СЕУЛЬСКИЙ СОУЛМЕЙТ

Молодая девушка двадцати двух лет в рваных джинсах и бирюзовой ветровке стояла в зале аэропорта Инчхона, с интересом разглядывая все вокруг. Ее самолет пятнадцать минут назад прилетел из Бангкока, в котором она жила все это время. Мать отказалась от нее еще в роддоме, а все свое детство та провела в приюте, который не отличался образцовыми показателями. Это было настоящее поле боя, в котором Ву Ари училась выживать. Естественно, ни о каких манерах и примерном воспитании тут и речи не шло, ибо весомым аргументом в общении являлся отборный мат, а оружием против врагов — крепкие кулаки. Недоброжелателей у девушки хватало, ведь она еще с детства поняла, что как бы больно и обидно не было, нельзя показывать свою слабость. Поэтому Ву училась не только покрывать всех трехэтажным матом, но и защищать саму себя. Правда одной не всегда удавалось выстоять среди стаи хищников и Ари частенько оказывалась в медчасти с множественными ушибами и синяками. Однажды ее сильно избили старшие за то, что она стащила у них несколько мандаринок на кануне Рождества. С одной стороны, ей не хотелось проводить в одиночестве этот светлый праздник и остаться без подарка. Эту единственную радость в жизни сиротам обеспечивала мэрия города и хоть презенты не были дорогими, но все же грели душу. К тому же, если повезет, то в них можно было найти новую одежду взамен поношенных обносков от старших. С другой же стороны, эти подарки еще нужно было отвоевать у них, а Ву и так нехило досталось. Сидя у окна и смотря на то, как люди суетились, закупаясь подарками, она мечтала о своем доме и большой семье. Ей очень хотелось, чтобы однажды за ней пришли хорошие люди и приняли как родную дочь, а она бы в свою очередь любила их всем сердцем и никому в обиду не давала. За этими мечтами девушка не заметила, как к ней в палату вошел юноша с пакетом в руках. Сенджун был единственным другом Ари, с которым они вместе делили все радости и горести. Только ему она могла поведать о своих сокровенных мыслях, зная, что тот о них никому не расскажет. Парнишка был младше на год и физически слабее, поэтому Ву приходилось частенько его защищать, словно бы тот являлся ее младшим братом. За это друг всегда делился с ней ворованными вкусняшками из столовой. Вот и в этот раз он украл подарок, который предназначался девушке, а еще накидал в пакет целую кучу мандаринок, которые она так любила. На этот праздник мэрия расщедрилась и подарила всем модную одежду. Ву развернула из упаковки бирюзовую ветровку, которая была ей немного великовата. На парне была такая же только красного цвета. Друзья еще долго сидели в спокойной обстановке, уплетая сладкие фрукты и мечтая о лучшей жизни. Ари даже и не подозревала, что видела Сенджуна в последний раз. Ее выписали через два дня после Рождества, и она сразу же пошла к другу в комнату, где обнаружила верхний ярус кровати без постельного белья. Одеяло было аккуратно сложено на подушке, а это могло означать только два варианта: либо парня усыновили, либо… Нет, девушка не хотела об этом думать, но соседи по комнате упорно молчали, опуская глаза. Тогда она побежала в административную часть, где ее страшная догадка подтвердилась. Директор сказал, что с Сенджуном произошел несчастный случай, в результате которого тот поскользнулся в душе и ударился виском об острый угол. Ву не желала верить в этот бред, поэтому пошла в душевую комнату и все внимательно осмотрела. Конечно же, она не нашла там острых углов, которые могли повлечь при ударе смерть. Отсюда следовал только один вывод — ее другу проломили череп. Девушку накрыло такое отчаяние и безысходность, что слезы безудержным потоком хлынули из глаз и она не пыталась их сдерживать. Ари просидела там до вечера, обдумывая план мести, но проблема заключалась в том, что неизвестно, кто конкретно виновен в этом. Понадобился месяц, чтобы выяснить это и тогда в столовой она внезапно напала на компанию