Путь Шиноби: Первые Шаги.

      Шел третий и финальный день фестиваля. И если честно, мне он уже поднадоел. По началу, после того как Рин уговорила меня отбросить неприятные мысли и развлечься, то именно этим я и занимался. Все шло хорошо, и мысли о Камизуру Каэдэ меня практически не донимали. Отвлечься на них мне не давали ученики Намиказе-сана, что вечно завлекали меня принять участие в многочисленных развлечениях и играх, а где-то я и сам проявлял инициативу. Вот только, не настолько уж и многочисленными оказались развлечения на фестивале, и всех их я уже успел обойти. Третий день фестиваля ни чем для меня не отличался от прошлых двух, а потому я испытывал скорее скуку, чем интерес.       Идущие рядом Рин, Учиха и Хатаке также смотрели на все происходящее без особого интереса. А вот толпы прохожих, наоборот, имели куда больше энтузиазма. Может потому что они имели меньше выносливости чем у шиноби, а потому не так активно бегали от одного стенда или киоска к другому?       — Может покидаем дротики? — Безынициативно предложила Рин, указывая пальцем на киоск, где надо броском дротика пробить несколько воздушных шариков.       Владелец этого стенда, как увидел что Рин указывает в его сторону пальцем, так сразу занервничал и начал обливаться потом, при это судорожно вертя головой из стороны в сторону, будто бы не желая, чтобы мы к нему приближались.       — Забудь. — Категорически отказался Хатаке. — У нас уже номера в гостинице захламлены призами с этих игр. Я даже не знаю как мы это все утащим, когда будем покидать город.       — Запечатаем в фуин свитки. — Пожал плечами Учиха, словно не видел в этом никаких проблем.       — Ага, и у тебя как раз завалялось парочка свободных свитков? — Саркастически поинтересовался Хатаке.       И не успел черноволосый сказать что-нибудь в ответ, как беловолосый вновь заговорил.       — Можешь даже не просить Минато-сенсея, чтобы он создал пару фуин свитков под этот хлам. — Заявил Хатаке.       — Ты знаешь какое у него отношение к использованию его фуиндзюцу по всяким мелочам. — Дополнила Рин слова Хатаке, чем вызвала у Учихи усталый вздох.       Я лишь недоуменно уставился на эту троицу, ведь впервые слышал что у Намиказе-сана есть какие-то особые требования к применению фуиндзюцу. Впрочем, особого интереса эта информация у меня также не вызывала, так что я решил просто забыть про это.       — Ну хорошо, если не хотите играть, то может зайдем в какой-нибудь ресторан? — Сделала новое предложение Рин, но вновь никакого энтузиазма оно не вызвало.       — Мы же недавно ели. — Ответил я, не видя причин ходить по ресторанам.       — Не обязательно идти в ресторан. — Продолжила настаивать Рин. — Можно зайти в чайную или кафе, и просто посидеть, поговорить о чем-нибудь.       И снова никакого желания от очередного предложения девушки у меня не возникало. Я в целом ничего сейчас не хотел. Даже снова посетить кинотеатр желания не было. Не знаю, что именно со мной происходило, но было у меня такое чувство, что я устал от этого отпуска. Не было того же волнения и восхищения как в первые дни. Будто я съел несколько порций своей любимой еды, а теперь меня от неё воротит. Перенасыщение какое-то.       — Почему бы и нет. — Согласился Учиха с предложением Рин.       — Уж лучше так, чем бесцельно бродить по улицам. — Индифферентно ответил Хатаке, также дав свое согласие.       «А эти трое, кажется, перенасытились лишь фестивалем, а не всем отпуском в целом.» — Подумал я, видя в учениках Намиказе-сана куда больше энтузиазма, чем я изначально предполагал.       Я все ещё не испытывал никакого желания идти в чайную или в кафе, но и оставаться одному я не хотел, так что пошел вслед за этой троицей. Куда как больше я хотел активных действий, а именно тренировок. Проверка своих возможностей во время борьбы сумо было освежающим опытом, но хотелось чего-то большего. Отработать удары на огромном валуне, полностью погрузившись в этот медитативный процесс. Поупражняться в ниндзюцу стихии огня, полюбоваться языками пламени и ощутить на себе его жар. А также было желание занять тренировкой на физическую силу, опробовав при этом новые утяжелители, подаренные Намиказе-саном.       