Путь Шиноби: Первые Шаги.

      Ночь уже была совсем близко, а вместе с ней и близился запуск фейерверков. Толпы людей стекались к городскому парку, откуда и будут запускать фейерверки. А пока представление не началось, люди могли развлечься на устроенном маскараде, с танцами и живой музыкой. Для таких целей, в парке стояли многочисленные киоски по продаже масок. Каких в продаже только не было. Театральные и церемониальные. Изображающие животных, ёкаев и людей. Созданные из дерева или фарфора. И, конечно же, разукрашенные в яркие цвета.       Из-за этих масок, казалось что фестиваль превратился в парад всякой нечисти, среди которой виднелись отдельные люди, решившие обойтись без масок. Подопечные Минато так же не могли не поддаться всеобщему настрою. Этот маскарад смог разжечь в них новый интерес к фестивалю.       — Интересно, какая бы маска мне подошла лучше всего? — Произносила Рин свои мысли вслух, осматривая ассортимент товаров.       — Может маска Кицунэ подойдет тебе? — Предложил Обито, указывая на маску лисы.       — Кицунэ это как-то банально. — Высказала куноичи свое отношение к этой маске.       — Тогда может… — Задумчиво проговорил Учиха, высматривая хорошую маску.       Через несколько секунд поиска взглядом, он наткнулся на маску белой кошки, скрывающую только верхнюю часть лица. Стоило только Обито представить как Рин будет выглядеть в образе кошечки, то он мигом покраснел и глупо улыбнулся. Но длился порыв фантазий не долго, и следом он поспешил схватить приглядевшуюся ему маску.       — Рин, смотри какую маску я нашел. Уверен тебе она понравиться. — Довольно сказал Учиха, поворачиваясь к Нохаре…       — Спасибо за покупку. — Поблагодарил продавец Рин.       …только чтобы увидеть как Рин расплачивается за маску Коомотэ, которую она уже успела нацепить на лицо. Выглядела эта маска как бледнолицая женщина с подведенными черными глазами, ярко-красными губами и с почернёнными зубами. Эта маска была самым настоящим эталоном красоты… хоть и двухсотлетней давности.       Увидев эту маску, все мечты Учихи тут же разбились вдребезги, а вместо них пришел ужас. Ужас от того что ему придется весь остаток дня любоваться не прекрасным лицом Рин, а этой жуткой маской.       — А вы не будете выбирать себе маски? — Не обращая внимания на подавленного Обито, поинтересовалась Рин у стоявших в сторонке друзей.       — У меня уже есть маска. — Указал на очевидное Акира.       — И у меня. — В той же манере ответил Какаши.       — Твоя маска это кусок ткани, так что не считается. — Отвергла Нохара слова Хатаке, после чего переключила свое внимание на следующего. — А твоя маска очень скучная. Плоская, белая деревяшка. Даже красивых узоров на ней нет. — Дала она свою оценку маске Узумаки.       — Мне другая маска не нужна. — Не принял Акира её доводов.       Маска Акиры была создана ещё его дедушкой. Ну а мастер фуиндзюцу простую вещь не сделает. Особенность этой маски была в том, что она была абсолютно непроницаема для владельцев додзюцу. Поэтому то Узумаки без особого страха ходил по лагерю Конохи, даже при наличии в нем членов клана Хьюга, с их всевидящем Бьякуганом. Маска вырезанная, пусть и искусным мастером, но простым человеком, была для него бесполезна. Хотя красноволосый и признавал, что выглядели эти маски куда как лучше его собственной.       — Ну как хотите. — В притворной обиде надула Рин щеки и отвернулась от них к единственному человеку, поддержавшему её инициативу. — Ты уже выбрал себе маску, Обито?       — А-а? — Опомнился от своих мрачных мыслей Учиха и посмотрел на Нохару, но увидел лишь жуткую маску. — Д-да, выбрал. — Все ещё находясь в подавленном состоянии, отвернулся он и потянулся к приглянувшейся ему маске.       