Путь Шиноби: Первые Шаги.

      Курашики остался позади, и теперь вокруг простирались бескрайние цветочные поля. Мы с Хатаке неспешно бежали по протоптанной дороге. Нашей целью, как было обговорено в лапшичной, являлся поиск пасеки, где изготавливают сакунохани. Вот только единственное что нам об этой пасеке известно, так это то что ей владеет некая Хагивара-сама. Но вряд ли поиск будет таким уж сложным. Другие пасечники наверняка могут что-то знать о нашей искомой цели. Все же одной деятельностью занимаются.       Уже вскоре показалось ответвление от основной дороги, что вело к одной из пасек. Свернув по нему, мы начали приближаться к довольно большому дому, что говорило о том что его владелец являлся состоятельный. Чем ближе мы подбирались к этому дому, тем больше пчел летало вокруг, и тем сильнее нарастало их жужжание. Помимо звуков, округа была пропитана очень резким цветочным запахом. Этот запах не был противен, но из-за его обилия рецепторы в носу сильно раздражались. Особенно плохо было Хатаке, с его чувствительным нюхом. Было видно как он кривит лицо под маской.       Наконец, приблизившись к дому пасечника, мы стали высматривать кого-нибудь, кто мог бы ответить на наши вопросы. В глаза быстро бросились многочисленные ряды пчелиных ульев, а также несколько человек, одетых в защитные костюмы, что работали у этих самых ульев. Не сговариваясь с беловолосым, мы пошли прямиком к ним, попутно отмахиваясь от множество пчел, что так и норовили влететь в нас.       Наше присутствие заметил один из работников, после чего обратился к другому работнику.       — Нобору-сан! Здесь двое шиноби! — Обратился он, видимо, к главному, вынужденный кричать чтобы его услышали сквозь шум тысяч жужжащих пчел.       — Сейчас подойду! — Выкрикнул ему в ответ зычный голос.       Очередной человек в защитном костюме, который и является Нобору-саном, в данный момент вытаскивал рамки с сотами, попутно окучивая улей дымом. Различить этих работников можно было лишь по росту и, частично, телосложению. Защитные костюмы покрывали всю поверхность их тела, не оставляя открытых участков кожи. Лишь через сетку головного убора можно было увидеть их головы, но из-за плотности самой сетки, различить отдельные черты лица было затруднительно.       Ждать пришлось минуты две, во время которых главный пасечник быстро и без лишних движений срезал ножом соты с медом, выливая содержимое в заготовленную емкость. Закончив с сотами, он вернул рамки на место, закупорил емкость с неочищенным медом и, прихватив свои рабочие инструменты, подошел к нам.       — Приветствую шиноби-сан. С какой целью вы двое пришли сюда? — Спросил этот Нобору, при этом обращаясь лишь к Хатаке.       — У нас есть к вам дело. — Сразу заговорил беловолосый о причине нашего прибытия. — Мы хотели…       — Постойте. — Внезапно перебил пасечник моего напарника. — Если ты здесь по делу, то давай поговорим в более подходящей обстановке. А не в открытом поле посреди множества пчел.       — Это не обязательно. Нам всего лишь нужно…       — Может тебе и комфортно так говорить, но мне нет. — В очередной раз перебил он Хатаке, от чего последний уже начал раздражать, а я вместе с ним. — Как я уже говорил, я не собираюсь обсуждать что-то в открытом поле.       — Ладно. Мы согласны. — Сказал беловолосый за нас обоих, но я не особо этому возмущался.       — Тогда поговорим у меня в доме. — Сказал Нобору и, развернувшись, пошел ко входу в свой дом.       Мы пошли следом. На входе нас, помимо обычной деревянной двери, также встретила сетчатая дверь. Пройдя через них и оказавшись внутри, перед нами предстал длинный коридор, оканчивающийся кухней. Справа расположилась лестница на второй этаж, в то время как слева было три двери. Разувшись у порога, мы отправились за Нобору в одну из этих трех дверей.       Просторное помещение напоминало собой рабочий кабинет. Деревянные шкафы заполненные книгами и свитками. Массивный рабочий стол с удобным кожаным креслом. Сбоку от стола расположился диванчик с кофейным столиком. Одно широкое окно открывало вид на просторное цветочное поле. Весь вид кабинета так и говорил о состоятельности его владельца.       — Присаживайтесь. — Сказал Нобору, рукой указывая на диван.       Сам же, судя по всему, владелец пасеки, оказавшись в стенах дома, наконец снял с себя головной убор с сеткой. На вид этому мужчине было лет пятьдесят. Седина проступила в большей части его коротких волос, а под глазами виднелись заметные морщины. Лицо, гладко выбритое, сейчас выдавало его усталость.       