Под маской

После представления прошло несколько дней Джин с Хвеем возобновили частоту общения и даже стали ближе. Хвей действительно был благодарен Джину за поддержку на представлении, хоть ему и сильно после этого досталось. Разговор перед храмом был лишь прелюдией к строгому выговору вдали от чужих ушей. Мастера на него грозно косились и иногда агрессивно отвечали. Через пару месяцев прилежного поведения они должны будут перестать напоминать об этом. Летний ветерок уносил его тяжелые мысли прочь, оставляя лишь трепет и радость от времяпрепровождения с Джином За эти две недели Хвей очень сильно соскучился по их прогулкам и разговорам по душам. Его разум явно голодал по их дисскусиям и мировоззрению Джина. Взгляд на мир у них был схож, но в тоже время разный и эти различия было очень интересно примерять на свое мировоззрение. Почему он так думает, что его привело к этому? Воскресенье – единственный выходной на неделе и после простоя в общении, и трудных двух недель наследник собирался провести его на славу Рано утром они сходили позавтракать в любимое кафе, а после прошлись по ярмарке на севере острова. Джин выбрал себе пару накидок и брошей. Судя по всему, у него было много денег – почти каждый день он завтракал или обедал в кафе и не экономил на сувенирах, выбирал себе все самое лучшее. Джин и смотрелся как из благородной семьи – высокий, статный и элегантный мужчина... А также безумно красивый. Сейчас было около полудня и они прогуливались по побережью. На ярмарке Хвей рассказал ему о красивых ракушках здесь и Джин захотел взять себе парочку прямо из моря. "Ну и жара" Наследник досадно стер пот с лица. Знойное солнце так и грозилось их прижечь Середина июля. Прибрежные чайки кричали и срывались вниз за рыбой под шум переливающегося моря. Разноцветные известняковые колонны с алой травой на верхушках твердо стояли в воде, образуя из себя "ворота" на остров для торговцев из-за границы, а также дом для разных птиц. Песок искрился на солнце словно золото. Джин держал обувь в руке и посмотрел на солнце, закрываясь шляпой от лучей "Здесь сколько длится этот период?" "Где-то неделю" - Хвей посмотрел в сторону спокойного и величественного моря, и оглянулся на Джина, - "А у тебя?" "Как недолго" - чужак хмыкнул и посмотрел вперед, - "У нас на юге где-то полтора месяца. Вам еще повезло" "О-оу, представляю" - Хвей неловко посмеялся, - "А ты вообще любишь такую погоду?" Они сегодня планировали провести всю ночь у моря без сна. Хвей надеялся, что не прогадал с датой и то, ради чего он это затеял, будет сегодня. Джин поправил соломенную шляпу "Не совсем. Днем невыносимо жарко и приходится скрываться в тенях, а вот когда солнце уходит красными лучами за горизонт – самое то. В это время я предпочитал работать ночью" Холодный северный ветер сбавил их страдания от знойного солнца. "Я тоже больше предпочитаю работать ночью. Не только в это время..." Хвей улыбнулся и немного осекся "Приходит вдохновение?" - Джин любопытно опустил на него глаза, - "или иные причины?" "Ну... - он посмотрел на песок и на быстро приближающуюся волну, - "Скорее, я могу закончить свои работы в более спокойной обстановке" Хвей не должен раскрыть свою тайну. Не то, чтобы наследник не доверял ему. Пожалуй, Джин единственный человек, которому он так открылся. Он не хотел ему навредить или чтобы его изгнали за якобы плохое влияние. Хвей уже слышал некоторые разговоры мастеров об этом и проверять их намерения не собирался. "Ох, как понимаю тебя" - Джин задел ногой воду, - "лишние люди раздражают~" Зеленая полупрозрачная накидка Джина развевалась на ветру. Он органично смотрелся здесь, несмотря на обычно нестандартную для данной местности одежду. Но не только это – смуглая кожа, сильное, но всегда закрытое тело, обилие золотых элементов и необычные сочетания текстур в одежде. У Хвея всегда было желание зарисовать его и, конечно же, он не упускал шанса это сделать. Особенно он любил это делать у Джина за спиной. Это возможно было по-детски, но прибавляло некоторый шарм быстрым "тайным" скетчам, на которые он любил полюбоваться глубоким вечером. Они дошли до богатого на ракушки места. Наследник очень хотел найти для него ту самую ракушку, с которой он его ассоциировал. Хвей ловко пробежал по большим камням и внимательно посмотрел в воду – она определенно должна быть здесь. Зеленые водоросли загораживали дно, но это не помешало ему увидеть красные пятнышки из-под песка. Он в детстве любил вылавливать ракушки и приносить их в Храм, поэтому глаза были уже натренированные. У него даже коробочка с ними сохранилась. "О, Джин! Я про нее и говорил" - Хвей указал на место, "та самая ракушка!" "Алая?" Хада поставил обувь на песок и нагнулся, чтобы закатать штаны "Да" Джин зашел в воду и достал из-под песка ракушку. Маленькая, острая и великолепно переливается на солнце миллионами оттенков. Хвей вернулся на берег и Джин вышел к