Путь Шиноби: Первые Шаги.

      Сделав ещё пару движений иголки с ниткой, я закончил зашивать последнюю прореху в водолазке. Оценив качество шва, я остался доволен проделанной работой и отрезал остаток нитки. Ещё раз пройдясь по одежде глазами, я подметил что швы практически незаметны. Но все равно было неприятно осознавать что мой последний комплект одежды, так быстро изнашивается, хотя я только недавно начал его носить.       — Если так и дальше продолжиться, я останусь без одежды. — Проговорил я вслух о проблеме, что беспокоила меня больше всего.       Отбросив эти мысли подальше, я начал натягивать на себя только что заштопанную одежду. Я ещё не занимался стиркой, а потому от ткани сильно воняло. Впрочем, как и от моего тела. Но для этого я и одеваюсь, чтобы отправить к укромному месту, где я мог бы и помыться и постираться.       Закрепив маску на лице и натянув капюшон плаща, я вышел из убежища. Под рукой у меня был грязный спальный мешок, который также следовало постирать. Взбежав по стволу гигантского дерева, я запрыгнул на одну из его массивных ветвей и помчался в сторону ближайшей реки.       Всего пара минут бега по верхним путям, и я вышел к берегу реки. Не останавливаясь и не спрыгивая на землю, я побежал уже вдоль реки к одному конкретному месту. Как только в поле видимости появился скалистый берег, я спрыгнул с дерева, прямо на водную поверхность. Добежав по воде до небольшой скалы, я тут же нырнул в реку.       Вода была достаточно чистой, чтобы без проблем увидеть у подножия скалы небольшой вход в пещеру, к которому я направился. Быстро оказавшись внутри, я поплыл по длинной и узкой расщелине пока не выплыл в просторной пещере, в верхней части которой был воздушный карман.       Всплыв на поверхность, я погреб к небольшому участку суши, на котором можно было расположиться. Выпрыгнув из воды, я сразу же стянул с себя маску и плащ, а также бросил на землю мокрый спальник.       — Как вообще стирать спальный мешок? — Спрашивал я себя, пока раздевался. — Можно ли его стирать так же как одежду?       Но ответа на свои вопросы я не получал. Так ничего и не придумав, решил отложить эту проблему и для начала помыться самому.       Уже раздетым, я снова погрузился в воду. Тело помыть было не сложно, но вот спутавшиеся волосы доставили немало проблем. Мне потребовалось около получаса чтобы привести волосы в норму, благо в этом очень помог шампунь, отданный Нохарой.       — Один из плюсов союза с Конохой, мне не нужно беспокоиться о том где взять средства для гигиены. — Довольно проговорил я. — Жаль только с одеждой такого не выйдет. — И вновь меня посетила беспокоящая мысль.       Выбросил её из головы, отвлекшись на чувство холода. После того как полноценно помылся, я захотел отмокнуть в воде. К сожалению, вода поступающая в эту пещеру была холодной, из-за чего мне приходилось постоянно подогревать её стихией огня. Вот и сейчас, я сосредоточился на своей чакре, преобразуя её в огненную и выпуская через тенкецу рук и ног в воду, где она преобразуется в огонь. Моё пламя достаточно горячее чтобы уже через несколько секунд нагреть воду до приемлемой температуры, образовав дымку пара что очень быстро заполнял собой пещеру.       Так я пролежал, постоянно подогревая воду, ещё десять минут, после чего решил что пора заканчивать. Все же мне предстояла стирка.

***

      Деревня скрытого камня находилась в непростой ситуации. Три года войны сильно измотали одно из великих скрытых селений. Её армия была практически разгромлена, а постоянные диверсии врага лишь сильнее ослабляли её власть. Вначале большинство шиноби Ивы поддерживало войну и желало пустить кровь их ненавистным врагам. Ведь скольких членов семей или друзей потеряли эти шиноби в ходе прошлой войны.       Но сейчас, хоть таких шиноби, поддерживающих войну, было все ещё много, они не были так же заряжены энтузиазмом. Скорее они продолжали ненавидеть чисто по привычке, не видя другого выхода.       Были среди шиноби Ивы и те кто перегорел ко всякой ненависти. Такие либо скатывались в апатию, либо делали первые несмелые шаги в разговорах о перемирии. Их голоса были все ещё очень тихими, на фоне общей поддержки войны, но те кто стоят у власти могли их расслышать. А потому среди руководства Ивы также назревал конкретный вопрос — когда уже закончиться эта война?       Последние новости, пришедшие этим утром, в очередной раз подняли этот вопрос. Мало кто знал что произошло на самом деле, даже в верхушке Ивы, но одних слухов было достаточно чтобы понять что война пришла и в Страну Земли. Причем по этим же слухам, среди убитых во время ночных сражений были лишь шиноби Ивы. Ни одного трупа нападавших так и не было найдено.       Обычные шиноби Ивы либо не верят этим слухам, либо верят и реагируют по-разному. Часть из таких верящих, что были крайне радикальных взглядов, жаждут крови тех кто посмел такое сотворить. Их голоса раздавались повсюду, будь то в общественных заведениях или на специальных объектах.       