Сняв защитный комбинезон, под ним оказалась практичная рабочая одежда, несколько взмокшая от пота. Повесив элементы защитного костюма на вешалку, он наконец обратил внимание на нас.       — Вы конечно извините что я весь потный, но я не ожидал в это время дня гостей. — Начал он оправдываться перед нами, но также в его словах отчасти прозвучало обвинение.       — Вы нас в чем-то обвиняете? — Спросил я, испытывая раздражение от наглости этого человека.       — Это твой ученик? — И вновь он проигнорировал меня, обратившись к Хатаке. — Что-то он слишком болтлив. — Прозвучало от него обвинение в мою сторону. — Почему такому молодому парню вообще доверили ученика? Ты ведь на вид ещё мальчишка. — Его слова все больше были похожи на оскорбления.       — Акира не мой ученик. — Проговорил Хатаке, при этом сильно хмурясь от слов Нобору. — А что касается моего возраста, то гражданскому не понять. — Грубо высказался он в ответ.       — Да что тут понимать. Ваши деревни посылают на войну всех без разбора, включая детей. Им просто нужно пушечное мясо. — Выразил он свое совершенно чуждое мнение.       — В войне не участвует ни один ребенок. Мы чуунины, по законам шиноби уже взрослые. — Продолжил беловолосый спорить, с эти много о себе возомнившем гражданским.       — Хочешь сказать мелкий пацан рядом с тобой тоже взрослый? — Спросил Нобору, указывая пальцем на меня.       На это Хатаке было нечего ответить. Ведь даже по меркам шиноби, я все ещё считаюсь ребенком, и какого-либо звания, что формально делало бы меня взрослым, я также не имел. Мой случай был по сути уникальным в этой войне, но гражданскому этого не объяснишь. Любые оправдания с нашей стороны, лишь уверят его в своей правоте.       — Вот собственно и все. — Посчитав себя победителем в этом споре, сказал Нобору. — Ладно, закроем тему. Говори уже, по какому делу вы ко мне пришли?       — Мы хотели узнать о Хагиваре-сама, а также о пасеке, которой она владеет. — Раздраженным тоном рассказал беловолосый о цели нашего прибытия.       — То есть вы пришли даже не ко мне, а ради информации об этой мелкой выскочке? — Теперь раздраженный тон проскочил и в голосе Нобору.       — Видимо так. — Высказался я, испытывая вместе с раздражением ещё и удивление от слов главы пасеки.       — Тогда вам нечего здесь делать. Убирайтесь отсюда! — Последние остатки вежливости исчезли из его тона, заменившись на злость.       Без лишних слов мы встали и пошли на выход.       Уже удаляясь от пасеки, я позволил себе высказаться.       — Урод. — Почти что выплюнул я это оскорбление.       — Ещё какой. — Поддержал мое замечание Хатаке.

***

      — Ну конечно, это ведь так весело издеваться надо мной. — Бубнил себе под нос Обито, идя по улицам Курашики.       После того как их команда закончила завтракать, они разбрелись по своим делам. В том числе и Учиха. Но выполнять «миссию», что ему поручил сенсей, прямо сейчас он не собирался. Анко, Асума и Куренай могут немного подождать со своими десертами. Все равно они даже не ждут их.       Чтобы не таскаться повсюду с бумажным пакетом в руках, Обито запихнул его в свой рюкзак. Пришлось постараться чтобы уместить пакет, ведь места в рюкзаке было не так чтобы много. Но кое-как Учиха управился с этим. И ничего страшного в том что пакет в процессе немного помялся.       — Может стоило отправиться вместе с Рин в квартал аптекарей? — Вдруг пришла ему в голову мысль, которую он по инерции от своего бубнежа, проговорил вслух. — Какаши и Акира сейчас за городом, а Минато-сенсей точно не стал бы нам с Рин вместе проводить время. — Пришло к нему осознание, после чего черноволосый схватился за голову. — Черт возьми! Какой же я идиот! Это была бы идеальная возможность для свидания.       Проходящие мимо люди начали коситься на вдруг заоравшего шиноби Конохи. Просто с того ни с сего, он начал кричать, задрав голову к небу. Некоторые из прохожих даже начали думать — все ли в порядке у него с головой? — Может ещё не поздно к ней присоединиться? Про мастера фуиндзюцу можно и в другой раз узнать. — Все рассуждал Обито вслух, но хоть в этот раз без криков. — Но что тогда Рин обо мне подумает, если я резко изменю планы? Что я слишком легкомысленный и не держу своего слова? — Представил Учиха у себя в голове образ того как Нохара презрительно смотрит на на него.       