нему, держа ее в раскрытых руках. Она была совсем крохотной и блестела словно искорка огня. Искра, которую он зажигал в нём. Хада вызывал в нем бурю эмоций, раскрывая новые оттенки в его глазах. Искра чего-то, чего наследник еще никогда не чувствовал, но очень хотел узнать это Хвей подошел к нему и нежно взял ракушку из его теплых рук "Да, именно она" - он вложил ее обратно ему в руки, - "Мастер в темной палатке на окраине аллеи может сделать из нее сережку или подвеску" Джин взял ее в пальцы и покрутил на солнце, смотря на оттенки "Нет, не стоит. Она и так великолепна" - Хада улыбнулся и осторожно положил ее сумку на поясе, - "Алый – один из самых красивых цветов, не находишь?" От его улыбки у Хвея сердце пропустило удар и он взаимно улыбнулся "Да, мне он тоже нравится... Пойдем дальше?" Хвей мог бы много рассуждать об этом цвете – цвет заката, рассвета, травы на скалах, листьев клена... крови и много еще чего. Он бесконечно любил все цвета и как в первый раз восхищался оттенками и сочетаниями красок "Да, пойдем" Хвей невольно задержал взгляд на его лице, пока они шли дальше. Он всегда находил прекрасными тонкие изящные губы, ямочки на щеках и эти глаза... В алых глазах по-настоящему скрывалось много цветов - бордовый, ярко красный, коричневый к зрачку и если долго в них смотреть, то иногда можно было заметить голубые и фиолетовые искорки. Интересно что это было? Его магия? А также Хвею безумно нравилось, что они светились. Тоже уникальные глаза, как у него самого Уникален Джин с насмешкой посмотрел на него, вытянув из потока мыслей "Что-то не так?" Хвей, осознав, что он сверлил его пару минут, смущенно отвернулся "Нет, все хорошо... " Его щеки немного покраснели Джин посмеялся и взял его за руку. Такие теплые и сильные... Хвей обернулся на него и посмеялся в ответ. Они часто держались за руки и он, если честно, был удивлен этому. Хвей мало получал физического контакта от других и неожидал, что Джин будет часто его проявлять. Но он был совсем не против. Летний ветерок унес беззаботный тихий смех, смешав его с шумом листвы. Наследник вдохнул полной грудью. Да, сейчас его мало что волновало – ни ответственность, которая совсем скоро упадет на него всем своим весом, ни гневающиеся мастера. Только Джин

***

Луна освещает маленькую поляну, окруженную деревьями с видом на море. Художник обещал показать ему всё, что может предложить остров и он сам. Он это ему пообещал, потому что Джин потом уедет... Наследник не должен зацикливаться на нем. Стало прохладно и ветерок уже не освежал, а пронизывал тело изнутри. Даже купленная накидка Джина, в которую он укутался, не спасала ситуацию. Они вместе лежали под деревом и смотрели на море. От этих мыслей в сердце что-то кольнуло, словно иглой... Да, Хада безусловно потрясающий художник и человек, и время с ним освежает его рутину. Но...у Хвея совсем скоро будут другие заботы. Прошла ровно половина лета, осталось столько же Они пару часов просто разговаривали по душам – какие любимые книги, жанры и постановки. Они уже ходили перед подготовкой к выступлению Хвея в местный маленький театр. Джин сказал, что постановка была довольно банальной, игра актеров невыразительная и особенно он выделил посредственную работу механика по свету. Интересно, откуда он так много об этом знал? Хвей лишь кивнул в ответ. Театр был непопулярным местом, так как Храм был главной достопримечательностью, а на театр особо не тратились Холод внешнего мира и мыслей контрастировали с теплотой Джина и приятным голосом Хвей слушал о любимых произведениях Джина и невольно засыпал. Голос был глубоким, приятным и уходил прямо в сердце. Мужчина, улыбнувшись закрыл глаза. Он ясно представлял все, о чем говорил Хада. Восхищение этим человеком затмил страх перед окончанием лета. Он действительно умел рассказывать, его было не просто приятно слушать, но и интересно. Хвею чаще всего не очень нравились поэмы, но Джин умел интересно их преподнести. Таких горящих глаз как у него он ни у кого не видел... Он действительно горел искусством и особенно пьесами. Приятно слушать того, кто искренне любит то о чем говорит. Через 20 минут Джин вдруг замолчал на пару секунд и мягко погладил его плечо, чтобы он проснулся. Хвей удивленно поморгал и посмотрел на Джина. Тот указал на море "Ты об этом говорил?" Хвей посмотрел на берег и улыбнулся. Случилось то, ради чего он это все затеял – в волнах показались светящиеся голубые искры магии у побережья "Да, именно об этом" Он с мягкой улыбкой устроился у него на груди и смотрел на светящиеся волны, разбивающиеся о берег Джин тихо усмехнулся, поглаживая его волосы "Никогда в жизни такого не видел. Сколько нового я еще здесь узнаю?" Хвей посмеялся "Подожди, это еще не всё. У меня есть еще пара мест на примете" "Буду рад их увидеть" Глаза опять невольно закрылись. Шум моря, листвы и биение сердца под головой. Хвею было спокойно и хорошо в его объятиях... В