Halev

- Еда! - в комнату с визгом влетела Фрида и метнулась к пакету с контейнерными.       Кудрявые волосы были собраны в растрёпанный высокий хвост. Она уже успела переодеться в джинсовые шорты и широкую футболку.       Амдус хмуро воззрился на неё. Сергей зашёл следом и кинул в Адама банкой газировки. Тот, не ожидавший такого, не сразу с реагировал и лишь бессмысленно взмахнул руками в воздухе. Вредная банка пролетела аккурат между ними и с невиданной безосновательной мстительностью врезалась в лоб. Адам зашипел и потёр ушибленное место, горящее огнём. Сергей заржал, Амдус фыркнул, а Фрида просто проигнорировала, полностью поглощённая едой. - Вот почему надо брать Пепси, - мрачно констатировал он, прижимая злосчастную, но холодную банку к назревающей шишке.       Демон ловко подхватил свой стаканчик с кофе, пока Сергей в приступе хохота не пролил его. Бедолага не противоречил своим привычкам и в вечной любви к стенам сполз по косяку, проехавшись плечом по штукатурке. - Амдус, у тебя появился конкурент по ржанию, поздравляю. - Ага, - рассеянно кивнул он, отпивая кофе и с отвращением глядя на то, как Фрида впивается зубами в котлету, обхватив её пальцами.       Девушка стрельнула в него насмешливым взглядом и покрепче вцепилась уже двумя руками в свою добычу. Амдус в ответ сощурился, прожигая её чёрными глазами с клубящейся тьмой. Адам пригляделся получше и осознал, что, действительно, как бы дико не звучало, радужки демона стали ещё темнее и мрачнее, приобрели цвет чернил. По спине побежали мурашки - уж очень эти две пропасти напоминали ту самую тьму, которая буквально сожрала его в одном из кошмаров. Тяжёлый ком в груди тут же дал о себе знать, заворочался, словно потревоженный зверь в спячке и ощутимо поскрёб острыми когтями лёгкие.       Адам сухо кашлянул, морщась и потирая солнечное сплетение. Только этого ему не хватало. - Ты подавись ещё и будет вообще охуенно, - ухмыльнулся Сергей, утирая выступившие от смеха слёзы. - Не дождёшься, - Адам кинул в него смятой салфеткой.       К сожалению, меткость у него тоже была не особо хорошая, так что комочек сделал неуверенную небольшую дугу и жалко укатился под стол. - Да ты прям снайпер, - Сергей крадучись подобрался к холодильнику за ещё одной банкой пива. - Так, красавчики, - обратила внимание Фрида, демонстративно облизывая жирные пальцы Амдусу на зло. - Я вас уже накормила, напоила, помыла и одела. Осталось только вам приличную одежду подобрать и можно будет ехать к архитектору. Ты узнал его адрес?       Она повернулась к Сергею, который потягивал пиво, залипая в какой-то мобильник древней модели Самсунг. - Позже скинет, - Грешник улыбнулся уголком губ. - Этот ебанутый успел сменить почту на "BruceLeeWillKickYourAsses". Бля, гений просто.       Фрида фыркнула и чуть на смерть не захлебнулась водой, которую пила в этот момент из пластиковой бутылки. Адам поспешил похлопать её по спине. Было бы обидно потерять столько ценного кадра в их компашке. Амдус демонстративно прикрыл ладонью глаза и отвернулся, словно находил эту ситуацию ужасно постыдной. - Заебись, значит у нас есть время подрыхнуть, - Сергей с наслаждением развалился на диване, отчего Адам даже почувствовал некоторую ревность к своему законному месту, и предвкушающе потянулся к пульту, чтобы включить висящую над столом маленькую плазму. - Хорошо устроился, - Фрида возмущённо всплеснула руками. - Он, значит, отдыхает, а мне одной мерки с этой парочки снимать. Я, между прочим, всю ночь не спала спала, пока вас оболтусов довезла до города!       Сергей только зевнул. Фрида довольно скоро смирилась со своей судьбой, так как долго злиться, похоже, не умела. Она бойко подхватила большую кожаную сумку с пола и поставила на стул. Сумка, видимо, оказалась довольно тяжёлой - пластмассовый стул не ожидал такой подлости и натужно заскрипел. Девушка бойко начала копаться в многочисленных отделах, иногда рассеянно убирая выбившиеся из хвоста кудряшки от глаз. - Человечек, лапочка, принеси сантиметрову ленту. Она в соседней комнате на тумбочке. - Да вы достали! Такое чувство, что я тут единственный человек на ближайший квадратный километр, - проворчал Адам, обогнув диван, на котором развалился вполне довольный жизнью Сергей, с интересом смотрящий какую-то спортивную программу.       Вторая комната их номера оказалась спальной. У стены стояла двухместная кровать, напротив шкаф с пустыми вешалками, одинокий торшер ютился в углу возле окна.       Сантимерная лента лежала не на самом видном месте, что существенно усложняло поиски. Адам засунул руку в, кажется, бездонную тумбу и долго шарил там в поисках пока с трудом не откопал потрёпанную, еле живую ленту. Он распрямился, закручивая её в рулон и рассеянно мазнул взглядом по окну.       Оно было широким с коричневой пластиковой рамой и откинутой наверху дверцей. Через щель веяло свежим воздухом. Адам опёрся о низкий подоконник, достающий лишь до бёдер, и изменил положение дверцы. Ручка повернулась с трудом, но поддалась и из распахнутого окна вырвался шум машин, чьи-то разговоры и запахи еды. Внизу оказалась оживлённая улица: все куда-то спешили, говорили, ругались, смеялись. Кажется, даже голуби, сидящие на проводах, были подвержены общей суете и беспокойно курлыкали. Трёхцветная кошка метнулась из-под ног какой-то дородной женщины в малиновой шляпке и скрылась в переулке.       