А ещё… немного хотелось вновь оказать в бою с врагом. Не знаю почему, но после этой мирной недели, прерванной лишь одним инцидентом, я почувствовал тягу вновь оказаться на поле битвы. Словно я что-то теряю, не сражаясь. И это чувство также угнетало.       Я попытался задавить эти мысли, что у меня получалось, пусть и не в полной мере.       Пока мы шли по улицам Курашики и искали место где можно было засесть, случайно наткнулись на Митараши, что стояла в одиночестве у киоска с данго. За время фестиваля мы также немало времени провели вместе с Юхи, Сарутоби и Митараши, но, по большей части, наша команда и эти трое предпочитали оставаться порознь. В особенности первые двое желали находиться лишь в компании друг друга, в то время как последняя, оставшись не у дел, прибивалась то к этим двум, то к нам.       Вот и сейчас, заметив нас, она быстро подбежала к нашей группе.       — Наконец-то я встретила хоть кого-то. Теперь будет не так скучно. — Радостно заявила Митараши, при это съедая один из шариков данго, палочка с которыми была у неё в руке.       — Что, Асума и Куренай оставили тебя одну? — Поинтересовалась Рин, с насмешливой улыбкой.       — Они захотели посмотреть на фейерверки только вдвоем, без лишней компании. — Пожаловалась Митараши на действия своих друзей.       Как мне объяснила Рин, фейерверки являются обязательным атрибутом каждого фестиваля, которыми все и завершается. Когда же Учиха принялся описывать как это должно выглядеть, а именно сотни ярких огней что взрываются в небе, я представил себе картину в виде сотен шиноби, что должны выпускать огненные ниндзюцу в небо. Хатаке, видимо поняв о чем я подумал, сказал мне что такое стоит увидеть собственными глазами, а не с чужих слов.       Поэтому то я, вместо того чтобы выйти за город и потренироваться, или хотя бы остаться в номере гостиницы, отправился со всеми на наскучивший мне фестиваль. Только ожидание фейерверков заставляло меня быть здесь.       — Ещё бы, ты очень надоедлива. — Еле слышно пробубнил под нос Учиха, но я из-за близости смог его расслышать.       — Так могу я к вам присоединиться? — Попросила Митараши, не расслышав слов Учихи.       — Ты ведь так и так за нами увяжешься. — Прокомментировал Хатаке обычный способ действия куноичи.       — Я знала что вы согласитесь. — С улыбкой сказала Митараши, после чего съела ещё один шарик данго и покривилась.       — Что с тобой? — Поинтересовалась Рин, заметив изменение в выражении лица Митараши.       — Надоело уже! Есть это не возможно! — В сердцах воскликнула куноичи, размахивая той самой палочкой с данго.       — Ты и устала от данго? — Удивленно спросил Учиха, но под этими словами скрывался налет издевки.       — Я ни за что и никогда не устану от данго! — Горячо заявила Митараши, прежде чем вновь покривиться. — Но этот мед меня уже достал. Поначалу было вкусно, а теперь уже блевать тянет. И что самое ужасное, на время фестиваля другие вкусы данго не подают. Только медовый.       — Мы и сами немного подустали от такого обилия меда. — Озвучила Рин мысли каждого из нас.       — Хотя я бы не отказалась от данго с тем сакунохани. — Митараши же, словно не услышав слов Рин, принялась мечтать о поддельном сакунохани.       — Ты сейчас серьезно? — Спросил я, вспоминая мед из-за которого чуть не умер. — Тебе жить надоело?       — И чего мы такое ворчливые? — Принялась сюсюкаться со мной Митараши, притом явно намеренно, чтобы вывести меня из себя. — Этот мед ведь сам по себе не опасен. А ради его вкуса стоит идти на такие риски.       — Анко, ведь так нельзя. — Рин уже собиралась начать отчитывать Митараши, как ей помешали.       — Оставь её, Рин. — Высказался Хатаке. — Её слова, это просто слова, и сделать она ничего не сможет. Мы уже избавились от всего поддельного сакунохани, а также от его изготовителя.       Слова Хатаке о том, что мы избавились от первопричины отравлений, вновь заставили вырваться наружу воспоминания о Камизуру Каэдэ. Впрочем, я уже привык задавливать их куда подальше, так что и в этот раз я колебался лишь мгновение.       Заметив на себе взгляд Рин, я лишь отрицательно покачал головой, после чего внимание шатенки сразу же исчезло.       Так, с пополнением в компании, мы отправились на поиски чайной или кафе, смотря что первым попадется на глаза. Жалко только что Намиказе-сана с нами не было. Пусть большую часть расследования переняли агенты АНБУ, блондину все ещё приходилось помогать в нем.

