Береги её береги.

— Звали? — зайдя в кабинет зашли лучшие врачи больницы — Да, — сделала глоток воды и посмотрела на коллег, которые сели напротив начальницы — Я, тут подумала и решила, — перебирая пальцами — Может вы и правы и мне необходима эта операция, но я, правда сейчас не готова к ней... Я, я боюсь, боюсь не проснуться — сделала ещё несколько больших гладков воды и посмотрела на Брагиных — Иринушка Алексеевна, я вам уже говорил, обещал всё будет хорошо. — Если Олег сказал, что будет всё хорошо, значит так и будет. В их разговор вмешалась Нина, которая зашла в кабинет и улыбнулась, посмотрев на коллег. За Дубровской зашли двое мужчин, которые всё так же спорили и кричали. Врачи посмотрели на Анатолия и Геннадия, а потом и на Павлову, которая сидела, прикрытыми глазами и думала, что ответить на их крики. Павлова уже приготовилась толкать свою речь, но в — это всё вмешалась Марина Владимировна вместе с мужем и Ниной, которые видели, как их начальнице трудно и не выносимо видеть этих двух оболтусов, которые вечно: спорят, дерутся, ругаются и вечно пытаются привлечь внимание блондинки. — Анатолий Борисович, Геннадий Ильич, можно вас на пару слов — сказал Брагин, который посмотрел на Павлову — Да конечно — в один голос сказали мужчины и вышли из кабинета вместе с хирургом — А вы тут, я позову, действуем, как и догава… — Иди уже а… Брагин облокотился об стенку и посмотрел на мужчин, которые внимательно смотрели на него и не понимали почему хирург молчит и так на них смотрит будто они что-то натворили, но, когда из кабинета вышла Марина и громко произнесла что-то Олег, начал свою речь. — Вы вроде бы оба взрослые люди, а ведёте себя, как два маленьких мальчика. Да - это нелегко, когда любимая женщина, в таком состояние и мы вас прекрасно понимаем, что вам, не легко, но и вы нас поймите. Вы ведь только усугубляйте проблему своими ссорами, и драками. Ирина Алексеевна уже в который раз отказывается из-за вас, от операции жалеет других, а о себе не думает, она человек! И тоже хочет быть счастливой. Вот вы, Анатолий Борисович вечно пьёте, ревнуете, дерётесь вам Ирину Алексеевну, не жалко? А вы Геннадий Ильич, зачем, поддаетесь всему этому? — Олег Михайлович… — Он правильно говорит, мы пытаемся всё сделать чтобы Ирина Алексеевна согласилась на операцию, а в итоге что? — Марина серьёзно посмотрела на мужчин — Что тут за собрание? — Мимо шёл главврач — О, Михаил Иосифович хоть вы, вразумите этих двух — сказала Нина, обнимая главного — Пройдёмте, пожалуйста, в мой кабинет. Бреславец смотрел на Аленикова и Кривицкого. Он прекрасно знал, что эти двое просто обезумели из-за Иры. И он знал, что они её любят, любят оба и не один не собирается уступать. Он сел и налил себе воды. В кабинет зашли Брагины. — Итак есть две новости, но сначала пусть с вами поговорит Михаил Иосифович, по отдельности, а потом мы всё скажем — сказала блондинка — И так, кто первый? — сказал глав врач — Давайте Алеников, а я пока на операцию схожу и… — Нет я, у меня совещание скоро… — Хватит, вы даже тут договориться не можете. — Ладно я уступаю. Геннадий вышел из кабинета главного и направился в операционную обвиняя и проклиная Аленикова во всех смертных грехах. Зайдя в, моечную мужчина стал мыть руки. — Что у нас? — спросил Гена, посмотрел на коллегу — Всё, как обычно — поправил шапочку — Понятно… — тяжело вздохнул и кинул на себя взгляд — Начнем-с. «Хоть, отвлекусь…» — зайдя взял скальпель. — Я не очень понимаю к чему всё - это? — отбивая ритм костяшками пальцев — Вы же взрослый человек, ведёте как ребёнок. Ирина Алексеевна, не железная… Зачем вы ей постоянно трепете нервы? — сделал глоток кофе — Она виновата… Виновата она во всём — мужчина встал и вышел из кабинета — Эх.... — Бреславец тяжело посмотрел на закрывающую дверь своего кабинета. Он достал из своего халата пачку сигарет — Вот и поговорили… Толик направился в кабинет к Павловой, которая спокойно сидела и просто читала книгу, попивая успокаивающий чай. Зайдя в кабинет, Алеников улыбнулся и прошёл в глубь помещения, и сел рядом с любимой женщиной, и обнял её. — Ой напугал — сказала