Все эти мысли и страхи, что роились в рассуждениях Обито, были следствием его изменений. С тех пор как он решил для себя что станет лучше, и больше не будет вести себя как ребенок, Учиха начал слишком сильно загоняться из-за своих действий. А также из-за того, как это воспримут другие. Вернее, ему было важно что о нем думают лишь самые близкие ему люди, и в особенности Нохара. Раньше Обито не особо заморачивался над тем как он выглядит в глазах окружающий, разве что перед Рин и Какаши он старался вести себя круто. Но осознав что его прошлое эгоистичное поведение в каком-то смысле отталкивало людей, Учиха начал думать над последствиями своих действий. И это было не плохо, но иногда он слишком драматизировал. Вот как сейчас например.       — Нет, я должен держать свое слово. Рин не будет смотреть на меня презрительным взглядом! — Вновь прокричал он, но в этот раз в качестве обещания самому себе.       В его голове уже поменялся образ Нохары, с презрительного на благодушный. Учиха уже мог представить как они возьмутся за руки и…       — Может хватит уже людей пугать, полоумный?! — Разрушил фантазии Обито чей-то выкрик. — Что-то бубнишь себе под нос, кричишь, а теперь ещё улыбаешься как ненормальный!       Осмотревшись вокруг, Учихе быстро бросились в глаза и кричавшая женщина, и опасливо косящиеся прохожие. В этот момент Обито осознал что слишком сильно ушел в себя, забыв об окружающем мире. И в итоге выставил себя посмешищем, если не сумасшедшим.       — Ой, извините! — Мгновенно отреагировал Учиха, совершив глубокий поклон.       — Уходи отсюда ненормальный! — Не обращая внимание на извинения парня, начала женщина гнать его подальше.       И Обито поспешил последовать словам этой женщины, убежав подальше. Не только для того что перестать пугать этих людей, но и чтобы скрыться подальше от своего позора. Это же надо было до такой степени уйти в свои мысли, чтобы напугать людей.       Убежав подальше от места своего провала, он вновь вернулся к размышлениям, но уже над своими дальнейшими планами. Как он уже решил ранее, сначала он посетит оружейный магазин, а затем выполнит «миссию» сенсея. Ну а после его будет ждать приз.       — Значит, нужно как можно быстрее со всем закончить. — Ухмыльнувшись, подумал Учиха.       Если он поспешит, ничего плохого ведь не произойдет?       Приняв такое решение, Обито сорвался на бег, чтобы побыстрее добраться до магазина с оружием. Вот только ни через минуту, ни через десять минут бега по улицам, он так и не добрался до цели назначения. И ведь по прикидкам Учихи, от того места где он опозорился до магазина оставалось те самые десять минут пути. Пешком. А магазина все нет.       Лишь через ещё пять минут бесцельного бега, Обито понял что в какой-то момент свернул не туда, и сейчас он находился в совершенно другой части города. Вернее, ему эту информацию подсказал прохожий, которого он решился расспросить насчет дороги. Пришлось Учихе потратить ещё полчаса на бег, чтобы добраться до оружейной лавки.       Как только в поле зрения черноволосого появилась знакомая вывеска «Шиноби Мастер» он внутренне возликовал. Сколько впустую времени он потратил на поиски этого магазина, что он не мог передать словами свою радость а также злость на самого себя. И на свой топографический кретинизм.       Лишь чуть сбавив шаг, Обито почти что влетел в двери магазина. Вот только он забыл что по ту сторону двери не просторный холл, как в большинстве магазинов, а множество витрин, заполненных колюще-режущим оружием. Осознал это Учиха, уже когда вовсю летел на эти витрины. Лишь вовремя включившийся боевой инстинкт не дал ему насадиться на что-либо. На торможение уже не было времени, и единственное что мог сделать Обито в такой ситуации, так это прыгнуть. Оттолкнувшись от пола, он высоко подлетел. Но вот появилось новое препятствие, потолок. Развернувшись в воздухе верх ногами, он коснулся ногами потолка и при помощи чакры приклеился к нему подошвами бутсов. Остаточную инерцию он погасил, согнув ноги в коленях.       — Отлично! — Порадовался Обито тому что смог выпутаться из опасной ситуации и не запороть её.       — Что это сейчас было?! — Послышался возмущенный старческий крик.       Повернувшись в его сторону, он заметил находящегося вверх ногами владельца магазина, смотрящего на Учиху с шоком и злостью.       — Ой! — Вырвалось из Обито, когда он понял что облажался.       В очередной раз за день.