Red and black

      Мышцы неприятно ныли, вызывая очередной усталый и практически беззвучный вздох. Ровер плёлся по коридору к одной из безликих дверей, слившейся с другими такими же металлическими и невероятно скучными для того, кто за несколько месяцев новой жизни привык к здешней пестрящей технологиями архитектуре. Подставив лицо под распознавательный датчик, он услышал короткий сигнал подтверждения, а затем шум механизмов, что довольно быстро, но не мгновенно, открыли дверь в апартаменты.              В них, как всегда, царил полумрак, разбавленный приглушённым светом точечных светодиодов. Парень переступил через порог и привычным жестом поставил в правый угол свой меч, чьё лезвие из-за обилия грязи едва отдавалось голубыми бликами.              — М-м, — прозвучал расслабленный голос, в тоне которого можно было без труда различить игривость и азарт, хотя лукавости всё же было больше. Прищуренный взгляд безотрывно скользил по фигуре Ровера, от приглушённого восторга губы растянулись в улыбке, обнажив ровный ряд зубов, весь костюм парня был испачкан в крови, чёрно-красные пятна неровными брызгами размазались по лицу и волосам. Запах железа и разлагающейся плоти моментально заполонил собой всё пространство. — Снова неудача? — Ровер удостоил мужчину усталым рассерженным взглядом; тот не сдержал усмешку. — Сколько на этот раз?              — Три.              Парень прошёл вглубь апартаментов, замечая на периферии зрения Скара, оперевшегося плечом на смежную стену и открыто поглощающего его взглядом двухцветных глаз.              — И всё? Ты, как всегда, немногословен, — протянул мужчина с наигранно-обиженной интонацией.              — Не вижу смысла рассказывать о том, что ты сам с радостью скинул на меня при первой же возможности, — фыркнул Ровер в ответ. — Я в душ.              С этими словами он скрылся за дверью, ведущую в ванную комнату. Как только та закрылась за его спиной, парень бессильно опёрся об неё, прикрывая глаза и морщась от ощущения стянутости кожи дурно пахнущими останками гибрида эхо и троих несчастных, что послужили очередными подопытными для свершения великого плана Фраксидуса. Ровер несколько долгих секунд наблюдал за тем, как кровь и гниль медленно стекали по чёрной ткани костюма и едва слышно падали каплями на светлый кафельный пол. Отвратительно.              Сбросив одежду, парень шагнул в душевую и парой нажатий кнопок включил воду, от температуры которой помещение в течение минуты наполнилось густым паром. Только встав под горячие струи Ровер позволил себе расслабиться, веки опустились, чувствуя, как поток воды градом катится по лицу. Чужие руки мягко обхватили талию, неторопливо поднимаясь выше к рёбрам, щекоча их острыми ногтями, переходя на подкаченную грудь и задевая раскрасневшиеся от температуры соски.              — Я соскучился, — выдохнул Скар ему в самое ухо и тут же легко прикусил мочку.              Тело Ровера отреагировало незамедлительно — по шее и плечам прошла дрожь, колени на секунду подогнулись, вынуждая его сделать шаг назад. Спина тут же столкнулась с обнажённой грудью Скара. Снова послышалась довольная усмешка. Парень мог поклясться — он смотрел на него сверху вниз с хищным прищуром, привычно закатив глаза, Ровер откинул голову мужчине на плечо, его затылок упёрся тому в ключицу, пачкая испещрённую шрамами кожу отвратительной липкой жижей. Чужие ладони, сделав последнее круговое движение в районе солнечного сплетения, опустились ниже, очерчивая мышцы пресса, сжимая подтянутые бока. Сейчас же Скар наверняка улыбался. Просто улыбался, не тая в себе ничего тёмного и запретного, — искренне и открыто.              — Я тоже скучал, — тихо сказал Ровер и повернулся к мужчине лицом.              Их губы сплелись в поцелуе. Язык Скара очертил контуры рта, раскрыл его, углубляя поцелуй, двигаясь внутри медленно и тягуче, не торопясь проводя по зубам и касаясь его собственного. Закинув руки мужчине на шею, Ровер максимально близко прижался к мокрому торсу и почувствовал животом его нарастающее возбуждение. Скар сделал несколько шагов назад, упираясь спиной в прохладную стену душевой, оставляя на ней и полу грязные разводы, что спустя мгновение растворялись в горячем потоке воды. Ладони Скара сжали зад парня, притянули его ещё ближе к себе. Разорвав поцелуй, он резко поменял их с Ровером местами, впечатывая того в нагревшуюся стену и поднимая вверх за бёдра. Сильные ноги обхватили талию, а предплечья ещё сильнее сжались вокруг шеи, но тут же ослабили хватку, когда мужчина наклонился вперёд и стал покрывать доступные участки кожи короткими поцелуями. С губ сорвался первый стон, за ним последовал ещё и ещё, когда Скар двинул бёдрами, намеренно проходясь полностью вставшим членом по его мошонке. Их стоны зазвучали в унисон.              — Не против переместиться в спальню? — спросил Скар дразнящим шёпотом и снова прикусил основание шеи.              Ровер запрокинул голову, прикрывая глаза и шумно выдыхая:              — Нет.              