Путь Шиноби: Первые Шаги.

      Третья Великая Война Шиноби закончилась, но конфликты не перестали будоражить Элементарные Страны. В частности, уже год как Коноха и Кумо продолжают воевать.       После того как в Деревне Скрытого Облака выбрали нового Райкаге, коим все же оказался Эй младший, Деревня Скрытого Листа попыталась договориться с ним о подписании мирного договора. Но все надежды на скорое урегулирование конфликта оказались тщетными, когда Коноха получила яростный отказ.       Руководство Конохи рассчитывало на то, что смерть Третьего Райкаге подорвет уверенность и моральных дух шиноби Кумо. Но каково же было их удивление, когда Четвертый Райкаге призвал мстить Конохе за смерть своего отца, и практически все шиноби Кумо его в этом поддержали. Расчеты аналитиков Конохи оказались ошибочными, и вместо пораженческого настроя, Кумо лишь с ещё большим рвением начали сражаться. Все же Эй старший был очень сильно любим своим народом, и прощать его смерть шиноби Кумо не собирались.       Когда стало понятно, что война с Кумо ещё не скоро закончится, многие шиноби Конохи в очередной раз принялись проклинать Третьего Хокаге. Ведь получается что более трех тысяч шиноби Конохи отдали свои жизни чтобы убить Третьего Райкаге и тем самым приблизить окончание войны, а в итоге конфликт разгорелся с новой силой. Более того, Эй старший был довольно рассудительным и умудренным жизнью шиноби, с которым можно было вести диалог, в то время как его сын, Эй младший, чересчур упрям, вспыльчив и не желает идти на компромиссы. С таким гордецом очень сложно было договориться о мире. И хоть сам Хирузен практически не имел никакого отношения к плану по убийству Райкаге и последующим из этого проблемам, многих это не остановило выставить его виновником очередной катастрофы. Все же именно при его правлении это произошло.       Единственное что смиряло шиноби Конохи с продолжающейся войной, так это то что велась она на один фронт и против одного противника. К тому же, уже через несколько месяцев запал Кумо несколько поутих, и больше они не сражались столь же рьяно. И главным фактором, что смог утихомирить шиноби Кумо, был Желтая Молния Конохи.       Как и всегда, Намиказе Минато был неостановим и неумолим. С таким могущественным шиноби на своей стороне, Коноха продолжала теснить Кумо все дальше и дальше вглубь Страны Мороза, понемногу подбираясь к границам Страны Молний.       И вот, после года боев, начались первые попытки двух сторон наладить диалог и наконец положить конец этой войне. Конечно, Четвертый Райкаге, как уже говорилось ранее, вспыльчив и не очень договороспособен, но даже он понимал что так продолжаться не может. Ресурсы Кумо конечны, в том числе и людские.       Но пока Коноха и Кумо ещё только начинают прощупывать друг друга, война все ещё продолжалась. Да, она была вялотекущей, так как обе стороны уже почти выдохлись, но тем не менее кровопролитие продолжалось.       И вот, фронт в Стране Мороза, в очередной раз посетил Минато, чтобы лично проверить положение дел. За этот год внешне он практически не изменился, лишь один примечательный атрибут появился в его внешнем виде. А именно белое хаори с короткими рукавами, доходящее до икр Намиказе. Подол хаори был украшен красным рисунком пламени, а на спине, сверху вниз, красными кандзи было написано Четвертый Хокаге.       После такого как Сарутоби Хирузен ушел в отставку, большинством голосов, в качестве его приемника был выбран Минато. Конечно, кроме Намиказе был ещё один кандидат на пост Хокаге — Орочимару. Один из Саннинов, ученик Хирузена, герой Второй Великой Войны Шиноби. Считалось что Сарутоби отдаст предпочтение именно ему. Но к удивлению многих, Третий Хокаге отдал свой голос за Минато.       Орочимару был определенно популярен. Но в последние месяцы, перед голосование за выбор нового Хокаге, он сильно растерял свою популярность. И виной всему было то, что с тех пор как его призвали на западный фронт, чтобы разобраться с проблемой шиноики, он с головой ушел в свои исследования, позабыв о идущей войне. Такое наплевательское отношение, а также все сильнее проявляющаяся ментальная нестабильность Змеиного Саннина, сделали его кандидатуру неприемлемой для многих членов совета Конохи, и ещё сильнее возвысили фигуру Минато на его фоне.       Но если Намиказе стал Четвертым Хокаге, то что он делал на фронте? Ведь Каге это правители своих селений, и заниматься своими прямыми обязанностями на фронте крайне затруднительно. Ответ был простой — Полет Бога Грома. Именно наличие невероятной мобильности, позволяло Минато, помимо управления деревней, продолжать сражаться с Кумо и поддерживать свои войска. Чего не мог себе позволить ни один из ныне живущих Каге.       