его присутствии. Джин опять прервал его сон, мягко разбудив его "Моя спящая красавица, мне кое-кто обещал, что мы не будем сегодня спать~" Хвей медленно поднялся на руки, поправляя накидку и сонно пробормотал "Да, прости, с тобой так хорошо" Он не это хотел сказать Хвей моментально покраснел и смущенно поморгал, нерешаясь на него посмотреть, глазами сверля его одежду Спустя маленькую паузу Джин мягко рассмеялся и погладил его по голове "Взаимно. Могу помочь тебе проснуться" Хвей поднял на него глаза и смущенно улыбнулся. Взаимно.... Как приятно слышать... Ему тоже также хорошо с ним как ему? "Я-я рад..." - он убрал прядь волос за покрасневшее ухо, - "А что ты имеешь ввиду?" Джин вылез из-под его рук и направился к морю, поправляя накидку "Пойдем" Хвей медленно поднялся и немного шатаясь пошел за ним. Затекшие ноги давали о себе знать Джин снял обувь перед водой и зашел чуть выше лодыжек в светящуюся пучину, смотря на луну. Голубые искорки, сталкиваясь с его ногами, становились ярче. Зеленая полупрозрачная ткань развевалась на ветру и свет луны освещал его красивое тело. Он смотрелся так сюрреалистично... Он был другим, слишком... Свободным. Да, свободным. Свобода самовыражения. Именно это ассоциировалось с Джином Сердце Хвея пропустило пару ударов и он замер, невольно приоткрыв рот. Он обнимал себя за предплечия от холода, но руки закололо от желания запечатлеть эту картину Темная фигура повернула голову в его сторону. Алые светящиеся глаза посмотрели на него. Он мягко улыбнулся и протянул ему руку "Иди ко мне" Уже настолько знакомый голос для Хвея. Желанный, предвестник тепла и безопасности Наследник, поморгав, пришел в себя и быстро снял свои туфли, идя по холодному песку к нему. Ноги все еще сводило и слегка кололо. Он зашел в еле теплую воду, искорки бились о кожу, оставляя странное ощущение... Ни холодно, ни тепло... Хвей подошел к Джину и смущенно принял его руку. Свет обрамлял его голову как нимб, отбрасывая тень на мужчину. Прекрасная композиция. В груди закололо от предвкушения и мышцы слегка напряглись. Он не обращал внимания на холодный ветер и с упоением ждал что будет дальше Хада довольно улыбнулся и театрально наклонился к его руке "Лукай Хвей, могу я пригласить вас на танец?" Мужчина чувствовал теплое дыхание и тепло от его губ на руке. Он покраснел еще больше и луна теперь словно прожектор освещала его смущенное лицо. Хвей на момент потерял дар речи и прикусил щеку чтобы прийти в себя Он нервно другой рукой убрал упавшие пряди за ухо и тихо прошептал "Д-да, конечно" Джин улыбнулся его руке и встал, опять заслоняя его своей тенью. Он шагнул вправо, поворачивая их боком к свету "Ты говорил, что у тебя были уроки танцев, не так ли?" У Хвея засосало под ложечкой. Он был слишком смущен, чтобы вовремя вспомнить что он совершенно не умел танцевать. Он из-под ресниц посмотрел на него "... Да, но... Это было ужасно" - он нервно усмехнулся и отвернулся, - "давно уже танцы не преподают..." Он вытянулся как струна, когда почувстовал теплое дыхание у своего уха "Не стесняйся себя, Хвей" - глубокий шепот с хрипотцой отдавал разрядами прямо в сердце, - "Я приму тебя любым. Двигайся в такт сердца и наслаждайся" Любым... Как заманчиво... Он взглотнул, наблюдая как Джин выпрямился перед ним и почувствовал, как он осторожно положил руку на лопатку. Хвей неуверенно кивнул и положил руку на его плечо. Он примерно что-то помнил, но, конечно, с ведущей позиции. Хада медленно начал двигаться в такт воображаемой музыки на фоне шума моря и листвы. Художник отдаленно помнил мелодию и она была гораздо быстрее. Видимо, Джин уменьшил скорость, чтобы он привыкнул. Приятно и немного стыдно. Он надеялся, что Джину это хоть немного понравится. Наследник двигался неуклюже и сдержанно, пытаясь вытащить из сознания хоть какие-нибудь крупицы танца. Его тело было напряжено как струна. Волны одновременно мешали их танцу и помогали, искры магии от их движений красивыми вихрями распространялись по воде. Хвей стыдливо прижался головой к его груди и смотрел на узоры, которые они вместе создавали. Движения Джина были изящными. Он идеально контролировал каждую мышцу своего тела, выдавая самые элегантные движения, которые Хвей когда-либо видел. Мужчина лишь нервно думал о том, чтобы не опозорится перед ним в такой красивый момент. Любопытство взяло верх и он захотел посмотреть на лицо Джина Он поднял голову и посмотрел ему в глаза. Луна отражалась в словно хрустальных глазах с рубинами вместо радужек. Взгляд Джина был безумно нежный и Хвей непроизвольно дернулся. С такой нежностью и трепетом него мало кто смотрел, особенно когда он неуклюже пытался подражать движениям. Мужчина не отвел взгляд и захотел полностью раствориться в этих глазах. Он словно в тумане почти потерял контроль над телом и позволил двигаться как ему хотелось. Тонкая улыбка Джина стала еще мягче, когда Хвей расслабился. Наследник