***

      Во время фестиваля сбора меда, переполненными были не только улицы Курашики, но и различные увеселительные заведения. Кто-то напивался в баре, чтобы затем отправиться развлечься в бордель, другие же шли в игорный дом, просаживать последние деньги. Хотя некоторые получали все и сразу, даже не выходя из бара, засев с собутыльниками за стол, поиграть в картишки, или уединившись в укромном месте с женщиной легко поведения. В общем, происходило веселье только для взрослых.       В одном из самых старых питейных заведений города, прямо сейчас засел и Минато. Он не искал развлечений с девушками и не желал испытывать свой азарт. Но вот выпить пиалу другую первоклассного саке Намиказе был не прочь. Алкоголь помогал ему расслабиться, а также сбросить часть стресса. Все же с тех пор как он, вместе с командой, прибыл в Курашики, ему так ни разу и не удалось полноценно отдохнуть. То поиск отравителей Ивы, то забота о раненных учениках, то проведение расследования. Вроде бы он был в отпуске, а количество стресса так и не убавлялось. Саке было его единственной отдушиной.       Но, конечно же, полностью расслабиться ему не дали.       — Приветствую Минато-сама. Извините что мешаю вашему отдыху. — Появился рядом с Минато агент АНБУ, преклонивший колено.       Намиказе мог не волноваться, что их подслушают или не обделят вниманием посетители заведения. Для платежеспособных клиентов могут выделить отдельное помещение со всеми удобствами. Так, например, Минато получил в свое пользование приватную комнату на втором этаже питейной, с балконом, выходящим прямо на городской парк. Вид, что открывался с этого балкона, был невероятным, ведь именно в парке был центр всего празднества, с танцами, маскарадом и живой музыкой.       — Что привело вас ко мне, Медведь-сан? — Пригубив саке из пиалы, спросил Минато.       Агент АНБУ перед ним, был тем самым агентом, что уточнял детали провальной миссии в Стране Земли.       «Странный тип.» — Такое мнение сложилось в голове Намиказе о данном агенте АНБУ, что постоянно был себе на уме.       — Мы закончили проверку всех причастных в охоте на элиту Конохи. — Начал докладывать Медведь-сан. — По полученным данным стало известно что лишь несколько людей знали о истинной личности Камизуру Каэдэ и её миссии. К их числу относятся Кикути Мияко, а также двое советников из властей Курашики.       — Только двое? — Переспросил Минато.       — Мы также нашли некоторые намеки о прямом сотрудничестве городского наместника Дайме с Камизуру Каэдэ. — Поведал агент АНБУ, чем сильно заинтересовал Намиказе. — Судя по всему, он встречался с ней, незадолго до конфликта с двумя вашими учениками. Но никаких конкретных улик найти не удалось. Все найденные следы были обрывочными и явно подтертыми. Без прямого вмешательства в дела наместника, ничего выяснить не удастся. — Закончил объяснять Медведь-сан.       — Мы не будем заниматься эскалацией конфликта. Возьмите под учет наместника и сообщите о возможных подозрениях руководству Конохи. Решения насчет дальнейших действий должен принимать Хокаге-сама. — Отдал распоряжение Минато.       — Хай! — Согласно воскликнул Медведь-сан.       — Что вы можете сказать о других участниках охоты? — Продолжил спрашивать Намиказе.       — Все остальные допрошенные люди чисты. Их использовали втемную, не позволяя узнать о истинных целях отравителей. — Коротко доложил агент АНБУ.       — А что насчет работников склада? Они тоже не знали на кого работают? — Спросил Минато, припоминая что видел как фуиндзюцу на складе активировалось и деактивировалось.       — Среди работников склада, был человек с потенциалом использовать чакру. — Поняв что именно интересует блондина, начал говорить Медведь-сан. — Именно он отвечал за активацию и деактивацию печатей. Но ни он, ни остальные работники склада ничего не знали о своих истинных работодателях и были уверены что работают на контрабандистов. За это им так же грозит наказание, пусть и не по той же строгости, что и основным причастным.       — Ясно. — Ответил Намиказе, прикрыв глаза. — На этом все?       — Это все что я могу сообщить на данный момент. — Подтвердил агент АНБУ.       — Свободен. — Отпустил Минато его.       — Хай! — Вновь воскликнул Медведь-сан, после чего исчез в дзюцу телесного мерцания.       Оставшись в одиночестве, Минато долил в пиалу саке и пригубил его, уставившись в темное небо. Вскоре должны будут пустить фейерверки, и пропускать это зрелище Намиказе не собирался.