Путь Шиноби: Первые Шаги.

      Получив согласие от Майто на спарринг, я не стал больше тянуть время и, разорвав дистанцию, принял боевую стойку, демонстрируя свою готовность к битве. Густобровый последовал моему примеру и также принял стойку, встав боком. Его правая рука, с прямой ладонью, была выставлена вперед параллельно туловищу, в то время как лева отведена назад. Ноги были расставлены по ширине плеч и чуть согнуты в коленях.       «Впервые вижу такую стойку.» — Подумал я, оценивая своего оппонента.       Потратив всего секунду на анализ, я следом бросился на своего противника. Тот, в свою очередь, также помчался ко мне. Возможности Шарингана позволяли мне оценить противника в кратчайшие сроки, а потому, за мгновение до столкновения, я понял что скорость Майто и близко не так высока, как во время недавней гонки. Он явно сдерживался.       «Я заставлю тебя пожалеть о проявленной жалости.» — Мрачно пообещал в своих мыслях я.       Когда расстояние между нами сократилось до метра с небольшим, густобровый собирался совершить удар правой рукой. Причем, никаких обманных маневров в его действиях я не увидел. Он давал мне шанс увернуться, за что и поплатился.       Действуя в разрез с ожиданиями Майто, я бросился вперед, при этом парируя в сторону летящий в меня удар. Что кстати было сделать не так то просто. Даже сдерживаясь, огромная физическая сила моего оппонента все ещё была высока.       Я заметил как глаза густобрового расширились от удивления. Вот только когда это произошло, мой, выставленный вперед, локоть, уже был в паре сантиметрах от солнечного сплетения противника. Выбив из Майто дух, я намеривался дезориентировать его, чтобы затем провести комбинацию из нескольких болезненных ударов.       Но густобровый сумел избежать моего удара. Хотя я видел по его чакре, что он даже осознать опасности моего стремительного удара не успел. Видимо инстинкты и вбитые в тело рефлексы, позволили ему уклониться от моей атаки, даже когда разум ещё ничего не осознал.       Резко отпрянув назад, Майто следом вновь атаковал правой рукой, на одних рефлексах, что стало для меня полной неожиданностью. К тому же, сравнивая с предыдущим ударом, этот был в разы сильнее и быстрее. Тело густобрового двигалось само по себе, а потому разум его не ограничивал.       К счастью, Шаринган помог мне заметить и осознать летящую в меня опасность. Я попытался уклониться, и частично у меня это вышло, ведь удар прошел по касательной. Но даже остаточной силы удара было достаточно, чтобы меня развернуло в сторону, при это слегка отбросив назад.       — Акира-кун?! Ты в порядке?! — Взволновано прокричал Майто, выглядя испуганным.       И я мог понять, что его так взволновало. Если бы этот удар пришелся в грудь, куда изначально целил густобровый, то мне бы поломало все ребра. А там, возможно, какой-нибудь из осколков мог и сердце с легкими проткнуть.       Благо реакции у меня хватило чтобы увернуть. А если бы ещё получилось предвидеть удар заранее, то я бы не чувствовал сейчас эту ноющую боль в плече.       Я давно заметил что мой Шаринган, пусть и способен предсказывать действия, но только если они были осознанными. Не осознанные же действия, инстинктивные, предсказать можно, но гораздо труднее. Определенный отклик в энергии Инь инстинкты имеют, но гораздо больше они завязаны на энергии Ян, которую Шарингану читать не так то просто.       Потратив пару секунд на то чтобы убрать чувствительность у поврежденного предплечья и не собираясь отвечать на вопросы Майто, я снова ринулся в бой.       Мой оппонент, видя мое приближение, не попытался меня останавливать. Вновь приняв ту же стойку, выражение лица густобрового стало крайне серьезным. Я видел, что теперь он начал воспринимать наш спарринг всерьез. Только вот, видя пассивность в его действиях, я понял что его серьезный настрой был в основном направлен на то, чтобы держать свои инстинкты под контролем.       Очередное сближение, и я вскидываю левую ногу вперед, целясь Майто в бок. Но на пути моего удара уже появилась рука шиноби Конохи, для перехвата. В этот раз предсказав действие противника, я резко опускаю ногу вниз, минуя его захват и целю ему в ноги. Густобровый в этот раз успевает среагировать и просто перепрыгивает мою ногу. А затем, находясь в воздухе, противник совершил собственный удар.       В меня полетела нога Майто, от которой я сразу же увернулся. Но это было только начало. Закрутившись в воздухе от своего первого удара, он следом ударил второй ногой, лишь быстрее закручиваясь. В итоге, используя набранную скорость, он резким и мощным ударом обрушил свою ногу вниз.       