ничего не замечал кроме этих глаз и теплоты рук на его теле. В сердце словно трещены с каждой секундой разрасталось ощущение, которого он раньше никогда не чувствовал. Теплое, нежное... По-детски наивное и доброе. Ему хотелось отдать этому человеку всё, открыться, полностью обнажить свою душу. Тому, кто был для него глотком свежего воздуха в тумане лжи и притворства, его музе, его опоре. Глупо кинуться с головой в это чувство... Его сердце больно пропустило пару ударов. Он увидел в отражении глаз Джина как его глаза трещинами меняют оттенок на однотонный, на тот, который он никогда у себя не видел. Пурпурно-малиновый с ярким алым на краях. Он растворился в глазах Джина, в воспоминаниях с ним, его голосе, нежностью кожи, теплотой его тела, с какой нежностью и восхищением он на него смотрел, когда тот творил. Одинокие слезы благодарности и счастья упали из его глаз. Хвей искренне улыбнулся и в голове под шум моря возникла лишь одна фраза: "Джин, ты идеален" Он незаметил как поймал темп и Хада смог немного ускорится, они уже танцевали как положено. Любовь? Это ведь она? Мужчина уже не чувствовал себя лишним и полностью отдался движениям. Его сердце разырвалось от любви и счастья. Узоры на воде перестали быть вихрями и стали хаотичными, энергичными мазками на водной глади. Они двигались в порыве чувств и эмоций, как одно целое, оставляя больше всплесков светящейся воды под ногами. Джин взял художника за талию и в танце поднял его над водой. Светящиеся капли воды поднялись за ним. Это было страстно, это было прекрасно. Мужчина полностью доверился ему и чувствовал себя словно перышко в его руках. Хада опустил его на песок и они продолжили кружиться в танце чувств, создавая вместе хаотичные и прекрасные узоры на воде. Они вместе создавали нечто большее, чем просто танец Их представление медленно подходило к концу и движения перетекали в более нежные и плавные. Джин в последнем круге элегантно наклонился над лицом Хвея. Они оба чувствовали дыхание друг друга. Джин задержал взгляд чуть дольше чем следует и между ними повисла тонкая ниточка интимного напряжения. Хвей хотел большего. Больше чувствовать, больше. Каждую клеточку его тела, каждый порыв души. Хвей впервые увидел, как Джин засмущался. Легкий румянец покрыл его щеки и взгляд метался между губами и глазами художника. Он выдохнул и наклонился к нему. Губы соприкоснулись и сердце Хвея бешено заколотилось. Краска полностью залила его лицо, он не знал, что делать и смущенно закрыл глаза. Губы Джина были очень мягкими и нежными, мужчина нерешился податься вперед и углубить поцелуй, как бы ему не хотелось. Шок и смущение заставили его мышцы окаменеть. Это было легкое прикосновение лишь на пару секунд, возможно на четыре, возможно на три, Хвей точно не знал Это только что был первый поцелуй? Джин отстранился и все также близко к его губам прошептал: "Ты прекрасен" перед тем, как выпрямиться Художник приоткрыл рот, слова предательски застряли в горле, когда слова Джина проткнули сердце. Через секунду молчания он смог пробормотать "Т-ты тоже" Хвей хотел ему сказать гораздо больше, чем это смущенное и тихое "тоже". Восхищение текло по его венам, но не могло вылиться в слова. Все они казались банальными и недостойными его. Он в голове перебрал все слова: прекрасный, потрясающий, восхитительный, завораживающий, интересный, элегантный, многогранный, незабываемый, романтичный, талантливый, соблазнительный, горячий.... Мало. Для него недостаточно. Мужчина все также хотел большего и он почувствовал, как тепло распространяется уже далеко не только в сердце. Он не знал, что сможет выдасть его тело если останется вот так в обнимку с ним чуть дольше. Точнее он знал. И очень хорошо. Еще щеки загорелись красным и он поспешил мягко отклеится от Джина, смущенно прикрыв губы рукавом. Хвей довольно часто в последнее время задумывался о нем в таком плане. Чаще, чем следовало бы так думать о друге, которого он знал полтора месяца. Друге? Он серьезно собирался назвать его другом? Нет... Точно нет. Он больше. Гораздо больше... Хвей опустил взгляд на воду, все еще ощущая призрак губ Джина на его губах Хада, вероятно, мягко улыбнулся и вышел из воды, обтирая ноги сухим песком. Наследник и не заметил, как ранее закатанные концы штанов уже давным-давно были в воде и влажная тяжелая ткань обклеила его ноги. Он досадно цыкнул и все еще смущенный вышел из воды. Оставалось надеятся что они успеют высохнуть до утра или он сможет незаметно проникнуть в свою комнату Всё, чтобы скрыть улики их маленького преступления