старших. Злость и ненависть завладели ее разумом до такой степени, что Ву перестала отдавать отчет своим действиям. Со стороны это выглядело полным безумием, ведь она молниеносно наносила удары палочками для еды. В итоге вся компания была доставлена в городскую больницу с многочисленными колотыми ранениями. Нарушительницу порядка поместили в изолятор, где содержались провинившиеся воспитанники, а затем за ней приехал инспектор по делам несовершеннолетних. После недолгих разбирательств ее перевели в детскую колонию, где она реально прошла все круги ада. Избиение авторитетами и групповое изнасилование надзирателями, казалось бы, должны были сломать психику подростка. Однако, как не странно, это только закалило ее характер и укрепило уверенность в том, что в этом мире выживает сильнейший. Директор приюта отказался возвращать свою воспитанницу обратно, поэтому той пришлось приспосабливаться к местным условиям. Для того, чтобы выжить Ву просто необходимо было научиться драться. Ей очень не хотелось просить кого-то об одолжении, поэтому она смотрела на других и пыталась повторить за ними. Так ее жалкие потуги заметил один из старших надзирателей, который имел весомый авторитет среди других. Он позвал Ари к себе и предложил обучить основам айкидо, но взамен она должна четыре раза в неделю ложиться с ним в постель. Девушка поначалу воспротивилась этому, помня, как ее в душе изнасиловали трое отморозков, но после этого разговора избиения и домогательства только участились. Здраво рассудив, что ей здесь находиться еще два года и без покровителя явно не выстоять, она все же решила согласиться на эти условия. Надо отдать должное мужчине, потому как он не был груб со своей подопечной и хоть ту теперь все звали «подстилкой», но никто тронуть не решался. Ву было плевать на это, ведь теперь она могла спать спокойно, а покровитель научил ее всему, что знал сам. Ари схватывала все налету и всегда старалась закрепить полученные знания, когда выдавалось свободное время. Она даже научилась получать удовольствие от секса со старшим и это больше не казалось ей чем-то омерзительным. Однако спокойные дни закончились, когда того уволили за какое-то нарушение из колонии и подростку пришлось кулаками доказывать свою независимость. День ее выпуска стал самым счастливым, потому как открывал путь к долгожданной свободе. Девушке вручили удостоверение личности и сберегательную книжку, денег которой хватило на съем крохотной комнаты на крыше и покупку новой одежды. Закупленная еда закончилась ровно через неделю, а потом пришлось искать хоть какую-то работу, чтобы не помереть с голоду. Днем она развозила пиццу, а по вечерам подрабатывала грузчиком, причем бралась за любые виды тяжести. Выходной устраивала себе раз в месяц, где наедалась до отвала и напивалась в стельку. В такие моменты она смотрела на звезды и вспоминала Сенджуна, а также их обещание друг другу найти свой рай в этой жизни. Друг нашел его раньше, а вот Ву еще предстояло побороться за место под солнцем. Наверное, это так и осталось мечтой, если бы не вмешался случай. Придя на очередную подработку поздно вечером, Ари поручили погрузить в грузовик большое количество коробок с обувью. Она справилась с этим быстро, но в какой-то момент взяла очень много, и они рассыпались по фургону. К большому удивлению, в коробках вместо обуви обнаружились пачки денег и пакеты с белым порошком. Девушка сразу смекнула, что дело пахло криминалом, поэтому быстро собрала все обратно, прихватив с собой несколько пачек. Получив обещанное вознаграждение, она как ни в чем не бывало вернулась домой, заскочив по дороге в магазин и накупив всего, что душа пожелала. Правда на следующий день к ней ворвались вооруженные громилы и в грубой форме потребовали вернуть деньги. Ву отдала лишь часть того, что у нее было, а на недостающую сумму бандиты поставили ее «на счетчик», дав три дня, чтобы вернуть долг. Взяла-то она совсем немного, а