Адам задрал голову. Небо было серым, предвещающим мелкий дождик. Тёмные облака пошли светлыми трещинами, где пробивался свет.       Всё было так обыденно. Пусть город и незнакомый, но обыкновенная жизнь здесь такая же. Мир для этих людей остался прежним, заполненным заботами о работе, учёбе, доме. На миг показалось, что всё произошедшие за последние дни ненастоящее. Словно он смотрел очень долгий ужастик и теперь вышел из кинотеатра, вернулся в реальность, пусть и с неприятным осадком страха на душе, но с уверенностью и облегчением конца выдуманного фильма.       Умиротворение отчего-то медленно начало уходить на второй план. Тугой узел в груди вдруг особенно потяжелел и резко подкатил куда-то к горлу, будто оттолкнулся и прыгнул. Голова стала ватной, загудела, казалось, что ещё немного и она лопнет, как воздушный шарик. Нечто распирало изнутри черепа, надавливая на мозг. Адам пошатнулся и упёрся коленом о подоконник. Он опасно накренился к распахнутому окну и крепко вцепился в стену, чтобы не полететь вниз.       Ну почему опять происходит что-то из ряда вон именно тогда, когда наконец-то всё было более-менее хорошо?!       Адам заскрипел зубами от досады. В ушах нарастал уже знакомый шёпот тысячи голосов. Такой же он слышал в кошмарах, такой же был в глубине настоящего голоса Амдуса. Потусторонний, жуткий и неправильный. - Чёрт! - вырвалось непроизвольно.       Он так устал. Просто ужасно устал. Адам сам себе казался ничтожным дряхлым стариком со слабым немощным телом и неизлечимой болезнью, которая сковывала движения, не давала жить обычной жизнью, отравляя внутренности день за днём.       Веки налились свинцом, Адам с трудом держал их открытыми. Из последних сил ошатнулся от подоконника и бухнулся на кровать, опрокинув торшер. - Эй, я просила принести ленту, а не громить все вокруг! - сзади послышался голос Фриды, но Адам и шевельнуться не мог, чтобы оторвать взгляд от окна и посмотреть на неё. - Уф, если хочешь сделать дело хорошо - сделай его сама, - она стремительно обогнула кровать, перешагнула подрагивающие ноги Адама и принялась рыться в тумбочке. - Да что ж такое, - голос Фриды словно доносился откуда-то из-под толщи воды, исчезал в непрекращающемся шёпоте. Глаза слипались, но сознание было так возбуждено, что даже если его накачают тоннами снотворного, уснуть не выйдет. Фрида заметила сантиметровую ленту в его ослабевших пальцах на кровати. - Вот же она, что ж ты не сказал, - девушка вытянула её и наконец посмотрела Адаму в лицо.       Он не увидел её лица. Всё застилало мерзкой тьмой. Наверное, Фрида что-то сказала. Или это один из голосов просто решил устроить маленький бунт и показать свою индивидуальность, выделившись из общего гама.       Его подхватили за предплечья и с силой подняли на ноги. Конечности тут же предательски подогнулись, но тело не отпускали, заставляли стоять ровно. Затем кто-то потащил его. Пару раз нога ударилась о какую-то мебель, мозг отметил эту информацию довольно безразлично, даже не послав сигнал боли.       Когда голову жёстко наклонили, надавив на затылок, Адам в конце концов подал признаки жизни и вцепился руками в прохладную керамику. Было ощущение, что непонятная тяжесть в голове стала жидкостью и под действием гравитации перетекла вязкой жижей в лоб, болезненно надавив изнутри на черепную коробку.       Лицо обдало холодной водой. В нос попала влага, Адам закашлялся и открыл рот, чтобы дышать. - Тихо-тихо, - донёсся голос откуда-то издалека.       За плечи потянули и он с трудом принял подобие вертикального положения. В глазах немного прояснилось, в зеркале напротив отразилось собственное лицо. Адам хрипло втянул ртом воздух, чувствуя как сильно его трясёт.       Теперь понятно, почему ничего не было видно. Это не потому, что он наполовину потерял сознание или зажмурился. Из глаз текла самая настоящая чёрная слизь. Вода смыла лишь часть, оставив на щеках тёмные разводы, но в глазах уже собирались новые сгустки, заполняя покрасневшие от лопнувших сосудов белки. Губы шевелились, кажется, нашёптывая. Адам и не заметил, что что-то говорит - не слышал сам себя и почти не чувствовал собственных губ. Он медленно моргнул и с трудом разлепил ресницы, открывая глаза вновь. Чёрная слизь потекла по щекам желеобразными каплями, напоминающими слёзы.       Адам внезапно так остро почувствовал отвращение к собственному телу, что чуть не выблевал внутренности. Он с силой прикусил язык, металлический привкус во рту отдавал чем-то горьким. Набрал в сложенные вместе ладони воду и с силой потёр лицо.       Бесполезно. Слизь мелкими ошмётками размазалась по носу, лбу, рукам, но не переставала собираться под веками. В зеркале позади себя Адам увидел какое-то движение. Мозг просто отказывался нормально работать и замер, лишь обрывками воспринимая окружающий мир. " Когда же это всё закончится ", - вяло подумал Адам и свалился на пол бесчувственным мешком.