***

"Как тебе вообще это удалось?" Хвей смеясь посмотрел на Джина, как только дверь закрылась на поворот ключа "Секрет~" Магическим образом они оказались незамеченными ни единой душой в его комнате. Комнаты мастеров были буквально над ними и в случае чего спуститься не составляло труда Джин слишком часто посещал его личную комнату. Хвей понимал, что мастера надеялись, что он там был максимум один раз по приезду. Вероятно, они бы очень в нем разочаровались, если бы узнали сколько раз он уже был здесь. Хвей сел на кровать и чуть смущенно взял со стула пижамные штаны. Джин вежливо отвернулся к его столу, за что мужчина был благодарен, и рассматривал принадлежности на нем. Наследник успел прибраться в комнате и теперь она не отличалась от того, что видел Джин до выступления. Хвей быстро переодел штаны. Переодеваться в его присутсвии было более чем пыткой. Особенно с его мыслями, все дальше уходящими в неприличную сторону. Хвей попытался отвлечься и немного усмехнулся, смотря как Джин роется в его вещах на столе, как будто они были его собственные. Он подошел к нему и "незаметно" появлися у него за ухом "Что это мы тут делаем?" мужчина игриво сложил руки на его плече, поднявшись на цыпочки Джин смотрел содержимое крайнего ящика стола и покрутил в руках одну сережку "У тебя столько украшений... Почему ты их не носишь?" Хвей смущенно и немного грустно отвел взгляд. Перед их прогулкой единственное что он надел это только браслет с желтыми камушками. Он любил украшения и было время, когда он их носил, но мастерам это не очень понравилось. "Я... " - он вздохнул, - "Я бы с радостью, но мастерам не понравится" Он мог ощутить, как взгляд Джина осуждающе прожег их. Хвей до сих пор не знал, как реагировать на его грубое отношение к ним. Глубоко в душе он знал, что и сам должен так относится, но он не мог. Не после всего что они для него сделали. Хада еле слышно фыркнул и ответил "а мне кажется, тебе бы очень подошло" Хвей поднял на него взгляд "Ты хочешь, чтобы я их надел?" "Да" Художник моргнул пару раз и позволил Джину отойти от стола. Ящик был не шибко отсортирован, но какой-то порядок был - сережки у дальней стенки, браслеты и ожерелья у ближней. Подумав, он взял ярко алую и оранжевую серги, осторожно надев их на ухо. Второе тоже было проколото, но на него надевать не было смысла из-за прически. Затем он взял ожерелье с камушками и ракушками, и еще пару браслетов. Большого зеркала в комнате не было, но Хвей примерно понимал как он выглядел. Яркие, теплые украшения контрастировали с холодными оттенками одежды. Он с легким румянцем повернулся к Джину "Ну как?" Глаза Хады расширились и он мягко улыбнулся "Я же говорил, что тебе подходит" Хвей улыбнулся и покрутился "Спасибо" Остаток ночи прошел без интимных происшествий за беззаботными разговорами и вкусными заначками из шкафа, и на рассвете Джин незаметно ускользнул из комнаты к себе

***

Джин сидел на подоконнике в своей комнате и смотрел на восходящее солнце. Ему действительно нравилось заглядывать за фасад прилежного наследника и видеть в нем человека со своими интересами. Его голову не покидали оттенки в глазах Хвея в эту ночь. Алый, почти как у него самого, нежный малиновый, бордовый... Немного золотого... По телу прошли муражки, когда он вспомнил как глаза трещинами поменяли цвет. Это было поистине восхитительно. Никто кроме него не видел этого цвета. Еще с какой теплотой и нежностью он на него смотрел... Эти глаза были громче любых слов. Он определенно был влюблен, вербальное подтверждение было бы излишне. Мягкая улыбка сразу спала, сменившись хмурым выражением Влюблен в него... Джин нервно взглотнул и еле слышно горько посмеялся. Он слишком много позволил себе. Поцеловал? Серьезно черт возьми? Джин не помнил о чем он только блять думал. Наивный, невинный Хвей еще ничего о нем не знает. Зачем он давал ему надежду? Восхищение в глазах сгниет под кровью, которую он пролил. И на этом месте, как у нормального человека, останется лишь отвращение и презрение. Какого цвета они будут, когда он узнает? Фиолетово-бордовые? Сине-фиолетовые? Красно-синие? Черные? Но не малиново-пурпурные... Не нежно-алые... Никто и никогда в своем уме не полюбит его. Никогда. Его сердце сжала невидимая рука. Грубо и сильно, желая вылить кровь из тела. Разорвать, уничтожить. Он ведь заслуживал это, да? Джин хрипло раскашлялся от боли и спустился к чемодану под кроватью. Перед глазами все темнело и растекалось в лужи. Он прерывистыми движениями достал таблетки и проглотил их. Сколько? Он не видел. Лишь бы не сдохнуть прямо здесь Джин поднял взгляд на потолок и осел, оперевшись на кровать рядом с сумкой. Из нее на него смотрела ненавистная белая маска и шепот. Он дрожащей рукой почти кинул таблетки рядом с маской, небрежно задев ее Тяжелые, хриплые вздохи через 5 минут сменились его обычным спокойным дыханием. Он покосился на маску. Та лишь насмехалась над ним. Джин закрыл сумку, грубо оттолкнув ее ногой под кровать. 1, 2, 3, 4. 2, 2, 3, 4. Нога ритмично отбивала по деревянному полу известный только ему ритм Спокойно. Спокойно. Это всего лишь маленькое недоразумение. Тем более, его никто не видел. Бессоная ночь полная эмоций и чувств дала о себе знать. Джин всегда расплачивался за хорошее. Чем ему было лучше, тем будет больнее. Он глубоко вдохнул и уперся лицом в ладони. Первое что пришло на истощенный ум было бескрайнее светящиеся море... И его глаза. Искренние. Полные восхищения и...