Но прямо сейчас его целью пребывания на фронте было не очередное сражение с шиноби Кумо, а личный интерес. За последний год он потратил много времени и сил чтобы выследить одного конкретного шиноби. К сожалению, искомый шиноби был изворотлив и неуловим, прекрасно зная методики поиска следопытов Конохи и как избегать их преследования.       Лишь несколько дней назад, Минато наконец смог определить примерное местоположение своей цели и отправился прочесывать территорию. И вот, после ещё двух дней поиска, Намиказе увидел в отдалении, между деревьями, мерцающий свет костра. Быстро преодолев расстояние до источника огня, его взгляд тут же наткнулся на того, кого он выискивал последний год. Мальчика семи лет, завернутого в темный плащ и с безликой маской на лице. Это был Акира.       «А он подрос.» — Успел мысленно отметить Минато, прежде чем ему пришлось перехватывать брошенные в него кунаи.       Следом, заметив как Акира складывает пальцы в печать концентрации, Минато понял что пойманное им оружие с сюрпризом и поспешил выкинуть его далеко в сторону. Сделал он это очень вовремя, так как вскоре выброшенные кунаи мощно взорвались.       Поняв что его атака была неудачной, Узумаки уже вскочил на ноги и собирался бежать, попутно складывая печати для какого-то дзюцу, но Намиказе действовал быстрее.       — Постой! — Прокричал блондин, попутно вскидывая руки вверх, тем самым показывая свои мирные намерения. — Я пришел не драться с тобой! Я просто хочу поговорить! Уверяю, после разговора я уйду! — Пытался он убедить мальчика в своей искренности и в том, что ему ничего не угрожает.       Акира закончил складывать печати, но все же остановился и не стал бежать, пусть и не развеял созданное ниндзюцу. Он не верил словам Минато, но решил выждать некоторое время. Будь то для того, чтобы найти слабость Намиказе, составить более подробные планы атаки или же побега, а также послушать о чем собирается говорить шиноби Конохи.       Минато, поняв что ему все же дали шанс, чуть улыбнулся. Не опуская рук и стараясь не делать лишних движений, он продолжил говорить.       — Прежде всего я хотел бы извиниться за то что произошло, и что я не смог объясниться перед тобой раньше. — Начал издалека Намиказе. — Я знаю что Рин была очень дорога тебе. Она всем нам была дорога. И её потеря оставила неизгладимый след. — Пытался он подойти к этой теме деликатно, чтобы сразу не настроить против себя мальчика.       Но Акира нечего не ответил и даже никак не отреагировал на слова Минато. Все также продолжая неотрывно следить за блондином и не развеивая дзюцу.       — Знаешь, Какаши до сих пор не оправился от смерти Рин. Я даже направил его служить в АНБУ, под мое командование, надеясь что работа поможет ему пережить горе. Пока что успехи не велики, и его продолжают мучать кошмары. Но по крайней мере, он частично преодолел свою апатию. — Все продолжал говорить Намиказе, прекрасно понимая что чем больше он говорит, тем сильнее он вовлекает в разговор Узумаки.       Акира же молчал. Хорошим знаком было то, что он ещё не начал действовать и продолжал слушать, а значит методика Минато работает.       — Какаши… он не хотел убивать Рин. — Подобрался блондин к самой щепетильной теме. — АНБУ Кири похитили Рин и насильно запечатали в ней треххвостого, чтобы по возвращению в Коноху демон вырвался, убивая не только её но и всех жителей деревни. Рин… она… знала какие планы насчет неё у Кири и решила пожертвовать своей жизнью чтобы спасти Коноху. Она… бросилась под атаку Какаши, что намеривался вступить в бой с преследующими их АНБУ Кири. — Аккуратно и неспеша, поведал он истинную историю произошедшего год назад.       Прослушав объяснения Минато, Акира все также продолжал молчать, но вот кроткая дрожь в сложенных руках, которую он быстро подавил, все же показала что он не остался равнодушен. Вот только какие именно эмоции сейчас испытывает мальчик под маской, блондину сложно было сказать.       — Так же, помимо извинений, я хотел бы поблагодарить тебя за помощь в войне с Кумо. — Перешел Намиказе на другую тему, чтобы попытаться ободрить или наоборот успокоить Узумаки. — Я читал множество отчетов о том, что на фронте есть третья сторона, сражающаяся с Кумо. Я сразу узнал твой почерк в местах прошедших боев. А потому я ещё раз хочу выразить благодарность за то, что ты, не смотря на возникшие между нами разногласия, продолжаешь помогать Конохе в войне. — И в качестве подтверждения своей искренности, он впервые за весь разговор пошевелился, чтобы низко поклониться мальчику.       Действия Минато на миг насторожили Акиру, и тот чуть не применил заранее заготовленное ниндзюцу. К счастью, своими словами Намиказе все же смог в какой-то мере расположить к себе Узумаки, а потому красноволосый остановил сам себя и не стал атаковать.       