возвращать нужно было в три раза больше и за такой короткий срок это не представлялось возможным. У девушки не оставалось выхода, как собрать свои пожитки в небольшую сумку и прихватив оставшиеся деньги, свалить из этой страны. Южная Корея радовала душу своими возможностями, да и к тому же в ней было легко затеряться. Ари предвкушала начало новой жизни, поэтому решила лететь сразу в Сеул. Корейский язык она начала учить сразу, как только вышла из колонии с помощью мобильного приложения. Было немного сложно разобраться в некоторых произношениях, но в целом ее тайский акцент не так сильно резал по слуху. Девушка надеялась, что со временем тот совсем пропадет, если будет постоянно общаться на корейском. Она глубоко вздохнула и направилась к выходу, намереваясь прошвырнуться по дешевым отелям в поисках ночлега. Однако судьба и тут решила подкинуть ей подлянку, столкнув с двумя серьезными типами в деловых костюмах. Ву зазевалась, глазея по сторонам и практически была сбита этими мордоворотами, отчего выронила сумку на землю. — Эй, под ноги смотреть не учили? — грубо спросила она, отряхивая свои рваные джинсы. — Будет тут всякий сброд еще тявкать, — накинулся было на нее один из парней. — Оставь ее, Тэянг, — остановил друга второй. — Нужно выполнить задание босса. Парень поднял свою сумку, которую Ари выбила у него из рук своим падением, а затем они оба вошли в здание аэропорта. Хорошо же ее встретила новая страна, нечего скажешь. В первый же день нарвалась на каких-то «шкафов», у которых вместо мозгов были мышцы. Подняв свою сумку, она отправилась на автобусную остановку, откуда поехала в столицу. Девушка смотрела на открывающуюся красоту с восторгом в глазах и понимала, что именно где-то здесь должен быть ее рай. Погуляв по улицам и попробовав корейскую еду, которая ей понравилась больше, чем тайская, она нашла недорогой отель на окраине города. Кинув сумку на пол уютного номера, первым делом Ву приняла душ, а затем, закутавшись в полотенце, села в кресло перед огромным окном. За ним открывался потрясающий вид на ночную столицу, который захватывал дух и отчего непременно захотелось выпить. Девушка еще в аэропорту прикупила две бутылки соджу и теперь полезла в сумку, чтобы попробовать этот алкоголь на вкус. Однако стоило ей расстегнуть молнию, как глаза мгновенно округлились, а сердце учащенно забилось. Вместо своих привычных вещей она обнаружила там пачки денег, которые до отказа заполнили сумку. В надежде, что все это чудиться Ари вытряхнула ее содержимое на пол, а затем и сама опустилась на него, не веря своим глазам. Что же это получается, те два «шкафа» перепутали сумки и в спешке схватили ее? Обе вещи были черного цвета, только ее с синей полосой, а их — с красной, но они оказались настолько узкими, что разница практически не бросалась в глаза. Вот те на, стоило уходить от одной бандитской шайки, чтобы тут же вляпаться в другую криминальную историю. На этот раз сумма в несколько десятков раз превышала ту, что она украла тогда. Что же теперь делать? Попробовать вернуть, но кому? Да еще и неизвестно, что это за бандиты и оставят ли они ее после этого в живых. Однозначно они будут искать свои деньги и вспомнят этот случай в аэропорту, а значит, рано или поздно найдут виновницу. Нет, не для того она сбегала из ада, чтобы ее опять туда вернули и раз уж судьба подкинула такую «медвежью» услугу, нужно было с умом воспользоваться ей. На следующее утро начальник главного управления полиции Сеула Мин Юнги получил очень странный звонок из Рима. Дело в том, что именно оттуда он недавно получил партию отборного героина и именно за него вчера его парни должны были передать деньги в аэропорту. — Юнги, мы ведь с тобой не первый год являемся партнерами по бизнесу, — сказал грубый голос на английском языке на том конце связи. — Конечно Стефан и я ценю твою преданность нашему синдикату, — ответил тот. — Ценишь, говоришь? Поэтому ты прислал мне