любви. Запах краски и шелковистые волосы под рукой. Хада навсегда сохранит у себя в памяти его глаза, хоть и скорее всего он их никогда больше не увидит после лета. Или по крайней мере, именно такие глаза. Тайное желание встретить Хвея после глубоко засело в сердце. Он мысленно прокрутил их танец еще раз. Его взгляд каждый раз за что-то цеплялся Джин понял, что его шее определенно чего-то не хватало. Несимметричное ожерелье из камушков и ракушек, которое он показал позже было прекрасно, но ему подошло бы что-то более широкое и облегающее. Чокер? Да, определенно. Мужчину осенило и он достал злосчастную сумку обратно. Отодвинув маску и дорогой шепот, он открыл маленький кармашек и достал оттуда камушек. Осколок пули с тренировки, который ему очень понравился и который он после обработал. Хада положил камушек в карман штанов и убрал сумку, предварительно почистив Шепот. Он любил оружие. Оно могло создавать красивые вещи, словно кисть. Превращать убогость в красоту с его магией. Ненавидел убивать, но оружие любил. Как парадоксально. Или... Не ненавидел? Он не мог разобраться со своими чувствами. Да, ему было больно, да, он если бы мог никогда не пошел на этот путь Но... Это было настолько родным. Металлический запах смешался с его собственным. Он уже не представлял себя другим. Виртуоз смерти... Золотой демон... Это всё он. И только он. Он переодел верх и посмотрел в окно. Уже было 7 утра, на кристально чистой воде играли солнечные лучи, ничего не выдавало ночной магии. Также ничто не выдавало бурю в его голове. Джин, полностью придя в себя, вышел из комнаты. Спустя 20 минут он был на ярмарке. Даже не завтракал. Разноцветные палатки по обе стороны аллеи пестрили украшениями, едой и сувенирами. Мастера здесь всю жизнь учились обрабатывать ракушки и камни, чтобы превратить их в красивые украшения. Для Джина многие из них были слишком банальные. Возможно, красота в простоте была визитной карточкой Койена. Минимализм, однако это примитивно... И не только по его мнению. Настоящее отношение Хвея ко всему происходящему Джин видел в маленьких деталях. Он искал того самого мастера, которого наследник упомянул. Вскоре он дошел до неприметной палатки с золотыми украшениями. Сочетание ткани и металла. Прекрасно. Он зашел в нее, маленький колокольчик на веревочке оповестил мастера о покупателе. На столе были выложены тканевые перчатки, браслеты, салфетки и другие сувениры с золотыми и металлическими вставками. Свечи освещали темную палатку, наполняя ее запахом воска. Старик, лет 74 с бородой, заплетенной в косу, улыбнулся Джину и встал за прилавок, поклонившись "Здравствуйте, господин. Рад видеть вас снова. Что-то себе всё же присмотрели?" Хада вежливо поклонился в ответ "Здравствуйте. Да, но не себе. У вас... Прекрасное чувство стиля, будет неправильно не поддержать ваши изделия" "Ой, благодарю вас" - он добросердечно улыбнулся, - "Вы хотите купить в подарок кому-то?" Подарок... Как же глупо. Очень глупо. Но он вспомнил радостные глаза наследника, когда Джин оценил, как он выглядел с украшениями. Он прекрасно знал, как Хвей отчаянно хотел быть признанным кем-то. Признанным настоящим, без притворства. "Да, в подарок и еще кое-что" - Джин выложил камушек ему на стол, - "Вы не могли бы вставить это в изделие?" Старик взял камень в руки с интересом его осматривая с помощью прибора "Цвета великолепные! Я никогда такого не видел. Сколько же всего существует на этом свете" - он положил его на стол, - "да могу, но смотря в какое изделие" Джин почувствовал кислоту на языке. Он даже не подозревал, что это был далеко не камень. "Мир и вправду многогранен" Джин взял с края стола один из чокеров. Были разные расцветки, но к зеленой одежде и темно-зеленым волосам идеально подойдет фиолетовый. Он подал его мастеру "Сюда, если сможете" Старик кивнул и оценил объем работы "Да, без проблем. Сделаю за полтора часа" Джин облегченно выдохнул и достал кошелёк "Получается с меня сколько?" "20 серебрянных" Хада достал нужную сумму и протянул ему "Хорошо, я подойду через полтора часа" Старик принял деньги и улыбнулся "Надеюсь, этот человек будет рад подарку" "Я тоже" Он взаимно улыбнулся и попрощавшись вышел из палатки. Хада на секунду был ослеплен ярким светом и зажмурился. Почему они с Хвеем не пересеклись? Он обычно тоже выходил в это время и они могли увидеться до завтрака. Он остановился как вкопанный. У него же сегодня просмотр. Мужчина мягко усмехнулся. Вот поганец, Джин ведь спрашивал не будет ли у него проблем. Променял подготовку к просмотру на их ночное рандеву. Джин глубоко вздохнул, продолжая идти по аллее. Однако сейчас было ничего не поделать и он бы предпочёл не мозолить глаза мучителям Хвея, проведя полтора часа здесь.

