Дым

Цените тех, которые умеют видеть в Вас три вещи: печаль, скрывающуюся за улыбкой, любовь, скрывающуюся за гневом, и причину Вашего молчания

***

–Отлипни от меня!— воскликнула Сото, как кошка, зашипевшая на врага, пытаясь оттолкнуть навязчивого нападающего. Прошла целая неделя с того момента, как парень признался в своих чувствах, что дало начало этому сладкому, но в то же время мучительному конфетно-букетному периоду. В первые дни он старался сдерживать свои порывы, но быстро ослабил хватку. Совершенно неожиданно Кевин обнаружил в себе глубинную тактильную сущность, которая начала приводить в бешенство его девушку. Девушку, черт возьми! В тот день Такимура долго и пронзительно вглядывалась в его глаза, стараясь распознать, не лжет ли он ей. Но Дей, настроенный на абсолютную честность, настаивал, что она ему действительно очень нравится. После нескольких сигарет с последующими настороженными взглядами, японка, наконец, ответила взаимностью. Вот тогда-то всё и началось. Только они переступили порог комнаты Монстров, как Ники ловко отбил Аарону десятку, за что получил убийственный взгляд от своей подруги и закатанные глаза от Кевина. — Отлипни, я сказала! — повторила она, но нападающий лишь сильнее прижался к её спине, удобно зарываясь носом в её шею. Этот запах творил с ним нечто ужасающей силы. На протяжении всей своей жизни Дей старательно избегал зависимостей, но её аромат был настоящим наркотиком. Эта неповторимая смесь шоколадных сигарет, мятного шампуня и чего-то ещё совершенно уникального уносила его на райские небеса, одновременно убивая и воскрешая. — Я тебе не мешаю, — произнес он, и звук его голоса, приглушенный, проникал в самые глубины души Сото, вызывая мурашки по позвоночнику. Их утренние часы, полные лишь завуалированной нежности, были теми моментами, которые она проклинала. Шепот Дея становился хриплым, с неким рычащим оттенком, и долго подбирать слово для описания этого не пришлось. Он был чертовски сексуальным. –Фу, Ники! – на кухню вошел растрепанный Аарон, слегка потерая свою шею после беспокойного сна. Он снова задремал за столом. – Они опять слиплись! – Не завидуй! – отозвался приглушенный голос Хеммика из ванной. Таки лишь закатила глаза, протягивая чашку черного кофе другу. Кевин недовольно пробормотал ей в шею, что ему не нравится ее излишняя забота о других. За это он получил локтем в бок. – Пара начинается через сорок минут.  – Я в курсе.  – Тебе стоит успеть добежать до душа, – размышляла вслух девушка. Если быть до конца откровенной, ей все это нравилось. Все, черт возьми, нравилось в Кевине Деи. Некоторые посчитали бы его постоянные приливы нежности чрезмерными, но, глядя, что он ведет себя так только с Сото, японка расплывалась лужей в его объятиях. Нападающий лишь простонал ей что-то в шею и, наконец, отстранился. Бросив мрачный взгляд на часы, он отпил из кружки, которую держала Така, и поплелся в сторону ванной, правой рукой отталкивая Аарона, переграждавшего ему дорогу. – Это отвратительно, – пробормотал защитник, многозначительно поглядывая на девушку. – Как и твои взгляды на мисс «Я черлидер, сучки», – сделав голос максимально тонким, Сото игриво приподняла брови, пряча ухмылку за ободком кружки. Лицо Миньярда исказилось, когда он бросился к подруге, пытаясь закрыть ей болтливый рот. Девушка прекрасно знала о их с Эндрю уговоре, который, к слову, казался ей проявлением идиотизма и эгоизма со стороны «плохого» близнеца. Тем не менее, это не мешало ей время от времени подшучивать. – Шшш, – прехватывая подругу сзади, произнес парень, – у нас с ней ничего нет. – Да, да. А мы с Кевином просто знакомые, – засмеялась Сото, вырываясь из его захвата и мягко поглаживая блондинистые волосы. – Ты можешь скрывать что-то от Эндрю, но я не слепая. – Ты прекрасно знаешь ситуацию, – скидывая руку подруги, прошипел Миньярд. Сото лишь пожала плечами. У нее были свои планы, а любовные интриги близнецов никак не входили в них. – Хорошо, хорошо. – Подхватив еще горячую чашку кофе, девушка направилась в свою комнату. Сегодня был важный день, о котором никто не должен был знать.

