум своему отцу-полицейскому.