поношенное шмотье и две бутылки вашего пойла, чтобы я не захлебнулся слезами обиды? — Я не понимаю, о чем ты? — Реально не понимаешь или прикидываешься? — Да ты можешь толком объяснить, в чем дело? — Сейчас скину фотки твоей посылки. Мужчина глазам не поверил, когда увидел снимки, поэтому поспешил ответить: — Я понятия не имею, что это такое. Ты уверен, что это именно моя посылка? — Конечно, ведь мой человек получил ее лично от твоих парней. Юнги, мне очень не хочется думать, что ты решил кинуть меня на бабки, поэтому приму это как неудачную шутку. У тебя есть неделя, чтобы вернуть деньги, а иначе лишишься не только положения, но и головы. — Я тебя понял, Стефан. Не волнуйся, я найду виновных и верну все, что тебе причитается. Тридцатидвухлетний мужчина достал из пачки дорогую сигарету и закурил прямо у себя в рабочем кабинете. Властное лицо со шрамом, проходившим через левую бровь и до середины щеки, выглядело спокойным, хотя в голове была куча вопросов. Его парни вчера доложили, что успешно выполнили задание и они не могли его обмануть, ибо все знали, что с ним шутки плохи. Мин Юнги давно понял, что рядовым полицейским никогда не дослужиться до начальника без посторонней помощи. Ее-то и предложила одна преступная группировка, в которую входили влиятельные люди Сеула. Им в свою очередь нужен был свой человек в полиции, который бы закрывал глаза на незаконную деятельность и смог защитить в случае чего. Несколько удачных сделок, ворованных улик и замятые дела по торговле наркотиками открыли парню не просто лестницу, а карьерный эскалатор. Поднимаясь по нему, он за три года занял место бывшего начальника в своем отделе, а затем и вовсе перебрался в управление. Влиятельный синдикат был им доволен, поэтому Мин быстро обзавелся в их кругах собственным авторитетом. В преступном мире он слыл безжалостным, наглухо отбитым питбулем, который вгрызался в глотку жертве и не отпускал, пока та не отдавала богу душу. Все знали о его ужасной привычке засовывать провинившегося в кожаный мешок из-под боксерской груши и лично выколачивать из него признание. Поэтому приказы главного четко выполнялись, и никто не посмел бы пойти против него, тем более его два верных пса. Тэянг и Ханджун были лично им воспитаны и уже много лет служили верой и правдой. — Босс, мы правда все отдали, как Вы и велели, — сказал Ханджун, стоя на коленях в пустом спортивном зале и с опаской поглядывая на две боксерские груши, что висели у противоположной стены. — Тогда как ты объяснишь вот это? — спросил тот и ткнул в лицо парня свой телефон с фотографией, которую ему переслал Стефан. — Босс, я не знаю, но поверьте, мы не на секунду не выпускали сумку из рук. — Уверены в этом? — Да. — Нет, — тут же ответил Тэянг. — У входа в аэропорт в нас врезалась какая-то рваная нищебродка. — Точно, — вспомнил его напарник. — Из-за пробок мы немного опаздывали, поэтому спешили, а она глазела по сторонам, вот мы и столкнулись. — Видимо, в тот момент и произошла путаница с сумками. — Как-то все это неправдоподобно выглядит, — сказал Мин, надевая на руки боксерские перчатки. — Босс, уверяю Вас, все так и было, — ответил Ханджун, но тут же его голова откинулась от мощного удара. — Вы оба получаете неплохой процент от всех сделок, так неужели вам стало этого не хватать, что позарились на чужое? — Нет, босс, это не так, — ответил Тэянг. — Мы благодарны за Ваше великодушие и никогда не посмели бы так поступить с Вами. — Не посмели, но все же подвели меня! — взревел мужчина и со всей силы врезал парню по челюсти. — Вы хоть знаете, что с итальянской мафией шутки плохи? Они не дадут вам второго шанса, а просто покромсают на куски и скормят акулам! — Простите, босс, это наша вина, — сказал Ханджун, опустив голову и ожидая второго удара, но его не последовало. — Конечно ваша и, если в течении четырех дней вы не решите эту проблему, висеть вам на крюках вместо тех груш. Всю ночь Ари плохо спала из-за