***

– Кевин, пять минут, – в четвертый раз произнесла Таки, но нападающий даже не ослабил хватку. – Мне нужно идти. – Куда? – не слишком заинтересованный ее делами, ради приличия спросил Кевин. – Встреча со старой знакомой. Ничего серьезного. – Наглая ложь, но ему это знать не обязательно. – Позвони мне, когда вернешься, – произнес Дей, наконец отстраняясь. Студенты вокруг них начали суетиться, увлекая парня за собой в корпус. Девушка помахала ему рукой, закричав вдогонку: – Не переживай, малыш! – несколько парней и девушек обернулись. – Я заберу тебя после пар! Кевин метнул в ее сторону раздраженный взгляд, на что она ответила лишь лукавой улыбкой. В потоке тел Дей быстро исчез из виду, а сама Таки вновь натянула маску. Холод окутал ее глаза, когда она потянулась за разрывающимся от звонков телефоном, который звонил уже добрые десять минут. На экране ярко загорелось слово «ПРИНЦЕССА». О, да, менять это она  не собиралась. – Где тебя черти носят? – прошипел знакомый японский голос. Она не скучала. Вообще ни капли. – А ты куда-то спешишь, милый? – спросила Сото, пересекающая парковку, как будто это был невидимый мост. За минуту она устроилась на водительское сиденье. – Пятнадцать минут, и я на месте, – произнесла она на английском с легким акцентом.  Звонок оборвался, так и не дождавшись ответа.