Что касается слов Минато о том, что Акира продолжает воевать за Коноху, то это была не правда. После того как мальчик, в ту роковую ночь, сбежал из лагеря Конохи, он не знал что ему делать. Он оказался потерянным, преданным. Единственное что ему оставалось, так это делать то что он умел лучше всего — сражаться, убивать и выживать. Какое-то время он сражался с шиноби Кири, но затем Мизукаге запросил перемирия и его войска были отозваны с континента.       Лишившись, одного из смыслов существования, он начал бродить по Стране Горячих Источников, живя где придется и питаясь всем чем под руку попадется. Так он и бродил несколько недель, пока не узнал что в Стране Мороза все ещё идет война. Акира направился туда, ведь сражаясь и убивая шиноби Кумо, можно было обирать их трупы на наличие расходников и припасов, чтобы выжить. Более того, имея опыт диверсий вражеских тылов, что он приобрел в составе команды Намиказе, Узумаки мог не беспокоиться о том чтобы жить впроголодь, как в первые месяцы после смерти мамы.       Так он и жил, нанося укусы Кумо, пока основное их внимание было сосредоточено на Конохе. Акира вернулся к ведению одиночной партизанской войны. Ведь как жить по другому, он не знал. А если и знал то не хотел, так как потерял веру в этот мир.       Не догадываясь о мотивах Узумаки и о тех мыслях крутились у него в голове, Намиказе тем временем вернулся в вертикальное положение и посмотрел на мальчика.       — За этот год много чего чего изменилось. — Продолжил свой монолог Минато. — Я вот например стал новым Хокаге. Гляди! — И дабы похвастаться, он развернулся и открыл Акире свою спину, при этом сложив ещё поднятые руки в кулаки и большими пальцами указывая на надпись на хаори. — Теперь я Четвертый Хокаге. Я добился той цели к которой так долго стремился и теперь надеюсь с помощью своего положения исполнить свою мечту.       Акира, как и прежде, оставался молчаливым и безучастным.       — Я однажды поделился своей мечтой с Обито и Какаши, но у меня так и не выдалось возможности поведать её тебе. — Продолжал распинаться Намиказе. — На самом деле это наша общая, с Джирайей-сенсеем, мечта — прекратить все войны и создать мир, в котором люди перестанут ненавидеть друг друга. Я знаю что звучу излишне идеалистично, но таков уж я. — Вновь развернувшись к Узумаки, подарил блондин ему свою улыбку.       Акира оставался безмолвным.       — А ещё я хочу подарить этот мир моему сыну, чтобы он не знал ужасов войны и жизни шиноби. — После этих слов, Минато вновь заметил как Акира еле заметно дрогнул. — Да, скоро у меня родится сын. Мы с моей женой, Кушиной, решили назвать его Наруто, в честь главного героя из книги Джирайи-сенсея. — И вновь блондин заметил как мальчик еле заметно дрогнул, но с чем именно была связана эта реакция, он объяснить не мог. — И знаешь, я бы очень хотел чтобы у Наруто был старший брат, что смог бы позаботиться о нем. Обучать и защищать. Я бы хотел, что бы у него был такой старший брат как ты. — Сделал он прозрачный намек.       Акира молчал.       — Это все о чем я хотел с тобой поговорить. Мне уже нужно уходить. — И вновь Минато развернулся, подставляя свою открытую спину в знак доверия. — Надеюсь ещё увидимся, Акира-кун. — Повернув голову в бок, подарил он мальчику последнюю улыбку и зашагал прочь.       Узумаки следил за удаляющейся спиной Намиказе. Только когда блондин исчез, телепортировавшись при помощи дзюцу Полета Бога Грома, мальчик рассеял заготовленное ниндзюцу и позволил себе расслабиться. Он медленно опустился на поваленное дерево, что лежало возле все ещё горящего костра, и устремил свой взгляд в ночное, безоблачное небо.       Разум Акиры был пуст, слишком много разной информации свалилось на него, и он не мог быстро её усвоить. Почему-то он чувствовал себя ментально выжатым. Множество разных эмоций он успел пережить за время не такого уж длинного монолога Минато.       И вот, в этом пустом разуме, неожиданно вспыхнула одна мысль.       «Может, ещё все наладится?» — Теплился в сердце Узумаки крохотный, готовый в любой момент потухнуть, огонек надежды.       В этот момент подул сильный и холодный ветер. Акира по привычке начал кутаться в плащ, чтобы спастись от пронизывающего ветра. Наступающая зима в Стране Мороза обещала быть суровой.       Все ещё смотря в небо, красноволосый заметил как ветер сорвал с, почти полностью облысевшего, дерева крупный желтый лист. Под завихрениями ветра, этот лист начал кружиться в воздухе, словно танцуя. Но вот ветер утих, а вместе с ним и желтый лист перестал парить в воздухе и начал плавно падать. Лист все падал и падал, но к сожалению для него, ему не суждено было безопасно приземлиться.       Под несчастным листом оказалось пламя костра, языки которого начали касаться листа. Потребовалось всего мгновение чтобы желтый лист воспламенился, а затем быстро сгорел в огне.       Лишь яркая но мимолетная вспышка была единственным что желтый лист оставил после себя.