Выбор его пал на маску красного Они, с зубастой ухмылкой, широким носом, крупной надлобной дугой и парой черных рогов, торчащих изо лба. Эта маска показалась Обито такой грозной и крутой, что он испытывал даже некоторый восторг.       — Эта маска? — Поинтересовалась, подошедшая поближе, Рин. — Выглядит слишком жуткой. — Прокомментировала она.       — Что? Жуткой? — Опешил Обито от её слов, ведь по его мнению выбранная им маска была крутой, а вот маска Рин наоборот, была очень жуткой.       — Да, жуткой. — Поддакнула Нохара. — Может возьмешь что-то другое, например этого Тенгу? — Предложила девушка, хватая красную маску с гигантским, длинным носом.       — Нет, спасибо. Я уже выбрал. — Быстро отказался Учиха, не желая расстраивать девушку.       — Как хочешь. — Просто пожала плечами Рин на такой ответ. — А ты Акира-кун, хочешь примерить маску Тенгу? Думаю она отлично бы смотрелась на тебе. — Обратилась она со своим предложением уже к Акире.       — Не интересует. — Все равно отказался красноволосый, хотя маска его действительно заинтересовала.       — Может пойдем тогда, раз вы здесь закончили? А то все пропустим. — Указал Какаши себе за спину, где находился центр парка и проходило основное веселье.       — Ты прав. Пойдемте. — Согласилась Рин со словами беловолосого, после чего все трое пошли вперед.       — Эй подождите! Не бросайте меня! — Кричал им в спины Обито. — Я ведь за маску ещё не расплатился! — Возмущался он тому, что они про него забыли.

***

      Танцы и песни в центре парка продолжались ещё час. На большой сцене расположились музыканты, играющие разные танцевальные композиции. Барабаны отбивали ритм, под который подстраивались танцующие люди, флейты создавали основную мелодику. А различные струнные инструменты подыгрывали им. И все это сопровождалось бодрыми песнями, которым подпевала публика.       Те кто не желали танцевать, находились за пределами образованного возле сцены круга людей, наблюдали за происходящем, разговаривали и просто ждали начала запуска фейерверков. Кто-то из таких нетерпеливых, не дожидаясь основного представления, зажег в руках бенгальский огонь или баловался фонтанчиком из разноцветных искр. Хотя в то же время можно было услышать и хлопки петард.       Подопечные Минато также разделились на тех, кто пел и танцевал, и тех, кто ждал в сторонке. Не трудно было догадаться, кто в группе были самыми активными, чтобы веселиться у сцены с остальной толпой. И пока сокомандники Акиры и Какаши танцевали, эти двое сидели в сторонке, любуясь представлением. Рин, конечно, пыталась их затащить к общему веселью, особенно беловолосого, но ничего не вышло.       — Чего вы двое здесь сидите и грустите? — Внезапно послышался вопрос за спинами Акиры и Какаши.       — Сенсей? — Без труда опознал Хатаке в подошедшем Намиказе. — Вы смогли найти время на отдых? — Удивленно спросил беловолосый, ведь пересекались они с блондином лишь утром и ночью, в их гостинице.       — Хоть дел и много, но полностью я ими не завален. Я довольно часто делал паузы, чтобы передохнуть. — Поведал Минато, присаживаясь на лавочку, что заняли его подопечные.       Какаши и Акира с любопытством наблюдали как Минато снял с пояса горлянку, вытащил пробку и налил что-то в, непонятно откуда взявшуюся, пиалу. Чуть пригубив напиток, он затем довольно выдохнул.       — Нюх-нюх. — Принюхался Хатаке к запаху напитка. — Это что, саке?       — Верно. — Ответил довольный Намиказе, сделав очередной глоток.       — Значит вот как вы отдыхали? Напивались? — С недоверием, брезгливостью и возмущением сказал беловолосый.       — Не напивался, а расслаблялся. В отличии от тебя и Обито, я знаю чувство меры. — Отмахнулся Минато от слов ученика, при этом не забыв припомнить о его выходке несколькими днями ранее.       Пристыженный словами джонина, Какаши отвел взгляд, не решаясь на дальнейшие попытки поучения.       — Если у вас были моменты отдыха, то почему вы ни разу к нам не присоединились? — Задал Акира интересующий его вопрос.       — Я хотел чтобы вы повеселились без моего присмотра. Я бы вам только мешался. — Высказал Намиказе, но на этом не закончил. — К тому же, моменты отдыха, были именно что моментами, передышкой, после которого приходилось вновь заниматься работой. Так что самым быстрым и доступным способом расслабиться, для меня было саке и тихая уютная комната, где бы я мог отдохнуть в покое.       — Ясно. — Кивнул Узумаки на названные причины.       — Кстати об отдыхе. — Вновь заговорил Минато и заинтересованно посмотрел на Акиру и Какаши. — Как вам фестиваль? Видел я как вы завалили наши номера всевозможными призами. Вы небось везде где только можно побывали на этом фестивале.       — Так и есть. — Ответил Акира. — Но мне уже становиться скучно. Хочется действий. — Признался он в своих ощущениях.       — Действий, да? — Повторил Намиказе. — Ты так рвешься вернуться на фронт? — Попал он в самую точку.       Слова блондина привлекли внимание беловолосого, и вместе они уставились на Акиру в ожидании ответа. Тот, в свою очередь, не знал что ответить, ведь от поднятой темы, в его голове закрутились противоречивые мысли. И в этот раз, они не были связаны с Камизуру Каэдэ.       — Наверное. — Неуверенно сказал Узумаки, в самом деле не зная, что ответить на этот вопрос.       — Неуверен? Ну, это тоже хорошо. — Сказал Намиказе, заслужив недоуменный взгляд красноволосого. — Если бы ты ответил что тебе отвратительно пребывание в Курашики, и хотелось бы побыстрее вернуться на фронт, то я бы запереживал о твоем состоянии. — Пояснил джонин свои мысли по этому поводу.       Поразмыслив немного над сутью сказанного, Акира пришел к выводу что Минато прав. По новому взглянув на свою жизнь, Узумаки смог понять, что почти год постоянной войны, в которой он увяз, мог очень плачевно для него закончиться. Если бы он продолжил воевать в одиночку, то смог бы он хоть когда-нибудь увидеть мирную жизнь? Или так бы и искал себе врагов до самой своей смерти?       Осознав что участь его была бы печальной, он испытывал благодарность команде Минато за то, что избавили его от одиночества, а также привели его в этот город, показав что мирная жизнь возможна. На самом деле он и раньше испытывал к ним благодарность и привязанность, но пытался отрицать эти чувства из-за сильной паранойи и недоверия. Сейчас же все было иначе.       — Спасибо вам. — Появился внутри Акиры порыв, поблагодарить Минато. — За все, спасибо.       — Ха-ха. — Коротко посмеялся Намиказе. — Всегда пожалуйста. — С радостной улыбкой, ответил он.       — Минато-сенсей, вы пришли! — Внезапно раздался чуть запыхавшийся голос Рин, что бежала к лавочке на которой и уселась троица шиноби.       — Минато-сенсей! — Кричал Обито, махая блондину рукой.       — Привет ребята. — Так же поприветствовал их Намиказе. — Интересные у вас маски. Они и Коомотэ. — Прокомментировал блондин их внешний вид.       У обоих маски, в данный момент, были сдвинуты вбок. Смотреть и дышать в них, во время танцев, было не очень приятно, хоть и возможно. Рин и Обито, после десяти минут подобного опыта, не могли не задаться вопросом — как Акира может на протяжении нескольких суток жить и сражаться, не снимая маски?       — Мне эта маска сразу приглянулась. Она очень красивая. — Ответила Нохара на комментарий сенсея, при этом пытаясь отдышаться.       Внутренне Учиха отрицал слова девушки о том, что эта маска хоть сколь-либо красивая. Но вслух он этого не произнес, боясь её обидеть или, что страшнее, поругаться с ней.       — А вы, я смотрю, веселитесь по полной? Не то что эти двое. — Подметил Намиказе довольные и запыхавшиеся лица учеников.       — Я звала их потанцевать, но они все время противились и отнекивались. — Нажаловалась Нохара, на поведение Узумаки и Хатаке.       — Да ладно тебе, Рин. Если они не хотели танцевать, то и незачем их заставлять. Нам и без них было весело. — Высказал свою позицию Учиха.       — Ты ведь просто хотел повеселиться вместе с Рин, не так ли? — Сделал предположение Минато, зная о чувствах Обито.       — Ну… это да… конечно хотел! — Вначале сконфужено, но затем более уверенно, признался черноволосый.       На слова Обито, Рин ответила лишь улыбкой. Но ничего конкретного за этой улыбкой не стояло. Обычная дружеская улыбка. Не более.       — Раз вы так хотели ещё потанцевать, то чего остановились? — Полетел в них вопрос от Какаши.       — Ты время видел? Скоро будут запускать фейерверки. — Сообщил Обито, указывая на циферблат больших часов, что стояли в парке.       — Тогда ждем. — Ответил Минато вместо Какаши.       Вскоре песни и танцы у сцены прекратились. Музыканты поспешили сообщить собравшимся, что скоро начнется шоу фейерверков. Люди начали искать хорошие места, чтобы насладиться этим зрелищем.       Команда Минато следила за этой суетой. В один момент, Обито, вертящий головой из стороны в сторону, заметил двух знакомых, забравшихся на толстую ветку одного дерева.       — Эй, смотрите! Это же Асума и Куренай! — Привлек он других членов команды своим выкриком.       — Анко ведь говорила что они собираются вдвоем смотреть на фейерверки. — Припомнила Рин слова подруги.       — Так эти двое встречаются? — Внезапно заинтересовался Минато романтическими отношениями двух подростков.       — Чувства они друг к другу явно испытывают, но даже за руки держаться стесняются. — Выпалила Нохара информацию по этим двум.       — Кажется, они сейчас преодолеют этот барьер. — Внезапно вмешался Какаши, заметивший как Асума и Куренай неуверенно начали сближаться для поцелуя.       ФЬЮ-У-У-У-у-у-у…       Внезапно, людской гул прервал резкий свистящий звук, удаляющийся в небо, чтобы затем…       БАМ!       На небе расцвели огни первого выпущенного фейерверка. Но уже затем целая каскада устремилась ввысь, где расцвела множеством разноцветных огней и искр, подающих с неба и быстро затухающих.       Какаши вновь перевел взгляд на Куренай и Асуму, лишь чтобы заметить, как те замерли в каких-то нескольких миллиметрах друг от друга, а затем и вовсе поспешили отдалиться, с покрасневшими щеками. От вида произошедшего, беловолосый внутренне усмехнулся.       А тем временем Акира наблюдал за происходящем в небе. Эта картина, во много раз превосходило все то что он мог себе представить. Если огонь в его представлении внушал трепет, то взрывающиеся в небе фейерверки вызывали детский восторг.       Единственное что омрачало это событие — маска на лице. Пусть через прорези и было видно все довольно хорошо, но они не позволяли разом охватить всю красоту, заполонившую бескрайнее небо.       «Вот бы избавиться от этой маски.» — Думал Акира, но привычных страхов и отговорок, в противовес этим мыслям, так и не возникло. — «Было бы хорошо.»       К сожалению не сегодня. Но когда-нибудь…