***

Подъездная дорожка к старому складу зашуршала под колесами, принимая на себя тяжесть остановившегося автомобиля. Ангар, словно древний монумент, встретил новоприбывших разбитыми окнами и ржавчиной, расползавшейся по стенам, как будто время решило оставить свой след. Рядом остановилась чёрная машина, из которой стремительно вылетел охранник, сканируя территорию. – Привет, Тори, – спокойно отозвалась девушка, хлопнув дверью с мягким щелчком. – Добрый день, Мисс Сото, – с уважением произнес громила, слегка наклонив голову, подходя к задней пассажирской двери. – Всё чисто, Босс. – Прекрасно, – прорычал мужской голос, словно недовольство вырывалось наружу. На землю опустилась нога, по которой можно было судить о достатке этого человека. Идеально отутюженные брюки и лакированные ботинки, за стоимость которых в полнобюджетном ресторане Токио можно было бы накормить половину города. – Ты опоздала. – Из салона возникли угольно-черные волосы, за ними последовало строгое, но привлекательное лицо говорившего. Мужчина лет тридцати поправил свой безупречный костюм, застегивая нижнюю пуговицу. На его запястье сверкали новенькие Rolex, а на переносице сидели очки в черной оправе, насмешливо мерцая в утреннем солнце. – Это ты рано, – парировала Таки, удобно устроившись на капоте своей машины. – Всё та же, – хмыкнул мужчина, повторяя её позу. – Как жизнь, Такимура? – Всё, как обычно, – с меланхоличным вздохом стряхнув невидимую пыль с джинсов, девушка установила зрительный контакт с собеседником. – Но тебе это не интересно. Так скажи же мне, Кензо, что заставило тебя покинуть свой оазис и снова влезть в мою жизнь? Мужчина приглушенно рассмеялся, изучая её напряжённую фигуру.  – Брат уже не может захотеть увидеть сестру? – насмешка в его тоне была ярко выраженной, но, глядя в серьёзные глаза напротив, Кензо собрался. – До отца дошли слухи. Говорят, некая Такимура Сото влезла в историю с Морияма. Зубы заскрипели от напряжения. Девушка не сразу поняла, что это именно её челюсти приняли решение слиться воедино.  Она не врала Кевину. Ее мать действительно сбежала от отца. Всё в той истории было правдой, кроме одного упущения. Сото не сказала, что прекрасно знает своего отца. Он нашёл её, когда ей было лет семнадцать. Ну не он — люди, которым мужчина заплатил. Как выяснилось, этот самый «выродок мафии» искал свою жену и дочь целых пятнадцать лет.  После этой услышанной информации Таки прониклась уважением к своей матери. Скрываться от обученных людей почти десятилетие — это достойно похвалы. Тот день ярко запечатлелся в её воспоминаниях, словно картина художника, в которых переплетены оттенки ужаса и неожиданности. Два человека схватили её в коридоре, вытолкнули к стене и с точным, но легким ударом лишили сознания. Очнувшись, она обнаружила себя на мягком диване, а напротив, в приглушённом свете, сидел мужчина. Взгляд их встретился, и она немедленно узнала его. Это было легко: эти черты лица она видела каждое утро, глядя в зеркало. История их семейства была тривиальной, как сама жизнь. Он не собирался отказываться от своего «бизнеса», что ужасно не понравилось её матери. В итоге та собрала в спешке самое необходимое, дождалась какого-то момента, когда охрана ушла по своим делам, и, выбравшись из дома, понеслась к аэропорту с дочерью. Оставила позади мужа, семью, а главное — сына. Этого самого сына. Чертового Кензо Мори. Семья Мори была одной из ветвей Якудза, и, будучи невероятно близкой к Кумитё , они наслаждались статусом, который накладывал на них свою печать. После долгого рассказа отца о том, как переплетаются все ветки и какие из них более влиятельны, девушка, наконец, поняла нечто важное. У её отца не было выхода, как и у Кензо. Покинуть Якудзу было невозможно. Странное, болезненное чувство подростковой ненависти, которое она так упорно пыталась игнорировать, вдруг немного утихло. Они долго делились мыслями, прерывая диалог лишь на короткие, задумчивые паузы, когда Таки задавала уточняющие вопросы. Этот непростой разговор постепенно прояснял серые зоны их затянутого до удивления семейного дела. — Я не влипала в истории, — с легкой запинкой произнесла она, но встретила лишь ироничный взгляд в ответ. — Ты копала, Такимура, — прорычал Кензо, резко наклонившись к девушке. — Отец ясно говорил тебе: лезть в их паутину опасно. — Его пальцы злобно обвели губы, словно стараясь заткнуть себя прежде чем успеет произнести лишнее, — Мы договорились, что ты будешь жить на территории Морияма при единственном условии: никто не должен знать, кто ты. Но ты сама роешь себе могилу! — Ничего я не рыла! — огрызнулась Сото, срываясь с капота машины, — Мне нужна была информация, и я её получила. Всё. — Зачем она тебе, Такимура?! — крик вырвался у японца, отозвавшись эхо в воздухе вокруг них. Сохраняя зрительный контакт с девушкой, он вздохнул, пытаясь успокоить свои бурные мысли. — Это безумие. Твои информаторы — далеко не профессионалы. — Я знаю, — чуть успокоилась Сото, осматривая окружающее их пространство, — Но мне нужно было узнать об одном человеке. Однако ощущение складывается такое, что он — призрак. — Ну так рассказывай, — произнес Кензо, щёлкнув зажигалкой и поднося её к тонкой сигарете с ароматом мяты. Слабостью Кензо была сама мята: сигареты, духи, чай, ликёр — всё должно было быть с этой травой. В один мрачный день они вместе даже улыбнулись, выбрав для своих зависимостей приятные запахи: шоколад и мята. Девушка, не раздумывая, присела рядом с братом, зажигая свою сигарету. —Ты помнишь тех людей, которых я называю семьёй?—Начать издалека оказалось мудрым решением. Кензо никогда бы не пошёл на помощь, не обладая надежной информацией. Слова сыпались, как осенние листья. Возможно, кто-то и не заметил этой легкости, однако для обоих собеседников она была ощутимой и близкой. Даже слишком для людей, которые почти всю жизнь не знали друг друга.