кошмаров. Ей снились бандиты, которые гнались за ней и пытались выпотрошить ее внутренности, чтобы найти там свои деньги. Проснувшись в холодном поту, она сходила в душ, а затем еще раз проверила сумку в надежде, что вчера ей все это приснилось. Однако деньги по-прежнему находились на месте и девушке пришлось задуматься над тем, что же делать дальше. Первым делом в онлайн-магазине она заказала новую одежду и сумку другого фасона и цвета. После того, как ее заказ доставили, Ву переоделась и переложила пачки, накрыв их старыми вещами. Здраво рассудив, что в Сеуле оставаться опасно, она направилась во второй по масштабности город Пусан. Здесь ей удалось снять двухкомнатную квартиру с видом на море и устроится на работу в пиццерию. Платить обещали не шибко много, но девушке хватило бы, чтобы за год восполнить то, что она одолжила у бандитов. Деньги Ари положила в камеру хранения, а ключ от нее спрятала в коробке среди других бытовых мелочей. Туда же положила блокнот, в котором написала недостающую сумму и расписала, за какое время должна ее пополнить. Однако она все же надеялась на чудо и что бандиты не смогут ее найти, а значит, все деньги достанутся ей. Их хватило бы на покупку своей квартиры с недорогой машины и еще осталось, чтобы подумать о своем бизнесе. Правда девушка еще не знала, чем бы именно хотела заняться, ведь ее опыт работы сводился к доставке пиццы. Возможно, стоило открыть свою пиццерию или организовать компанию по доставке и не только еды. Конечно, для начала нужно было изучить рынок спроса и пройти хотя бы онлайн-курсы по основам бизнеса. Вообще в мечтах была безбедная жизнь, с шикарными апартаментами и обедами в дорогих ресторанах. На счету должно быть большое количество нулей, которые и за всю жизнь-то не потратить. Это конечно, в идеале, ну, а пока нужно было начать с малого и в первую очередь убедиться, что в ее жизни больше не будет места криминалу. Возможно, при других обстоятельствах все так и сложилось бы, но на кону стояли большие деньги и репутация начальника главного управления полиции. Его люди «носом рыли землю» в поисках Ву и начали они с аэропорта. Запросив все записи с видеокамер, а также списки прилетевших в этот день пассажиров со всех рейсов, удалось быстро установить ее личность. Проследив маршрут следования, Тэянг с Ханджином вычислили отель, в котором та ночевала и в ближайшей мусорке нашли ту самую сумку, где хранились деньги. По записям с видеокамеры отеля, они нашли такси, на котором уехала девушка и расспросив водителя, выяснили, что он высадил пассажирку на автобусной станции. — Там она купила билет в Пусан, — закончил доклад Тэянг, стоя в кабинете у начальника. — Пусан, значит, — постучал пальцами по поверхности стола тот. — Узнали на кого она работает? — Нет, босс, — ответил Ханджун. — Ву не числится по нашим базам данных, поэтому мы сделали запрос в Бангкок. Там она проходила по делу о нанесении тяжких телесных повреждений в приюте. На тот момент девушка являлась несовершеннолетней, поэтому была отправлена в исправительную колонию. После выхода оттуда ее след потерялся, возможно, она перебивалась частными подработками. — Интересно, она участвовала в драке или сама пострадала? — Ву была ее зачинщицей и отделала троих парней простыми палочками для еды. — Палочками?! — Да. — А причина такого поведения? — Говорила, что мстила за друга, которого якобы те убили в душе. — Информация подтвердилась? — Там вообще какая-то мутная история. В деле Кан Сенджуна записан несчастный случай, якобы он сам поскользнулся на мокром полу и ударился об угол виском. Расследование провели поверхностно, потому как не нашли никаких улик, подтверждающих убийство. — Босс, я думаю, девушка никак не связана с криминалом, — предположил Тэянг. — Хоть и вела она себя дерзко, но судя по ее поведению до момента заселения в отель и понятия не имела, что находится у нее в сумке. Все случившееся — это просто стечение