Могло показаться что таких радикалов большинство, но это было не так. Они просто были самыми горластыми, в то время как реальное большинство сохраняло свои мысли при себе. И в мыслях этих по большей части преобладал страх. Страх того что новые побоища станут происходить на регулярной основе, и в следующий раз пострадает кто-нибудь из их близких или же они сами.       Старый Цучикаге, Ооноки, чувствовал настроение своих шиноби, что частично отражалось и на нем самом. Это был старичок небольшого роста, с залысиной на голове, пучком волос на затылке, завязанными желтой лентой, и длинными усами с бородкой. Одетый в красно-зеленную мантию, традиционную для старейшин Ивы, он не выглядел особо грозным. Но те кто хотя бы раз в жизни видели как он использует свой кеккей тота, стихию пыли, не посмели бы так сказать. И прямо сейчас он хмурился, читая очередной доклад от своего доверенного человека.       Он прекрасно понимал что война фактически уже проиграна. А ведь все так хорошо начиналось. Первый год войны Ива уверенно теснила Коноху, нанося им поражение за поражением. Особенно хорошо себя проявляли джинчурики четыреххвостого и пятихвостого, что заставляли бежать с поля боя самых грозных шиноби Конохи, таких как Джирайя и совсем ещё неопытного Намиказе.       На второй год войны ситуация начала меняться. Коноха все больше контратаковала и возвращала себе лидерские позиции. Но и Ива не сидела на месте, нанося болезненные удары своему врагу. Можно сказать, что у них сохранялся паритет весь второй год войны.       И вот наконец третий год войны, и ни одного выигранного сражения. Более того, армия Ивы разгромлена и все что ей остается так это огрызаться мелкими диверсиями.       «И все из-за этого ничтожества.» — Подумал Ооноки, смотря на начальника отдела тайных операций.       Сейчас все руководство Ивы собралось в одном совещательном зале, для обсуждения произошедшего инцидента. Среди этого руководства был и Исаму, начальник отдела тайных операций, чьи ведомства отвечали за разведку, контрразведку, диверсии и ликвидации. И выглядел этот человек неважно, пусть он и старался сохранять спокойствие на лице. Он и Цучикаге знали о чем в скором времени пойдет речь. Вернее, Исаму думал что знал о чем пойдет речь.       Даже после того как все собрались, Цучикаге не спешил начинать собрание. Он специально тянул время, продолжая читать отчеты, чтобы поднять напряжение своих подчиненных, делая их более сговорчивыми. И вот, когда точка кипения была близка, Ооноки начал говорить.       — Прошлой ночью на территории Страны Земли произошло несколько боестолкновений наших шиноби с врагами, в результате которых наша сторона понесла значительные потери. — Говорил Цучикаге обводя всех присутствующих грозным взглядом. — Дайме уже прислал мне письмо с претензиями и требованиями найти виновника. — Следом взгляд старика остановился на Исаму. — И с последним требованием я согласен, виновник должен быть наказан.       Почувствовав взгляд Цучикаге на себе и услышав его слова, Исаму решил что ему стоит высказать свои слова на этот счет.       — Кхм. — Прочистил он горло. — Можете быть уверенны Цучикаге-сама, мои люди сделают все возможное чтобы найти и покарать виновников сотворивших такое…       — Меня и дайме не интересуют те кто это сотворил, ведь до них будет очень сложно добраться. — Перебил своего подчиненного Ооноки. — Самое главное сейчас покарать тех кто это допустил. — Глаза старика угрожающе прищурились при взгляде на пришедшего в замешательство подчиненного.       — Что вы такое говор…       — Почему ваш отдел допустил переход через границу вражеских сил? — Начал напирать Ооноки. — Почему после обнаружения врагов на территории Страны Земли, сообщение об этом не было отправлено мне? Как столько наших шиноби оказались в тот момент рядом с врагом, а я об этом даже не знаю?       — Я не знаю что вам ответить. — Сказал начальник отдела тайных операций, пытаясь сохранить спокойствие.       — Вот как. — Вдруг спокойно проговорил Цучикаге. — Значит вы не хотите сознаться в своем предательстве.       Эти слова шокировали всех присутствующих, а в особенности Исаму. В этот момент он окончательно понял что Ооноки собирается от него избавиться. Он уже собирался вскинуться, как позади него появились двое шиноби, вонзивших сенбоны в несколько чувствительных тенкецу, парализуя Исаму, но оставляя его в сознании. Остальные члены руководства остались сидеть на своих местах, стараясь быть незаметными, чтобы не попасть под горячую руку.       А Цучикаге тем временем продолжил.       — Мои подчиненные уже провели собственное расследование. — С этими словами, Ооноки выложил перед собой множество бумаг. — Глава одного из ваших ведомств, а именно разведки, за нашей спиной спланировал и воплотил в жизнь план по ликвидации Желтой Молнии Конохи. — В очередной раз присутствующие были шокированы. — Именно Желтая Молния со своими учениками прошлой ночью убил больше сотни наших шиноби. С позволения главы разведки, Намиказе смог пробраться в Страну Земли.       