Уроки памяти

— Однажды ты займешь мое место, — задумчиво говорит Гэшу Линь. Он проводит по спине Цзияня самыми кончиками пальцев, но уже от этого по коже почти электрическим импульсом бегут мурашки. Это отвлекает от слов, и до Цзияня не сразу доходит их значение. Он мотает головой, но, прежде чем успевает что-то сказать, ощущает, как в волосы вплетаются пальцы и с силой сжимают их. Гэшу Линь тянет его голову назад, и Цзиянь понятливо замирает. Кожи над бьющимся пульсом касаются губы. Сердце на пару мгновений начинает биться в разы быстрее. — Это не обсуждается, — говорит Гэшу Линь ему в шею, и следом кусает. Цзиянь вздрагивает — но молчит. — Я научу тебя всему, что умею сам. Твоя задача — всего лишь стать лучше меня. Не подвести меня. Цзиянь кивнул бы, но пальцы в волосах сжимаются еще сильнее. Влажное прикосновение языка к чувствительной коже отзывается дрожью. Он чувствует, как свободной рукой Гэшу Линь забирается под верх одежды, почти нетерпеливо, но сноровисто дергает застежки, обнажая ему грудь. — Ты умный мальчик. Я в тебя верю. — Генерал… — едва слышно начинает Цзиянь, но снова не успевает договорить — Гэшу Линь затыкает ему рот поцелуем на грани грубости. Это на него похоже. — Генерал — это ты, — шепчет ему в губы Гэшу Линь. — Генерал, который настолько погряз в прошлом, что тонет в нем перед боем. Цзиянь вздрагивает и открывает глаза. Он все еще ощущает дыхание на губах, но теперь понимает, что это — лишь фикция. Антидот не помогает ему, проклятый дождь медленно сводит его с ума. Он смотрит в глаза Гэшу Линя — такого реального, такого ненастоящего, и ему хочется кричать. Он молчит. — Ты подвел меня, Цзиянь, — жестко говорит Гэшу Линь. — Ты не можешь сосредоточиться. Где твоя сила воли? Тратить свои последние минуты на мертвого любовника… Гэшу Линь хмыкает и снова сминает его губы в поцелуе. Цзиянь отвечает — не может не ответить. Он скучал. Ему нельзя отвлекаться, нельзя верить в то, что видит и ощущает, нельзя терять бдительность. Но три года разлуки требуют реванша. — Глупый влюбленный мальчишка, — бормочет Гэшу Линь, спускаясь поцелуями по груди. — Что будешь делать, если сейчас придется защищаться? Цзиянь мотает головой. Но не отстраняется. Гэшу Линь разочарованно вздыхает и отступает на шаг. — Ты подвел меня, — повторяет он с укором. Цзиянь выдыхает, едва слышно, очень медленно, и поправляет на себе одежду. Проклятый дождь, проклятая память, проклятый антидот. — Пойдем, — говорит Гэшу Линь. — Покажешь мне, на что ты способен. Фантом словно играет в поддавки. Это похоже на Гэшу Линя, такого, каким Цзиянь его помнит. И знает: то, что кажется слабостью, на самом деле будет очередным уроком.