случайных обстоятельств, никак не связанных с синдикатом. — Случайности не случайны, но хорошо, если это так, — ответил Мин. — Нужно найти ее как можно скорее, пока она не спустила все мои деньги. — Босс, но в Пусане ее след потерялся, и чтобы напасть на него снова понадобиться больше, чем неделя, — сказал Ханджун. — Значит, задействуйте все полицейские отделы. Скажите, что разыскиваете особо опасную преступницу. Из-под земли достаньте мне ее. — Да, босс. Вечером мужчина ужинал в ресторане с известным конгрессменом, который возглавлял преступный синдикат. Мин в знак уважения налил из маленького чайника в чарки алкоголь и после того, как они выпили его, приступили к еде. — Слышал, твои люди опрохвостились на недавней сделке и теперь ты должен итальянским поставщикам немалую сумму, — сказал мужчина. — Откуда такая информация? — поинтересовался начальник полиции. — Слухами Земля полнится, не знал об этом? — Я доверяю лишь фактам, слухи меня не интересуют. — А вот я должен прислушиваться ко всему, ибо каждый вздох в неправильном направлении может испортить репутацию моего синдиката. Так, что, Юнги, слухи правдивы? — Даже, если и так, то это мои проблемы, и они никак не повлияют на нашу деятельность. — Уверен? — На все двести процентов. — Хорошо. Надеюсь, в будущем у тебя не возникнет больше таких проблем. — Я никогда Вас не подводил и в этот раз не собирался, просто возникло глупое недоразумение, которое я уже почти разрулил. — Почти не считается. Нужно, чтобы его совсем не было. Ты ведь помнишь, кому обязан своим повышением? — Такое мне никогда не забыть, конгрессмен Пак. — Вот и хорошо. Верный пес никогда не укусит руку хозяина. Мин улыбнулся одними уголками губ, но глаза его при этом оставались холодными. На самом же деле в душе клокотала злость за то, что его назвал собакой тот, кто погряз в коррупции и разврате. Все знали, что конгрессмен для своих сексуальных утех предпочитал подростков обоих полов от тринадцати до шестнадцати лет. Их ему поставляли не только из этой страны, но и из близлежащих. Использованный товар потом перепродавали в бордели, с которых тот имел нехилый куш. Для Юнги такое увлечение было омерзительным, ибо в прошлом его младшая сестра подверглась насилию маньяка, который до этого надругался и убил еще пятерых школьниц. Видя убитых горем мать и бабушку, мальчик пообещал сам себе, что отомстит за свою сестру, поэтому после окончания школы поступил в полицейскую академию. Годы учебы не прошли даром, прививая чувство справедливости, выносливость и хорошую физическую форму. Однако разочарование пришло сразу же после того, как парень поступил на работу в местный полицейский участок. Раскрываемость преступлений здесь была низкая, каждое второе дело — висяк, но самое поганое, что повышение получали только те, кто в прямом смысле слова лизал задницу начальству. Молодой полицейский не хотел прогибаться под эту систему и какое-то время пытался бороться. Однако, как говориться: «Один в поле не воин» и поработав несколько месяцев без премии, бросил эту затею. Парень и вовсе опустил руки после того, как в суде оправдали педофила из-за недостаточности улик. Правда потом выяснилось, что они таинственным способом исчезли из дела, а адвокат с прокурором после этого обзавелись крутыми тачками. Поняв, что вся эта система прогнила насквозь и ей нельзя противостоять, Мин хотел уволиться. Однако шеф предложил ему другой вариант решения проблемы. Тот мог восстанавливать справедливость в преступном мире своим способом, обходя суд, но для этого ему нужна была власть. Причем такая, чтобы этот самый преступный мир сам его боялся, а взамен Юнги должен был закрывать глаза на некоторую деятельность. Наркотики хоть и считались злом, но приносили не только огромную прибыль, а еще и уважение в высших кругах. Парня прельстило то, что, заработав авторитет, он смог бы сам вершить свой суд над педофилами и сексуальными маньяками. По иронии судьбы