***

Синхронно запустив в воздух бычки, родственники выдохнули последний дым из лёгких. Мужчина пытался переварить слова сестры, не переставая восхищаться её смекалкой. Она знала, когда следует остановиться, а точнее, когда медведь начинает осознавать, что его тыкают палкой. — И из этого ты сделала вывод, что новый знакомый связан с Морияма?  — Да. — Разминая затекшие ноги, Таки поняла, что разговор затянулся. Прошло уже три часа с момента её отъезда. — След приводит к этой семейке. Но ты сам понимаешь: если я копну глубже, у Ичиро появятся вопросы. — Тебе нельзя с ним встречаться. — Грозно прошипел Мори, вставая вслед за девушкой. — Уверен, он тебя помнит. Сото стало не по себе. Она недовольно пожала плечами, вспоминая их первое знакомство. Тогда ей только исполнилось восемнадцать. После разговоров с отцом и братом они заключили сделку. Такимура не желала возвращаться в Японию, указывая на очевидный факт — вся её жизнь была в Америке. Она не собиралась отказываться от общения с родными, но ехать с ними определённо не собиралась. Поэтому соглашение было сформулировано следующим образом:

«Такимура Сото (Мори) обязуется навещать Сенто и Кензо Мори раз в год и принимать защиту семьи Мори при условии сохранения анонимности её личности и (в безопасной обстановке) территориального нахождения, что влечет за собой проживание вне округа влияния Сенто Мори.»

Было ещё множество подпунктов, но это не столь важно. Они дружно кивнули и, не прощаясь, разошлись в разные стороны. Жизнь продолжалась в своём привычном ритме: бои, бои и снова бои. Вскоре последовал звонок от Эндрю с новостью о переезде в Колумбию и многочисленные мелочи. Где же она познакомилась с наследником семьи Морияма? Все просто — во время боёв. Это был финал. Трупы уносили каждые несколько минут. Собрались все авторитеты, щедро делая ставки. И вот одному из них пришла в голову блестящая идея — затащить туда Ичиро.  Мужчина долго сканировал пространство взглядом, наконец, остановившись на тонкой фигуре девушки, обматывающей запястья. Он медленно перевёл взгляд в другой угол, где стоял противник этой особы — массивный и олицетворение силы.  Не без иронии, Японец потянулся во внутренний карман пиджака. На стол тут же упали несколько сотен. — Триста на девчонку. Да. Он вовсе не забыл её. Это даже не вызывает сомнений. Она ведь принесла ему несколько тысяч долларов, выиграв тот бой. Но Морияма деньги не интересовали — догнав её около раздевалки, Ичиро быстро пихнул выигрыш в её трепещущие руки. —Ты была великолепна сегодня,–бросил он, поворачиваясь к выходу.  Он помнил её. О, а как запомнился ей он!Правда, это было не после личного знакомства. Фотография, которую ей показал отец, мучительно напоминала о побочной ветке якудза, сумевшей отделиться и утвердиться в Америке.  — Я постараюсь узнать о твоем Ниле Джостене через надежные каналы, — произнёс он, заметив, как напряжение её тела постепенно нарастает. Японец поднял руку, подавая сигнал своего телохранителю, который всё это время стоял в нескольких метрах от них, как статуя, — Ничего не предпринимай. Просто живи своей счастливой жизнью с потерянным нападающим, — на его губах появилось зловещее выражение, и чтобы избежать удара справа, он был вынужден присесть. — Отцу будет любопытно узнать, кто же такой Кевин Дей.  — Я убью тебя! — прорычала она, стремительно бросаясь на брата, — Но сначала я расправлюсь с твоим шпионом!