Ирина, перевернув страницу книги — Как ты, милая? — поправил её прядь волос за ушко — А не видно? — сухо произнесла та — Алеников поезжай на работу прошу. Дома увидимся. Я устала от вас… — Ирин… — Толя, я кажется русским языком выражаюсь, проваливай из моего кабинета! Вы мне надоели Анатолий Борисович. Прошло несколько часов Геннадий вышел из операционной он направился в ординаторскую, но его окликнула Усова, которая быстро шла за ним - тот обернулся и с усталостью на неё посмотрел. Сейчас ему просто хотелось спать или просто выпить бодрящего кофе чтобы были силы хотя бы добраться до дома. — Да что такое? — спросил Кривицкий — выдавливая из себя улыбку — Это вам, — Фаина Игоревна передала маленький пакетик хирургу и улыбнулась — Спасибо конечно, но… — Это подарок. — Фаина Игоревна, лучше дарите вот - это всё, своему мужу, а мне не надо. У меня есть любимая женщина, которую я очень сильно люблю и буду любить всегда… — Геннадий Ильич она ведь не встанет. Ирина Алексеевна останется инвалидом. Зачем вам инвалид? Да и к тому же как вы с ней только общаетесь она ведь, сте… — Вы хотели сказать то, что она стерва? Значит так, послушайте меня сюда внимательно Фаина Игоревна я люблю эту женщину, вам всё ясно? Если да, то прошу вас, идите и занимайтесь своими прямыми обязанностями. И не надо мне, тут рассказывать кого я достоин, а кого нет. Я сам решу - это всё! Я надеюсь вам, всё ясно? И - это, моя жизнь. Я всё сказал, высказал и разъяснил вам, Фаина. «Достала» — вздохнул. Гена всучил Усовой пакет и быстро направился в кабинет своей любимой, которая в — это время просто сидела за компьютером и печатала отчёт. Зайдя туда, он сел напротив неё и снова тяжело вздохнул. Посидев минут пять, Гена сделал себе и Ирине кофе. Он подошёл сзади блондинки и начал массировать её плечи, ключицы, шею, та немного расслабилась и легонько улыбнулась уголками губ, делая вид что, не замечает своего «кавалера» «Один: пьёт, бьёт, а другой заботится, лелеет и любит» — перевернула страницу. Анатолий сидел в своём кабинете и рассматривал общие фотографии с Ириной он вздохнул и сделал пару затяжек сигарет, глоток виски и направился на совещание чтобы хоть как-то отвлечься от всего. Зайдя в конференц зал он сел на свое место закинул ногу на ногу и закурил ещё одну сигарету. В легкие стал поступать очень едкий, противный дым, от которого мужчина закашлялся, но ему было пофиг, хотел покончить поскорее со всеми этими совещаниями и поехать за своей любимой, которая его сейчас ждёт. Чёрный минивэн заехал во двор НИИ. Дверь машины приоткрылась и оттуда вышел Алеников, окинув больницу своим взглядом Толик быстро сделал пару глотков янтарной жидкости и сделал затяжку. Прошло пять минут Анатолий Борисович направился в само здание. «Надеюсь сегодня он хотя бы не пьяный будет» — пролетели мысли у Геннадия. — Хватит, милая — убрал кипу бумаг из её рук — Как ты меня назвал? — прищурив глаза спросила блондинка — Милая… — обнял — Гена, я тебе не милая… — в кабинет постучались - это были: Брагины и Нина — Ирина Алексеевна, там к вам… — она на них посмотрела — Кто? — в кабинет зашёл пьяный Анатолий — Идите я, разберусь. Если что, позову — скрестив руки Ирина сделала несколько тяжёлых вдохов и посмотрела на своих коллег и чиновника — О, голос учительницы — сел напротив и посмотрел в её зелёные глаза в, которых заиграл огонёк — Ага, конечно разберётся она. Анатолий что-то бормотал себе под нос, но Ирина старалась не слушать бред этого пьяного ревнивца. Гена, не обращая внимания на Толю помогал одеться Ире. Заведующая хотела забрать свои вещи и уйти, сбежать куда угодно лишь бы подальше, от уже надоевших ей нападков Толи. Гена дал выехать Ирине, затем, почти уже вышел сам из кабинета. Но внезапно, чиновник, будто озверел. Он толкнул Гену на пол и принялся бить его в лицо. На грохот в дверях кабинета прибежал Брагин и пусть и не сразу, но всё же отдёрнул дебошира от Гены. Ирина в замешательстве, сидела не зная, то ли успокоить Толю, то ли помогать Гене, чтобы отвлечь Иру, хоть как-то от того, что произошло, Марина и Нина решили увезти её пока в ординаторскую.