его восхождение к власти обеспечил такой же преступник, занимавший высокое положение в элите. Мин с огромным удовольствием свернул бы ему шею, но пока это не представлялось возможным. Сейчас же его больше заботило то, что в окружении завелся «крот», сливающий информацию. Тэянг и Ханджун вне подозрений, хотя о проблеме знали только они трое. Выходит, кто-то прослушивал телефон мужчины или же в его кабинете установили жучок. Подозрения подтвердились, когда спецы нашли прослушивающие устройства в цветке и шкафу, а по сему «кротом» был кто-то из своих. Вопрос лишь в том, какая крыса почувствовала себя бессмертной и посягнула на место самого Мин Юнги? То, что под него копали было очевидно, но где он дал осечку, если выполнял работу безупречно? От тягостных мыслей его отвлек звонок офицера полиции из отдела одного из районов Сеула, который сообщил о поимке очередного сексуального маньяка. Встав во главе сеульской полиции, мужчина дал всем подразделениям негласное указание, чтобы всех сексуальных маньяков не регистрировали сразу, а везли сначала к нему в бойцовский клуб. Он располагался на окраине города и помимо нелегальных боев там имелся один закрытый зал, оборудованный шумоизоляцией. В нем-то Юнги и выколачивал из преступников признания своим изощренным способом. Сейчас ему доложили, что маньяк уже подготовлен и ждет своего допроса. То, что нужно, чтобы выпустить накопившийся негатив. Мужчина подъехал к зданию, когда уже стемнело и пройдя в специальное помещение, снял кожаный плащ, кинув его Ханджуну. Тэянг подал ему боксерские перчатки и пока тот их подгонял под себя, доложил информацию о преступнике: — Чхве Сонмин, двадцать девять лет. Работает учителем истории в старшей школе. Неоднократно домогался своих учениц, но прямых доказательств нет, потому как всячески запугивал своих жертв. — Они готовы дать показания? — спросил начальник. — Да, босс. — Отлично! Сначала Юнги нанес несколько ударов, а затем, услышав приглушенные мольбы о пощаде, обрушился на несчастного словно тайфун. В такие моменты его разум отключался, а перед глазами стояла лишь одна картина истерзанной сестры, которая точно также просила маньяка смилостивиться над ней. Ханджун давно уже изучил повадки своего хозяина, поэтому передвигался вместе с ним, чтобы не попасть под раздачу, придерживая снаряд двумя руками. Голос из кожаного мешка затих, а Мин все продолжал лупить по нему, пока последняя капля злости не покинула его душу. Тяжело дыша, он отошел в сторону, давая парням снять преступника с крюка. Они открыли верхнюю часть мешка, откуда сразу же вывалилось кровавое месиво, которое недавно было человеческим лицом. Мужчина еще дышал, поэтому начальник главного управления полиции, сняв перчатки, присел перед ним на корточки и взяв за волосы, заглянул в глаза учителю. — Значит, вместо того, чтобы преподавать ученикам историю, ты предпочитаешь сам изучать их анатомию? — ледяным голосом спросил он. — Простите, — пролепетал тот. — Я обещаю, что такого больше не повториться, только пощадите меня. — Наверняка дети тоже умоляли тебя, но ты ни разу не остановился. Таким мразям как ты не место в этой жизни, и я надеюсь, что ты никогда не переродишься. Сейчас тебя отвезут в участок, где ты подробно напишешь обо всех своих домогательствах и не дай бог тебе забыть хотя бы об одном. Можешь быть уверен, что до суда ты не доживешь. — Конечно, я во всем признаюсь. Спасибо. — Уберите его с моих глаз. Парни вытряхнули преступника из мешка и подхватив его под руки, поволокли на выход. Юнги уставший приехал к себе в пентхаус, который располагался в центре Сеула и искупавшись в бассейне, налил в бокал дорогого вина. Сев в удобное кресло, он положил на колени ноутбук, на котором открыл вкладку с фотографиями той девушки, которая сперла его деньги. Снимки получились нечеткими, и она словно специально отворачивалась, чтобы скрыть лицо, но все же что-то неуловимо знакомое было в ее чертах.