Мне не составило труда отпрыгнуть назад, так как я наперед знал о действиях оппонента. Но вот последствий этого удара я никак не ожидал. Обрушившись на землю, удар Майто заставил ту разорвать на куски, оставляя немалых размеров кратер. От места удара пошли множество крупных трещин, и даже произошло небольшое землетрясение.       Полностью защититься, от последствий удара густобрового, я не сумел. Прошедшая по земле тряска на мгновение выбила меня из равновесия, а разлетевшиеся по округе уплотненные куски земли, задели меня. Особого урона они не нанесли, но дополнительной дезориентации прибавили.       К тому моменту как я отошел от последствий атаки противника, Майто успел приземлиться и сократить дистанцию. С его стороны в ход пошли быстрые и хлесткие удары, как кулаками, так и ладонями. Я мог отслеживать его движения, мог предугадывать траектории последующих атак, но вовремя среагировать на обрушившийся на меня молниеносный град ударов, я в полной мере не был способен.       Уйдя полностью в оборону, я пытался анализировать стиль боя густобрового, чтобы попытаться определить подходящий момент для контратаки. И такой момент настал, когда я заметил что в комбинациях ударов Майто есть определенная закономерность.       Проанализировав полученный опыт, я мог предвидеть дальнейшие действия противника несколько дальше, чем при обычном предугадывании по чакре. Дождавшись когда густобровый начнет нужную мне комбинацию ударов, я выбрал определенный момент, чтобы начать действовать.       При очередном замахе для удара ладонью, я начал смещаться в сторону, при этом приготовившись парировать летящий в меня удар. Ладонь Майто пролетела всего в нескольких миллиметрах от моей головы. Использую собственную ладонь, я надавил на руку густобрового, чтобы слегка направить его удар в сторону и заставить развернуться по инерции. Сделать это было крайне сложно. Мне пришлось приложить гораздо больше усилий, чем при первом обмене ударами в начале спарринга.       Зайдя сбоку к противнику, мне открылся вид на его беззащитную спину. Впрочем, ничего сделать я не успел, так как Майто в очередной раз продемонстрировал высочайший уровень реакции. Использовав мою тактику против меня, он дополнительно придал себе крутящего ускорения, чтобы затем совершить круговой удар ногой.       Благо, сейчас у меня было время на то чтобы не только предвидеть действия оппонента, но и начать действовать самому. Резко согнув колени, я пригнулся, чтобы пропустить над собой летящую ногу. Все же, помня насколько разрушительны его удары ногами, принимать их на блок я не намеревался.       Стоило только ноге густобрового оказаться надо мной, как я резко разогнул колени, при это ударяя запястьем по его пятке, тем самым надеясь вывести противника из равновесия.       Но меня постигло очередное разочарование, когда Майто использовал свою опорную ногу, чтобы сделать сальто назад, при этом чуть не попав мне в подбородок.       Сделав ещё парочку сальто назад, шиноби Конохи легко приземлился и вновь принял ту странную боевую стойку, с выставленной вперед рукой. Посмотрев на меня, на его лице появилась улыбка. Мне она показалась самодовольной.       Я уже хотел броситься вперед чтобы продолжить битву, но мне не позволили.       — Думаю этого на сегодня достаточно. — Раздался сверху знакомый голос Намиказе-сана.       Подняв голову, я увидел что у нашего с Майто спарринга были зрители. Намиказе-сан, Рин и Хатаке сидели на одной ветви, в то время как на другой, неподалеку, расположились сокомандники густобрового. Кажется их звали Ширануи и Кутсуя?       — Я ещё могу сражаться. — Попытался я возразить Намиказе-сану.       — Да, можешь. — Подтвердил он мои слова кивком. — Только вот исход спарринга уже ясен. Гай доминировал практически все время схватки, и в дальнейшем мало что изменилось бы.       — У меня ещё есть возможность победить. — Упрямо заявил я, так как у меня ещё оставался козырь.       — Нет. — Твердо высказал блондин. — Я знаю о чем ты подумал. Я уже предупреждал тебя, не использовать эту силу во время спаррингов. Только в бою с врагами.       Так и есть. Мое сильнейшее дзюцу, Экстремальное Клеточное Усиление, позволяет одним ударом разорвать противника в кровавые ошметки. Я прекрасно знаю что его не стоит использовать против союзников но… С Майто Гаем ситуация совсем иная. Он смог подавить меня одной лишь своей физической силой. Даже не используя усиление чакрой. И я почему то был уверен, что густобровый точно сможет выдержать мои сильнейшие удары.       — Ты изначально был обречен на поражение. — Высказал свое мнение Хатаке.       — С чего ты это взял? — Взъелся я на слова беловолосого.       — С того что ты решил уподобиться Гаю, и провести спарринг в чистом тайдзюцу. — Принялся Хатаке пояснять свое мнение. — Гай специализируется исключительно на тайдзюцу и, частично, букидзюцу. Мало кто в Конохе способен посоперничать с ним в этом плане.       — Спасибо за поддержку, мой вечный соперник! — Показал Майто большой палец беловолосому, широко улыбнувшись при этом.       — Другими словами, Гай сражался используя практически все свои силы и возможности, в то время как ты ограничился лишь тайдзюцу. — Продолжил говорить Хатаке, не обратив внимание на слова и действия густобрового. — Ты ведь ещё владеешь ниндзюцу и сюрикендзюцу на высоком уровне. Почему ты сдерживался? — Задав вопрос, с интересом уставился он на меня.       Тот же интерес я заметил и у Намиказе-сана, и у Рин. Ширануи и Кутсуя также с огромным любопытством ожидали от меня ответа.       — Я… — Начал говорить я, но оборвался на полуслове, сам пытаясь понять почему я не стал использовать те же ниндзюцу. — Я хотел проверить свои физическую силу и тайдзюцу. Я посчитал, что если не одолею его в тайдзюцу, что если воспользуюсь ниндзюцу, то значит я признаю собственную слабость.       — Что ты такое говоришь?! — Решил вмешаться Майто. — Твое тайдзюцу очень сильно, Акира-кун! Я сражался с тобой практически в полную силу, и ты не только смог выстоять, но и перейти в контратаку! А если бы ты ещё использовал ниндзюцу, то не знаю, выиграл ли бы я. — С огромным энтузиазмом и восхищением говорил он. — Даже когда мы с Какаши сражаемся, он постоянно использует ниндзюцу, гендзюцу, ловушки и хитрые тактики. Если мой арсенал атак узкоспециализирован но по максимуму отточен, то у Какаши арсенал просто хорошо заучен но зато разнообразен. И это не плохо! Все мы сильны в собственной стезе. — Закончил он свою проникновенную речь.       Слова Майто смогли меня впечатлить. И пусть они не стали для меня откровением, ведь я и так понимал эти истины, но зато они помогли мне немного примириться с мыслями, что есть шиноби, что в чем-то меня превосходят.       «Но это не значит что я не могу их превзойти.» — Решительно подумал я.       Прежде чем я успел приступить к намеченной цели, возле меня приземлилась Рин.       — Ты хорошо сражался. — Похвалила куноичи меня. — Присядь, тебя нужно осмотреть и подлечить. — Мягко начала настаивать она на своем.       — Со мной все в порядке. — Попытался я отмахнуться от помощи, желая побыстрее приступить к тренировкам.       — Да? — С наигранным удивлением, спросила Рин. — Тогда почему у тебя так руки трясутся?       Подняв свои руки на уровень глаз, я понял что Нохара права. Так и не отойдя от куража битвы, я совсем не заметил данный факт. Ведь во время самой напряженной фазы спарринга, именно руками я защищался от молниеносных ударов Майто.       Усадив меня на землю и присев рядом, Рин закатила рукава моей водолазки, открывая вид на мои руки. И сейчас, они представляли из себя один большой синяк. С такими повреждениями, лучше действительно повременить с тренировками.       Пока Рин занималась моим лечением, рядом решил подсесть Майто.       — Ты прости меня за несдержанность. — Посмотрев на мои руки, принялся он извиняться. — Я изначально не хотел сражаться на полную, но после первых обменов ударами, я понял что ты не отступишься пока я не стану серьезным. Кажется я все равно переборщил. — Пытался он объясниться, но получалось у него крайне неловко.       — Я получал ранения и похуже. — Решил я не зацикливать на произошедшем, ведь для меня все эти синяки мелочь.       — И все же прости. — В очередной раз, все так же неловко, извинился он.       — Забудем об этом. — Попытался я закрыть тему. — Мне вот что интересно узнать. Почему твои удары ногами такие разрушительные? Ты ведь не использовал в том ударе чакру. — Отсылался я к удару, разрушившим землю.       — А, это из-за моих утяжелителей. — Легко перешел густобровый на новую тему.       — Утяжелители? — Переспросил я, осознав что все это время сражался противником, чтобы был ограничен.       — Да! Я постоянно их ношу! — И в качестве доказательства, оттянул он с ног оранжевое подобие шерстяных чулок.       За этими чулками оказались два огромных браслета, что полностью опоясывали голени Майто. И к этим браслетам крепились множество грузов.       — И сколько весят эти утяжелители? — Спросил я, так как без знания из какого материала они сделаны, определить на глаз их вес я не способен.       — Примерно полтонны каждый. — Задумчиво ответил густобровый.       — Сколько?! — Не мог я скрыть своего ошеломления.       Причем, не только я был под впечатлением от названных цифр. И только Ширануи и Кутсуя, в сторонке, посмеивались с нашей реакции.