Мужчина за считанные секунды покинул ванную комнату с Ровером на руках, практически вслепую ориентируясь в пространстве апартаментов. Весь путь от душа до большой двуспальной кровати их тела оставляли за собой мокрые следы, что слабо блестели в приглушённом свете.              Парень вздрогнул от резкого прикосновения к холодной постели, от контраста температур его кожа моментально покрылась мурашками, становясь ещё более чувствительной к чужим ласкам.              Не теряя времени, Скар устроился между разведённых ног и склонился к его груди. Выдохнул струю горячего воздуха в изгиб шеи, провёл дорожку поцелуев к уголку челюсти, пока руки опускались ниже вдоль рёбер к влажным бёдрам. С губ Ровера сорвался очередной стон, стоило длинным пальцам прикоснуться к твёрдо стоящему члену, а следом за этим задеть чувствительную головку и резко опуститься к основанию. Ладони крепко сжали чёрные простыни, глаза сами собой закрылись от удовольствия. Ровер непроизвольно двинулся навстречу чужой руке.              — Тише, ещё рано, — промурчал томный голос в ответ, а секундой позже он утонул в новом поцелуе.              Языки сплелись в едином танце, ускоряя темп, стараясь получить как можно больше. Заполучить всё без остатка.              Поставив левую руку рядом с головой парня и перенеся на неё часть веса, пальцы другой волной очертили внутреннюю сторону бедра, отведя его ещё больше в сторону. Скар потянулся за лежащей под подушкой бутылочкой смазки и неспешно, скорее дразняще, выдавил немного на пальцы, намеренно не стал согревать, чтобы добавить партнёру острых ощущений. Словно прочитав его мысли, Ровер со вздохом закатил глаза:              — Давай быстрее — ещё успеешь наиграться.              — Ну только посмотрите, какой нетерпеливый! — изумился Скар, широко распахивая глаза.              Ровер хотел ответить что-нибудь едкое, но все мысли вылетели из головы, стоило первому пальцу без предупреждения проникнуть внутрь, вместо привычных возмущений до ушей Скара донёсся рваный вздох. Облизнувшись, тот припал губами к его, сразу добавляя второй палец и начиная двигать ими внутри в среднем темпе. Тяжёлое дыхание Ровера действовало на мужчину сильнее, чем победа в битвах, что уже давно стали обыденностью, стоны же превосходили их в сотни раз.              С добавлением третьего пальца, атмосфера в комнате накалилась до предела: Ровер метался по постели, стоило Скару задеть простату и провести по ней несколько раз подряд, движения бёдрами стали жёстче, а стоны громче.              — Не тяни резину, — шумно выдохнул парень, сжимая руками края подушки.              — Как пожелаешь, — уголки губ Скара исказились в ухмылке, от которой так и веяло самодовольством и похотью.              Он вошёл в него резко, по комнате раздался первый звук хлёсткого удара кожи о кожу, слившийся с их голосами в единое целое, но последующий ритм отличался приятной медлительностью, особой глубиной толчков, заставивших Ровера схватить плечи Скара и впиться в них коротко стриженными ногтями, оставляя на постепенно остывающей коже первые лёгкие царапины. Ради таких моментов мужчина не хотел спешить, стремясь растянуть удовольствие, каждым выверенным движением выбивая из парня пошлые стоны, предназначенные только ему одному. Именно об этом он грезил с их первой встречи. Именно это он желал всем своим существом, когда прощался, каждый раз салютуя двумя пальцами ото лба, обещая вернуться. И сейчас крепко цеплялся за него, боясь, что те слова, сказанные Ровером несколько месяцев назад, в любой момент обратятся в прах, уловку шпиона, проникшего в самое сердце организации за тёмными секретами и планами. Страх лжи был столь иррационален и неправдоподобен, звучал в его мыслях всякий раз, когда Ровер слишком глубоко погружался в раздумья о мире и своём забытом прошлом. Мужчине до безумия нравились те чувства, что яркой вспышкой возникли в груди при одном лишь взгляде на нового и далеко не последнего врага. Ещё никогда его сердце не билось так сильно, никакой адреналин от сражений за веру и убеждения не мог сравниться с приятной болью, когда от вспышки страсти сладостно сжимались рёбра. Нет. Он никогда не отпустит Ровера, продолжит следовать за ним ярко-красной тенью, сопровождающейся шелестом игральных карт. Ради того, чтобы видеть, как парень отдаётся ему, как хватается за него в моменты пошлого уединения, ради притворно-раздражённого взгляда он продолжит служить ему гидом по странному, мрачному, незнакомому и жестокому миру. Станет им, поглотив без остатка.              Войдя особо глубоко, переплетя пальцы, оба достигли пика, кончив с громкими протяжными стонами, пачкая спермой взмокшую от пота кожу. Их дыхание безнадёжно сбилось, звучало слишком шумно, отражаясь эхом о стены спальнии. На губах Скара заиграла до безумия довольная ухмылка, стоило только Роверу устало положить голову ему на плечо.              – Если каждая неудача слияния будет заканчиваться так же, то пусть мы никогда не достигнем вечного мира.