***

Хвей стоял возде своих работ. Просмотр почти сразу после выступления. Жестоко Свет из больших в пол окон освещал наследника. Его работы были в самом конце как пример. Других учеников было мало и стоял только Хвей. Одинокий, среди кучи работ. Что-то меланхоличное чувствовалось в этой картине Джин встал у стены с красивым мешочком на поясе и с игривой ухмылкой смотрел на художника. Наследник краем глаза заметил его и ехидно улыбнулся, подзывая жестом к себе Хада отлепился от стены и прошел к нему по освещенному коридору. Он ленивым взглядом оценивал работы других учеников и дошел до Хвея. Его работы от остальных отличались лишь уровнем исполнения. Джин почувствовал жалость и посмотрел на светящегося художника. Светился то ли от улыбки, то ли от света из окон. "Ну что, думал я не успел, да?" Он продолжал ехидно улыбаться. Кто-кто, а он ни о чем не жалел. Джин приподнял бровь "Признаться честно, да" - он наигранно обиделся, - "так ты не променял наше рандеву на просмотр? Чувствую себя оскорбленным" Хвей мягко рассмеялся "Дурак ты. Меня же в октябре уже объявят магистром" - его взгляд был полон целеустремленности и умиротворения - "Наконец-то. Я к этому шел всю жизнь..." Всю жизнь значит... Взгляд Джина стал ледяным и он отвел его на работы, пронизывая их насквозь. Ты всерьёз думаешь, что достоин этого? Хада сам не понимал, чего ожидал. Человек, которому всю жизнь вдалбливали, а это на секундочку почти 30 лет, что он обязан будет продолжить по первому зову не бросит это. Руки Джина за спиной сомкнулись и он нервно сжал пальцы. Его маленькая битва с "мастерами" продолжается. Он определенно хотел по бороться за Хвея, хоть и не понимал почему, как и свои шансы. Мужчина вернул мягкую улыбку и огляделся "Твои ...мастера" - он собрал всю волю в кулак, чтобы ядовито не выплюнуть это слово, - "еще не пришли?" "Ох, нет. Просмотр закончится через пару часов, мы только начали" - Хвей неловко посмотрел на Джина, - "Полагаю, тебе надо будет уйти" Хада кивнул "Да, тоже так думаю. Могу подождать тебя в твоей комнате?" Художник чуть смущенно кивнул "Да, сейчас заходить туда никто не должен" Джин подбадривюще похлопал его по плечу и ушел наверх, пока его никто кто не должен не увидел. Как можно тише и незаметнее мужчина оказался в комнате. Он явно чувствовал отчаяние и ревность. Запах краски и свежих цветов в вазе на подоконнике были настолько знакомы для него. Хада сел на подоконник и посмотрел в окно. Окно Хвея вело на красивый сад с яркими цветами и скалистый берег моря. Комната была гораздо просторнее чем у остальных Красивая клетка, да, Хвей? Джин невольно вспомнил всех этих дилетантов: Цзин Кэ - самый строгий и противный из них. Лидер этой шайки идиотов. И самый высокий и худощавый, ниже Джина всего на 3 сантиметра. Пожалуй, он единственный перед кем Хада не притворяется уважающим их гостем, и смотрит без притворства. Если у "мастеров" были разговоры об изгнании Джина, то именно он был их инициатором, это без сомнений. Он хорошо запомнил этот пронизывающий ледяной взгляд с их первой встречи. Это смешно контрастировало с наивным и любопытным взглядом Хвея рядом. Нобоу - помягче чем Цзин, но тоже строгий с тяжелым взглядом. Среднего роста, хорошо сложенный. Отвечает за поставку холстов и красок на остров, как понял Джин. Однако, он не авторитарный и искренне хочет, чтобы Хвей унаследовал мастерство как положено. Но трус. Он отлично видит весь потенциал художника и сделает всё, чтобы его сдержать. Как противно. А ты бы мог ему помочь, вместо того чтобы толкать за решетку Сато - мягкий и добрый. Тот самый учитель, к которому дети без страха обращаются по любому поводу и разговаривают о жизни. Приторно, приторно мягкий, потому что это маска. Лицемерный и до жути острый внутри. Боится конкретно Джина и какое влияние тот оказывает на их "дорогого" Хвея. Разговаривает о чистоте, целомудрии и невинности. Как скучно, ни капли оригинальности. Никакой речи о самовыражении и быть не может. Мэнэбу - в меру всего - строгости, доброты и жесткости. Ничего сказать о нем нельзя, лишь то, что он очень организованный и дисциплинированный. Сразу пресекает на нет любые переходы границ и правил. До тошноты блеклый и бесцветный. Что он здесь вообще забыл? Остальные три "мастера" были своеобразными гибридами этих четырех. Джин даже имен или фамилий их не помнил. Но это и не важно, этих четверых Хвей чуть не убил в юношестве, как по секрету он ему рассказал. Четверых. Он чуть не убил. Звучит просто великолепно. Начиная от обстоятельств, заканчивая числом У Джина прошли мурашки и он сладко улыбнулся в экстазе, почти простонав. С того времени как он это услышал, его очень заинтересовал этот аспект магии Хвея. Как же он хотел это увидеть своими глазами, но любые фантазии с треском разбивались о неизвестность. Джин