Присутствующие члены руководства Ивы все продолжали молчать, давая возможность Цучикаге продолжать говорить. Все уже поняли что слова Ооноки это обвинения, за которыми последует незамедлительных приговор.       — Я с самого начала не верил что подрыв продовольственной базы в Стране Травы сможет убить Намиказе, но все равно позволил создать подобную ловушку. Но кто же знал что эта операция с самого начала была прикрытием для более амбициозного плана, который вы реализовывали в тайне от меня? — Обвинения с главы разведки плавно перетекли и на его начальника. — Вы настолько обнаглели что завербовали для вашего плана около трехсот шиноби, причем у большинства выживших были найдены следы воздействия мощным гендзюцу. Наших шиноби просто отправили на убой! — В гневе выпалил последние слова Цучикаге. — И мое терпение лопнуло.       После этих слов, двое шиноби, стоящих за спиной парализованного Исаму, грубо скинули его со стула на каменный пол. Следом Ооноки взлетел со своего места и остановился в воздухе возле валяющегося подчиненного. Когда старик сложил ладони вместе, все присутствующие поняли что будет дальше. Казнь.       — Твои действия являются предательством нашей деревни, и наказание за это лишь одно. — Разъединив ладони, между ними образовался белый куб, в центре которого сияла концентрированная чакра. — Стихия Пыли: Техника Атомного Расщепления!       В один миг куб расширился, захватив в себя тело Исаму. Концентрированная чакра в центре куба сильно вспыхнула и прошлась волной во все стороны, не покидая пределов куба. Как только вспышка погасла, никаких признаков существования начальника отдела тайных операций не осталось.       — На этом все. — Провозгласил Ооноки, а затем обратился к присутствующим. — Все документы по делу предательства будут открыты для ознакомления, в том числе из личного архива предателя. Собрание окончено.       После этих слов присутствующие члены руководства поспешили покинуть зал для собраний. Они не были дураками и прекрасно понимали что произошедшее является какой-то масштабной интригой, целью которой было избавление от зашедшего слишком далеко в амбициях Исаму. Представители власти Ивы знали что скорее всего большая часть обвинений была правдива, ведь Ооноки не стал бы разбрасываться откровенно ложными обвинениями, тем самым портя свою репутацию.       Оставшись наедине, Ооноки вернулся в свое кресло и, прикрыв глаза, стал размышлять. Но уже очень скоро его от этого занятия отвлек звук шагов.       — Стоило ли так сразу без публичного суда убивать его? — Послышался низкий голос Кицучи. — Наши люди могут расценить это как проявление тирании и злоупотребление властью.       — Доказательств более чем достаточно, чтобы ни у кого не возникало сомнений в том что он был виновен. — Открыл глаза Цучикаге, смотря на то место где он убил начальника отдела тайных операций. — А наличие множества свидетелей, способных рассказать что именно произошло, не оставит никаких сомнений. Все же мы почти не прикладывали к произошедшему руку, позволяя всему идти своим чередом. С другой стороны у этого ничтожества были связи, и он мог подложить нам свинью если бы мы позволили ему и дальше жить.       Как и предполагали другие члены руководства, все произошедшее было интригой Ооноки. Не только для того чтобы избавиться от возможного конкурента за власть, но ещё и для устранения одного из главных виновников поражения в войне.       После того как несколько лет назад Ива смогла раскрыть шпионскую сеть Конохи в своих рядах, она получила огромное преимущество. Именно благодаря отсутствию разведки у врага, объясняется множество успехов в начале войны. И на этом фоне Исаму стал слишком самодовольным, считая что именно благодаря ему они достигли стольких успехов, в чем его даже поддерживали. Он стал очень популярен в рядах обычных шиноби.       Но шпионская сеть Конохи была раскрыта во многом благодаря случайности, а дальнейшие годы войны, когда собственная разведка Ивы демонстрировала свою никчемность, показали что начальник отдела тайных операций абсолютно некомпетентен. Снять его с поста было не так просто, из-за его прошлых «заслуг» а также немалой поддержки среди населения Ивы. Действовать надо было тайно и через третьих лиц. В итоге все сложилось как надо, и Ива не только избавилась от вредоносного элемента в лице Исаму, но и проредила ряды не лояльных Цучикаге людей. Все же большая часть команд шиноби, отправленных на убой прошлой ночью, состояли из людей симпатизирующих Исаму.       — Предложенный тобой кандидат на замену будет нам лоялен? — Задал единственный вопрос Ооноки.       — Я гарантирую что Харуто нас не подведет, отец. — Не сомневаясь, ответил Кицучи.       — Очень хорошо. — Сказал Цучикаге, после чего вновь на мгновение задумался.       Пусть он и признавал что война проиграна, но это не значит что нельзя ещё побороться. Ооноки уже избавился от своего главного внутреннего врага, и ничто теперь не мешает ослабить врагов внешних. Им уже был составлен новый масштабный план по скрытной ликвидации элиты Конохи. Но для начала стоило избавиться от крыс, засевших в Стране Земли.