почувствовал зуд в пальцах - он ничего не знал о его магии. Может быть довести его до крайности? До отчаяния? Заставить повторить это? Заставить прочувствовать эти захлестывающие эмоции... Заставить самостоятельно его избавится от этих оков или может– Стой, стой, стой... Стой Джин уткнулся лицом в колени и прикусил губу. Он думал о том, чтобы так грязно манипулировать им? 1, 2, 3, 4 Вдох-выдох. Запах краски и невинного цветка мягко дразнили его Почему он вообще нарушил все свои планы? Обычно его это очень расстраивает и в добрых 9 из 10 случаев он строго их придерживается. Почему он, Хвей, так важен для него, что он из кожи вон лезет чтобы переубедить его? Точнее, даже не переубедить. Джин посмотрел на мешочек с подарком. Он из кожи вон лез чтобы сделать его счастливым. Джин усмехнулся с мимолетным страхом. Какого черта он вообще делал? Изначально он приехал сюда из-за заманчивого описания Кусё - "магия, которая может влиять на чувства смотрящего", но вместо этого он увидел птицу в клетке из строгих правил и с кучей слоев масок. Почему? Хвей? Он его вообще не знал до этой поездки, а сейчас предпочитает использовать все свои силы чтобы по-хорошему вытащить его отсюда. Летнее солнце дразняще тепло грело его голову, как бы поглаживая. Он слез с подоконника и ушел в холодную тень. Его взгляд приковал красный блокнот с оранжевой резинкой на столе. Хада видел его у Хвея в кармане мантии и иногда в руках. Получается личное? Раз уж он его не взял на просмотр, значит возможно боялся, что выпадет и его заставят показать содержимое или что-то в этом роде. Он провел пальцами по блокноту. Если он хочет победить по-хорошему, значит ему нужно знать о Хвее как можно больше. Грязно? Да и очень. Джин почувствовал неприятный осадок на кончиках пальцев. Прошло максимум 40 минут с просмотра и его владелец вернуться не должен. Если все идет по плану. Он прикусил щеку и запомнив его распложение на столе, а также расположение резинки, открыл его. Хада ощущал себя мошенником или что-то в этом роде. Да он им и был. Это не самое мерзкое что он мог сделать. Грубо не сочетается с восхищенными глазами Хвея на нем Не важно. Джин мельком пролистал пару страниц. Пейзажи углем, портреты прохожих, животные. Много набросков с натуры. Вдруг внезапно появились раскрашенные страницы пейзажей. Джин удивленно поднял бровь определенно все наброски были сделаны на улице. Хвей никогда не носил маленькие банки с краской или что-то еще. Максимум уголь в бумажной обертке или маленькую кисть. Кисть есть, а красок нет? Очень интересно. Магия? Он посмеялся и пролистнул еще пару страниц. Какой же поганец. Мог бы ему хотя бы открыться. Джин ревниво прикусил губу. Хада из кожи вон лез чтобы Хвей сбросил перед ним маски, а он даже такую мелочь открыть не хочет Также возле набросков иногда были даты. 12 апреля, 24 апреля... 4, 8, 12, 16 мая... Он долистал до 1 июня. День приезда. Как он в глубине души и ожидал, там был он. Портрет по памяти углем в мантии. Есть недочеты, но для первого раза очень хорошо. Большая часть лица была в тени, хотя он снял капюшон сразу как зашел. Таинственность значит. Единственное что было раскрашено - глаза. На следующих страницах были пейзажи и иногда он. Чем дальше Джин листал, тем чаще он появлялся. Наброски фигуры, полностью цветные портреты. Джин легко покраснел. Он так аккуратно и с нежностью рисовал его. Даже небрежные и быстрые наброски были полны уважения и трепета. И сейчас они уже не были в тени... Свет падал прямо на него или чуть справа сверху, Хвей уже закрашивал черным фон вокруг Сердце Джина наполнилось теплом, он искренне улыбнулся. До чего же он был милый. И Хада совсем не злился, что он рисовал без спросу. Наоборот, это придавало чувственность наброскам. Последние наброски были совсем свежие. Хвея глубоко потряс их танец и пейзаж на море прямо как Джина. Даже слова некоторые были, но закрашенные. Наброски были по-особенному чувственными и энергичными... Он этому даже пару страниц посвятил. Краем глаза между штрихами угля он заметил окончание слова "...лю" и отрывки "бо....ше", "пр..ко...сь", "ид....л..н", "..от..ря......щий". И еще видимо были строчки из стиха, но тоже заштрихованные кругами. Где-то он между мазками увидел следы поцелуев помадой или скорее краской. Он взглотнул. Ты правда чувствуешь это все ко мне, Хвей? Что случится с ними, когда художник узнает правду? Закрасит наброски углем? Выкинет весь блокнот? Сожжет? Вырвет страницы? Вырежет его с них? Джин закрыл блокнот и положил ровно так как он лежал до этого и небрежно упал на кровать. Его разум явно просил отдыха... У него был где-то час поспать и более-менее прийти в себя Джин закрыл глаза и сразу возник тот блаженный образ под луной. Прекрасно смущенный Хвей. Радостный Со слезами на глазах

***

***